Плохие известия. Тобиас
Утро начинается для меня не как обычно. Не потому, что ночью мне было хорошо, я бы даже сказал, волшебно. Потому что я провёл её с Трис. И до сих пор Трис спит в нашей гостиной на нашем диване. Ох, как мне нравится это слово - "наше".
Я вдыхаю её запах, пытаюсь запомнить каждую чёрточку её лица и тела. Благо, она не видит, чем я занимаюсь. Она была бы, наверное, не в восторге от того, что я рассматриваю её.
Налюбовавшись вдоволь, я успокаиваю себя той мыслью, что теперь так будет каждое утро, каждый день и каждую ночь. Я хочу этого. Я аккуратно встаю с дивана, чтобы не разбудить её, и иду на кухню. Вещи ещё не распакованы, но кофеварка стоит уже на столе. Не могу я без этого напитка!
Пока кофеварка варит мне кофе, я вспоминаю ночные происшествия. Да уж... Горячая и ревнивая, Трис похожа на ведьму. Именно на ведьму. Она притягивает меня, но в тот же момент я готов прибить её на месте. Это ли не колдовство?!
Я слышу какое-то шевеление в гостиной и беру кружку только что сваренного кофе в руки. Наверное, просыпается моя "спящая красавица"...
Да, так и есть... Трис уже сидит на диване, совершенно голая. Осматривает себя. Ну, ну... Там остались следы от моих пальцев... Будет знать, как меня изводить! Я же говорю: убил бы, если бы не любил...
- Проснулась? - спрашиваю я, и Трис вздрагивает.
С утра моя злюка выглядит смешно и мило: взъерошенные волосы, чуть примятое лицо, растерянный вид. И не скажешь, что это она вчера колотила мою машину и вела себя, как психически не уравновешенная. Видимо, Трис ловит мой изучающий взгляд и пытается пригладить свои волосы. Нужно попробовать объяснить ей, что она меня не напугает своим внешним видом по утрам. Наоборот, мне кажется она такой милой и юной, когда просыпается.
- Трис, тебе не нужно стесняться меня, - улыбаюсь я, - теперь я буду видеть тебя в любом состоянии и виде каждое утро. Привыкай.
Она встаёт с дивана и медленно приближается ко мне. Её нагое тело будоражит мою нервную систему. Господи! Ну, вот опять... Я хочу её прямо здесь и сейчас! И она, кажется, это понимает. Ну, ещё бы... Её взгляд скользит по моим джинсам, а там ничего уже не утаишь. Но Трис на этом не успокаивается. Она подходит вплотную ко мне и прижимается своей обнажённой грудью к моей. Вот стерва! Знает, чем брать. От прикосновения её тугих грудей к моей коже, я буквально взрываюсь внутри себя. Ведьма!
- Издеваешься, да? - щиплю я, глядя ей в глаза.
- Ты же сказал, что я могу тебя не стесняться, - отвечает Трис ехидно.
- Сказал, - говорю я и щурю глаза, - но это не значит, что не нужно меня бояться.
Но Трис не воспринимает моей угрозы всерьёз. Наоборот, мне кажется, её это подстегнуло. Она вскидывает одну бровь и нагло глотает из моей кружки. Но стоило ей убрать кружку, я вижу, как она облизывает свои губы... Ну всё! Это точно начало нашего конца! Сама напросилась. Моя рука тянется к неё, но меня грубо пресекает звонок. Чёрт! Кто придумал эти проклятые телефоны?!
- Ненавижу эти гаджеты! - в сердцах выпаливаю я и выставляю указательный палец, указывая на неё: - Не вздумай удрать! Иначе хуже будет!
Смотрю на экран. Мама... Я отхожу от Трис чуть в сторону, принимая вызов.
- Да, мам?
- Тобиас, сынок, ты где? - слышу я в трубке голос матери.
- Что-то случилось? - спрашиваю я, сразу переходя к теме разговора.
- Твой отец просит тебя сегодня вечером не строить никаких планов, - говорит неожиданно мама, - сегодня у нас праздничный ужин.
- Вот как?! - иронизирую я. - В честь чего?
- Отец рад тому, что канал "PR" лишился рейтингов из-за промаха Эндрю Прайора. Он попал в больницу Святой Марии, сердце прихватило, как сказал твой отец, но из-за чего, не знаю. Поэтому Хьюстоны сегодня снова у нас ужинают. Знаю, ты не в восторге от этой идеи, но прошу тебя, прояви уважение ко мне.
Сердце холодеет от этой новости. Отец Трис в больнице?! Что с ним?! А... Трис не знает... Чёрт!
- Поговорим, когда я приеду, - отрезаю я, - Кстати, мам... Можно тебя попросить кое о чём? Мне нужна одежда... Женская... Размер примерно 44-й...
- Где ты находишься? И с кем? - интонация матери меняется, и я слышу настороженность.
- Мам, давай потом? - прошу я. - Сделай то, о чём я тебя прошу. Хорошо? Записывай адрес...
В трубке воцаряется секундное молчание, и мама сдаётся. Я знаю, что она поможет мне всегда. Вот только... Как сказать Трис об её отце?
Поборов волнение, я возвращаюсь в гостиную и вижу, что Трис уже в своём нижнем белье, но без платья. Теперь её внешний вид не особо заботит меня. Больше волнует внутреннее состояние, когда она узнает о случившемся...
- Трис...
Она замирает, глядя на меня, и, кажется, понимает, что у меня не очень хорошие новости...
- Звонила мама... Твоего отца доставили в больницу Святой Марии... Сердце прихватило...
Ну, вот... И почему именно я должен её расстраивать этими плохими известиями?! Видит Бог, что этого я хотел бы меньше всего.
- Я попросил маму, прислать вещи сюда для тебя, Трис. Мы сейчас поедем к нему. Ты меня слышишь? - я подхожу к ней и беру её руки в свои, подтверждая свою помощь и поддержку.
- Я... сама... - сдавленно мямлит Трис, и мне кажется, что она не видит меня вовсе.
- Трис, я не могу пустить тебя одну, - возражаю я, - я отвезу тебя.
Трис уходит в ванную молча, а я жду появления посылки. Как только курьер передаёт мне вещи для Трис, я расплачиваюсь с ним и несу пакет в ванную. Молча отдаю Трис вещи и закрываю дверь в ванную, давая ей возможность побыть наедине с собой и переварить эти новости.
Трис молча выходит из ванной, одетая в синюю футболку и синие джинсы. Со стеклянными глазами она идёт к двери и выскальзывает в коридор. Я тороплюсь за ней, но не нарушаю молчания. Не хочу говорить, она и так чувствует мою поддержку, даже если я молчу.
Мы садимся в её машину, я завожу двигатель и вывожу авто на дорогу. Быстро доезжаем до больницы, и Трис выскакивает из неё и мчится ко входу.
Она даже не попрощалась, но я не виню её в этом. Ей сейчас тяжело, поэтому я просто вздыхаю и прикрываю глаза.
Что ж... Мне нужно домой. Кое-кто должен ответить на все мои вопросы и дать чёткие ответы.