глава 41
Мей лежала в палате и пялилась в полок. Ей было скучно. Очень скучно. Соседей, с которыми можно было бы поболтать, как на зло, не было. Врачи же занимались другими пациентами, сериал по телевизору был слишком скучным, а читать совершенно не хотелось.
Проведя руками по лицу, бывшая Мизукаге едва удержалась от того, чтобы не завыть волком.
Закрыв глаза, женщина подумала о том, что надо бы подремать. Но на спине спать было неудобно, на боках - больно, на животе - невозможно. От собственного беспомощного состояния на последних днях беременности было отвратительно..
А ещё в голову лезли самые разные мысли, сводящие с ума: начиная цветом штор в палате и заканчивая проблемами деревни.
Несмотря на то, что мей уже долгое время не являлась мизукаге, новости и отчёты о благосостоянии деревни и окружающего мира она получала исправно. с тех пор, как её положили в эту палату на сохранение (то есть с прошлой недели) ао всегда приходил к ней и рассказывал последние новости. и вот с утра женщина узнала о том, что Льюис с несколькими шиноби отправился в Суну, где Акацуки похитили Джинчурики Однохвостого.
Мей, естественно, волновалась за своего единственного сына и ученика. Всё же Акацуки не слабые противники. Конечно, сам Льюис тоже не слаб, однако кто знает, что у этих парней припрятано в рукаве? Тем более, если учитывать слухи, ходящие о лидере организации - мол, он обладает редким додзюцу, которое до этого считалось не более, чем мифом.
От всех этих размышлений у женщины разболелась голова. Она зарычала: ну только этого ей не хватало. И так не очень хорошо себя чувствовала.
И вдруг она почувствовала боль в животе, что заставило её громко охнуть. Простынка в миг стала мокрой - воды отошли. А малыш, кажется, решил, что ему пора.
Дрожащей рукой нажав на кнопку рядом с койкой, Мей зажмурилась, ожидая врача. Боль и спазмы она терпела стойко: в конце концов, она - Мизукаге.
И вдруг она почувствовала боль в животе, что заставило её громко охнуть. Простынка в миг стала мокрой - воды отошли. А малыш, кажется, решил, что ему пора.
Дрожащей рукой нажав на кнопку рядом с койкой, Мей зажмурилась, ожидая врача. Боль и спазмы она терпела стойко: в конце концов, она - Мизукаге.
- Кажется, Льюис не успеет на рождение своего крестника. - прошептала женщина.
В палату забежали двое врачей и медсестра с тазиком воды. Кто-то из работников больницы уже передавал сообщение Забузе.
*******
Толпа шиноби шла к Деревне Песка. Впереди, опираясь на Канкуро с Льюисом, шёл Гаара. Рядом с ними вышагивала Темари. За ними следовали Неджи, Ли, Тен-Тен, Гай, Какаши, Хикари, Изуми, Хаку, Саске и Киба. После них шли несколько шиноби, нёсших двое носилок, где лежали тела Чиё и Сакуры. А за ними следовали все остальные.
На входе в Суну стояло много человек. Все они радостно приветствовали Казекаге. Несколько людей отошли от толпы и пошли Гааре навстречу. В одном из них Льюис узнал Баки - сенсея Собаку-но.
Сразу вспомнился тот день, когда Баки был отравлен ядом Сасори. К счастью, местные ирьёнины смогли спасти мужчине жизнь, полностью излечив его. Гаара писал, что Баки тяжело шёл на поправку, но сейчас о былом ранении остались только воспоминания.
- Я рад, что вы в порядке, - произнёс он.
- Спасибо всем вам, - поблагодарил его Гаара.
Внезапно Баки обернулся к шиноби из Кири. Он чуть склонил голову.
- Хьюга-Учиха Льюис, благодарю тебя и твою команду. Вот уже второй раз вы спасаете жизнь Гааре-саме. - Баки чуть опустил голову в знак почтительности.
Мизукаге чуть улыбнулся в ответ.
- Я всегда рад помочь моим друзьям.
Их разговор прервал невысокий Чунин, стоявший рядом с Баки. Оглядываясь по сторонам, он нервно поджимал губы. Причина его беспокойства была очевидно: с каждой минутой к воротам стягивалось всё больше и больше людей, желающих поприветствовать Казекаге лично и убедиться, что с ним всё в порядке. Такая толпа создавала давку, в которой кто-нибудь мог пострадать.
Более того, самому Гааре требовалось отдохнуть и восстановить силы, а такое количество людей ему с этим ну никак не поможет, лишь ещё больше взволнует.
- Казекаге-сама, вся деревня ждет. - тихо произнёс этот Чунин. И тут, как по команде, окружившие их шиноби расступились, образуя живой коридор ко входу в селение. - Пожалуйста, проходите.
- Готов? - Канкуро посмотрел на брата, который медлил.
- Сначала несите их, - покачал головой Казекаге и, немного отойдя в сторону, указал на носилки с телами Чиё и Сакуры. - Они спасли меня и Канкуро. Надо отдать им почести.
- Верно, - кивнула Темари, посмотрев в ту же сторону и согласившись с братом.
- Отдайте последние почести Чиё-сан и Сакуре-сан! - приказал Баки, посторонившись.
Так, вперёд понесли носилки с бездыханными телами двух куноичи, которые сопровождали четверо носильщиков и Старейшина Эбизо. Под гробовое молчание тела погибших внесли в деревню. В будущем тело Сакуры вернут в деревню, а вот Чиё похоронят как можно быстрее.
Всю дорогу до больницы их сопровождали аплодисменты и крики толпы, которые вселяли в Гаару всё больше сил с каждым шагом. Наконец, ему более не требовалась поддержка Канкуро и Наруто, он мог идти самостоятельно. Гордо расправив плечи, Собаку но шагнул вперёд, и Наруто не мог не подумать о том, как же сильно изменился его друг. За эти несколько лет одинокий мальчик с озлобленным взглядом превратился в величественного главу деревни.