1
Лето 1950 года выдалось слишком дождливым, постоянная облачность заставляла забыть о том, как вообще выглядит солнце. Но что было важнее на данный момент, так это отсутствие естественного света, оно мешало целится по противнику или вообще его обнаружить, а няша, образовавшая из-за осадков препятствовала отступлению. Танки не слушались и периодически застревали в грязи, что задерживало армию и сокращало и так почти не оставшееся время. Северокорейские войска стремительно продвигались на Юг Корейского полуострова. Все прекрасно осознавали, что если так дальше продолжится, то они дойдут до Пусана, и тогда не поможет даже Америка.
Внутри южнокорейской армии, как и на фронте, дела тоже обстояли не лучшим образом: многие командиры жаловались на нехватку оружия и еды.
"Нашли, блять, из-за чего жаловаться, - часто говорил Юнги на это. - Сука, еды им, оружия им не хватает, мне вот людей не хватает. Этот ресурс не произвести на заводах и не вырастить на огороде."
Никто его за это не осуждал, только молча отводили взгляд. Его рота, раньше состоящая из двухсот сорока человек, уменьшилась до 53 и теперь больше походила на отряд. Юнги искренне уважал и ценил каждого, кто находился в его роте, но толку от выплаканных глаз и печального взгляда, это не вернёт погибших, а только погубит тех, кто остался. Порой по вечерам его часто грызло чувство вины, если бы он только знал, что в Сеуле будет такая мясорубка, он бы нахрен увел оттуда своих людей. Чёртово командование со своими сраными приказами. Для них солдат лишь средство для достижения цели. Отправить пару сотен туда, тройку сюда, глядишь и прокатит. Торгуются, как на базаре, и гордятся своими насквозь провонявшими погонами. Из-за таких людей обычно и романтизируют войну. Юнги раньше тоже был таким, пока не столкнулся с ней лицом к лицу. Война отвратительна и противоестественна, своими темными и пустыми глазницами она обозревает поле битвы и забирает жизни, и она вдвойне отвратительна, когда заставляет драться со своим же народом.
Ближе к вечеру дождь начал затихать и командование решило остановиться на ночлег рядом у небольшой кромки леса.
Закончив приготовления, Юнги сел под навесом из кленовых веток и наблюдал за созданием лагеря. Эта ночь на редкость спокойная, и даже луна, удивившись данной тишине, выглянула из-за облаков, освещая бледно голубым светом поляну. Мин взглянул на своих людей, в этом свете они выглядели еще более изможденными.
«Сколько это еще будет продолжаться? - с грустью думал про себя Юнги. - Еще только начало, а многие из нас уже лишены надежды.»
-Капитан!
Мин вскинул голову и увидел молодого парнишку, бегущего к нему. Даже с такого расстояния он мог определить, что это никто иной, как Чонгук. Когда Юнги впервые увидел его в своем подразделении, то подумал, что малой сдастся в первые недели и убежит обратно под крыло к отцу, но этот парнишка всегда его удивлял. Он был упорным, трудолюбивым и по серьезности превосходил многих в их роте. Парню всего шестнадцать, ему бы еще жить, а он уже прячется по окопам и отстреливает людей. В свое время Мин пригрел его, обучая военному ремеслу и разным мелочам, которые помогут в их непростой армейской жизни, вот малой и привязался, ходит за ним словно верный пёс, в рот заглядывает. Юнги боялся, как бы эта верность не обернулась против самого парня. Ведь он был порой безрассуден и подвержен эмоциональным всплескам, как и любой нормальный подросток в его возрасте. Мин всегда считал, что привязанность гиблое дело на войне, но и сам, чего греха таить, питал слабость к этому ребенку.
- Что случилось, Чонгук-и?—устало произнес Юнги, потрепав парня по растрепанным черным ,как смоль, волосам.
Ребенок, все еще пытаясь отдышаться, встал по стойке смирно, набрал в грудь воздух и громко, чётко, как по уставу прописано произнес: «Капитан Мин, вас вызывает подполковник!».
—По какому вопросу? - насторожившись, спросил Мин.
-Сожалею, капитан, мне не сообщили. — проговорил парень, растеряв свою уверенность.
-Хорошо, спасибо, Чонгук. Я разберусь. Иди и передай всем, чтобы готовились ко сну, как приду, дам отбой.
-Есть, капитан! - крикнул парнишка, отдав честь и побежав в сторону палаток.
Юнги усмехнулся, наблюдая, как парень отдаляется, сливаясь с другими такими же зелеными кителями. Но сразу его взгляд омрачился, когда он направился в сторону командования, уже ожидая предстоящую катастрофу.