13
- Лиса! Лиса-а-а! Лис-а-аа М-а-но-бан! Ну почему именно ты-ы-ы-ы!
Горестный вой на одной ноте растревожил спящее сознание и заставил приоткрыть глаза.
Я не ошиблась. Так причитать могла только одна особа - Джен.
- Лиса! - завопила она, увидев, как дёрнулись мои веки, и порывисто стиснула меня в удушающих объятиях. - Я думала, они догнали тебя!
- Кто? - я недоумённо захлопала глазами, пытаясь принять сидячее положение и осмотреться по сторонам.
Что произошло? Где я, и почему Дженни меня оплакивала?
- Ну эти! Которые с утра осаждали твою лавку!
Подруга помогла мне приподняться и подоткнула подушку под спину. Растерянный взгляд охватил просторную комнату, выкрашенную в белый и пастельно-жёлтый тона, кокетливые занавески на окнах, подвязанные пышными бантами, и тонкую вуаль балдахина над кроватью.
Как я оказалась в спальне у Дженни?
И почему голова раскалывается, будто её набили острыми гвоздями?
Вытянув дрожащую руку, я дотронулась до висков и поморщилась, на что тут же среагировала сирена-полукровка. Метнулась к изящному резному комоду, достала один из пузырьков и сунула мне в руки:
- На, выпей! Но только половину.
С подозрением оглядев знакомый пузырёк, я не без труда вынула пробку и понюхала содержимое. Пахнет лимонником, мятой и ещё чем-то свежим, бодрящим.
- Лиса, ты чего как неродная? - удивилась подруга, заметив, что я не тороплюсь пробовать неизвестное мне зелье.
- Что это? - в груди возникло странное ощущение неясной тревоги. Что-то внутри подсказывало мне, что брать непонятные вещи у посторонних опасно. Даже от той, кто называет себя моей подругой.
- Тебе память отшибло? - побледнела и без того светлокожая Дженни, сжимая несчастный пузырёк с такой силой, что он едва не трещал. - Это же твоё фирменное бодрящее зелье! Сама его варила! Так, смотри на меня!
Я непонимающе уставилась на сирену-полукровку, гадая, чего она ко мне пристала. Где-то в районе сердца вспыхнуло что-то тёмное, чужеродное, но тут же пропало, оставив после себя едкий привкус раздражения.
- Ну? - буркнула я, глядя ей в глаза.
Хочется побыть одной, понять, что со мной случилось, и как я сюда попала. А она лезет ко мне с глупыми вопросами, нервирует и заставляет пить какую-то отраву.
- Как меня зовут? - пытливо спросила Дженни, упрочняя зрительный контакт.
- Дженни Ким, - смиренно ответила, в надежде, что назойливая подруга оставит меня в покое. И так голова болит, ещё эти расспросы.
Странно, я ведь ещё пару минут назад чувствовала лишь странную усталость, откуда взялась такая злость?
- А тебя как зовут? - она бесцеремонно вторглась в обрывки моих мыслей, не давая сосредоточиться на том, что происходит.
- Лалиса Манобан! - будто со стороны услышала свой сердитый тон. - Заканчивай этот цирк, лучше скажи, что я делаю в твоей спальне?
- Цирк? - Дженни обиженно шмыгнула носом и поджала губы. - Вот так, значит? Я тут мечусь в неведении, а ты...
- Перестань, - вздохнула я, не понимая, отчего вдруг сорвалась на лучшую подругу. Она же беспокоилась. И если я дам волю раздражению, скопившемуся внутри, будет некрасиво. - Что со мной произошло?
- А что ты помнишь? - ответила она вопросом на вопрос.
Ещё одна привычка, которая меня выводит из себя, несмотря на нашу давнюю дружбу. Всё, Лиса, не нервничай. Дыши ровно.
- Мы с тобой куда-то бежали, - я закатила глаза к потолку, вспоминая, что было с утра. - Потом, кажется, я споткнулась и упала. А сейчас я здесь. Голова ещё болит, наверное, приложилась о брусчатку.
- Плохи дела, подруга, - Дженни села рядом на краешек постели и заключила меня в сестринские объятия. В один момент стало тесно и неудобно, да ещё и руки подруги казались холодными и липкими. Неприятно.
Я повела плечами, стараясь высвободиться из цепкого захвата, и подруга, уловив перемену в моём настроении, тут же отсела на другой край.
- Лиса, я тебя чем-то обидела?
- Не помню, - честно ответила ей, не испытывая ни капли раскаяния. Мне и так плохо, я не просила меня тискать, как плюшевого медвежонка.
- Ладно, - подруга опустила глаза, сложив руки на коленях и сминая пальцами подол платья. - Майер отправился проводить тебя к Чонгуку, а через час вернулся с тобой на руках, говорит, упала и потеряла сознание. Генерала не встретил, вот и вернул тебя обратно, а я уже попросила перенести тебя ко мне. Скорее всего, тебя настиг солнечный удар, вон сколько у нас всякого приключилось за половину дня.
Не помню такого. Однако теперь понятно, почему у меня раскалывается голова. Перегрелась на солнышке, вот и чувствую себя паршиво. Надо вернуться в лавку и как следует отоспаться. Приму холодный душ, напьюсь травяного чая и попрошу Зефирчика никого не пускать, пока мне не полегчает.
Отличная мысль!
Я озвучила её Дженнивии и в ответ получила строгое:
- Размечталась? Да ты сидеть нормально не можешь, всё покачиваешься туда-сюда. И взгляд странный. Нет уж, подруга, оставайся здесь, а я лягу в гостиной.
- Да как ты меня достала!
Клянусь, слова сами слетели с моих губ!
Дженни в изумлении отшатнулась, а большие голубые глаза предательски увлажнились.
Нет, мне срочно надо домой. Я сейчас сама за себя не отвечаю.
- Лиса, за что? - всхлипнула она, вытирая безымянными пальцами слезинки с внешних уголков глаз. - Я ж как лучше стараюсь!
- Ага, стараешься, вот только ничего не получается, - усмехнулась я, чувствуя внутри странное чувство удовлетворения. Может, я всё делаю правильно? Вон, и головная боль ослабла.
Я уверенно поднялась с постели, коснувшись босыми ступнями нагретого за день дощатого пола, и направилась к выходу мимо расклеившейся подруги.
Да, так и надо. Тело получило заряд бодрости, и с лестницы я уже не сошла, а торопливо сбежала.
Нашла у порога свои удобные, разношенные туфли, дёрнула на себя ручку двери и с наслаждением вдохнула прохладный вечерний воздух.
Как же хорошо!
Чувствую себя живой и свободной! Не то, что в спальне у Дженни. Домой уже не хочется, так, может, прогуляться?
Не оборачиваясь, я поспешила в сторону площади. Устроюсь поудобнее на летней веранде с видом на мэрию и скоротаю время за чашкой крепкого чёрного кофе.
Огни вечернего Хеленсбурга сияли так ярко, что я не сразу увидела выходящего из мэрии генерала Чонгука. Но даже его силуэта было достаточно, чтобы моё сердце чувствительно ударило о рёбра и забилось с бешеной скоростью.
Ускорив шаг, я не постеснялась кинуться в его объятия и чувственно прошептала:
- Ты-то мне и нужен.
Чон Чонгук
Новый день начался с очередного допроса. Отряд поймал в лесу одного из шестёрок главаря, и тот назвал имя, от которого зверь едва не вырвался наружу, испытывая жгучее желание убивать - Гордон Шайх. Подозреваю, что именно он взял под свой контроль вражеского короля, сделав того марионеткой Туманного культа.
В нашу прошлую встречу несколько лет назад этот ублюдок стал причиной гибели моего лучшего отряда. Поэтому дело принимает личный оборот.
Закрыв глаза, я представлял, как под моими пальцами ломаются его кости, выдавливая жизнь урода до последней капли. Драконья сущность в любой момент была готова взять контроль над человеческим телом, но я неимоверным усилием воли загнал её обратно.
"Позже, - мысленно заверил зверя. - Он от нас никуда не денется."
С каждым часом ситуация становилась всё более напряжённой. Мои доверенные лица изъяли из лавки посуду, в которой находился бесплатный лимонад, и подтвердили, что в них было подмешано неведомое им зелье. Сейчас они работают над тем, чтобы распознать его состав, а если понадобится сторонняя помощь - посоветовал им обратиться к Лисе.
Сама ведьмочка с утра находится под неусыпным контролем пяти солдат, переодетых в штатское. Приказ дан следить, но не мешать. Брать ситуацию в свои руки дозволено исключительно в случае смертельной угрозы, после чего они должны немедленно доставить её ко мне.
Отправив Майера следить за хозяйкой кофейни, угощавшей отравленным лимонадом, я поспешил в мэрию, где битый день уговаривал идиота Остина следовать моему тщательно продуманному плану.
А ему, как назло, всё не нравилось. Мэр Хеленсбурга нервничал, опасался, подвергал сомнению моё командование. Жалкий трус боится потерять столь важный для него пост и щедрый государственный оклад!
С гудящей головой я вышел на крыльцо и спустился по ступенькам. Вдохнул полной грудью вечерний, нагретый воздух, почуял до боли аромат, и мне на шею бросилась любимая ведьмочка.
- Ты-то мне и нужен, - интимно прошептала она, привстав на цыпочки и касаясь сочными губами моей кожи.
Неожиданно, оттого вдвойне приятно. Тело отреагировало на ласку привычным способом, кровь устремилась вниз, а мои губы совершили победную атаку на её, вырвав из горла тихий, чувственный стон.
- Ты цела, - скорее констатировал, а не уточнил, неохотно отрываясь от её мягкого, податливого рта. Обхватил хрупкие плечи своими ладонями и бегло осмотрел ведьмочку с ног до головы.
Вроде бы всё в порядке, но зверь почему-то утробно зарычал и полоснул меня по сердцу острыми когтями.
- Цела, но безумно скучала, - проворковала пташка, обхватывая мои скулы изящными ладонями с длинными, тонкими пальцами. - День выдался просто кошмарным! Мы всё утро бегали от сумасшедших дамочек.
Вслушиваясь одним ухом в звонкое щебетание Лисы, я параллельно прислушивался к внутреннему чутью. Рвано втянул ноздрями воздух над её головой и не ощутил ничего дурного.
Что со мной не так? Перенервничал и устал?
Сказывается недостаток сна?
- Чон, может, посидим в укромном уголке тихого ресторанчика или кафе? Я так сильно по тебе соскучилась! Сколько мы не виделись, целый день? - ведьмочка склонила голову набок, поблёскивая глазами.
Подушечками указательного пальца и острым краешком ноготка очертила контуры моего лица, спустилась по шее и дразняще прошлась по распахнутому воротнику рубашки.
В укромном уголке?
Тосковала по мне и решила поиграть?
Да я еле сдерживался, чтобы не обратиться здесь на площади и не утащить её туда, где там точно никто не помешает!
Зверь протестующе зарычал, впервые с негативом реагируя на Лису.
"Молчать, - сердито приказал ему, мысленно показав кулак. - Не смей пугать мою женщину."
Ведьмочка, приняв моё молчание за согласие, настойчиво потащила меня в одно из небольших кафе с уютной верандой, украшенной густым тёмно-зелёным плющом. Выбрала самый дальний столик за ширмой, забралась в уголок небольшого двухместного диванчика и похлопала по бархатной обивке, предлагая сесть рядом.
Кажется, я был прав. Эта невероятная девушка лишь внешне казалась робкой и неприступной. Стоило ей покориться настоящему мужчине, и она тут же расцвела.
И мне это безумно нравится. Совсем скоро она станет полностью моей, а уж я её никому не отдам. Буду дарить ей свою страсть, наслаждаясь сладкими ответными ласками.
- Сильно голодна?
Лиса пожелала лёгкий салат и воздушное пирожное с чашкой сливочного кофе, но, как назло, мы не могли дождаться свободной разносчицы. Сквозь приоткрытое окно я заметил взмыленную девчушку, снующую с подносом по большому залу, и решил лично передать заказ на кухню. Но пока я ругался с поваром, требуя как можно быстрее нарезать пару листиков салата с огурцом, ведьмочку уже обслужила уставшая разносчица.
Вот только стоило мне пройти мимо окна, как взгляд зацепился за маленькую склянку в ведьминских пальчиках. Ловко высыпав какой-то порошок в мой напиток, она тщательно размешала его ложкой, а после довольно откинулась на спинку дивана и беззвучно рассмеялась.
Это ещё что за чертовщина?
Отказываюсь верить своим глазам. Не может быть, чтобы моя женщина решила меня предать! Стою в смятении посреди зала, не в силах сделать хотя бы шаг.
- Посторонитесь! - в меня едва не влетела девчушка-разносчица, с трудом удерживая нагруженный поднос. Прихожу к выводу, что надо действовать сейчас, и не откладывать на потом, ища удобные оправдания.
Уверенным шагом я вышел из дверей и направился к довольной ведьме. Не говоря ни слова, схватил её за руку, дёрнул на себя и закинул возмущённо пискнувшую Лиса на плечо.
- Пусти, мерзавец! - она истошно заверещала, колотя меня по спине маленькими, но крепкими кулачками. - Немедленно верни туда, откуда взял! Кто тебе дал право?
- Тихо! - рыкнул на неё, крепко удерживая стройные ноги, прикрытые подолом платья.
- Помогите! - ведьмочка извивалась всем телом как ящерица, однако я вовремя пресекал все её попытки вырваться на свободу. - Невинную девушку похищают! Срочно сообщите мэру Остину о царящем произволе в центре Хеленсбурга!
О как, заковыристо! Та Лиса, которую я знаю, никогда бы не стала на всю площадь вопить о своей невинности.
Есть у меня одна догадка, и мне она ни разу не нравится.
- Подождите! - мне наперерез выбежала красная от жары разносчица, вытирая влажную шею маленьким полотенцем. - Еду заказали, а кто будет платить?
Надо же, какая смелая. Что ж, она права.
Свободной рукой я залез в карман и достал увесистый бумажник. Не открывая, вытащил несколько купюр и протянул ошарашенной работнице:
- Это за еду, а что останется, возьми на чаевые.
- Подонок! - выкрикнула Лалиса и, кажется, сорвала голос. Неловко прокашлялась, а затем хрипло добавила. - Мерзавец, верни меня, откуда взял! Я всё расскажу мэру Остину, они быстро призовут тебя к ответу! Мы так не договаривались!
Ага, а как мы договаривались? Ты подсыпаешь мне какую-то дрянь, а я послушно её выпиваю? Нет, моя дорогая. Не в этот раз.
- А госпожа ведьма... - смущённо замялась девчушка, поглядывая на Лиса, что упрямо билась в моих руках. - Разве так можно?
- Госпожа ведьма - моя будущая жена, - уверенно ответил ей, чувствуя, как тревога за любимую женщину всё нарастает. - И ты выходи замуж за того, кто будет носить тебя на руках.
- Ясно, - вздохнула она, теребя в пальцах влажные от пота купюры. - Всего хорошего вам.
- Всего ужасного! - прокряхтела Лалиса и ухитрилась-таки стукнуть меня коленом.
За что тут же получила чувствительный шлепок по соблазнительному заду и обиженно притихла.
- Если выяснится, что руку к этому приложил Гордон Шайх - живьём разорву мерзавца, - ворчливо пробормотал себе под нос, утаскивая ведьму в сторону гарнизона под удивительное равнодушие горожан.
- Я его не знаю, - слишком быстро отреагировала Лиса, отчего мои подозрения лишь укрепились. - Никогда с ним не встречалась. Требую мэра! Немедленно!
Хочется как следует встряхнуть девчонку, отшлёпать за то, что вляпалась в опасную ситуацию. А главное - найти виновного и навсегда отбить охоту портить жизнь ни в чём не повинным людям.
Вечерние улицы на редкость многолюдны. Люди ходили туда-сюда, их движения были дёрганными, суетливыми, или, наоборот, на редкость медлительными. Взгляд каждого второго расфокусированный, кто-то нашёл смелость поздороваться со мной, но в большинстве своём они пугливо отводили глаза и стремились убраться с моего пути.
- Ваше Превосходительство, в городе всё чисто! - бодро отрапортовал мне дежурный, как только я прошёл через охрану. - Больше половины горожан подвержены тёмному влиянию, но ни один маг не уловил серьёзной опасности. Пока они просто марионетки, ждущие приказа своего хозяина.
Мне неистово захотелось встряхнуть его за шкирку и показать спятившую Лисаанну. Ведьмочка к моему удивлению притихла и лишь периодически брыкалась. Наверное, чтобы я не расслаблялся.
- Усилить посты на всех городских воротах, - отрывисто приказал дежурному. - Улицы Хеленсбурга должны патрулировать наши лучшие маги в штатском. Что бы ни делала городская стража, действовать строго по моему приказу.
- Так точно! - вытянулся в струнку солдат, а я поспешил к себе и, переступив порог своей каморки, аккуратно поставил на пол Лису.
- Негодяй! - поджала губы ведьмочка, затравленно оглядываясь по сторонам. - Ты ненавидишь меня, а сам столько всего мне обещал! Ты обещал мне богатство! Власть! Почему мы ещё не женаты?
Теперь всё ясно. С Лисой точно поработал Шайх, это он помешан на нескончаемом богатстве и безграничной власти. Убью гада, и воздействие на мою женщину иссякнет.
Только вот что делать с ведьмочкой, и где его искать?
- Лиса, позже я разрешу тебе провернуть со мной то же самое, правда, в других, более романтичных обстоятельствах. Но без этого сейчас не обойтись, - с сожалением вздохнул, глядя на возлюбленную и, преодолевая бешеное сопротивление, привязал её верёвкой к толстой ножке моей кровати.
Ведьмочка задёргалась всем телом, осыпала меня проклятиями и грязными ругательствами, но я уже вышел за дверь и приказал солдатам охранять её особо тщательно.
- Никого к ней не пускать, саму не выпускать. Отвечаете головой.
Похоже, я знаю, где прячется Гордон и кто из горожан его скрывает. Машу рукой, останавливая свободный экипаж, и называю адрес.
Лалиса Манобан
Да как у этого мужлана наглости хватило! Взял и унёс меня будто дикарь в свою первобытную пещеру! Как мне теперь людям смотреть в глаза?
Полная праведного негодования я билась как рыба об лёд, пытаясь высвободить руки из верёвок, стягивающих мои запястья. Грубое волокно царапало нежную кожу, оставляя некрасивые розовые полосы. Волосы выбились из причёски, налипли на щёки и лоб, поясница нестерпимо чесалась, а в дальнем углу что-то подозрительно копошилось!
- Только вернись, чудовище! - шипела в сторону входной двери, за которой раздавались чьи-то монотонные шаги. - Или нет, не возвращайся, видеть тебя не желаю! Да, сначала вернись и развяжи меня, а потом сгинь раз и навсегда!
Все мои усилия перетереть верёвку или каким-то чудом вытянуть её из-под столбика кровати обернулись сокрушительным провалом. Уставшая, вспотевшая, растрёпанная, я сидела на полу и едва не плакала.
Вроде и помню, что случилось, но почему-то кусками. Кажется, я поссорилась с Дженни. А может, это мне приснилось. Я решила прогуляться, увидела Чона, выходящего из мэрии, и обрадовалась. Но стоило ему уйти с веранды, чтобы заказать нам ужин, воспоминания обрываются, и следующее, что я помню - как он несёт меня на плече по городским улицам!
- Убью, скотину, - само собой вырвалось у меня, и я аж распахнула глаза от собственной кровожадности.
Да что это со мной?
Голова кружилась и болела как в первый раз, когда я, не зная меры, перепила напару с Дженни вина. Это случилось в тот день, когда Айзек Донован прилюдно унизил меня, и подруга, вытащив двухлитровую бутыль из запасов, заверила что это лучшее лекарство от разбитого сердца. От жутких воспоминаний к горлу подкатила тошнота, и я закрыла глаза, шумно вдыхая спёртый воздух, пропахший старой древесиной.
Полегчало не сразу, но когда я уже могла сидеть, не заваливаясь набок и не сглатывая вязкую, горькую слюну, то осознала: у меня большие неприятности!
- Может, стоит на самом деле дождаться Чонгука и расспросить его о случившемся? Почему он вдруг сорвался и уволок меня с веранды? Может, я что-то не то сказала?
Как бы я ни напрягала память, чёрные провалы никуда не делись. Словно кто-то сильный и пугающий вычеркнул из моей жизни половину дня!
Раз освободиться не получилось, придётся побыть паинькой и терпеливо дождаться Чона. Вот только есть хотелось так сильно, что при мысли о горячем ужине желудок требовательно заурчал.
- Извините, пожалуйста! - жалобно подала голос, в надежде, что меня кто-нибудь услышит. - Можно одну маленькую просьбу?
Шаги за дверью стихли, словно кто-то прислушивался, так же как и я. Обрадованная, я повторила, но уже громче:
- Простите, можно спросить?
Ответом мне был протяжный вздох, как будто кто-то пребывал в мучительных раздумьях. А потом шаги возобновились.
- Пожалуйста! - я едва не плакала от досады.
Со вчерашнего дня крошки во рту не было, вдобавок головная боль накатила с новой силой, я, не выдержав, рявкнула:
- Вы там, придурки, совсем уже оглохли? Тут ведьма от голода подыхает, между прочим!
Нет, и как это объяснить? Я и слов никогда таких не употребляла, даже когда злилась!
Однако, как ни странно, боль прекратилась, разум слегка прояснился, но главное - за дверью послышался шорох, и она открылась.
- Госпожа ведьма, прошу соблюдать тишину, - в образовавшуюся щель просунулось насупленное лицо какого-то паренька.
- А я прошу меня накормить! - обиженно возразила, поправляя смятый подол. - И раз уж вы здесь, объясните, почему генерал Чонгук...
- Не велено, - буркнул солдат и захлопнул за собой дверь.
Это самый настоящий беспредел! Я вытянула ноги, благо пол был тёплым и чистым, откинула голову на жёсткий борт кровати и уставилась в потолок.
Снаружи то и дело доносились грубые мужские голоса, выкрикивающие отрывистые команды. Кто-то велел строиться, другой приказывал усилить какие-то посты, третий просто ругался, упоминая тёмных колдунов.
Потолок был скучным - тёмно-коричневые доски, потемневшие от времени, и я принялась разглядывать комнатку, где запер меня Чон. Правда, смотреть здесь было не на что: обстановка скудная, ни книжки, чтобы скоротать время, ни газетного листка.
- Не вынуждайте меня!
Услышав яростный голос сирены-полукровки, я лишь горестно усмехнулась. Похоже, у меня начались галлюцинации. Злость на Чона и подругу сменилась щемящей тоской, и я по-детски шмыгнула носом, предчувствуя, что вот-вот заплачу.
- А ну, руки прочь! - взвизгнула на высочайшей ноте Дженни, и её крик отозвался резью в левом ухе.
Встрепенувшись, я попыталась встать на ноги, но, естественно, у меня ничего не получилось. Подтянула колени к груди, вжала голову в плечи и приготовилась к магии сирен.
От оглушительного крика дверь распахнулась и повисла на одной петле, зияя дырой на месте вырванного замка. На пороге показалась всклокоченная Дженни, а за её спиной суетились несколько мужчин в форме и штатском.
- Только подойдите! - обернувшись, подруга погрозила им кулаком. Наученные горьким опытом, те отступили, а сирена-полукровка, пользуясь случаем, сверкнула острыми клыками. - Ну как, удобно тебе, жертва тёмной магии?
Поначалу я не поняла, что она обращается ко мне. Но когда Дженни достала из кармана небольшой ножик и опустилась на колени рядом со мной, я боязливо переспросила:
- Я? Жертва?
- Ну не я же. Или хочешь сказать, ты наслаждаешься тем, что натворила?
Меня будто пыльным мешком по голове бахнули! Как такое может быть? А главное, в какой момент это случилось?
Верёвки пали жертвой острого ножа, и Дженни помогла мне встать на ноги:
- Все разговоры потом. Там твой генерал разносит мэрию по кирпичикам.