1-2
Глава 1
Рыжелап тщательно утоптал мох в уголок подстилки в воинской палатке Грозового племени и вздохнул.
– Это так скучно! Вот бы сейчас на охоту…
Его сестра, Искролапка, вошла в палатку с новой порцией мха и, свалив её возле Рыжелапа, поморщилась от опостылевшего запаха.
– Ну, мы, по крайней мере, не вычёсываем блох у старейшин, как Снежинка и Чернушка, – промяукала она в ответ.
Рыжелап, вздохнув, принялся утаптывать новый кусочек мха.
– Зато совсем скоро состоится их церемония посвящения в воины, и тогда мы с тобой останемся единственными оруженосцами. И будем в течение долгих лун выполнять всю самую грязную работу одни, – возразил он. – А Буран с Когтем уже стали воинами, да и Пестролапка нам больше не помогает…
Искролапка бросила взгляд в сторону выхода из палатки, туда, где Пестролапка, их сестра, раскладывала травы подсушиться на солнышке.
– Ученики целителей тоже напряжённо трудятся, – промурлыкала она, весело взглянув на брата, – а не ты один, Рыжелап.
Котик дёрнул усами.
– Да я понимаю, что мелю ерунду, – признал он, – просто уж очень хочется пойти на охоту с Птицехвостом, Когтем и остальными!
И он бы, несомненно, пошёл на охоту с ними, если бы это был обычный охотничий патруль. Как-никак, Птицехвост был его наставником и, пускай полосатый кот и был порой чересчур угрюмым, он бы не отлучил своего ученика от охоты без веской на то причины. Но сегодня их патруль ушёл к Нагретым Камням, которые Солнцезвёзд, предводитель Грозового племени, считал слишком опасными для оруженосцев.
– Мы годами сражаемся за Нагретые Камни с Речным племенем, – объяснял ему Птицехвост. – Говорят, что когда-то камни были в самой реке, и потому Речные считают их своей собственностью. Не знаю, правда это или нет, но, насколько помнят самые старые из ныне живущих старейшин, они всегда находились на нашей территории. Но Речные не признают их нашими. Незадолго до того, как тебя посвятили в оруженосцы, мы уже ходили к ним и всё им доходчиво объясняли, но Солнцезвёзд опасается, что они просто усыпляют нашу бдительность и однажды могут напасть.
«Именно из-за этого я застрял в лагере и, вместо того, чтобы охотиться, обновляю воинские подстилки», – ещё раз вздохнув, подумал Рыжелап.
Конечно, это тоже было важной работой. Оруженосец прекрасно осознавал это и был готов делать что угодно, лишь бы приносить пользу своему племени. Но, по сравнению с охотой, этот труд был так уныл!
Рыжелап любил охоту, наверное, больше всего на свете. Это было совершенно особенным чувством – идти через Грозовой лес, тщательно принюхиваясь в поисках слабейших отголосков запаха дичи. Чувствовать, как напрягается каждый мускул тела, когда он, обнаружив добычу, начинал подкрадываться к ней. Но ничто, конечно, не могло сравниться с решающим броском.
Котик выпустил когти, представляя, как под ними бьётся мышь. В те моменты, когда племя ело пойманную им дичь, его буквально распирало от гордости. Буквально на днях Птицехвост говорил, что из него растёт толковый охотник, и от одного этого воспоминания у Рыжелапа стало тепло на душе.
– Когда-нибудь я стану лучшим охотником в племени! – торжественно заявил он.
Искролапка взмахнула своим светло-серым хвостом.
– Даже лучше Когтя? – поддразнила она брата. – Никто не сможет превзойти Когтя. По крайней мере, он сам так думает, – весело добавила она.
Вдруг на пол палатки упала тень, и в проходе показалась плоская рыжая морда Алосветик – наставницы Искролапки.
– Болтовня, случайно, не мешает вашей работе? – весело спросила кошка у оруженосцев. – Искролапка, а ну-ка положи побольше мха в уголок – не хочу спать на голых камнях.
– Хорошо, Алосветик, – промяукала кошечка, почтительно склонив голову.
– И почему бы тебе, Рыжелап, не сходить к куче с дичью и не принести пёрышек? С ними подстилки будут куда мягче и уютнее.
– Но там нет подходящих перьев, – ответил Рыжелап чуть менее уважительным тоном – в конце концов, Алосветик не была его наставницей.
– Скоро они там будут, – заверила его кошка. – Охотничий патруль Птицехвоста как раз возвращается, и, похоже, они несут пару вполне подходящих дроздов.
– Они уже вернулись?! – воскликнул Рыжелап, молнией бросившись к выходу из палатки. Искролапка последовала за ним.
– Только не забудьте закончить свою работу! – строго крикнула Алосветик им вслед.
Очутившись за пределами тёплой воинской палатки, Рыжелап вздрогнул – его до кончика хвоста пробрал порыв холодного ветерка сезона Листопада. И всё же над головой ярко светило солнце – у них ещё было какое-то время до наступления Голых Деревьев. В середине лагеря старшие оруженосцы, Снежинка и Чернушка, тоже оторвались от вычёсывания блох у старейшин, наслаждающихся последними тёплыми деньками.
– Кажется, это была добрая охота! – воодушевлённо промяукала Снежинка. Лежащая рядом Зяблица недовольно выгнула спину.
– Ты тут разговорчики разговариваешь или избавляешь меня от блох? – проворчала она. Снежинка, закатив глаза, вернулась к своему занятию. Рыжелап, едва удержавшись от смеха, тут же перевёл взгляд на возвращающихся охотников.
Птицехвост был уже у кучи с добычей, и дрозды, упомянутые Алосветик, лежали у его лап. Но, несмотря на славную добычу, лицо наставника буквально почернело от гнева. Смутившись, котик перевёл взгляд на вход в их лагерь, где показалась остальная часть их патруля.
Горностайка шагала через поляну, неся во рту белку, причём на её лице застыло всё то же, не предвещающее добрых вестей, выражение, что и у Птицехвоста. Рыжелап чуть вытянул шею, стараясь увидеть того, кто шёл за ней. Вот из дрокового туннеля показались могучие плечи Когтя. Он, как и остальные, был рассержен, но внимание Рыжелапа привлекла добыча, свисавшая у него изо рта – жирный кролик и две сочные полёвки! Добыча была столь велика, что оруженосец дивился, как огромный воитель, несмотря на свою силу, умудряется тащить её.
– Ничего себе, – изумлённо шепнул Рыжелап своей сестре, – Коготь действительно лучший охотник в племени.
Искролапка раздражённо хлестнула хвостом.
– И всё равно, он – высокомерный комок меха, – тихо прошептала она в ответ.
– Да… наверное, – согласился Рыжелап, провожая глазами пересекающего поляну Когтя. – И всё же он довольно сильно изменился с тех пор, как стал воином.
Когда Когтелап ещё был старшим оруженосцем, он не упускал ни единого случая, чтобы показать всем остальным, что является лучшим охотником и самым сильным бойцом, и что Рыжелап, Искролапка и Пестролапка, бывшие младшими оруженосцами, не годились даже в качестве мха в его подстилку. И Рыжелап ему этого не забыл.
Но с тех пор, как Коготь получил своё воинское имя, он перестал травить оруженосцев. Вместо этого он, кажется, сосредоточился на том, чтобы стать лучшим воином в племени. «Наверное, он однажды станет предводителем», – подумал котик, восхищённо глядя на широкие плечи и огромные лапы тёмно-бурого воителя.
Все трое воителей, бывшие в патруле, уже успели сложить свою дичь в кучу, и теперь собрались на поляне. Было видно, что их всех буквально трясло от гнева.
– Интересно, что случилось, – взволнованно прошептала Искролапка на ухо брату.
Любопытство пересилило, и Рыжелап подошёл поближе.
– Ну, как охота? – спросил он наставника, чувствуя себя жутко неловко. – Тебе пришлось долго выслеживать этих дроздов, или ты просто прыгнул, и…
– Не сейчас, Рыжелап, – вдруг резко оборвал его Птицехвост. – У нас есть важное донесение для Солнцезвёзда, – после чего быстрым шагом направился к предводительской палатке. Горностайка и Коготь отправились следом.
– Давай лучше вернёмся к работе, – промяукала Искролапка, бросив нервный взгляд через поляну на показавшуюся Алосветик. – Иначе нам влетит.
Рыжелап колебался, глядя, как замыкающий строй Коготь исчезает в глубинах палатки Солнцезвёзда у подножья Высокой Скалы. Спустя несколько мгновений в проходе показалась пушистая рыжая голова самого предводителя.
– Пятнистый! – позвал он, и глашатай поторопился в предводительскую палатку к остальным.
«Случилось что-то плохое», – подумал Рыжелап, ощетинившись. Он невольно огляделся по сторонам. Может, они увидели в лесу что-то страшное? Например, барсуков или лис. «А, может, даже Двуногих с их собаками», – буквально передёрнуло оруженосца.
На другом конце поляны Синегривка и Остролап тоже подняли головы, задумчиво глядя в сторону предводительской палатки. Все вокруг знали, что Солнцезвёзд почти наверняка выберет кого-то из них следующим глашатаем, когда Пятнистому придёт пора уходить в палатку старейшин, и они оба должны были быть в курсе всего происходящего между племенами, чтобы занять пост, будучи во всеоружии.
Взоры почти всех присутствующих также были устремлены в сторону палатки Солнцезвёзда, и за Рыжелапом сейчас никто не следил. Искролапка покорно направилась к воинской палатке, в то время как Снежинка и Чернушка вернулись к вычёсыванию старейшин. Алосветик делила полёвку с Розохвосткой, параллельно о чём-то с ней разговаривая. «Она не заметит, если я ненадолго отлучусь», – решил Рыжелап.
Стараясь не подать виду, что он подслушивает, оруженосец подкрался к предводительской палатке и навострил уши.
– Солнцезвёзд, это происходит уже в третий раз! – раздался вой Птицехвоста.
– Вы отчётливо видели, как Речной патруль помечает Нагретые Камни? – уточнил предводитель, в голосе которого слышались нотки едва сдерживаемого рычания.
– Да. Это были Совокрыл, Мягкокрылая и Выдрохвостая, – подтвердила Горностайка. – Мы хотели было прогнать их, но не решились бросать нашу добычу.
– А должны были! Обязаны были задать им такой урок, который они запомнили бы надолго! – яростно прошипел Коготь. – И ради этого стоило поступиться добычей.
– А мы-то думали, что Ледозвёзд прислушался к нашим словам, – промяукал Пятнистый. Его голос звучал настолько устало, что Рыжелапа аж передёрнуло. С каждым днём глашатай выглядел всё более больным, а рёбра всё отчётливее выступали сквозь его тонкую сухую шкуру. – Может, нам стоит поговорить с ним ещё раз? В конце концов, его воители могли сделать это самовольно.
– Достаточно разговоров, – прорычал Коготь. – Нам нужно прекратить говорильню и показать, наконец, Речным, что они не могут безнаказанно ходить на нашу территорию, как к себе домой.
– И что ты предлагаешь, Коготь? – спокойно спросил Солнцезвёзд. Рыжелапу даже показалось, что он видел напряжённое лицо предводителя, тщательно обдумывавшего каждое слово своих воителей.
– Мы должны сражаться, – прошипел Коготь. В недрах палатки послышался скребущий звук, и оруженосец живо представил себе, как бурый воин изгибает свои могучие лапы, то и дело втягивая и снова выпуская когти в тщетной попытке унять ярость. – Мы должны напасть на Речной лагерь! И наглядно продемонстрировать им, что бывает с теми, кто переходит дорогу Грозовым котам.
– Не уверен, что это мудрая мысль, – заспорил Пятнистый. – Тем более, у Речных сейчас больше воителей, чем у нас. И ты предлагаешь напасть на их лагерь, численно уступая противнику?
– Тогда мы приведём с собой наших оруженосцев, – холодно ответил ему Коготь. – Участие в настоящей схватке пойдёт им только на пользу.
Рыжелап застыл в изумлении. «Оруженосцы? Коготь хочет, чтобы мы отправились сражаться с Речным племенем?»
У котика закружилась голова, и на мгновение он потерял нить происходящего в предводительской палатке. Сердитый голос наставника вернул его к действительности.
– Мы не можем отправить наших оруженосцев в битву, ведь у них совсем нет реального боевого опыта! – взвыл Птицехвост.
– Они ещё не готовы, – согласилась Горностайка.
– И никогда не будут готовы, если вы будете так над ними трястись, – прорычал Коготь. – Они должны проходить всестороннее обучение, и нет способа учиться лучше, чем принять участие в настоящем сражении!
Повисло долгое молчание – собравшиеся ждали решения Солнцезвёзда. «Он наверняка возьмёт с собой Снежинку и Чернушку, но не возьмёт нас с Искролапкой, – подумал Рыжелап. – Наверняка подумает, что мы ещё слишком молоды, чтобы сражаться. – Он с трудом сглотнул. – И вообще, хочу ли я участвовать в этой битве?»
Мечтая поскорее стать воином, Рыжелап, тем не менее, никогда не жаждал битвы. Всё, чего ему хотелось – это охотиться и ходить в патрули. Оруженосец понимал, что когда-то ему придётся броситься в бой, но и предположить не мог, что это время настанет так скоро.
– Мы пойдём на территорию Речного племени, – промяукал, наконец, Солнцезвёзд. – И мы возьмём с собой всех четверых наших оруженосцев.
Рыжелап был настолько потрясён, что не смел дышать.
– Но, Солнцезвёзд… – начал было Птицехвост.
– Успокойся – мы не собираемся начинать войну, – перебил его предводитель. – Мы лишь зайдём на их территорию, проведя демонстрацию силы. Таким образом, мы дадим адекватный ответ Речным и напомним Ледозвёзду, что ему стоит держаться подальше от чужой территории.
– Но мы уже делали это прежде, – возразил Коготь, – и это лишь ненадолго отсрочило очередные нарушения рыбомордыми наших границ.
– В этот раз мы возьмём с Ледозвёзда слово, – уточнил Солнцезвёзд. – Наверняка он и сам понимает, что мы не можем вечно враждовать из-за Нагретых Камней. И, если он согласится, заодно и узнаем, хозяева ли Речные своим словам.
– Не думаю, что брать Рыжелапа с Искролапкой это разумная идея, – вновь подал голос Птицехвост. – Им ещё очень далеко до конца их обучения. Они могут пострадать, если что-то пойдёт не по плану.
– Снежинка с Чернушкой скоро уже станут полноправными воительницами, – согласилась Горностайка. – А Рыжелап с Искролапкой, если разобраться, совсем недавно вышли из детской.
Рыжелап невольно ощетинился. Он, может, и не был ещё полноправным воителем, но и беспомощным котёнком он тоже не был!
– Коготь в чём-то прав насчёт подготовки оруженосцев, – задумчиво промяукал Солнцезвёзд, – но и ваши слова имеют резон, – кивнул он Горностайке с Птицехвостом. – Если мы возьмём с собой оруженосцев, то обязаны придумать, как обеспечить им полную безопасность.
– Мы можем попытаться разделить наших воителей, – предложил Пятнистый. – Большая часть наших сил пойдёт вглубь Речной территории, перейдя реку, в то время как другая отправится со стороны Четырёх Деревьев через мост. Если дело вдруг примет непредвиденный оборот и начнётся битва, они смогут напасть с тыла, когда противник уже будет отвлечён основной группой.
– И мы могли бы разместить оруженосцев как раз в хвосте той второй группы, – задумчиво промяукал Солнцезвёзд. – Вместе с тобой, Коготь.
– Но ведь я – лучший воин Грозового племени! – в ярости завопил огромный кот.
– А я планирую решить все наши вопросы с Речным племенем, не начиная драки, – спокойно ответил ему предводитель. – В конце концов, именно ты предложил взять с собой оруженосцев, и я считаю, будет справедливым, если именно ты будешь отвечать за их жизни и здоровье в ходе этого мероприятия.
– Но я ведь не их наставник, – угрюмо прорычал Коготь.
– Зато ты – тот, кто сможет обеспечить их безопасность, – отрезал Солнцезвёзд.
Повисла продолжительная пауза. Наконец, Коготь пробормотал: – Хорошо, Солнцезвёзд.
Рыжелап представил себе, как косматая голова воителя опустилась, а в глазах застыли злость и разочарование.
– Нужно поделиться нашим планом с племенем, – промяукал Солнцезвёзд, и Рыжелап бросился прочь от Высокой Скалы, чтобы выходящий предводитель не поймал оруженосца за его неблаговидным занятием.
«Я буду участвовать в битве!» – с бешено колотящимся сердцем думал он.
Но тут же по его спине пробежал противный холодок, а хвост безвольно поник.
«Да, мне, похоже, и впрямь предстоит участвовать в битве…»
Глава 2
– Видишь? – спросила Кривуля, наклоняясь к Рыжелапу таким образом, чтобы он чётко мог видеть её незрячий глаз, затянутый молочного цвета бельмом и так разительно отличающийся от жёлтого и зоркого рядом. На веке отчётливо виднелся застарелый шрам. – Барсук сделал это со мной, когда я была ещё котёнком. Одно неверное движение в битве может привести к непоправимым последствиям. Будь сегодня особенно осторожен, Рыжелап.
– Думаешь, нам действительно придётся сражаться? – еле слышно спросил он. Живот оруженосца скрутило.
Светло-серая кошка задумчиво дёрнула усами.
– Честно говоря, с трудом представляю себе, как нам удастся избежать битвы. Ведь Солнцезвёзд отчётливо давал Ледозвёзду понять, чтобы они не приближались к Нагретым Камням. Но они не послушались, и, похоже, нам придётся драться, – вздохнув, кошка добавила: – Хотела бы и я быть там с вами. Ненавижу чувствовать себя бесполезной.
– Ну, рожать новых котят – это ведь тоже, эм-м… важно, – помявшись, смущённо ответил Рыжелап, мельком взглянув на округлившиеся бока кошки.
– Спасибо на добром слове, – промяукала кошка чуть более жизнерадостно, кивнув оруженосцу. – Только прошу тебя, не лезь там в пекло. Воины сами сделают свою работу.
– Хватит пугать моего оруженосца! – раздался позади них чей-то весёлый голос, и Рыжелап аж подпрыгнул от неожиданности, принявшись затем смущённо вылизывать грудку. «Я не напуган!» – подумал он, пытаясь убедить в этом самого себя.
Кривуля повернулась к другу и нежно замурлыкала.
– Я просто хочу, чтобы вы оба были осторожны. Помни: котятам нужен отец.
Птицехвост, подойдя поближе, прижался щекой к щеке любимой, закрыв глаза. Рыжелап поспешно отвёл глаза.
– Я лучше подожду там, в сторонке, – смущённо выпалил он и, развернувшись, поскакал прочь, не останавливаясь, пока он не достиг кучи с добычей.
Остановившись, он сделал глубокий вдох. Сейчас, когда он находился достаточно далеко от Птицехвоста с Кривулей, его смущение отступило и вновь уступило место безудержному волнению, иголками прокладывавшему свой путь по хребту от хвоста до самой шеи. Оно только усилилось, когда котик вспомнил слова Кривули. «Одно неверное движение может привести к непоправимым последствиям»…
Неподалёку Вихрегон давал Чернушке последние предбоевые наставления.
– Помни, – говорил он ей, – если тебя повалят на спину, что есть мочи бей противнику когтями в живот, как я тебе показывал. И не бойся использовать когти.
У Рыжелапа в горле встал ком – его вновь накрыл приступ паники. «А ведь я даже этого движения ещё не учил!»
На середину поляны вышел Солнцезвёзд, призывая собравшихся к вниманию.
– Пришло нам время раз и навсегда решить вопросы с Речным племенем, – объявил он. – Синегривка поведёт группу с оруженосцами, их наставниками и Когтем по направлению к Речному лагерю через мост Двуногих. Львиногрив и Златошейка останутся охранять лагерь.
Большой золотистый кот и его палевая сестра обменялись разочарованными взглядами, но, тем не менее, почтительно склонили головы.
– Все остальные, съешьте травы, которые приготовили наши целители, и выдвигаемся. И помните – мы планируем лишь демонстрацию силы. Не атаковать без моей команды – если, конечно, Речные не нападут первыми.
Пышноус и Пестролапка пошли между рядами воинов, давая им травы. Подойдя к брату, Пестролапка дала ему небольшой комочек трав. – Они прибавят тебе сил, – пояснила она, и Рыжелап, кивнув, засунул травы себе в рот, поморщившись – они были горькими.
Когда все закончили с приёмом трав, Солнцезвёзд развернулся к выходу из лагеря.
– Выдвигаемся! – громогласно объявил он.
Воины потянулись к выходу вслед за предводителем. Хвосты их были высоко подняты, а глаза горели огнём. Рыжелапа же не переставала бить мелкая дрожь. «Да что со мной не так, в конце концов! Я же хочу стать воином! Всегда хотел. Тогда почему же мне сейчас так страшно?»
– Чего хвост повесил? – спросил подошедший Коготь, с любопытством разглядывая оруженосца.
– Кривуля рассказывала о том, как потеряла глаз, – неохотно ответил Рыжелап. – Она сказала, что одно неверное движение в битве может привести к непоправимым последствиям. А ещё она сказала мне держаться позади и не мешать воинам делать их работу.
Коготь презрительно взмахнул хвостом.
– Кривуле просто завидно, что она вынуждена рожать котят вместо того, чтобы сражаться за своё племя, – промяукал он холодно. – Не позволяй её словам деморализовать тебя. Это она больше не может сражаться, а у тебя ещё всё только впереди.
«Действительно?» Шкуру Рыжелапа закололо от волнительного ожидания. Мысль о том, что когда-нибудь он тоже сможет стать сильным воином, грела душу куда больше, чем мысли об отсиживании за спинами у других.
Коготь был так уверен в себе… И, если он был уверен в том, что Рыжелап сможет стать хорошим воителем, то, может, так оно и было? От этих мыслей в груди оруженосца потеплело.
– Настоящий воитель не станет избегать драки, – продолжал Коготь. Выпустив когти, он с силой провёл ими по земле, оставляя в ней глубокие борозды. – И если Речные хотя бы попытаются что-то мяукнуть в наш адрес, я тут же нападу. Мы не имеем права колебаться, если хотим, чтобы нас уважали.
Рыжелап понимал, насколько безрассудными были слова Когтя, ведь Солнцезвёзд ясно сказал не нападать без его приказа. И всё же он не мог не восхищаться огромным бурым воином. «Ведь он такой храбрый!»
Рыжелап меж тем увидел, как его отец, Змеезуб, замыкавший вереницу Грозовых воинов основной группы, скрылся в дроковом туннеле.
– Оруженосцы и их наставники! Коготь! За мной! – раздался над поляной клич Синегривки. Её ученица, Снежинка, стояла рядом, во все глаза благоговейно глядя на наставницу.
Птицехвост коснулся носом носа своей подруги, Кривули, и повернулся к выходу.
– Пошли, Рыжелап, – промяукал он, направляясь вслед за Синегривкой.
Рыжелап встретился взглядом с Пестролапкой. Ученица стояла рядом со своим наставником, Пышноусом, возле входа в целительскую палатку. – Удачи, Рыжелап! – прокричала она. – И тебе, Искролапка!
Помахав ей на прощание хвостом, Рыжелап сделал глубокий вдох и отправился вслед за наставником к выходу из лагеря.
Синегривка возглавляла строй, Птицехвост и Алосветик шли сразу за ней. За ними шли Вихрегон с Чернушкой, Снежинка шла рядом, болтая с ними.
– А как вы думаете, мы увидим, как Речные коты плавают? – донёсся до ушей Рыжелапа её вопрос.
Сам он с сестрой шёл почти в конце колонны – позади был лишь замыкающий строй Коготь. Недавно опавшие листья похрустывали под лапами, а солнечные лучи, пробиваясь сквозь ветки деревьев, отбрасывали причудливый узор на лесную подстилку. Рыжелапа вдруг снова пробрала дрожь, и холодный ветер сезона Листопада был тут не при чём.
Искролапка внимательно посмотрела на брата.
– Боишься? – прошептала она.
– Немножко, – признался котик, стараясь, чтобы шедший сзади Коготь не услышал его.
– Не волнуйся, – подбодрила его Искролапка. – Помни, что это всего лишь демонстрация силы. А если что-то вдруг и случится, то мы будем не одни. Да нас тут целое племя! Птицехвост и Алосветик позаботятся о том, чтобы всё было в порядке. – Она подошла настолько близко, что их бока соприкоснулись, и прошептала ещё тише: – А ещё с нами Коготь, считающий себя лучшим воином во всём Лесу. Он не позволит, чтобы с нами что-то случилось, ведь это подмочило бы его репутацию.
В то время как основная группа направилась прямиком к Речному лагерю, Синегривка повела свой патруль мимо Совиного Дерева и неподалёку от Четырёх Деревьев. Через некоторое время они повернули и направились в сторону реки и мостика Двуногих через неё.
– Пустая трата времени, – пробормотал Коготь. – Нужно атаковать их лагерь, а не слоняться по задворкам их территории.
– Ты что, хочешь оспорить приказ Солнцезвёзда? – резко прошипела ему в ответ Синегривка. – И мы не будем драться, пока обстановка того не потребует.
Серо-голубая кошка тревожно вглядывалась в лежавшие впереди открытые пространства Речного племени, словно силясь что-то там увидеть. Коготь злобно посмотрел на неё, но ничего не сказал.
Ступив вслед за Снежинкой на мост, котик сморщился от неестественно острого запаха Двуногих. Он казался Рыжелапу таким… странным.
Они успели сделать буквально несколько шагов, как вдруг раздался крик. Вихрегон вскинул голову.
– Это Безух, – промяукал он. – И он дерётся!
Ещё один отчаянный вопль заставил присутствующих вздрогнуть.
– А это Рябинка, – узнала голос Синегривка. – И, кажется, она в беде!
– Вперёд! – взревел Коготь, легко минуя оруженосцев. Рыжелап, напружинив мышцы, устремился по твёрдой поверхности моста за ним.
Вдруг откуда-то сверху раздался пронзительный визг. Огромная коричневая тень, закрыв собой солнце, падала на них. Поддавшись панике, Рыжелап бросился было назад, но Синегривка с Когтем, ощетинившись, уже стояли на задних лапах, выпустив когти и отражая угрозу с небес, которая, как теперь отчётливо видел котик, была огромной птицей!
– Защищайте оруженосцев! – закричал Вихрегон, и другие воители, выпустив когти, тоже бросились на птицу.
Птица, взвизгнув, вновь взмыла в небеса. Широко раскинув огромные крылья, она зорко следила за ними своими жёлтыми глазами. «Это ястреб! – вспомнил Рыжелап. Птицехвост рассказывал ему, насколько опасны могут быть такие огромные птицы. – «Они непременно унесут котёнка и сожрут, если им представится такая возможность, – сами собой зазвучали в ушах слова наставника. – Могут унести даже взрослого кота. Лишь с целым патрулём им не справиться». Обычно они нападают на самых маленьких, – подумал Рыжелап, на тех, кого могут унести в когтях». Вздрогнув, котик судорожно сглотнул – ведь они с Искролапкой и были самыми маленькими из присутствующих.
– Сомкнуть строй! – скомандовала Алосветик, и Птицехвост с Вихрегоном поспешили к оруженосцам, вокруг которых взрослые коты втроём и образовали кольцо.
Рыжелап не мог оторвать взгляда от ястреба, кружившего над ними. Его длинные острые когти и хищно изогнутый клюв, несомненно, несли страшную опасность. Котик понял вдруг, насколько уязвимы они были на этом мосту, где между ними и хищной птицей не было ни деревьев, ни кустов – вообще ничего!
– Бегите! – скомандовала Синегривка, указывая хвостом на небольшую берёзовую рощицу возле дальнего конца моста. – Прячьтесь под деревья!
Теплые шкуры соплеменников скользнули по его бокам – они, следуя приказу, побежали. Рыжелап хотел было побежать с ними, но ему казалось, что лапы буквально приросли к поверхности моста Двуногих. Он съёжился, весь дрожа. «Я должен бежать!» – пытался убедить он сам себя.
Но он просто не мог.
Котик поднял глаза к небу и увидел, как ястреб пошёл на снижение, широко раскинув крылья. Отчаянно царапая твёрдую поверхность моста, он, наконец, поднялся и побежал. Но, оглянувшись, Рыжелап увидел, что расстояние между ним и остальными членами патруля лишь увеличивается.
«Я бегу не в ту сторону!» – в ужасе подумал он.
Всё вокруг будто бы замедлилось – всё, кроме сердца Рыжелапа, отчаянно отбивавшего ритм. Оруженосец задыхался, а лапы его, казалось, налились каменной тяжестью и практически отказывались двигаться.
– Рыжелап! – услышал он отчаянный вопль сестры с другой стороны моста. Остальные, наконец, тоже заметили, что его больше не было в общей группе.
«Может быть, если я прямо сейчас развернусь, то ещё успею их догнать?»
Но ястреб сейчас кружился именно над ним, опускаясь всё ниже и ниже. Рыжелап уже мог отчётливо видеть хищный огонь, горевший в глазах-бусинках птицы. Он съёжился на мосту, словно бы пытаясь вжаться в его поверхность.
– Рыжелап, беги! – завопил Птицехвост. Они с Когтем неслись к нему, стремительно сокращая дистанцию, но ястреб был ближе. Он пикировал на котика, выпустив когти.
У Рыжелапа перехватило дыхание.
«Ястребы всегда нападают на одиноких котов», – раздался в голове какой-то бесстрастный голос.
И оруженосец вдруг почувствовал такое одиночество, какого не испытывал никогда прежде.