глава 29
Команда №8 отправилась к порту «Ракушка». Если верить недавним донесениям АНБУ, Утаката находился на острове Норои - отдыхал там с двумя сопровождающими, девушкой и её подчинённым.
Но самое главное, тот факт, что Утаката был на острове, означал только одно: надо было плыть по морю.
Найти нужный корабль оказалось просто.
- Идём, пока в местной закусочной посидим и обдумаем план действий, - предложил Момочи, и все с энтузиазмом поддержали его идею.
Закусочная нашлась быстро и имела довольно примитивное название: «Рыбный мир». И, как можно было догадаться, основным блюдом здесь была рыба. Причём выбор был богат: сёмга, лосось, треска, форель, фуга, сардины и несколько видов акул. Льюис и Суйгецу заказали себе по небольшому кусочку, Момочи решил полакомиться целым лососем. А Хаку выбрала просто жасминовый чай. По общему голосованию платил Забуза. Кстати, того и не спрашивали, хочет ли он этого или же нет, просто поставили перед фактом - мол, вы наш учитель, так что раскошеливайтесь.
- Мы должны найти Утакату и вернуть его в деревню. Мы с ним знакомы не были, но я знаю, что он довольно упрямый молодой человек. Поэтому будет трудно уговорить его, - заговорил Забуза, как только закончил со своей рыбой.
- Льюис, мы все рассчитываем на тебя, - сказал Суйгецу.
- Уговорить Утакату под силу только тебе, - вздохнул Забуза.
- Ага. Я уж постараюсь!
Когда с обедом было покончено, а голодный желудок Хаку завыл на весь ресторан, команда №8 поднялась из-за столов и направилась обратно в порт.
Внутри корабль был самым обычным, ничем не отличаясь от тех, на которых Наруто уже довелось поплавать. Разве что качка, как и всегда, казалась в новинку, но мальчик очень быстро привык.
По отплытию начался мелкий дождь, но поначалу никто не обратил на него внимание. Когда же дождь спустя три часа начал перерастать в ливень, а затем - в бурю, заволновались все. Небо заволокли чёрные тучи, волны начали подниматься всё выше и выше. Команда корабля спешила побыстрее набрать ходу, дабы избежать бури или, хотя бы, достичь её центра, где, как известно, тишь да гладь.
Внезапно раздался удар грома, сверкнула молния, дождь зарядил ещё сильнее, и корабль сильно покачнуло. Вдруг корабль ещё раз покачнуло.
Хрясь!
Деревянная мачта сломалась от шторма. Парус с громким стуком приземлился на ломающийся пол корабля.
- Что это был за шум? - встревоженно спросил Суйгецу.
- Не знаю, - ответил Льюис.
- Выходим! - прекрасным тоном, сказал Мамочи.
Выйдя из каюты, команда №8 увидела поломанный пол на две части, который уже наполнялся водой.
- Мать моя Мадара... - сорвался шёпот с губ Льюиса.
- Отец мой Хаширама... - поддержал его Хозуки тем же тоном.
Внезапно остатки корабля вновь покачнулись, корабль начал качаться, а вскоре и погружаться в воду.
Внезапно раздался хруст - судно разделилось на две части. На одной из них находились Забуза, Льюис и Суйгецу. На другой - Хаку.
- Хаку! - крикнул Момочи, смотря на отплывающую часть корабля с его ученицей. Над ними нависла страшная тень.
- Ну что ещё? - недовольно спросил Льюис, готовясь к очередному «подарку» природы и разворачиваясь. - Чёрт!
На остатки четвёртой команды неслась огромная волна, накрывающая нос корабля своей тенью. Серо-синяя вода с громким плеском опустилась вниз, затопляя всё и вся. Ребята похватались за балки и брусья и сконцентрировали чакру в конечностях.
Деревяшка, за которую держался Хаку, оторвалась, и насительницу улучшенного генома смыло мощным потоком воды. В довесок что-то внезапно сильно ударило его по голове. Юки провалилась в забытье...
*******
Первое, что почувствовала Хаку, когда очнулась, - это ужасную боль в голове. Второе - отвратительную смесь солёной воды и песка во рту. Потом до него дошло, что он всё же остался жив и прямо сейчас лежал на чём-то мягком.
Издав болезненный стон, девушка попытался сесть.
- Тебе пока лучше не двигаться, - произнёс чей-то мужской голос совсем рядом.
Открыв глаза, Юки огляделась. Она лежала на мягкой кровати в небольшой, но уютной комнатке. На кремового цвета обоях висели картины, изображавшие либо спокойное море, либо пёстрые луга. Небольшой деревянный столик в углу был накрыт белой скатертью, а на ней стояла ваза с цветами. Через большое окно в комнату проникали солнечные лучи.
Рядом с Хаку, на стуле, сидел обладатель того голоса. Это был высокий молодой человек с каштановыми волосами по плечи и чёлкой, закрывающей левый глаз. Его кожа была довольно бледной, а сам он выглядел худощавым, будто периодически недоедал. Одет парень был в длинное голубое кимоно с оранжевым поясом, явно потрёпанное временем.
- Воды, - попросила Юки.
- Сейчас. - парень взял с рядом стоящей тумбочки графин с водой и подал его Юки. Последняя быстро осушила его, чувствуя, что сухость в горле наконец-то пропала, а говорить стало намного легче.
- Кто ты? И как я здесь оказалась? - Хаку аккуратно села, ощущая пульсирующую боль в боку.
- Хотару - моя подруга, она нашла тебя и троих твоих друзей на берегу. Вы были в ужасном состоянии. Я вместе с ней донес вас сюда. Тонбее-сан помог вам, залечил самые глубокие раны, - рассказал незнакомец.
- Спасибо. А я могу увидеть своих друзей? - спросила Хаку.
- Да, конечно. Все уже давно очнулись, только ты валялся без сознания. - ответил парень, поднимаясь. - Идём, я провожу тебя.
Юки кивнула и встала, ощущая небольшое покалывание в боку. Взглянув туда, она увидела бинты. Значит, пока она был в отключке, её чем-то ранило. Возможно, той же самой балкой, что ударила его по голове.
Приняв халат, любезно поданный незнакомцем, девочка встала и, немного пошатываясь, пошла вслед за ним.
Как оказалось, Хаку находилась в двухэтажном доме - чтобы пройти на кухню, им пришлось спуститься по крутой лестнице. Это простое действие вновь отдалось неприятной болью в боку, и Юки накрыла рану рукой.
Кухня-столовая оказалась довольно светлой. Холодильник стоял рядом с раковиной, а по соседству была плита. Справа от неё стояли тумбочки, на которых лежали какие-то овощи и разделочная доска - кто-то явно готовил совсем недавно. На стене висело несколько картин с цветущей сакурой. Большой деревянный стол стоял посередине комнаты. За ним сидели все остальные члены четвёртой команды.
- Хаку, ты как? - первым девочку заметил Забуза и поспешил расспросить ученицу о его здоровье.
- Хорошо. Только бок немного болит, - улыбнулась Юки, присаживаясь рядом с Льюисом.
- Поблагодари Хотару, Тонбее-сана и Утакату. Они помогли нам, - улыбнулся Хьюга-Учиха.
- Утаката? - переспросилпюа Юки, вспоминая, что именно так зовут Джинчурики Шестихвостого. Она мгновенно посмотрела на парня, который уселся рядом с девушкой - Хотару. Это была удивительная удача - так быстро и просто встретить нужного им человека.
- Да. Это я, - кивнул парень.
- Значит, нашли. - тихо пробормотала под нос Хаку.
- Что? - переспросил собеседник, не расслышав фразы.
- Я хотела сказать, что очень благодарна вам всем. - и слегка поклонилась.
- Всегда рады помочь, - улыбнулась Хотару.
Хотару была небольшого роста, но хрупкого телосложения. Тем не менее у нее имелся довольно большой бюст, который был заметен из-за сильно обтягивающей её светлой фиолетовой блузки без рукавов с белой обшивкой. На ногах у девушки были одеты в сапоги такого же чёрного цвета, как и шорты. Ещё у нее были большие темно-зеленые глаза и длинные светлые волосы, которые совершенно не прикрывали большой лоб.
Девушка мягко улыбнулась.
- Меня зовут Хотару Тсучигумо. Очень рада познакомиться с тобой!
- Хаку Юки. Мне тоже приятно, - кивнула кунаичи.
Вскоре пожилой мужчина с очень густыми бровями и не менее густыми усами расставил перед гостями и хозяевами дома тарелки с рисом и нарезанными овощами. Запах еды тут же вызвал урчание в животе у Суйгецу, который не завтракал.
Обед протёк незаметно благодаря дружелюбной атмосфере и негромкой болтовни. Разговаривали, правда, в основном Суйгецу, Хотару и Льюис.
Хаку мельком глянула на Утакату: в отличие от остальных, он был напряжён и явно чем-то недоволен. Хотя его можно было понять: много лет назад он отказался подчиняться Ягуре Каратачи и сбежал из Кровавого Тумана, став отступником. И вот сейчас рядом с ним за столом сидят четверо представителей его родной деревни. Тут хочешь не хочешь, а расслабиться возможности нет. Конечно, деревня уже не та, что прежде, но плохие воспоминания так просто не позабыть.
Вот и Утаката помнил.
- Утаката, - вдруг обратился к нему Льюис, от чего парень заметно вздрогнул, переводя на мальчика настороженный взгляд. - Можно с тобой поговорить?
- Конечно, - кивнул тот, хотя подозревал, о чём будет разговор.
- Можно мы поговорим наедине? - попросил Момочи у Тонбее, выразительно поднял бровь. Старик чуть нахмурился - просьба была крайне неприличной, учитывая то, что обращена она была к одному из хозяев дома.
Но старик всё же смиренно кивнул, понимая, что дела шиноби его не касаются:
- Конечно. - старик вышел из кухни-столовой вместе с Хотару.
- Утаката, мы предлагаем тебе вернуться в Кири, - без предисловий начал Хьюга-Учиха, сложив руки в замок на столе и серьёзно смотря на собрата-джинчуурики.
- Отказываюсь, - холодно бросил тот.
- Но почему? - удивился Суйгецу.
- Я не хочу возвращаться в Кровавый Туман и вновь становиться подопытной крысой.
- Киригакуре больше не носит название «Кровавый Туман». Кровавого Тумана вообще в принципе больше не существует. Теперь главой Кири является Мей Теруми. Она - организатор восстания против Ягуры, Четвёртого Мизукаге. Она поднимает деревню с колен, возвращая ей былое величие. Теперь в деревне всё стало как раньше. Там больше нет жестоких убийств своих же товарищей, - покачал головой Момочи.
- Я знаю, но я всё равно не хочу возвращаться - вздохнул Утаката.
- Но почему? Не думаю, что тебе так сильно нравится быть отступником и слоняться по свету! - возразил Льюис.
- Мне нравится моя новая вольная жизнь. Быть отступником, конечно, неприятно, да и часто мешает, но всяко лучше жизни в деревне.
- Объясни, почему? - Суйгецу уже терял терпение.
- Да потому что я для них всего лишь подопытная крыса! Они ненавидят не только монстра внутри меня, но и меня самого! Я Джинчурики, а это не самая легкая ноша, знаете ли! Мой собственный учитель попытался извлечь из меня этого монстра. Он гнался за его силой! Ему было плевать на меня! - вспылил шатен.
- Не смей называть биджу монстрами! - сверкнул глазами Льюис. - Они не монстры! Они такие же живые существа, как и мы! Не смотря на то, что они сгустки чакры, они умеют чувствовать и думать! И твои слова им неприятны!
- Да кто ты вообще такой, чтобы мне что-либо говорить о биджу?! Тебе никогда не понять меня! Ты просто маленький избалованный мальчуган! - Утаката буквально выплюнул эти слова в сторону Хьюги.
Лицо мальчика потемнело, в глазах появился злой блеск, руки сжались в кулаки. Льюис был в гневе.
- Мой отец Четвёртый Хокаге - Минато Намиказе, а мама Узумаки Кушина и бывшая Джинчурики Девятихвостого, умерли в день моего рождения. - зашептал Льюис. - Меня воспитывал мой крестный отец - Хиаши Хьюга, только именно из-за него у меня не стоит печать в клетке. Печать, которую могут контролировать главная ветвь клана Хьюга. Моими единственными друзьями стали Нейджи, Хината и Ханаби Хьюга, также Итачи, Саске и Шисуи Учиха, и конечно же мой Биджу - Курама, его знают как Девятихвостого Лиса, который напал на Коноху в день моего рождения и был запечатан во мне. Я был чужой в этом месте, ибо все знали о том, что я - Джинчурики, сторонились и боялись меня.
В глазах Утакаты мелькнуло узнавание: он не просто услышал в словах Льюиса собственную историю, но и наконец-то ощутил родственную Шестихвостому чакру.
- Но потом, когда мне было 5 лет, меня усыновила Мей Теруми - Пятая Мизукаге и я переехал в Киригакуре, и эта деревня стала моим домом, где со мной обращались хорошо! - тон Льюиса чуть посветлел. - У меня появились друзья и семья. Я стал помощником мамы. И это не смотря на то, что во мне запечатан Кьюби! Который, к твоему сведению, меня всегда поддерживает. - Льюис посмотрел на Утакату.
У Утакаты перехватило дыхание. Его лицо, и так не выделяющееся особым загаром, побледнело ещё сильнее. Парень сглотнул, его руки чуть задрожали, а карие глаза заметались, будто искали что-то.
Льюис понял, что либо сейчас - либо никогда. Он встал со стула, обошёл стол и приложил ладонь ко лбу Утакаты. Тот прикрыл глаза. Какое-то время он видел одну только тьму, а затем и та расступилась, являя его взору раскрытую золотую клетку с громадным Лисом. Девять рыжих хвостов насмешливо метались в разные стороны. Ухмылка украшала морду зверя.
- Ну здравствуй, братец. - произнёс Лис.
Утаката не понял, почему его вдруг назвали «братцем», но вдруг из его печати на животе стала появляться уже знакомая ему голубовато-белая чакра, которая потихоньку превращалась в слизня с шестью хвостами.
Он не был большим - так, с ладонь. Мини-копия того, что жило в Утакате долгие годы.
- Здра-а-авствуй, Кура-ама, а ты ничу-у-уть не изменился с на-ашей последней встре-ечи. - лениво протягивая гласные, сказал Слизень.
- А ты до сих пор весь в слюнях, Сайкен. - ехидно ответил Лис. - Но я всё равно рад видеть тебя.
- Я то-оже. Как жи-и-изнь?
- Заперт в мальчишке. Как и ты. Но мне-то куда комфортнее в Кири. Мой носитель хотя бы не помрёт от недоедания.
- О-о-ой, заткни-и-ись. - закатил глаза Слизень.
Внезапно картина мирно беседующих биджу исчезла, а Утаката вновь оказался на кухне, сидя за столом. Оказалось, что за время их разговора прошла жалкая секунда.
- Я верю тебе, - прохрипел парень.
- И поедешь с нами в Киригакуре? - глаза Суйгецу заблестели.
- Нет, - отрезал он. - Но я обещаю подумать. - уже более мягче добавил он.
- Если это поможет твоим думаньям, то за тобой ведётся охота. - произнёс Забуза, почесав нос. - Некая организация Акацуки. Четырёххвостый и Трёхвостый уже были захвачены ими, а не так давно они напали на Однохвостого и пытались в придачу схватить и Девятихвостого. Это лишь вопрос времени, когда они придут за тобой. Ты же не хочешь, чтобы они прикончили и твоих друзей?
Утаката побледнел.
- Это угроза?
- Не с нашей стороны, а с их.
Парень поджал губы и опустил взгляд. Ему требовалось время, чтобы всё обдумать. Забуза это прекрасно понимал. Поднявшись из-за стола, он бросил:
- Кири может защитить и тебя, и твоих друзей. У нас достаточно сил, а их слишком мало, чтобы напасть на нас. - Сбс этими словами он вышел с кухни.
Команда №8 переглянулась между собой, понимая, что надо бы последовать за сенсеем. Льюис, окинув Укитаке твёрдым взглядом, вздохнул.
- Если пойдёшь в Кири - не пожалеешь, - бросил он напоследок перед тем, как уйти.
Сразу после обеда команда разбрелась кто куда. Хаку отправился наверх долечиваться, Суйгецу - пошёл на прогулку, а Забуза и отправился спать.
Льюис же остался на кухне.
Вскоре приоткрылась и оттуда вышел Утаката. Парень хмурился, но выглядел решительно.
- Я согласен плыть в Киригакуре, - сказал он. - Мне нет места в клане Тсучигумо, это дом Хотару, а не мой. Да и что мне и дальше делать на Катсурагизане?
- Я рад, - улыбнулся Льюис.
- Но, - внезапно продолжил Утаката. - Если в Кири всё окажется не так, как ты сказал, я уйду и вы не посмеете меня останавливать.
- Это просто невозможно. В Кири тебе понравится.
- Поклянись, - потребовал Джинчурики.
- Клянусь, - ответил ему Льюис.