10. Цзян Нин вернулся
Линь Шень вышел из школы и заглянул в телефон – у него еще оставалось еще пять минут.
Можно было не торопиться. Он зашел в кафе возле школы и занял столик в углу. Это кафе обычно посещали студенты, но так как занятия еще не закончились, здесь почти никого не было, и кафе пустовало.
Вскоре звякнул дверной колокольчик, и в кафе вошел мужчина средних лет, крепкого телосложения с короткой стрижкой.
Его левую бровь пересекал шрам, словно срезая ее и придавая его бесстрастному лицу свирепый вид. Он производил впечатление человека, непонаслышке знакомого с насилием и кровопролитием. Он направился прямо в ту сторону, где сидел Линь Шень, удобно устроился за столиком, попросил принести ему чашку американо, после чего поздоровался с сидевшим напротив него человеком.
- С тобой нелегко встретиться, - мужчина с едва заметной улыбкой смотрел на Линь Шеня. – Все в порядке?
- Дядя Хай, - почтительно приветствовал его Лень Шень. – Все хорошо.
В кафе звучала тихая джазовая мелодия, которая заглушала их голоса. Судя по выражению их лиц, они говорили о пустяках, но содержание их разговора было далеко не безобидным.
- Ты поступил правильно, отвергнув предложение Ли Циньло вернуться в Китай. Он хочет с твоей помощью свалить Ли Цзибая и прибрать к рукам «Хунбай». Ли Цзибай ни за что этого не допустит, и между ними неизбежно возникнет конфликт. Чем больше хаоса в семье Ли, тем нам проще действовать исподтишка, - Цзян Хай сделал глоток кофе и добавил еще сахара.
- Если ты останешься с Ли Цзибаем, семье Ли будет непросто заподозрить тебя в измене. А, оставшись в Нанчене, ты бы слишком привлекал к себе внимание, и это помешало бы нашим планам. Мы так долго ждали и теперь, как только наш план сработает, нужно будет немедленно нанести решающий удар. Никаких колебаний! Мы не должны оставить Ли Циньло ни единого шанса на спасение.
Линь Шень подвинул Цзян Хаю тарелку с португальскими яичными пирожными:
- Да, я понял, дядя Хай, моя рука не дрогнет.
- Я это знаю, - Цзян Хай выразительно приподнял бровь. – Я не сомневаюсь насчет Ли Циньло, я лишь опасаюсь, что ты пожалеешь кое-кого другого.
- Хоть он и член семьи Ли, он не имеет к этому делу никакого отношения, - вздохнул Линь Шень.
- И что теперь? – спросил Цзян Хай, подивившись его наивности. – Собираешься сначала полностью оградить его от всего, а потому уже будешь действовать?
Линь Шень ничего не ответил, и его молчание говорило само за себя. Воспользовавшись удобным моментом во время передачи дел, он уже расставил своих людей вдоль той транспортной линии, выжидая подходящего момента, чтобы нанести смертельный удар. Этот момент откладывался снова и снова, он надеялся дождаться, пока «Ваньхе» возьмет под свой контроль всю транспортную линию, чтобы она больше никак не была связана с «Хунбай».
И тогда у Ли Цзибая не будет проблем ни в бизнесе, ни с семьей.
Это был его прощальный подарок Ли Цзибаю.
Но Цзян Хай безжалостно спустил его с небес на землю:
- Если с Ли Циньло что-то случится, мы станем врагами семьи Ли. Неужели ты думаешь, что Ли Цзибай отпустит тебя после этого? С чего вдруг? Только потому, что ты влюбился в него?
Линь Шень поджал губы и промолчал, и атмосфера за столом заметно похолодела.
Цзян Хай понял, что зашел слишком далеко и, вздохнув, заговорил мягче:
- Я знаю, ты не хочешь впутывать в это Ли Цзибая. Честно говоря, и мне этого не хочется. С Ли Циньло и так будет непросто справиться, нам не нужны дополнительные осложнения. А Шень, как только дело будет сделано, ты должен будешь немедленно скрыться, - с нажимом произнес Цзян Хай.
- Я понимаю, - кивнул Линь Шень, и Цзян Хай вздохнул с облегчением.
- Несколько дней назад я видел во сне твоего отца, и он попросил меня позаботиться о тебе. Ты его единственный сын, и, если с тобой что-нибудь случится, я не смогу посмотреть ему в глаза, когда мы встретимся в загробном мире.
Цзян Хай не мог задерживаться здесь надолго. Перед отъездом он связался с Линь Шенем по электронной почте, и сообщил ему новый способ связи на случай непредвиденной ситуации.
Два дня спустя Линь Шень один вернулся в страну Т.
Изначально Ли Сюй собирался лететь вместе с ним, но его дедушка простудился, и он был вынужден остаться с ним, чтобы позаботиться о нем.
Перед отъездом Линь Шеня он явился к нему в комнату с бутылкой вина, и они немного выпили и поболтали. Возможно, ему это только показалось, но Линь Шень не мог отделаться от ощущения, что Ли Сюй хочет, но не решается ему что-то сказать.
Когда Ли Сюй замялся в очередной раз, Линь Шень не выдержал и сказал:
- В чем дело? Если есть что сказать, просто скажи.
- Да ничего особенного, просто мне очень жаль, что ты уезжаешь, - прикинулся дурачком Ли Сюй. – Я лишь волнуюсь, что тебе придется одному справляться со всеми неурядицами.
В тот момент Линь Шень так и не понял, что он хотел этим сказать. Работа есть работа, едва ли тут уместно говорить о каки-то неурядицах. В конце концов, он взрослый человек, как-нибудь справится.
На следующий день Ли Сюй лично проводил его в аэропорт. Когда они прощались, Ли Сюй вдруг крепко обнял его за плечи и сказал:
- А Шень, ты ведь уже не ребенок. Смотри на жизнь шире, помни, что кроме работы есть еще личная жизнь. И, если тебе придется столкнуться с неприятным тебе человеком или какими-либо трудностями, не принимай этого близко к сердцу. Нужно уметь закрывать на них глаза, чтобы не осложнять себе жизнь.
Линь Шень чувствовал, что он говорит с непривычной для него серьезностью, без прежнего легкомыслия, и ему вдруг стало немного не по себе. Но он все же сумел улыбнуться и, перебросившись с ним еще парой фраз, отправился на посадку.
В аэропорту его встречал Цяо Энь. По дороге Линь Шень спросил его:
- Дома сейчас все в порядке?
Цяо Энь ответил утвердительно, и больше им было нечего сказать друг другу.
Когда машина заехала в подземный гараж, Линь Шень сразу заметил серебристую Lamborghini. Ее нельзя было не заметить, потому что она стояла на самом видном месте. Такая машина не соответствовала стилю Ли Цзибая, поэтому она не могла быть его новым приобретением. Значит, кто-то приехал в гости.
Линь Шень отнес чемодан наверх, быстро разложил вещи по местам и отправился в кабинет, чтобы найти Ли Цзибая.
Он подошел к двери и постучал. Вскоре послышались шаги, дверь открылась, и перед ним появилось улыбающееся лицо:
- Давно не виделись, А Шень.
Цзян Нин, стоя спиной к Ли Цзибаю, насмешливо смотрел на Линь Шеня, с удовлетворением отметив мелькнувшие в его взгляде удивление и боль.
- Здравствуйте, господин Цзян, - словно робот, выговорил, наконец, Линь Шень.
Цзян Нин отвел взгляд и усмехнулся. Он был красив как и прежде, и его улыбка была все также очаровательна.
- Цзибай, я пойду, вам нужно поговорить о делах, - сказал он, обращаясь к Ли Цзибаю.
Линь Шень на миг потерял самообладание, но, увидев Ли Цзибая, сумел взять себя в руки. Заставив себя сосредоточиться, он подробно доложил о ситуации в Нанчене, после чего выслушал несколько указаний.
- В следующим месяце состоится художественная выставка, и Цзян Нин какое-то время побудет здесь. Семья Цзян хочет выйти на рынок страны Т, и мы можем поспособствовать этому. Ты займешься этим.
Закончив давать указания, Ли Цзибай посмотрел на его усталый и понурый вид и, немного помолчав, сказал:
- Ты же только что с дороги, отдохни пару дней.
Линь Шень кивнул в ответ.
В кабинете на миг стало слишком тихо. Заметив удивленный взгляд Ли Цзибая, Линь Шень сообразил, что уже доложил обо всех делах, и ему следует уйти.
Под вопросительным взглядом Ли Цзибая он постарался ничем не выдать волнения и, развернувшись, медленно пошел прочь.
Он с трудом подавил желание спросить: «Вы помирились с господином Цзяном?»
У него не было никакого права задавать подобные вопросы.
Он расправил плечи и твердой походкой дошел до своей комнаты. Закрыв за собой дверь, он потер лицо руками, медленно подошел к кровати и, опустившись на нее, закрыл глаза. В этот момент его защитная оболочка, которую он возвел вокруг себя, когда увидел Цзян Нина, начала трещать по швам, а в его опустевшем сознании бесконечно крутилась лишь одна мысль.
... Цзян Нин вернулся.
С Цзян Нином у него были связаны только неприятные воспоминания, и они были как заноза, глубоко вонзившаяся в его сердце. От нее не было особого вреда, если не думать об этом каждый день. Но стоило только вспомнить, и в сердце сразу начинало покалывать, словно вся кровь проходила именно через это место.
Цзян Нин был бойфрендом Ли Цзибая, когда тот учился в университете, и единственным человеком, с которым Ли Цзибай признавал романтические отношения.
В отличие от большинства богатых молодых людей, Ли Цзибай за границей вел довольно простой образ жизни. Не считая редких моментов отдыха, когда он выходил в бар, все остальное время он посвящал учебе, и все его время было расписано по минутам. Однако, молодым людям требуется иногда удовлетворять физиологические потребности, и время от времени он приводил к себе кого-нибудь домой, но эти люди никогда не задерживались рядом.
Так было до тех пор, пока не появился Цзян Нин.
Цзян Нин был сыном известного ювелира из страны М, он учился в одной группе с Ли Цзибаем. Его семья была богата, он получил хорошее воспитание, к тому же, выделялся среди остальных своей внешностью и манерами. Познакомившись на одном из мероприятий в университете, они постепенно сдружились между собой. Позже выяснилось, что старейшины их семей уже имели деловые связи. Между ними находилось все больше точек соприкосновения, и они все больше сближались самым естественным образом.
Цзян Нин тоже знал Линь Шеня. Он держался с ним вполне любезно, на на самом деле, не воспринимал его всерьез, относясь к нему, как к мелкому прислужнику Ли Цзибая.
Он приезжал к Ли Цзибаю домой каждые выходные и проводил их вместе с ним. И в это время Линь Шень все время старался оставаться у себя в комнате и заниматься учебой, чтобы дать им возможность побыть наедине.
Иногда они вели себя слишком шумно по ночам. Однажды Линь Шень вышел попить воды и столкнулся с Цзян Нином, который вышел из комнаты Ли Цзибая в растрепанной одежде и с яркими отметинами на коже. Несмотря на свой юный возраст, Линь Шень кое-что понимал в таких вещах. Его лицо покраснело, он извинился и поспешно скрылся в своей комнате. На следующий день он не смел поднять глаза и встретиться взглядом с Ли Цзибаем или Цзян Нином.
Они втроем мирно сосуществовали в течение года, и у них не возникало никаких проблем, пока не произошел тот инцидент.
... Если бы не тот случай, если бы он не влюбился в Ли Цзибая, возможно, они не расстались бы и до сих пор в глазах окружающих были бы идеальной парой.
Теперь Линь Шень понимал, почему Ли Сюй тогда так себя вел. Выходит, он знал, что Цзян Нин вернулся, а также догадался, что он влюблен в Ли Цзибая.
Непрерывная работа в Нанчене и пятичасовой перелет окончательно измотали его. На Линь Шеня навалилась сонливость, прервав его воспоминания, и он, наконец, забылся тревожным сном.
Его разбудил громкий лай Брука.
Его будка находилась недалеко от окна комнаты Линь Шеня. Лай собаки и чей-то смех поначалу доносились словно издалека, а затем стали слышны все яснее. Линь Шень потер глаза, а затем встал и подошел к окну.
На улице ярко светило солнце. Брук, весь покрытый пеной, резвился на траве. Ли Цзибай, закатав рукава, поливал его водой из шланга, а Цзян Нин дразнил пса игрушкой и смеялся.
Линь Шень, глядя на эту сцену за окном, невольно зажмурился. Возможно, из-за слишком яркого света он какое-то время не мог открыть глаза.
Цзян Нин зачерпнул пригоршню пены с шерсти Брука и бросил ее в Ли Цзибая. Ли Цзибай, добродушно улыбаясь, что-то сказал в ответ и сделал вид, что собирается облить Цзян Нина водой из шланга. Цзян Нин подскочил на месте, пытаясь увернуться, и они снова начали вдвоем возиться с собакой.
Этот человек действительно мог позволить себе вести себя с Ли Цзибаем так, как Линь Шень никогда бы не осмелился.
Полагая, что его все равно никто не увидит, Линь Шень позволил себе задержаться у окна и понаблюдать за ними. На лице Ли Цзибая можно было разглядеть необычную для него мягкость. Оказывается, обычно такой сдержанный и холодный человек, мог раскрыть своё нежное сердце перед тем, кто ему был действительно дорог!
Он настолько погрузился в свои мысли, что совершенно не заметил, как эти двое прекратили свою возню за окном. Должно быть, Цзян Нин заметил его у окна и сказал об этом Ли Цзибаю. Неизвестно, что именно он сказал ему, но Ли Цзибай вдруг махнул ему рукой, жестом приглашая выйти к ним.
Когда Линь Шень подошел к ним, он уже полностью обуздал свои эмоции и держался как ни в чем не бывало.
Видя, что он выглядит уже не таким усталым как вчера, Ли Цзибай почувствовал облегчение. Он потянул Линь Шеню шланг и сказал:
- Мне нужно уехать ненадолго, и тебе придется его вымыть, - он собрался уходить, но снова остановился и с укором произнес. – Ты слишком избаловал его, и теперь он никому не дает его мыть. Смотри, какой он грязный.
Их не было дома целый месяц, и за все это время никто так и не смог как следует выкупать пса. Слуги пытались справиться с ним, но у них так ничего и не вышло. Линь Шень невольно заулыбался и слегка потрепал пса, который радостно бросился к нему в объятья:
- Да, ты у нас совсем распустился.
Цзян Нин, глядя на него с едва заметной улыбкой, шагнул вперед:
- А Шень, я останусь здесь и помогу тебе.
- Спасибо, господин Цзян, - вежливо ответил Линь Шень.
В конце концов, им вдвоем удалось привести пса в порядок. Линь Шень собрал все вещи и уже собирался уходить, когда Цзян Нин остановил его:
- А Шень, присядь, давай поговорим.
Линь Шень на миг замялся, пытаясь выкрутиться, но Цзян Нин уже сел и похлопал рукой рядом с собой:
- Садись, а иначе, я подумаю, что ты избегаешь меня, - сказал он, глядя на него многозначительным взглядом.
Линь Шеню ничего не оставалось, кроме как сесть рядом.
Цзян Нин, изучая взглядом насторожившегося Линь Шеня, сказал с улыбкой:
- Хоть я и сказал, что вернулся по делам, на самом деле, я здесь для того, чтобы восстановить свои отношения с Цзибаем.
Он немного помолчал и добавил:
- Конечно, к тебе это не имеет никакого отношения, ты ведь... всего лишь его помощник.
Линь Шень лишь крепче стиснул шланг, но ничего не сказал.
- Однако, нам еще предстоит долго жить под одной крышей, и я не хочу, чтобы что-то встало между мной и Цзибаем, заставляя меня чувствовать себя неуютно, да и тебя тоже.
Цзян Нин пристально разглядывал лицо Линь Шеня, которое было так привлекательно и вызывало в нем ревность, хотя его владелец даже не осознавал этого. Он придвинулся ближе, и в его голосе зазвучала злоба:
- Честно сказать, мне совсем не хочется тебя видеть. Стоит мне взглянуть на тебя, и я сразу вспоминаю, что ты тогда сделал, как подло и бессовестно занял чужое место.
Цзян Нин все еще улыбался, и со стороны могло показаться, что он просто шутит со своим приятелем.
- Если бы не ты, я бы не порвал, поддавшись импульсу, с Цзибаем, и нам бы не пришлось потом столько сожалеть об этом.
- Господин Цзян, - взгляд Линь Шеня стал ледяным, и он отодвинулся, восстанавливая дистанцию между ними.
Он повернул голову и, глядя Цзян Нину в глаза, сказал, четко выговаривая каждое слово:
- Никто не может повлиять на решения господина Ли. Если вы с ним расстались, все вопросы к нему или к тебе. Это не имеет ко мне никакого отношения. А то, что я сделал, касается только меня, и не тебе меня судить.
- К тому же, будь я помощником или компаньоном, я знаю свое место. Надеюсь, господин Цзян тоже сможет определиться со своим положением вместо того, чтобы грубить мне. В этом нет никакого смысла, и тем самым вы лишь выставляете себя невоспитанным человеком.