19 глава
/Jennie/
Четверг.
Тэхён с друзьями смотрит футбол.
Обычно шум телевизора действует мне на нервы. Сегодня он - музыка для моих ушей, ибо это значит, что Чонгук у нас дома. Понятия не имею, чего ожидать от него и от нашего соглашения. Все те пять дней, что он отсутствовал, мы не перезванивались и даже не переписывались.
Я слишком много думаю о Чоне. Именно поэтому следовало бы остановиться. Для мимолетной связи все серьезно, даже слишком. С той ночи под дождем все мои мысли только о нем. Когда собираюсь открыть дверь и войти в квартиру, рука у меня дрожит, потому что он, возможно, уже там.
Захожу. Первым поднимает голову Тэхён. Кивает, но даже не здоровается. Чимин машет рукой и тут же снова поворачивается к экрану. Кай словно сканирует меня, и я собираю всю свою волю в кулак, чтобы не закатить глаза.
Чонгук не делает ничего, потому что его попросту нет.
Тут же сникаю от разочарования. Бросаю сумочку на свободное кресло и мысленно твержу себе, что это даже к лучшему, потому что все равно мне надо заниматься.
- В холодильнике есть пицца, - сообщает брат.
- Ага.
Иду в кухню и открываю шкаф. Слышу шаги, сердце начинает биться быстрее.
Кто-то дотрагивается до моей спины. Я невольно улыбаюсь и поворачиваюсь к Чону.
Это не он. Это Кай.
- Привет, Дженни, - говорит он и тянется в шкаф поверх моего плеча. Руку не убирает. Но, когда я поворачиваюсь, она соскальзывает мне на талию.
- Просто хочу взять стакан для пива, - произносит Кай в качестве оправдания.
Он стоит вплотную. Касается меня. Его лицо всего в нескольких дюймах от моего.
И зачем я улыбнулась, прежде чем повернуться? Теперь он точно подумает что-нибудь не то.
- У меня в кармане стаканов нет, - отвечаю я, отталкивая его руку.
И в это самое мгновение на кухню входит Чонгук. Его глаза сверлят дыру там, куда прикоснулся Кай. Чон все видел, и теперь он смотрит на него так, словно тот совершил убийство.
- С каких это пор ты пьешь пиво из стакана? - спрашивает Чон.
Кай оборачивается к нему, потом, с откровенно игривой улыбкой, ко мне.
- С тех пор как Дженни стоит рядом со шкафом.
Проклятье... Он даже не пытается скрыть своих намерений. Думает, я на него запала.
Чон подходит к холодильнику и открывает дверцу.
- Послушай, Кай, а как дела у твоей жены?
Чонгук даже не делает вид, будто хочет что-то достать. Просто стоит и смотрит в холодильник, сжимая ручку с такой силой, с какой ее еще никогда не сжимали.
Кай по-прежнему пялится на меня.
- Жена на работе, - с ударением произносит он. - Вернется только часа через четыре.
Чон захлопывает холодильник и делает два шага к нему. Тот выпрямляется, а я отскакиваю в сторону.
- Тэхён прямым текстом просил тебя не подходить к его сестре. Прояви же к нему хоть немного уважения, черт тебя подери!
Кай стискивает зубы. Он не отступает назад и не отводит взгляда. Наоборот, делает шаг навстречу Чона, сокращая расстояние между ними.
- По-моему, Тэхён вообще тут ни при чем, - злобно цедит он.
Сердце так и колотится. Я чувствую себя виноватой в том, что невольно обнадежила Кая, и еще более виноватой в их с Чоном ссоре. Но, черт побери, мне нравится, что Чонгук так на него взъелся. Знать бы еще, за что. За то, что Кай флиртует с девушкой, несмотря на жену? Или за то, что он заигрывает именно со мной?
На пороге возникает мой брат.
Черт...
- Как это Тэхён ни при чем? - спрашивает он, наблюдая за тем, как Чон и Кай глазами мечут друг в друга молнии.
Чонгук отступает и поворачивается так, чтобы видеть и Кима, и моего брата.
- Он хочет трахнуть твою сестру.
Господи, Чонгук, выбирай выражения!
Тэхён даже не вздрагивает.
- Возвращайся к женушке, Кай, - твердо произносит он.
Мне ужасно неловко, но я даже не пытаюсь вмешаться и выступить в защиту Кая: по-моему, Тэхён с Чоном давно уже искали повод его выставить. К тому же я не собираюсь защищать человека, который не питает ни малейшего уважения к собственной супруге. Несколько мучительно долгих мгновений Кай молча смотрит на моего брата, затем обращается ко мне.
Этому парню что, жить надоело?!
- Номер моей квартиры 1012, - шепчет Кай и подмигивает. - Заходи в гости. По вечерам жена на работе. - Он проходит между Тэхёном и Чоном. - Что же до вас двоих... да пошли вы!
Мой брат бросается на него, но Чонгук хватает его за руку и удерживает, пока не хлопает входная дверь.
Тэхён поворачивается ко мне, стиснув кулаки до хруста. Вид у него разъяренный, лицо красное. Разве что пар из ушей не идет. А я и забыла, как неистово он меня оберегает.
Такое чувство, что мне снова пятнадцать. Только теперь у меня не один, а целых два не в меру заботливых братца.
- Джен, немедленно забудь номер его квартиры!
Немного обидно, что брат решил, будто меня интересует адрес Кая.
- Тэ, у меня тоже есть определенные принципы.
Он кивает и пробует успокоиться: делает глубокий вдох, сжимает челюсти и уходит в гостиную. Чонгук стоит, прислонившись к столу и глядя в пол.
Я молча смотрю на него, пока он не поднимает голову. Он кидает в сторону гостиной быстрый взгляд, потом подходит ко мне. С каждым его шагом я все сильнее вжимаюсь в стол, чтобы скрыться от его глаз, хотя бежать, собственно, некуда.
- Спроси, можно ли тебе позаниматься у меня, - шепчет он.
Странная просьба после только что случившегося. Однако я повинуюсь.
- Можно мне позаниматься у тебя?
Он с улыбкой прижимается головой к моей голове и с тихим смешком говорит:
- Я имел в виду, спроси при брате. Чтобы у тебя был предлог пойти ко мне.
Надо же, как неловко...
Теперь Чонгук в курсе, что рядом с ним я - не Дженни, а просто вода. Податливая. Исполняющая все, о чем он попросит. Все, что скажет. Все, что пожелает.
- А-а... - тяну я. - Теперь понятно.
Он по-прежнему улыбается. Я только сейчас поняла, как соскучилась по его улыбке. Вот бы он улыбался всегда. Не переставая. Глядя на меня.
Он уходит в гостиную, а я спешу к себе в комнату и принимаю душ в рекордно короткий срок.
* * *
Даже не подозревала, что я такая хорошая актриса.
Впрочем, я репетировала. Целых пять минут. Стояла у себя в комнате и пыталась придумать наиболее естественную фразу, чтобы попросить у Чонгука ключ. В итоге дождалась особенно шумного момента в игре, влетела в гостиную и закричала:
- Или сделайте тише, или уходите в соседнюю квартиру! Я пытаюсь заниматься, черт побери!
Чон попытался скрыть улыбку. Чимин бросил на меня косой взгляд, а Тэхён только закатил глаза.
- Вот сама и уходи в соседнюю квартиру. Не мешай смотреть матч. Ей ведь можно позаниматься у тебя? - добавил он, повернувшись к Чону.
- Конечно. Я ей открою.
Я хватаю книги, выхожу вслед за парнем, и вот - мы почти у него. Он открывает дверь, хотя она и не заперта. Тэхён, впрочем, об этом не догадывается. Чонгук заходит, я проскальзываю следом, и мы разворачивается лицом друг к другу.
- Мне и правда нужно заниматься.
Не знаю, какие у него ожидания, но хочу дать ему понять: если его не было несколько дней, это еще не значит, что он на первом месте в моем списке приоритетов. Хотя именно так и есть.
- А мне и правда хочется посмотреть футбол.
Он берет у меня книги, относит их на стол и идет на меня, пока наши губы не встречаются. Дальше идти некуда - я уперлась спиной в дверь. Чон обхватывает меня за талию, я его за плечи. Его язык проскальзывает мне в рот, и я с готовностью принимаю его.
Внезапно он отстраняется и смотрит на меня так, словно это я виновата, что ему нужно уходить. Проводит руками по лицу и тяжело вздыхает.
- Ты не успела поесть. Сейчас принесу тебе пиццы.
Он опять идет прямо на меня, но я молча уступаю дорогу. Он исчезает за дверью.
Какой же он странный...
Я раскладываю на столе книги. Собираюсь сесть и позаниматься, как распахивается дверь, и Чонгук проходит на кухню с тарелкой в руках. Ставит ее в микроволновку, нажимает несколько кнопок и идет прямиком ко мне. Вид у него такой решительный, что хочется попятиться назад, но там стол, отступать некуда.
Чон торопливо целует меня в губы.
- Я должен вернуться. Все в порядке?
Я киваю.
- Тебе что-нибудь нужно?
Я качаю головой.
- В холодильнике есть сок и вода.
- Спасибо.
Он еще раз быстро целует меня, прежде чем уйти. Я падаю на стул. Достаю блокнот и берусь за учебники. Через полчаса приходит эсэмэска.
Чон: «Как учеба?»
Я улыбаюсь как идиотка. Он отсутствовал девять дней и не прислал ни одного сообщения, а теперь переписывается со мной из соседней квартиры!
Я: «Хорошо. А как игра?»
Чон: «Объявили перерыв. Наши проигрывают»
Я: «Облом»
Чон: «Ты знала, что у меня нет кабельного».
Я: «???»
Чон: «Ты велела нам отправляться в соседнюю квартиру и смотреть игру там, хотя знала, что у меня нет кабельного. По-моему, Пак что-то заподозрил»
Я: «Ой... как-то не подумала»
Чон: «Все в порядке. Он только многозначительно на меня смотрит, как будто о чем-то догадывается. Если честно, мне не важно, в курсе Пак или нет. Все остальное ему обо мне уже известно»
Я: «Странно, что ты до сих пор ему не рассказал. Разве не все мужчины хвастаются своими победами?»
Чон: «Я - нет».
Я: «Видимо, ты исключение. А теперь не мешай - мне нужно заниматься»
Чон: «Не возвращайся, пока не приду и не скажу, что игра окончена»
Я кладу телефон на стол, не в силах стереть с лица улыбку.
* * *
Через час Чонгук входит в квартиру, захлопывает за собой дверь и небрежно к ней прислоняется.
- Игра окончена.
Я кладу ручку на стол.
- Отлично. Как раз покончила с домашкой.
Он глядит на разложенные на столе книги.
- Тэхён, наверное, тебя ждет.
Намек, что мне пора на выход? Или просто констатация факта? На всякий случай встаю и начинаю собирать вещи, стараясь скрыть разочарование.
Чон приближается, забирает у меня книги и кладет их на прежнее место. Потом обхватывает меня за талию и усаживает на стол.
- Это не значит, что я тебя выпроваживаю, - твердо произносит он, глядя мне прямо в глаза.
Я не улыбаюсь, потому что вновь нервничаю. Всякий раз, как он смотрит на меня так пристально, мне не по себе.
Он пододвигает меня к самому краю и устраивается между моих колен. Его руки на моей талии, а губы касаются щеки.
- Я думал о сегодняшнем вечере, - негромко произносит он. Его дыхание щекочет мне шею, отчего кожа покрывается мурашками. - О том, что ты весь день на занятиях. - Он подсовывает под меня руки. - О том, что каждую неделю работаешь по выходным.
Я обвиваю его ногами, и он относит меня в спальню. Кладет на кровать. Ложится сверху, убирает волосы с моего лица, ловит мой взгляд.
- И вдруг я осознал, что ты совсем не отдыхаешь.
Между фразами он нежно целует меня в щеку.
- У тебя не было выходных с самого Чусока, так ведь?
Непонятно, зачем он столько говорит, но мне это нравится.
Рука Чона проскальзывает под мою футболку - вверх по животу, пока не находит грудь.
- Наверняка ужасно устала.
- Вовсе нет.
Я лгу. Я совершенно вымотана.
Чонгук заглядывает мне в глаза.
- Неправда, - говорит он, проводя большим пальцем по соску, прикрытому только тонкой тканью лифчика. - Я вижу, что устала.
Он дотрагивается губами до моих губ - так нежно, что я едва их чувствую.
- Я просто тебя поцелую, хорошо? А потом ты вернешься к себе и как следует отдохнешь. Не хочу, чтобы ты думала, будто я чего-то от тебя жду только потому, что мы оба дома.
Снова целует меня, но прикосновение его губ не идет ни в какое сравнение с тем, что делают со мной его слова.
Он запускает руку мне под лифчик и целует меня уже по-настоящему. Каждый раз, как наши языки соприкасаются, голова идет кругом. Неужели это может когда-нибудь надоесть?..
Чонгук обещал, что просто меня поцелует, но у нас явно разные представления о поцелуях. Его губы повсюду. Руки тоже.
Он задирает на мне футболку и стягивает с одной груди лифчик. Дразняще прикасается к ней языком. Губы у него теплые, язык - еще теплее, и я постанываю от наслаждения.
Приподнявшись на локте, Чон скользит ладонью по моему животу, затем по джинсам, пока не доходит до бедер. Когда начинает водить рукой по ткани между ног, я откидываю голову назад и зажмуриваюсь.
Боже мой, мне определенно нравятся его представления о поцелуях...
Он ласкает меня между ног, с силой надавливает на ткань, и вот уже все мое тело молит о большем. Его губы перешли от груди к шее, и он целует, покусывает и посасывает меня в одном и том же месте, словно хочет оставить метку.
Пробую вести себя тихо, но когда Чонгук создает между нашими телами такое восхитительное трение, это невозможно. Сам он тоже не молчит. Всякий раз, как я стону, Чон тоже вздыхает или шепчет мое имя. Потому я и не сдерживаюсь - обожаю его стоны.
Не меняя положения и не отрывая губ от моей шеи, он быстро расстегивает пуговицу моих джинсов. Дергает за молнию, просовывает руку между джинсами и трусиками и возобновляет те же движения, только теперь ощущения в тысячу раз ярче, и я уже чувствую, что долго это не продлится.
Необходима вся моя выдержка, чтобы не отстраниться, ведь Чонгук точно знает, где именно прикасаться, чтобы свести меня с ума.
- Господи, Джен, ты такая мокрая... - он двумя пальцами оттягивает трусики в сторону. - Хочу тебя чувствовать...
Его указательный палец проскальзывает в меня, большой остается снаружи, и я снова и снова повторяю «боже мой» и «не останавливайся», словно заевшая пластинка. Он целует меня, чтобы заглушить мои стоны, а мое тело содрогается под его рукой.
Кульминация такая мощная и долгая, что, когда все проходит, я боюсь отстраниться. Не хочу, чтобы он убирал руку. Хочу так и уснуть.
Лежу совершенно неподвижно. Мы оба тяжело дышим, нам трудно пошевелиться. Наши губы все еще соприкасаются, глаза закрыты. Через несколько мгновений Чонгук убирает руку и застегивает на мне джинсы. Я распахиваю глаза и вижу, как он с улыбкой достает изо рта пальцы.
- Да, ты чертовски в этом хорош!
Чон улыбается еще шире.
- Благодарю.
Затем целует меня в лоб.
- А теперь возвращайся домой и хорошенько выспись.
Он хочет встать, но я беру его за руки и снова укладываю.
- Подожди, - переворачиваю его и ложусь сверху. - А то получится нечестно.
- Я счет не веду, - отвечает он и перекатывает меня обратно на спину. - Тэхён наверняка в недоумении, почему ты до сих пор не вернулась.
Он встает и тянет меня за руки, привлекает к себе - так близко, что я чувствую: он не готов меня отпустить.
- Если Тэ спросит, просто скажу, что не хотела уходить, пока не доделаю задание.
- Дженни, тебе правда лучше уйти. Твой брат поблагодарил меня за то, что я защитил тебя от Кая. Каково ему будет, если он узнает, что я просто не хотел ни с кем тебя делить?
- Мне все равно. Его это не касается.
- Зато мне не все равно. Тэхён мой друг. Не хочу, чтобы он узнал, какой я лицемер.
Он целует меня в лоб и выводит из спальни. Берет со стола и подает мне книги. Я уже готова выйти за дверь, но он хватает меня за локоть. В его взгляде видно нечто новое. Не желание, голод, разочарование или вызов, а нечто невысказанное. Нечто такое, что он хочет, но боится выразить вслух.
Чонгук обхватывает ладонями мое лицо и прижимается губами к моим губам - так порывисто, что я ударяюсь о дверной косяк.
Он целует меня так властно и отчаянно, что мне стало бы грустно, не будь это настолько восхитительно. Чон делает глубокий вдох, отстраняется и медленно выдыхает, глядя мне в глаза. Затем отходит и ждет, пока я выйду, чтобы закрыть дверь.
Понятия не имею, что это было, но хочу еще.
Заставляю ноги сдвинуться с места, захожу в свою квартиру и кладу книги на стол..В гостиной брата нет, в ванной шумит вода.
Тэхён в душе...
Я тут же оказываюсь на противоположной стороне коридора и стучу к Чонгук. Дверь распахивается так быстро, словно все это время он стоял на том же месте.
- Тэ в душе, - сообщаю я.
Я думала, он еще не успел осмыслить, что я сказала, а он уже затаскивает меня внутрь. Захлопывает дверь, прижимает меня к ней, и вновь его губы повсюду...
Не теряя ни минуты, я расстегиваю на нем джинсы и тяну вниз. Чон не отстает: стягивает с меня брюки вместе с трусиками, высвобождает из них мои ноги и тут же подталкивает меня к кухонному столу. Поворачивает так, чтобы я легла животом на стол.
Одновременно раздвигает мне ноги и стягивает с себя джинсы. Потом крепко берет меня за талию и осторожно входит.
- О боже... - стонет он.
Я вдавливаю ладони в стол. Ухватиться не за что, а мне отчаянно необходимо за что-нибудь держаться.
Чон ложится на меня грудью. Его тяжелое прерывистое дыхание обжигает мне спину.
- Мне нужно сходить за презервативом.
- Хорошо, - шепчу я.
Но он стоит, не двигаясь, а мое тело хочет вобрать его в себя до конца. Я льну к нему бедрами. Он входит глубже и с такой силой впивается в меня пальцами, что я вздрагиваю.
- Не надо, Джен.
Звучит как предостережение... Или вызов.
Я проделываю то же самое еще раз. Он стонет и поспешно выходит. Все еще держит меня за бедра и прижимается к моей спине - но уже не внутри меня.
- Я принимаю противозачаточные, - шепчу я.
Чон не двигается. Я крепко сжимаю веки. Он должен что-нибудь сделать. Что угодно. Иначе я умру.
- Дженни... - шепчет он, но по-прежнему ничего не делает.
Мы стоим молча и неподвижно - все в том же положении.
- А, черт с ним...
Он нащупывает мои руки, лежащие на столе ладонями вниз. Стискивает их и утыкается лицом мне в шею.
- Приготовься.
Входит так резко и неожиданно, что я вскрикиваю.
- Тс-тс, - шепчет он, зажимая мне рот рукой.
Минуту он стоит неподвижно, чтобы я успела привыкнуть. Затем со стоном отстраняется и с силой входит так, что я снова вскрикиваю, но на этот раз ему в руку. Чон проделывает это снова и снова.
Тихо.
Очень тихо. Не знаю почему: потому ли, что всего несколько мгновений назад мы оба так громко кричали, или же просто потому, что Чонгук еще не пришел в себя.
Он у меня внутри, но он уже кончил - просто не двигается. Одной рукой он еще зажимает мне рот, другой стискивает мои пальцы, а лицом утыкается в шею.
Чон неподвижен, и я боюсь пошевелиться. Не слышно даже его дыхания.
Первое, что он делает - отводит руку, закрывающую мне рот. Затем медленно расцепляет наши пальцы. Опирается на стол и выходит из меня без единого звука.
По-прежнему слишком тихо, я не шевелюсь.
Слышу, как Чонгук натягивает штаны и застегивает молнию. Слышу его удаляющиеся шаги. Он уходит...
Дверь спальни с грохотом захлопывается, и я содрогаюсь. Мои живот, щека и ладони по-прежнему прижаты к столу, но теперь по его поверхности текут мои слезы.
Они льются.
Льются, льются, льются, и я не могу их остановить.
Как же неловко... Как стыдно... Не понимаю, что, черт побери, с ним такое, но во мне много гордости и мало смелости, чтобы пойти и выяснить.
Похоже, это конец, а я не была готова, что он наступит так скоро, - что он вообще когда-нибудь наступит. Ненавижу себя за то, что позволила чувствам завести себя слишком далеко.
А еще я злюсь, потому что стою посреди квартиры, высматриваю свои джинсы и пытаюсь остановить дурацкие слезы, чувствуя, как по ноге стекают его соки, и не могу понять, зачем он взял и все уничтожил.
Уничтожил меня.
Одеваюсь и ухожу.