4. Когда страх уже становится неважным
Вот мало ему было проблем с работой и всей жизнью наперекосяк, мало.
Теперь у него прямо под боком живет... некто или нечто, чье поведение его пугает до трясущихся рук, потому что не вписывается ни в какие рамки. При этом днем Галф - все такой же: милый и тихий мальчик, даже робкий, все еще стесняющийся лишний раз к нему обратиться. Но при этом четко уловивший, что с его соседом что-то не так:
- Мью, с тобой все в порядке?
И снова этот вопрос.
И снова парень присаживается на край его кровати.
И снова искреннее беспокойство в голосе.
А что он может ему ответить?
Не в порядке, потому что я не знаю, кто ты. А съехать не могу, потому что тупо нет денег на жилье, а родня Бума все еще с ним - к расстройству друга.
Мью вообще почему-то боится поднимать этот вопрос, но пока не понимает, почему. Нельзя сказать, что его пугает, что Галф сделает что-то именно с ним, потому что хотел бы - давно сделал, ибо возможностей было много: они кучу времени проводят вместе в комнате. Но он словно проваливается в какие-то детские ощущения: "если проблему избегать, то ее как будто и нет".
Но взрослая часть Мью продолжает нашептывать, что нужно расставить точки над i, поэтому он продолжает сражаться со своим внутренним напуганным ребенком, зарывшись с головой под одеяло и глухо отвечая:
- Все нормально, просто приболел немного.
Но тут же жалеет о том, что сказал, потому что прохладная изящная ладонь ложится на его лоб:
- Температуры вроде нет.
Ему крайне сложно сдержаться и не дернуться в ответ на прикосновение, причем достаточно невинное, подавить в себе желание отодвинуться как можно дальше от этого источника непонятной неизвестности. Но Галф настойчив в своей попытке помочь:
- Думаю, что это не физическое, а нервное истощение. Ты какой-то очень дерганный в последние дни и мало спишь, если судить по синякам под глазами.
Ага, поспишь с ним тут...
Но Мью согласно кивает: пусть будет так, по крайней мере, это звучит достаточно правдоподобно.
- Я могу тебе помочь, - Галф слезает с его кровати и идет к своим ящикам, в которых некоторое время копошится, чтобы потом вернуться с каким-то стеклянным пузырьком в руках. - Я знаю, что травам сейчас мало кто доверяет, но они работают не хуже, чем таблетки, особенно если знать, что и с чем смешивать. А я знаю.
Мью почти со священным ужасом смотрит на настой в руках парня, который тот предлагает ему принять:
- Что это?
- Если одним словом, то - тоник. Немного стимуляторов, чтобы помочь твоей нервной системе, и немного успокоительных, чтобы убрать подавленность и тревогу. Вероятно, будь это таблетками, то их бы назвали антидепрессантами, - Галф смущенно улыбается и протягивает лекарство. - Попробуешь? Я уже давно занимаюсь фитотерапией - можно сказать, что это занятие всей нашей семьи.
Это называется "лучше бы умер вчера", потому что взять у этого... существа какой-то препарат - это надо быть форменным безумцем, а Мью совсем не такой. Поэтому он продолжает со страхом пялиться на предложенное средство.
- Не доверяешь? - Лицо Галфа искажается разочарованием и какой-то обидой, а рука как-то обреченно опускается. - Понимаю. Прости.
Он дурак, полный идиот и кретин. Совсем без мозга, который шепчет, говорит, орет в конце-то концов о том, что валить надо отсюда, от Галфа - и побыстрее, и подальше.
Потому что боль из-за того, что он расстроил этого мальчика, перевешивает страх перед ним же.
И именно поэтому Мью окликает парня:
- Погоди, я...
- Да?
Все-таки светящиеся таким радостным отчаянием глаза не могут врать, правда? Именно поэтому Мью протягивает руку:
- Давай свои травки, но если я умру, то так и знай: мой призрак будет приходить к тебе по ночам и не будет давать спать.
Уж лучше видеть на этом лице смущенную довольную улыбку, чем обиду - такую же горькую, как настойку, что он выпивает за пару глотков, благо, что ее совсем немного. И прислушивается к ощущениям: нет ли боли или еще чего-то неприятного.
Но его опасения не оправдались: по телу разливается приятное тепло, которое словно расслабляет зажатые тревогой мышцы. Он с удивлением смотрит на Галфа:
- Что я только что выпил?
Тот смущенно передергивает плечами:
- Я же говорю: тоник, чтобы ты немного расслабился и перестал тревожиться.
- Там только травы в составе? - Он не верит, потому что уж слишком быстрый эффект, почти моментальный - так не бывает, так не работают даже таблетки!
- Ну, есть еще кое-что, но ты все равно не поверишь, - снова этот шепот куда-то в сторону, который Мью, видимо, не должен был услышать.
Но он услышал и даже понял, о чем речь: о том, что у Галфа есть какие-то силы или способности - называйте это как угодно - которые тот применил для создания этого лекарства. А Мью был настолько безрассуден и глуп, что принял из рук этого не-человека что-то и даже это выпил, за что расплачивается теперь пошатнувшейся картиной мира и отличным самочувствием.
А также подозрением, что, когда Галф говорил, что не допустит его отселения, то именно какие-то свои сверхспособности имел в виду. И... применил их? Он не знает и не может проверить, но факт остается фактом: никто не приходит к нему с требованием немедленно собирать вещи, а ведь место в общежитии - это всегда лакомый кусок для студентов из небогатых семей вроде его собственной.
Поэтому Мью продолжает наблюдать за соседом: таким же милым, тихим и... сказочно красивым, особенно в те моменты, когда тот самозабвенно отдается лунному свету на поляне в лесу.
Да, он снова пошел за Галфом.
Да, он не смог устоять и последовал за ним на то же место, чтобы наблюдать эту завораживающую картину.
Только в этот раз что-то изменилось: те существа, что до этого так плотно окружали парня, теперь начали подбираться и к нему тоже. Сначала Мью замирает от ужаса, готовый в любой момент сорваться с места и бежать, куда глаза глядят. Но потом каким-то образом понимает: те не несут ему угрозы, а совсем наоборот. От них исходит какое-то умиротворяющий свет, который так и манит к нему прикоснуться - что он и делает, протягивая дрожащую руку к этим огонькам.
На ощупь они... никакие. В смысле: у них нет телесной оболочки, такое ощущение, что ты трогаешь легкое теплое облачко пара - или света, как в этом случае. Но страха больше нет - есть любопытство рассмотреть их поближе, изучить, потому что эти существа совсем не против.
Мью держит на ладони один из огонечков и подносит как можно ближе к лицу, чтобы проанализировать все параметры и характеристики - все, как его учили в университете. У него такое ощущение, что тот рассматривает его в ответ тоже, но с добрым любопытством.
Откуда он это знает?
А спросите что-нибудь полегче.
Просто чувствует.
Светящийся комочек сейчас находится прямо возле его лица и чуть касается кончика носа - это щекотно, но вовсе не неприятно. Мью чуть морщится от этого странного ощущения, но не опускает руку, давая возможность им обоим для изучения.
Но какой-то странный укол отвлекает его от этого весьма научного процесса. Он поворачивает голову: второй огонек толкается в его руку чуть ниже плеча, словно пытается обратить на себя внимание. Мью трет кожу в этом месте, чуть зудит же, ничего не понимая, но очередное касание трансформируется в мысль:
опасность.
Он замирает и прислушивается: и правда откуда-то сбоку слышны шаги и шум веток, словно кто-то идет по направлению к ним сквозь чащу. И почему-то верит своему неожиданному собеседнику, что этот "кто-то" приближается не с добрыми намерениями, поэтому Мью отключает последние остатки разума и решает: была не была.
Галф еще не успевает раздеться - тот до сих пор находится словно в трансе из-за существ, что его окружают, поэтому Мью совершает, наверное, самую большую глупость в своей жизни: выходит из-за дерева и дает о себе знать, шепча, чтобы не разрушить окружающее их волшебство, и предупреждая об опасности:
- Галф, здесь небезопасно сегодня оставаться - надо уходить.
Он видит, как парень вздрагивает, и теперь на него обращены полные ужаса глаза:
- Как ты меня тут нашел?
- Это сейчас не важно, - Мью отмахивается и осторожно подходит ближе, не уверенный, что сейчас не появятся те жуткие лианы, чтобы напасть на него, - кто-то сюда идет... недобрый. Огонек сказал, что это опасно - нам надо уходить.
- Огонек? Сказал? Тебе? - Теперь Галф в удивлении пялится на него.
- Ну, не сказал, а дал понять, - он нервно взмахивает рукой, - я не знаю, как это все у вас тут работает, но давай вернемся в комнату. Мне не нравится, что тут происходит.
- Да, теперь и я это чувствую, - парень внимательно оглядывается по сторонам.
Существа, что роятся уже вокруг них обоих, как-то беспокойно мечутся по поляне, всем своим видом демонстрируя: что-то нехорошее к ним приближается. Поэтому Мью смелеет настолько, что берет Галфа за руку:
- Пойдем быстрее!
Тот, странно покорный, сразу без разговоров следует за ним, махнув напоследок рукой своим "друзьям" - те сразу начинают разбегаться по сторонам и исчезать в темноте леса. А они продолжают свой путь через заросли, пока Галф не ойкает испуганно:
- Я потерял сандалию!
- Вот черт!
Мью останавливается вместе с ним и пытается рассмотреть что-то в темноте. Но парадокс заключается в том, что лунный свет подсвечивает только Галфа, а все остальное остается покрыто мраком, поэтому пропажа не находится.
- Ты сможешь так идти, без обуви?
- Да, конечно.
- Тогда побежали - не нравится мне это все.
Деревья и правда как-то предупреждающе шумят - или ему это кажется?
Наверное, кто-то стал чересчур мнительным и впечатлительным, но уж лучше перебдеть в этом случае. А они продолжают свой тревожный путь.
- Ой!
Он дергается на крик боли, что разрывает напряженную тишину, и тут же оборачивается к Галфу:
- Что случилось?
- Кажется, я поранил ногу - наступил на что-то...
Блять.
Только этого не хватало.
Одно понятно точно: идти сам Галф теперь не может, поэтому Мью поворачивается к нему спиной и опускается на колени:
- Забирайся!
- Я попробую сам...
- Забирайся - я сказал!
Неожиданная злость прорывается наружу, потому что его до трясучки бесит, что Галф с такой готовностью помогал ему сам, а принять помощь почему-то не хочет. Поэтому он с удовлетворением выдыхает, когда его шею обвивают неуверенные руки, которые сцепляются в замок на его шее, а он сам подхватывает парня под бедра:
- Вот так, молодец.
Нельзя сказать, что он так часто кого-то переносил и делает это играючи, но, видимо, зелье Галфа творит чудеса: давно он не чувствовал себя настолько полным сил и... живым. И, наверное, поэтому они добираются до общежития максимально быстро. Но даже еще в пути Мью понимает: что-то не так.
Парень за его спиной болтается какой-то аморфной массой, он всей кожей чувствует исходящий от него жар: явно что-то около 40 градусов - это ощущается даже без термометра, настолько тот горячий. Поэтому он максимально бережно укладывает Галфа на постель и легонько тормошит:
- Эй, что из твоих настоек тебе поможет? Я обработаю рану.
- Ничего не поможет - это был железный штырь.
Мью теряется в непонимании:
- И что? Сейчас промою рану - будешь как новый, а с утра к медсестре...
- Ты не понимаешь: железо для меня... опасно, - странно-иссушенные, словно парень не пил неделю, губы еле шевелятся, а глаза как-то нездорово блестят под полуприкрытыми веками. - Травы тут не помогут, как и человеческие лекарства.
- А что тогда поможет? Антибиотики?
Он судорожно перебирает доступные варианты. Не вызывать же скорую, которой не расскажешь, что это волшебное существо ходит зачем-то в лес и там поранило ногу. И теперь ему почему-то не помогут стандартные лекарства.
- Нет, энергия леса или... одного из нас. Я истощился и не смог сегодня напитаться, так бы я справился.
Блять, хуже быть не может просто!
Глаза Галфа обессиленно закрываются, а Мью готов разрыдаться от страха - но уже не потому что его пугает сосед, а потому что за него боится. Но он берет себя в руки и все-таки доводит до конца необходимый минимум: промывает рану на ступне, смазывает какой-то заживляющей мазью, которую нашел в аптечке и заматывает бинтом. Потом замирает, не зная что делать дальше.
Нести обратно в лес на поляну?
Но он не уверен, что опасность уже миновала.
Искать кого-то из "этих"?
Он никого не знает: Галф не знакомил ни с друзьями, ни с родными.
Только одна мысль бьется мотыльком в окно его души: если те огоньки с ним взаимодействовали, то может и в нем есть та энергия, о которой говорил Галф? Как говорится, не попробуешь - не узнаешь. Но как пробовать-то???
Мью вспоминает, как растения опутывали парня практически в кокон и решает сделать то же самое: чуть подвигает Галфа на постели, чтобы лечь рядом и аккуратно его обнять. И тут же понимает, что поступил правильно, потому что тот буквально обвивает его всеми своими конечностями, прижимаясь всем телом, чтобы чуть слышно удовлетворенно застонать, укладывая голову ему на грудь.
Ну вот, что мог - он сделал, осталось дело за малым: пережить эту ночь.
Им обоим.