Часть 1
Дождь хлестал землю тяжёлыми каплями, превращая поле битвы в грязную кашу. Мадара стоял посреди разрушенного леса, его глаза — кроваво-красные, сверкающие шкурой ярости. Перед ним, тяжело дыша, с зажатым в руке кунаем, стоял Тобирама.
Они сражались часами. Ни один не уступал.
И ни один не мог проиграть.
Тобирама вскинул руку, вызывая стену воды, чтобы прикрыться от стремительного удара Мадары, но тот прорвался сквозь щит, сметая всё на своём пути.
Одним рывком он сбил Сенджу с ног, вдавливая его в мокрую землю. Их глаза встретились на мгновение, полные ненависти, злобы... и чего-то ещё.
Мадара вдавил колено в бедро Тобирамы, не давая ему пошевелиться. Его рука обхватила горло омеги, прижимая к земле, но не перекрывая дыхания полностью — просто напоминая, кто сейчас доминирует.
— Жалкий, — прошипел Мадара, склонившись ниже. Их лица разделяли всего пару дюймов. — Ты не достоин даже умереть от моей руки.
Тобирама оскалился, с трудом шевелясь под ним.
— Тогда отпусти меня, Учиха... если можешь.
Улыбка Мадары стала хищной.
— О, нет. — Его голос стал ниже, опаснее. — Сначала я заставлю тебя умолять.
Он вдохнул глубже — и запах омеги ударил в ноздри, сильный, отчётливый, сводящий с ума. Тобирама был на грани течки — вероятно, даже не осознавая этого до конца. Его тело предательски выдавало его.
Мадара надавил сильнее, чувствуя, как Сенджу дрожит под ним, одновременно борясь и поддаваясь.
Грязь, дождь, напряжение — всё смешалось в одну раскалённую смесь. Без лишних слов Мадара навалился на Тобиру, ловя его губы в жестоком поцелуе, полным власти и злобы.
Тот пытался вывернуться, но Мадара был сильнее.
Рывком он разорвал ткань на бёдрах омеги, не заботясь о нежности. Его рука грубо скользнула вниз, обжигая кожу, находя место, где тело уже жаждало продолжения, несмотря на сопротивление.
— Признай это, Тобирама, — прорычал Мадара, скользя пальцами внутрь, заставляя омегу выгнуться от резкой, горячей волны удовольствия. — Ты всегда этого хотел.