Битва за Винтерфелл
Снег падал густыми хлопьями, смешиваясь с клубами пара, что вырывался изо рта каждого, кто стоял на стенах Винтерфелла. Ночь была тёмной, но впереди, за стенами, мерцал холодный мрак — море мёртвых, безликое и безмолвное. Они ждали команды, чтобы двинуться.
Ты стояла рядом с Сансой и Арьей. Санса держала себя прямо, хоть руки её дрожали под тяжёлым плащом, а Арья, с суровым выражением лица, крепко сжимала рукоять своей новенькой стали. Их глаза — сёстры, такие разные, но одинаково сильные — на миг встретились с твоими. В них не было страха, только решимость.
И вдруг, сквозь шум и суету подготовки, ты увидела его. Джон пробирался через воинов, отдавая короткие распоряжения, проверяя ряды. Его взгляд скользил по лицам, и, наконец, остановился на тебе. Мир вокруг замер, будто снегопад стал тише.
Он подошёл к тебе быстро, не теряя времени, потому что время — это то, чего у них почти не осталось. Секунды. Минуты. Может, последние в его жизни.
— Ты должна быть в криптах, — глухо произнёс он, но сам уже знал твой ответ.
— Моё место здесь, — твёрдо сказала ты, и, словно подтверждая это, Арья коротко кивнула.
Джон выдохнул. В его глазах было слишком много всего: тревога, нежность, вина и... страх. Не за себя — за тебя. Он протянул руку и кончиками пальцев коснулся твоей щеки. Холодная перчатка чуть скользнула по твоей коже, оставляя за собой дрожь. В этом движении было больше, чем в тысячах слов. Это было прощание.
— Если я паду, — голос его был хриплым, срывающимся, — помни: всё, что у меня было... принадлежало тебе.
Ты хотела ответить — сказать, что он не падёт, что он вернётся, что ты не позволишь миру отнять его у тебя. Но слова застряли в горле, потому что ты видела, что он уже попрощался — не с жизнью, а с тем, что могло быть у вас.
Арья, нахмурившись, отвела взгляд, будто не желая быть свидетелем этой минуты. Санса сжала твой локоть, едва заметно, тихо, но твёрдо: «Будь сильной».
Джон задержал взгляд, словно пытаясь запомнить каждую черту твоего лица. Потом резко отдёрнул руку, будто боялся, что если задержится хоть миг дольше, то не сможет уйти в бой.
— Береги их, — сказал он, кивая на сестёр.
И, не оборачиваясь, ушёл — в ночь, в снег, навстречу мёртвым.
Ты смотрела ему вслед, чувствуя, как сердце рвётся пополам. Но внутри, среди ужаса и холода, разгорался огонь. Его слова стали твоей клятвой. Даже если тьма поглотит всё, память о нём будет жить в тебе, и это будет твоим оружием.