55 глава.
Теодор сидел в широком кресле у окна, облокотившись локтем о подлокотник и чуть склонив голову набок. Его лицо было расслабленным, почти умиротворённым — в уголках губ застыла тихая, едва заметная улыбка.
За окном раскинулся сад, наполненный множеством цветов, которые цвели, будто старались превзойти друг друга. В центре этой разноцветной палитры мелькала Розалина. Белое лёгкое платье обвивалось вокруг её колен, волосы рассыпались по плечам и ловили солнечные блики. Она наклонялась к каждому цветку, шептала что-то ласковое, а затем смеялась — звонко, искренне, так, что сам сад будто оживал от её голоса.
Рядом с ней бегала их дочь — Теолина. Маленькая девочка с такими же непослушными кудряшками, как у отца, и сияющими глазами, в которых отражался каждый луч света. Она повторяла за матерью: склонялась к цветам, пыталась что-то пробормотать им в ответ и снова срывалась в смех. Потом, с визгом и радостным криком, бросалась догонять Розалину, и та, играя, убегала от неё, чуть взметая подол платья.
Теодор смотрел на эту картину и не мог отвести взгляд. Его улыбка становилась всё теплее, мягче. В этот момент ему казалось, что все шрамы прошлого — их боль, проклятье, страхи, тени — остались далеко позади. Здесь и сейчас у него было самое главное: её смех, её свет и этот маленький, живой кусочек счастья, бегущий по саду вслед за матерью.
Он прикрыл глаза на секунду, глубоко вдохнул аромат цветущего сада и позволил себе подумать: «Вот она — моя жизнь. И я не хочу никакой другой».
Теодор, всё ещё сидя в кресле, чуть наклонился вперёд и негромко позвал:
— Теолина, иди сюда.
Девочка мигом откликнулась, с визгом развернулась и понеслась к дому. Маленькие ножки забарабанили по траве, и вот она уже забралась на его колени, обняла его за шею и уткнулась в грудь. Теодор сжал её в руках, прижимая к себе, и провёл ладонью по её кудряшкам.
Розалина, остановившись у клумбы, подняла глаза к небу, вдохнула сладкий аромат сада и, улыбаясь, сказала:
— Сад просто чудесный!
Теодор посмотрел на неё, и в его улыбке сквозило что-то гордое и нежное:
— Я ведь обещал...
Розалина рассмеялась, сделала несколько шагов к дому, но в этот миг по тихой усадьбе раздался неожиданно громкий звук — звонок в дверь.
Дверь медленно открылась, и Теодор застыл на пороге.
На крыльце стояли Джинни и Блейз, Гарри и Пенси, Драко и Гермиона. Все — в праздничных костюмах и платьях, сияющие и удивительно красивые. В их руках были коробки, перевязанные лентами, букеты, пакеты с вином и сладостями.
На секунду повисла тишина, а потом они хором воскликнули:
— С новосельееееем!
Розалина, услышав их голоса, подбежала к двери, запыхавшаяся от игры с Теолиной. Увидев друзей, она прижала ладонь к губам, не в силах сдержать улыбку.
Теолина выглянула из-за плеча Теодора, её кудряшки чуть подпрыгивали от движения. Она уставилась на гостей широко распахнутыми глазами, а потом робко спряталась обратно, вызвав смех у всех присутствующих.
Розалина открыла дверь шире и радостно сказала:
— Заходите скорее!
И сад наполнился смехом, разговорами и светом свечей, будто дом и вправду ожил.
Дом встретил гостей запахом свежего хлеба и сладковатым ароматом цветов, которые Розалина заранее расставила по вазам. Все сразу заговорили разом, смех, приветствия и лёгкий шум наполнили комнаты.
Блейз шутя подхватил Теолину на руки, та сначала смутилась, но потом залилась звонким смехом и схватила его за галстук. Джинни осторожно поправила на девочке выбившуюся прядку, и та довольно кивнула, будто разрешая.
Гарри и Пенси водрузили на стол большой торт в белой глазури. Пенси подмигнула Розалине:
— Специально заказала — он такой же светлый, как твой новый сад.
Гермиона и Драко поставили на стол аккуратную коробку. Теолина, сияя от нетерпения, тут же потянулась к лентам. Теодор, обычно строгий, не удержался от улыбки и позволил дочери разорвать бумагу. Внутри оказалось очаровательное заколдованное дерево-бонсай, которое тихо шевелило листочками, будто живое.
— Теперь у вас будет собственное семейное дерево, — сказала Гермиона, а Драко сдержанно усмехнулся, пряча теплоту в глазах.
Розалина провела друзей к накрытому столу. Вино переливалось в бокалах, свечи мягко мерцали. Разговоры текли непринуждённо — о пустяках, о прошлом, о том, как быстро растут дети.
Теолина, сияющая и счастливая, бегала от одного к другому, а потом уселась на колени к отцу, прижимаясь к его рубашке. Теодор обнял её и украдкой посмотрел на Розалину. Она смеялась вместе с Джинни, её глаза светились.
И в этот момент Теодор понял — всё, что было тяжёлым, всё, что мучило их — осталось позади.
Теперь у него был дом, сад, друзья, любовь.
И самое главное — семья.
Блейз, лениво откинувшись на спинку стула, поднял бокал и с усмешкой сказал:
— Вот уж и не думал, что в будущем мы все вот так сойдемся. Я с Джинни, Гермиона с Драко, а Пенси вообще с Гарри, которого ненавидела! Увидели бы это мы, подростки, мы бы уж точно такому не поверили.
За столом раздался дружный смех.
— Ты бы и сам себе не поверил, — фыркнула Джинни, толкнув его локтем.
— А я уж молчу, что сказал бы Малфой шестнадцатилетний, если бы увидел тебя с «грязнокровкой»! — подхватил Гарри, и все снова расхохотались.
Пенси театрально закатила глаза:
— Да уж, наши пары можно было бы смело назвать «самыми невозможными союзами Хогвартса».
— Ну что ж, значит, мы все официально нарушители правил, — с сарказмом вставил Драко, а Гермиона только рассмеялась и пожала плечами:
— Иногда нарушать — полезно.
В этот момент раздался звонкий голосок Теолины:
— А я тогда буду со Скорпиусом!
Тишина на секунду повисла в комнате, а потом все одновременно прыснули со смеху.
— О, Мерлин, началось! — простонал Теодор, прикрывая лицо рукой, но уголки его губ дрогнули в улыбке.
Гермиона вдруг округлила глаза, поворачиваясь к мужу:
— Драко... где Скорпиус!?
И тут с садовой стороны вбежал светловолосый мальчик лет пяти-шести с растрёпанными кудряшками и сияющими глазами. В руках он сжимал охапку полевых цветов, кое-где ещё с комочками земли.
— Теолина! — радостно выкрикнул он и протянул ей букет. — Это тебе!
Девочка взяла цветы, её глаза загорелись, и она звонко захихикала.
— Я же говорила! — гордо сказала она и крепко прижала цветы к груди.
Вся компания рассмеялась так, что стены дома зазвенели от эха. Теодор взъерошил волосы дочке, а Драко только покачал головой, не скрывая тёплой улыбки.
— Похоже, у нас с тобой уже начинаются серьёзные проблемы, Нотт, — пробормотал он, пряча усмешку.
Скорпиус всё ещё смущённо переминался с ноги на ногу, а Теолина сияла, крепко прижимая букет к себе. Вся компания долго смеялась, шутки и разговоры сливались в один дружный, радостный гул.
Вечер постепенно окрасился золотым светом заката. Они все вышли в сад — к тому самому, что так любила Розалина. Воздух был наполнен ароматом цветов, а лёгкий ветер играл лепестками, словно разбрасывал их специально ради этого праздника.
На столике уже стояли бокалы, бутылка игристого и кувшин с тыквенным соком. Теодор разлил напитки, и все подняли бокалы.
— За новую жизнь, — сказал он, глядя на Розалину.
— За дружбу, — добавил Гарри.
— За то, что даже самые невозможные пары могут оказаться самыми счастливыми, — ухмыльнулся Блейз, подмигнув Джинни.
— За сад! — выкрикнула Розалина, и все засмеялись.
В этот момент Теолина, не желая оставаться в стороне, тоже решительно подняла свой бокал. Она ухватила его обеими ручками и гордо заявила:
— И за любовь!
Все ахнули от умиления, но прежде чем она успела сделать глоток, Теодор быстрым движением подхватил бокал из её рук.
— Нет-нет, леди, — сказал он, чуть прищурив глаза и улыбаясь. — Тебе пока только сок.
— Но папааа! — возмутилась девочка, надув щёчки.
Все вокруг разразились хохотом. Скорпиус, чтобы поддержать её, тоже поднял свой бокал с соком и торжественно произнёс:
— За Теолину!
И в этот момент все чокнулись, сад окутало сияние заката, и казалось, будто сама магия остановилась, чтобы насладиться этой минутой счастья.
Теодор задержал взгляд на Розалине, которая смеялась так искренне и светло, что её голос будто растворял все его старые тени. Теолина прыгала вокруг с букетом, а рядом сиял Скорпиус — и от этого зрелища у него защемило в груди что-то нежное, тёплое, такое новое и пугающе-прекрасное.
Он обвёл взглядом друзей — тех самых, с кем когда-то связывали лишь война, ненависть и потери. А теперь — смех, дом, общий стол, тосты, разговоры, маленькие дети, которые будут расти без страха.
И вдруг он понял: это и есть то, о чём он всю жизнь боялся даже мечтать. Дом. Семья. Любовь.
Теодор тихо улыбнулся, позволив себе то редкое чувство, которое раньше казалось невозможным. Спокойствие. Счастье.
Сад был полон света, смеха и ароматов цветов, а сердце Теодора — полно жизни.
И это было началом. Настоящим.
Конец.
Вот и закончился этот фанфик. Ужасно не хочется заканчивать его, я так сильно его полюбила😭 Мне так нравятся взаимоотношения Теодора и Розалины, что не хочется прекращать их описывать. А эта глава подучилась слишком милой, что я сейчас сама плакать начну.🥲
Но не стоит слишком расстраиваться, так как прямо сегодня(надеюсь) я выложу 1 главу нового фанфика! Называется он «Волчья маска» можете найти у меня на аккаунте. Он, к сожалению, не будет таким же солнечным как этот. Там будет достаточно много жестких моментов, так как я буду описывать время, когда шла война.
Если вам не нравится такое читать, то можете подождать мой 3 фанфик.😇 (Если он вообще выйдет...)