Война - дело такое
«Когда жизнь пытается нагнуть тебя, ты делаешь всё, чтобы этого не произошло. Но что если позволить ей это сделать? Она получит свою порцию кайфа и у тебя все станет заебись.»
***
Жизнь, штука странная, но до пиздеца интересная. На каждом углу тебя ожидает какая-то подъебка от злодейки судьбы и увы, ты не в силах этому противостоять. Но когда ты принимаешь это все, ей становиться так скучно, что она больше не хочет с тобой играть.
Однако всегда есть те, кого она любит и лелеет. Такие люди родились с бриллиантовой ложкой в заднице и живут себе припеваючи. И все же это не значит, что у них нет проблем.
— Так, так, так, кто это у нас тут? Неужто сам О Джисок пожаловал в мою скромную обитель? Что ж, мне искренне жаль, что мы не подготовились как следует к приему такого важного гостя, - лицемерие и желчь лились нескончаемым потоком из рта известного по всей округе сына главы мафиозной группировки, - Джисока~, расскажи своему старому другу, какая мразь дала приказ на зачистку половины моего склада, - а голос такой спокойный, что можно сразу понять, могилу тебе уже вырыли, - Говори, кто приказал убить меня?! - кричит не своим голосом на все помещение, находящееся на несколько метров под землёй.
Ким Тэхен никогда не отличался своей терпеливостью и сдержанностью, чего не скажешь о его отце. Тот всегда его учил, "сначала разберись - потом ебашь". Но у новой главы были свои методы.
Сняв дорогой пиджак и закатив рукава рубашки, Ким взял небольшой нож и подошёл к привязанному к стулу парню. Тому было от силы лет двадцать, но пощады ждать было бессмысленно.
Джисок являлся одним из самых приближенных к главе другой мафии. Знал достаточно, чтобы рассказать и раскрыть все планы и передвижения врагов Кима, но даже если от этого зависит его жизнь, тот ни за что не скажет, этому его учили с детства.
— Пошел ты в зад к антилопе, Ким, черта с два ты услышишь от меня хоть слово, - он уже было приготовился терпеть все пытки, но Тэхен от чего-то только рассмеялся.
— Какие однако у Чона смелые ребята, - глава издал смешок и за долю секунды всадил нож в ключицу привязанного, медленно прокрутив его, - тогда мы немного поиграем, может это развяжет тебе язык.
Острая, невыносимая боль прожгла все тело Джисока. Чтобы не издать не звука тот прикусил губу до крови, тихо мыча от боли.
— Катись в ад, - шепотом и с хрипотцой произнес парень.
— Это будет только после того, как твой уважаемый Чонгук, отправиться первым, после всего того ада, что предоставлю ему Я, - зловещим шепотом ответил ему Ким, продолжая свои жестокие игры.
Пытки продолжались долго, однако информации он так и не получил. Устав от безрезультатных попыток, Тэхен приказал своим людям избавится от Джисока, а сам отправился в дом.
Приняв душ, глава сидел и размышлял о том, как бы заманить главного врага в свои сети, чтобы вдоволь поиздеваться над его телом, а после отправить в ад Чонгука и всех кого он любит.
***
Время шло, а результаты поиска Джисока так и не привели ни к чему хорошему. Догадавшись, что это дело рук Кима, Чонгук принял решение, что война не прекратится, пока кто-то один не захлебнется в собственной крови. И не Чон это точно.
Собрав всех своих людей, он отдал приказ отправить Тэхену письмо, в котором говорилось, дата и место встречи для серьезных переговоров. Но что-то подсказывало, что это будет пустой тратой времени.
— Мистер Чон, вы уверенны, что с этими отродьями стоит вести переговоры? - неуверенным, но серьезным тоном спросил у Чонгука один из его людей, - может просто перестрелять одного за другим и дело с концом?
Гук только улыбнулся. Нет, будь все так просто, их клан давно бы уже избавился от Кима и других, но проблема заключалась в том, что именно эти двое развязали войну. Их отцы, деды и прадеды всегда все решали мирным путём. Да, друзьями они не были, но и до воин никогда не доходило. Пока отца Чонгука не подорвали в собственном кабинете, в котором была и его мать. За один момент Чон потерял обоих родителей и увы, простить такого он не мог. И не хотел.Парень точно знал чьих это рук дело. Тэхен всегда хотел развязать войну и присвоить себе все близ лежащие районы. Да только выкусил. Чонгук тоже парень не из робкого десятка. Его с детства обучали всему, что ему надо было знать. Так что если война - значит война.
***
Встреча таки состоялась и проходила она хоть и в напряжённой обстановке, но без стрелянины. Каждый из присутствующих держал ухо в остро и пистолет на готове, чтобы в случае чего, сразу успеть прикончить пару бесячих морд.
— Я одного не пойму, зачем ты послал людей на зачистку? Да ещё и меня грохнуть хотел? Насколько я знаю, война - не твоя тема, - довольно спокойно и даже умиротворенно рассуждал Тэхен сидя за столом с Чонгуком и распивая с ним бутылку дорогого виски.
— Не Я эту войну начал, Ким, а ты, - также спокойно и уверенно ответил Гук.
Переговоры проходили уже около часа, за это время парни успели чуть ли не прострелить друг другу головы, выпить две бутылки виски и теперь сидели спокойно разговаривали.
— Да на кой хрен она мне сдалась? Блять, да я бы если и хотел с тобой войны, уже бы давно тебя пристрелил к хуям и делу конец, - алкоголь явно ударил в голову, поэтому язык был, что помело.
— А моих предков за что ты грохнул? Джисока за что? М? - Чонгук тоже уже мало что соображал. Он придвинулся ближе к Киму и схватил того за затылок притягивая к себе и утыкаясь лбом в его.
— Сука, да сколько тебе ещё повторить?! Я и пальцем твоих предков не трогал, - Тэ на долю секунды посмотрел на губы Чона и облизал свои, - не Я отдал приказ, слышишь? Не я!
— Тогда кто? - от языка Кима мелькнувшего на секунду у Чонгука слегка скрутило внизу живота и кровь начала приливать к тому месту, к которому приливать не должна. Точнее должна, но не на Тэхена, он как бы враг вообще-то.
— Узнаем позже, - выпивший Тэ посмотрел Гуку в глаза, в которых читалось такое же желание, как и у него самого, - предлагаю отправить этих оболтусов нахуй, а самим продолжить нашу беседу в более приятной обстановке, как думаешь?
— Не думаю, пошли, - Чон встал из-за стола и махнув своим людям, взял Кима за руку и пошел вон из бара.
Люди Тэхена в ту же минуту собрались рвануть за ним, но он взглядом ясно дал понять, что сам прикончит их, если те сейчас ему помешают.