сын Мафии, Ли Хисын

Голова раскалывалась.

Даниил приоткрыл глаза, но тут же зажмурился — похмелье било по нему с полной силой. В комнате пахло алкоголем и дорогими духами, постельное бельё сбилось в кучу, а рядом что-то — точнее, кто-то — шевельнулся.

— Ничего объяснить не хочешь?!

Громкий, пропитанный злостью голос прозвучал так резко, что Даниил чуть не дёрнулся от неожиданности.

Чёрт.

Он резко поднял голову и тут же увидел Святослава — разъярённого, злого, сжимавшего кулаки так, что костяшки побелели.

Рядом вскрикнула девушка. Она только сейчас поняла, что перед ней стоит незнакомый мужчина и, вскочив, едва не запуталась в простынях. На мгновение её нагота предстала во всей красе.

— Ой! Извините! — пискнула она, схватив одеяло и, кутаясь в него, пулей скрылась в ванной.

Даниил тяжело выдохнул, закрывая лицо рукой.

Мило.

Он ненавидел оказываться в таком положении перед братьями. Никогда не любил оголяться при них, даже по мелочам — слишком личное, слишком уязвимое.

— Ты звонил отцу.—Святослав процедил слова сквозь зубы, словно сдерживался из последних сил.

Даниил лениво перевёл на него взгляд, криво усмехнувшись.

— Догадливый ты, старший братец. Молодец.

Вены на шее Святослава натянулись, как струны, он явно был на пределе.

— Какого чёрта ты пожаловался? Что твою любимую сестрёнку в Корее обижают?

Голос звучал с презрением, но за ним пряталась настоящая ярость.

Даниил медленно потянулся, будто не замечая его агрессии, и лениво ухмыльнулся.

— Ты язык в жопу засунул, мне пришлось действовать.

Он смотрел прямо в глаза брату, провоцируя его.

Гнев в лице Святослава вспыхнул, словно бензин, попавший в костёр.

Святослав шагнул ближе, его взгляд был тяжёлым, колючим.

— Ты хоть раз подумал, что она должна адаптироваться?! Что её нельзя просто забрать обратно, как потерявшуюся кошку?!

Даниил закатил глаза, бросив взгляд на дверь ванной, откуда всё ещё не возвращалась девушка. Он не хотел этого разговора. Особенно сейчас.

— А ты хоть раз подумал, что она не хочет там быть? Что она каждый день ненавидит эту жизнь, а ты заставляешь её терпеть?!

Святослав хмыкнул, холодно, насмешливо.

— Ты её жалкий адвокат, да? А как насчёт того, что если бы она не хотела, она бы давно уже вернулась?

— Блять, ты вообще её слушаешь?! — Даниил резко встал с кровати, его терпение кончилось.

— А ты слушаешь?! Или ты слишком занят тем, чтобы трахать всех подряд?!

Щелчок. Святослав знал, куда ударить. Лицо Даниила на мгновение помрачнело.

— Зачем ты приплетаешь это? — его голос стал тише, но в нём зазвучала опасная нотка.

— Потому что ты лезешь со своим "вернём её домой", но даже не думаешь о последствиях. Потому что ты ведёшь себя, как распущенный ублюдок, и при этом пытаешься кого-то учить жизни!

Даниил сжал кулаки.

— Ты всегда был грёбаным моралистом, Свят. Но знаешь что? Ты даже не видишь, как ей хреново. Ты её не чувствуешь.

— А ты видишь? — Святослав сузил глаза, его голос был холодным, как лёд. — Или тебе просто удобно думать, что ты её герой, пока между делом проводишь ночи с первой попавшейся дешёвкой?

— Заткнись, нахрен!

— Правда колет глаза, да? — Святослав ухмыльнулся, но в этой ухмылке не было радости. Только презрение.

Святослав сверлил Даниила взглядом, в котором кипело раздражение.

— Если ты не знал, я прикрывал твою задницу. — Он шагнул ближе, его голос стал глухим, напряжённым. — Вчера, пока ты имел эту девицу во всех позах, на тебя готовилось убийство.

Даниил моргнул. Но только на секунду. Потом его лицо исказилось злой усмешкой.

— Ну да, конечно. А ты, как доблестный рыцарь, спас моего грешного задротика?

— Ты вообще слышал, что я сказал?! — Святослав взорвался, его терпение лопнуло.

— Слышал! — Даниил раздражённо взмахнул рукой. Он ненавидел, когда Святослав читал ему морали. — Но ты же не думаешь, что я настолько тупой, чтобы ходить без охраны, да?

Святослав глухо рассмеялся.

— Ты настолько тупой, что даже не знал об этом, пока я не сказал.

Даниил напрягся.

— Кто?

— Неважно. — Святослав скривился. — Уже мёртв.

Молчание. Густое, тяжёлое. Даниил посмотрел на брата с каким-то странным выражением. Святослав никогда не говорил "неважно", если было действительно неважно.

И в этот момент дверь распахнулась.

— Отец звонил.

В комнату ворвался Тристан. Лицо напряжённое, брови сведены. Он пробежался взглядом по двум старшим братьям и выдохнул, покачав головой.

— Что, опять драка?

— Пока нет. — усмехнулся Даниил, но его взгляд оставался жёстким.

Святослав отвёл глаза и скрестил руки на груди.

— Чего он хочет?

— Думаю, вам стоит самим это услышать. — Тристан кивнул в сторону двери. — Он ждёт на связи.

Святослав и Даниил переглянулись. Оба понимали: ничего хорошего этот разговор не принесёт.

Корея.

Ава проснулась от жгучего солнца, которое нагло пробивалось сквозь шторы, не оставляя ей ни единого шанса спрятаться. Она со стоном натянула одеяло на голову, но от тепла становилось только хуже.

Сегодня нужно в университет. Обязательно.

Эта мысль неприятно царапала сознание, но выбора не было. Она устало разлепила глаза, почувствовав, как внутренний голос противно нудит: "Вставай. Вставай. Вставай."

Скрипнув зубами, Ава рывком села на кровати и тяжело выдохнула, пытаясь привести себя в порядок. Тело ныло, настроение — на нуле.

Она поплелась в ванную, волоча ноги, словно на каторгу. Холодная вода на лицо? Не помогло. Зубная щётка? Ощущение свежее, но внутри всё так же тухло. Волосы? Да хоть как расчеши — настроение не изменится.

Когда, наконец, оказалась в университете, поняла, что день обещает быть бесконечно скучным. Лекции тянулись как жвачка, от слов профессора хотелось биться лбом об парту. Но хуже всего было то, что Раниэль не пришла.

— Она заболела, — соврали одногруппники преподавателю.

Ава только закатила глаза. Болезнь, конечно...

Она-то знала. Раниэль сейчас лежит на теплом песке, под шум океана, с любимым парнем, попивая коктейли. На Бали. На грёбаном Бали.

Ава сжала ручку в руке, подавляя горьковатую зависть.

"Везёт же ей."

Она тоже когда-то могла позволить себе такие поездки. С семьёй они часто путешествовали, но сейчас... Сейчас ближайшие два года можно забыть о море и отдыхе.

Лететь одной? Нет. Чёрт возьми, нет.

А если что-то случится? Если будет страшно?

А с семьёй? Не вариант. Они настроены на учёбу, дисциплину, серьёзность.

Ава шумно выдохнула и откинулась на спинку стула, в раздражении поджав губы.

День только начинался, но, чёрт возьми, как же хотелось, чтобы он уже закончился.

Лекции тянулись медленно, мучительно, без конца.

Ава сидела, разглядывая страницу конспекта, но слова перед глазами сливались в один бесформенный текст. Голос преподавателя звучал однотонно, убаюкивающе, словно белый шум.

А потом пришла экономика.

— Аврора, что за прогулы? — сухо бросил преподаватель, останавливая на ней взгляд, полный осуждения.

Ава едва не закатила глаза.

"Да пошёл ты."

Вместо ответа она изобразила виноватую мордашку, но внутри её трясло от раздражения.

Какой же он жалкий. Стоит тут, читает лекции за копейки и смеет её отчитывать? За пропуски?

Она склонила голову набок, медленно, лениво, оценивающе посмотрев на него.

Её носок на ноге стоит дороже, чем его органы на чёрном рынке.

День, наконец, подошёл к концу.

Хисына всё ещё не было — и слава богу.

Нехуй тут появляться, нечем тут травить воздух.

Ава за весь вечер почти не встала из-за ноутбука, уткнувшись в курсовую.

Какого чёрта её вообще поставили на среду? Кто эти люди, что планируют дедлайны? Они ненавидят студентов?

Два дня.

Всего лишь два долбаных дня.

Она устало протёрла глаза, в которых уже резало от экранного света.

— Кто-нибудь, пристрелите меня.

Ответа не последовало. Только тихий, раздражающий звук тикающих часов.

— С удовольствием, принцесса. — Холодный голос резанул слух, и Ава вздрогнула.

Она не слышала, как открылась дверь. Не почувствовала, как кто-то вошёл.

Какого чёрта? Как он так тихо зашёл?!

Она резко обернулась — и, конечно же, Хисын. Он спокойно стоял у двери, нагло и невозмутимо.

— Ты какого хрена так вламываешься?! — Ава прикрылась рукой, хотя на ней была футболка и шорты. — Вдруг я тут голая?!

Хисын приподнял бровь, медленно скользнув взглядом по её фигуре.

— Тогда ещё интереснее. — Холодная, наглая ухмылка коснулась его губ.

Глаза? Лёд.
Голос? Грех.

А у неё?

Сердце грохнуло о рёбра.

— Зачем пришёл? — Ава сжала кулаки, пытаясь скрыть напряжение.

Хисын не ответил сразу.

Он лениво осмотрел комнату, затем снова перевёл на неё ледяной взгляд.

— Собирайся.

Ава нахмурилась.

— Куда?

— Домой.

Слово упало, как топор.

Хисын произнес его спокойно, без эмоций.

Только уголки губ чуть дрогнули в насмешливой улыбке.

Что? Домой?

Мысли закружились вихрем. Её что, выгоняют?! Так быстро?