Глава 37 - Больше, чем секс
Они не договаривались. Не строили планов. Просто проснулись в одной кровати, потянулись друг к другу - без возбуждения, без намерения, просто чтобы не потерять тепло, пока оно ещё там, между простыней и телом.
Кира первой встала. Сварила кофе. Сгоряча пересолила яичницу. Ася рассмеялась - впервые так, без фильтров, с щекой чуть дрожащей от смеха, и губами, запачканными кетчупом.
- Поехали куда-нибудь, - сказала Кира, ещё не дожёвывая.
- Куда?
- Да хоть в торговый центр. Хоть в кино. Хочу тебя не в кровати. Хочу тебя в повседневности.
Ася кивнула. Не сразу. Но кивнула.
И в этом кивке - было больше, чем в согласии. Это было: я не против быть с тобой, когда не надо прятать голое тело.
Они сидели в кафе, где пахло тостами, корицей и чужими разговорами. Ася выбирала десерт с лицом хирурга на операции: сосредоточенно, с прищуром, даже чуть губу поджала. Кира смотрела - и не могла оторваться.
Это чувство было неожиданным. Не резким. Не как ток. А как вдруг пришедшее понимание: мне тепло от тебя даже в твоём молчании.
- Ты на меня уставилась, как маньяк, - сказала Ася, не поднимая глаз.
- Я просто думаю, как ты умудряешься делать выбор между чизкейком и штруделем так, будто решаешь судьбу вселенной.
Ася усмехнулась.
- Сладкое - важнее политики.
- А ты вообще какая? За кого голосовала бы?
- За торт.
Они рассмеялись. И это был не барьерный смех. Не «давай закроем тему». Это был смех из живота. Из той самой точки, где живёт всё настоящее.
После кафе был парк.
Голые деревья. Сухой асфальт. Город как будто дышал.
Они шли медленно. Молча. Иногда - касаясь мизинцами. Иногда - просто плечами.
Кира поймала себя на том, что не хочется куда-то идти. Хочется идти с ней.
- А если бы я уехала? - вдруг сказала Ася.
- Куда?
- Неважно. В другой город. В Питер. В Ригу. Ты бы поехала за мной?
Кира не ответила сразу.
Потом - выдохнула:
- Я бы сначала напилась, потом разбила пару стаканов, а потом поехала. Да.
Пауза.
- Потому что с тобой у меня впервые ощущение, что я куда-то двигаюсь. Даже если стою на месте.
Ася ничего не сказала.
Но взяла её за руку. Сама.
Без слов.
Без «можно».
Кира почувствовала: пиздец. Я влюбилась.
И от этого стало... страшно. Радостно. Больно. Пронзительно.
Слишком живо.
Кино было дурацкое. Какой-то артхаусный триллер, в котором все ходили по кругу и говорили про смерть.
Кира зевала. Ася - напряжённо смотрела, как будто выискивала смысл между диалогами. В какой-то момент Кира наклонилась и прошептала на ухо:
- У тебя внутри больше смысла, чем в этом фильме.
- Молчи, я почти поняла, в чём метафора.
- Спорим, всё сведётся к маме главного героя?
- Спорим - к бутылке.
В зале было темно. Ася положила голову ей на плечо. Просто. Не думая. Без предисловий.
Кира держала её ладонь.
Пальцы были холодные. Но привычные.
И в этом моменте было больше, чем секс. Больше, чем роман. Больше, чем просто «нам хорошо».
Это было: я готова быть рядом, даже если мне скучно, если темно, если не знаю, чем всё закончится.
На обратном пути они не говорили.
Музыка в машине - фоновая. Ветер через щель в стекле. Руки на коленях.
Кира смотрела на дорогу.
И думала: ебать, я ведь правда не могу без неё.
И в голове вспыхнуло: скажи. Сейчас. Просто скажи.
Она включила поворотник, свернула к обочине.
Заглушила мотор. Повернулась.
Ася чуть прищурилась.
- Чё, опять сигарета?
- Нет.
Пауза.
- Просто я хочу, чтобы ты знала.
- Что?
- Что ты мне не просто нравишься.
Пауза.
Глубокий вдох.
- Я в тебя влюбилась, Ась.
Сказала просто. Ровно. Без шутки. Без защиты.
Ася смотрела. Долго. Без паники. Без улыбки.
Потом - взяла её ладонь. Приложила к щеке.
- Спасибо, - тихо.
- Я... не могу пока сказать это в ответ.
Пауза.
- Но я с тобой. Здесь. Не потому что удобно. А потому что хочу.
И этого Кире хватило.
Больше, чем признания.
Больше, чем «я тебя тоже».
Потому что это было - по-настоящему.