Ты что, влюбилась в свою «белую»?
Очнувшись, я сразу же пытаюсь осмотреться. Последнее, что я помнила, это как потеряла в туалете сознание из-за того, что меня кто-то усыпил. Все еще тяжело соображая, я старалась рассмотреть место, в котором находилась. С виду обычная кровать, что находилась посреди обычной комнаты синих тонов. Огромный шкаф до потолка, деревянные полы, панорамные окна и белый кожаный диван – все эти вещи так и не помогли мне понять, где же я сейчас находилась. Резко попытавшись подняться, я обратно упала на кровать из-за того, что моя рука была прикована к изголовью кровати наручниками.
- Вот это уже не очень хорошо. – говорила я сама с собой, рассматривая железные оковы. – И чего мне теперь ожидать?
Пока я старалась достать руку из наручников, заочно понимая, что это невозможно, в комнату вошла блондинка и с улыбкой подошла к кровати.
- Что ты пытаешься сделать? – Мишель садится рядом и кладет руку мне на лодыжку.
- Хочу достать руку, что бы заехать ей по твоей наглой морде. – шиплю через зубы я. – Вообще где я? Что ты собираешься со мной сделать?
- Позже я разрешу тебе осмотреться в твоей новой комнате. – девушка продолжает гладить мои ноги. – Теперь ты моя, привыкай.
- Что ты несешь? – морщусь я. – Ты вчера перепила или что?
- Я же говорила тебе, что будет так, как я захочу. Твоя хозяйка, или две хозяйки, никогда тебя не найдут. Пока я сама не выброшу тебя, ты будешь здесь.
- Ты больная. Тебе надо лечиться. – вжимаюсь я в спинку кровати.
- Пусть так. – хихикает блондинка. – Но я выиграла.
- Убирайся. – кричу я, пиная девушку ногой, отчего та падает с кровати.
Мишель явно не ожидала такого, поэтому поднявшись, она подошла вплотную ко мне и схватила за лицо, сильно сжимая ногтями мою челюсть.
- Если ты не хочешь, что бы я морила тебя голодом и давала воду, то лучше веди себя хорошо. – шипит девушка, впиваясь ногтями в мою кожу сильнее. – Если ты еще до сих пор не поняла, то сейчас твоя жизнь полностью зависит от моего настроения. Тебе лучше не злить меня.
- Я все равно придумаю, как выбраться. – успокаиваясь, шепчу я. – Отпусти меня.
- Можешь пробовать сколько угодно, у тебя все равно ничего не выйдет. – поднимаясь с кровати, говорит Мишель. – Пока подумай над своим поведением. Я зайду позже.
Громко хлопнув дверью, девушка куда-то ушла. Рука начинала затекать, от чего по телу бегали неприятные мурашки. Подумав о том, что сейчас Виолетта наверняка не может найти себе места в поисках меня, мне стало очень грустно и глаза наполнились слезами. Девушка скорее всего сходит с ума и думает, что со мной уже что-то случилось. Может, она решила, что меня уже убили и заранее готовит себя к этому?
Лиза наверняка тоже бегает с угла в угол, представляя в своей голове самые печальные исходы из этой ситуации. Мне было жаль, что я даже не могу придумать, как позвонить им, так как я даже если и отыщу телефон, я понятия не имела, есть ли у кого-то из моих друзей номер. Наверняка, если позвонить в полицию, Мишель сразу же узнает об этом и мне не поздоровится.
В голову пришла мысль втереться в доверие к блондинке и со временем попробовать сбежать, но как такового времени у меня совсем не было. Сколько дней может пройти до этого? Или может недель? Месяцев? Но в одном я была уверена на всевозможные проценты – Виолетта ни за что не спустит девушке эту ситуацию с рук и не улетит до того времени, пока не отыщет меня.
Время тянулось резиной, и мой желудок начинал сходить с ума от голода. На улице уже стемнело, когда я была готова на многое, что бы просто поесть, но никто и не думал кормить меня. Тело полностью затекло и болело, но я даже не была в состоянии перевернуться, так как прикованная рука очень мне мешала. В попытке вытащить руку с железного кольца я уже стерла кожу на запястье, от чего оно болело еще сильнее. Хныча себе под нос, я смотрела на настенные часы и считала секунды, стараясь отвлечься от своего положения. Не видя рядом хозяйку, мне было страшно, и ко всему этому я еще подливала масло в огонь, вспоминая, что я в совсем незнакомой мне стране и вообще не понимала, где нахожусь. Я первый раз выбралась с родного города, была так счастлива увидеть что-то новое, но все мои надежды на прекрасный отдых падали на пол и разбивались, забивая щели мелкими осколками.
Прошло еще три часа, стрелка на часах указывала на цифру «два», когда дверь «моей» комнаты открылась и внутрь зашла все такая же улыбающаяся Мишель.
- Ужин заказывали? – звонко пропела она.
Я была очень голодна, но из-за огромного кома, что засел в моей глотке, я не могла ответить гостье. Продолжая просто смотреть на нее, я ждала, что она просто поставит поднос с едой ко мне в ноги и уйдет, но не может ведь все быть так просто, верно?
- Молчишь? Не проголодалась? – блондинка приподнимает бровь, останавливаясь на полпути к моему местонахождению.
- Я очень голодная. – сдалась я, дабы не провоцировать Мишель.
- Тогда предлагаю тебе отведать блюдо, что приготовил специально для тебя мой повар.
Девушка присаживается рядом, ставя на кровать поднос, от которого исходил божественный запах запеченного мяса и овощей. Почувствовав свою слабость от этой ситуации, я послушно взяла вилку с подноса, продолжая молчать.
- Не так быстро, куколка. – запрещая мне приблизиться к еде, говорит Мишель. – Я позволю тебе поесть, но ты должна будешь выполнить мою просьбу.
- Какую? – принимая факт подвоха, спрашиваю я.
- Один раз позволь мне воспользоваться твоим телом. – спокойно говорит девушка и после замолкает.
- Что ты такое говоришь? – пытаюсь отодвинуться я.
- Ты прекрасно меня слышала. Я могу взять тебя силой прямо сейчас, но так не интересно. Я хочу что бы ты сама отдалась мне. – смотрит девушка мне прямо в глаза, заставляя еще больше вжаться в подушку.
- Уходи. – тихо говорю я, отодвигая поднос. – Как-то резко пропал аппетит.
- Ты уверена? – скалясь, дает шанс передумать девушка.
- Я не хочу, что бы меня трогала та, которая мне противна. – отвечаю снова отказом я, ожидая агрессии со стороны гостьи.
- Как скажешь. – пожимает девушка плечами и поднимается на ноги. – Зайду к тебе утром.
Мне не удалось уснуть после ухода девушки, поэтому я продолжала сидеть на кровати и давиться своими слезами отчаяния. Жалея себя, я думала только о том, как же сильно скучаю по Виолетте, и как сильно мне ее сейчас не хватает. Видимо от голода у меня начались галлюцинации, потому что перед моими глазами только то и дело мелькало лицо моей хозяйки, что награждает меня грустным взглядом и просит вернуться к ней. Нервно хихикая, я пытаюсь свободной рукой отогнать свое «видение». От этих мыслей только хуже, хочется удариться головой о стену, что бы отключиться и проснуться только тогда, когда Виолетта спасет меня.
Когда я заметила, что на улице рассветает, то взбодрилась и стала ждать, когда же Мишель в следующий раз наведается ко мне и чем на этот раз все закончиться. Я так и не смогла уснуть, так как никак не могла найти удобное положение и продолжала мучиться от боли затекших конечностей.
- Ждала меня, куколка? – заглядывая в «мою» комнату, спрашивает все такая же веселая Мишель. – Даже если и нет, то я все равно должна проверить, что с тобой все нормально. По камере не столько удовольствия наблюдать за тобой. Ты почти не двигаешься.
- Тут есть камера? – за секунду очнулась я.
- Конечно. Я же должна знать, если ты вдруг попытаешься сбежать. – шире открывает шторы девушка. – Я даже плачу деньги людям, что бы они круглосуточно наблюдали за тобой, представляешь?
- Ты точно неадекватная. – слабо улыбаюсь я, пытаясь смириться с происходящим. – Я очень голодная, можешь дать мне хотя бы кусок хлеба и стакан воды?
- Я не ем хлеб, поэтому могу предложить тебе только хлебцы. – говорит Мишель. – А то смотреть скоро тошно будет на твои синие губы.
- Я не откажусь от хлебцев. – соглашалась со всем я, в надежде хоть из чего-то получить немного энергии.
- Сейчас принесу. – сказала Мишель, после чего исчезла в проеме, даже не закрывая дверь.
Она знала, что в таком положении я даже не попытаюсь убежать, поэтому была так не осторожна. Она вернулась спустя минут пять максимум с подносом, на котором расположилась пачка хлебцев и графин воды.
- По-хорошему я должна тебе и это не давать, но не хочу, что бы ты умерла раньше, чем решишь все же дать мне то, что я хочу. – какое благородство, не так ли?
Спасибо. – тихо говорю я, доставая ломтик из пачки.
- Давай ешь, и потом я отведу тебя в туалет. – садясь на диван, говорит девушка. – Не хочу, что бы ты запачкала мне постельное белье. Это совсем не сексуально.
- Хорошо. – киваю я.
Далее я ела в тишине, изредка бросая взгляд на Мишель, что была увлечена чем-то в своем телефоне. Она выглядела немного иначе при дневном свете: улыбалась как-то по-другому, цвет кожи казался еще темнее, и стиль в одежде совсем не подходил ее статусу. Широкие шорты закрывали ее ляжки, майка совсем не по размеру полностью укрывала фигуру девушки от чужих взглядов и обычные сланцы, что болтались на ее ногах.
- Что ты хочешь увидеть на мне? – все еще не отрывая глаз от телефона, говорит блондинка.
- Причину того, что ты так поступаешь со мной, например. – пожимаю плечами я. – Ты же можешь получить любую девушку, зачем тебе я? Во мне нет ничего необычного.
- Твоя упертость. – просто говорит она.
- Что? – не понимаю я.
- Твоя упертость. Вот что есть в тебе необычного. – повторяет девушка, поднимая глаза на меня. – Все в моей жизни достается мне очень легко, и со временем перестает приносить удовольствие. Я видела много девушек на вечеринках, и они все как одна, только узнавая про то, что я владею островом, вешались на мою шею, а ты... Ты вела себя так, будто впервые в жизни видишь людей вокруг. Дикая, что ли. Как только я подошла к тебе, ты сразу же отшила меня и начала выискивать в толпе свою спасительницу. Она тоже добавила во мне интереса, когда так яростно начала защищать тебя. Я никогда ранее не видела, что бы «белая» так отчаянно цеплялась за свою прислугу. Обычно, все они с удовольствием делились со мной своими игрушками, а твоя даже не подумала перед тем, как отказать мне. Ты же знаешь, что подобного рода отношения запрещены?
- Знаю. – сухо отвечаю я, сглатывая.
- Поэтому мой интерес возрос до небес, что же в тебе такого особенного. – продолжает девушка. – Может, просветишь меня?
- Я не знаю, о чем ты. Я самая обычная.
- Знаешь, те, кто обычно так говорят, на деле оказываются просто не ограненными алмазами, которым просто не хватает руки мастера своего дела. – загадочно произносит она, даже не смотря в мою сторону. – Я не очень терпеливый человек, поэтому если ты по своей воле не отдашься мне, я все равно испачкаю тебя своими прикосновениями.
- Тогда чего ты ждешь? – не думая, говорю я. – Я никогда не передумаю. Мое сердце у моей хозяйки.
- Ты что, влюбилась в свою «белую»? – начинает смеяться Мишель. – Тебе же хуже. В любом случае, сегодня вечером твое время выйдет, и я начну делать с твоим телом все, что захочу.
- Меня сейчас стошнит. – резко подрываюсь я. – Отведи меня в туалет.
Опустошив свой желудок, я сажусь на кафельный пол и начинаю рыдать. Не думая быть тише, я дала волю всем эмоциям, что копились во мне эти сутки. Обнимая себя за колени, я роняла на них слезы , даже не думая бороться с своей истерикой. Осознавая, что со мной случится позже, я не хотела покидать пределы этой комнаты. Все надежды на хорошее будущее с Виолеттой просто лопнули, как мыльный пузырь. Я хотела простого человеческого спокойствия, любви и заботы, но получаю только грязь и разорванные в клочья мечты, что валялись в моих ногах и своем своим видом давили на все слабые места. Хотелось закричать от отчаяния, что острыми прутьями вонзалось в стенки моей души и приносило невыносимую боль. Всего за сутки моя идеальная жизнь рассыпалась, оставляя после себя руины, что не невозможно будет возвести заново.
Собрав все силы в кулак, я поднялась и подошла к зеркалу, что висело над раковиной. В этот момент в голову приходит самая безумная идея за всю мою жизнь. Пока Мишель справится с замком, на который я незаметно закрылась, я успею все сделать.
Решив потратить последние оставшиеся в моем теле силы, я ударяю кулаком свое отражение, от чего зеркало с грохотом сыпется, раня мою кожу. Пока Мишель начинает с криками ломиться в ванную комнату, я трясущимися руками поднимаю самый острый осколок зеркала, в котором вижу свое бледное лицо, я как можно сильнее надавливаю им на свою кожу. Начиная с нездоровой улыбкой кромсать свою руку, я с наслаждением слушаю крики блондинки за стеной, что явно не подозревала, что я постараюсь даже в такой момент выкинуть что-то. От бессилия я сажусь в лужу собственной крови и, истерично смеясь, наблюдаю, как быстро она растет. Глубокий порез сантиметров пятнадцать в длину теперь будет похоронен вместе со мной, но я ни за что не соглашусь сдаться так просто. Я не привыкла уступать НИКОМУ, если это против моей воли. Ну что, Мишель, ты довольна? Как я тебе на вкус? Ты, мерзкая сука, никогда не получишь то, что тебе не принадлежит. Даже ценой моей собственной жизни, я лишу тебя удовольствия воспользоваться мной.
Прости, Виолетта, что так быстро покинула тебя.