Начало конца

Телефон звякнул резко, прервав мои мысли. Я взяла трубку, едва успев понять, что это звонок. На экране высветился знакомый номер — тот, что я не видел уже несколько лет. Это был номер моего друга, который погиб несколько лет назад. Он ушёл слишком рано, и, если честно, я до сих пор не мог поверить в это. Он был как брат, и его потеря оставила огромную пустоту в моей жизни.

— Алло? — я постарался говорить как можно спокойнее, но сердце колотилось в груди, как будто что-то было не так.

— Привет, — раздался голос, которого я не слышал давно, и я замер. Это был голос маленького мальчика. Тонкий, детский, но такой ясный и четкий. — Меня зовут Джейк. Я... я нашел твою фотографию с папой.

Я прижался к телефону, пытаясь понять, что происходит. Мой друг... У него был сын? Я не знал. Я не знал, что у него была семья, тем более, что я никогда не слышал о его ребенке.

— Ты... ты кто? Ты сын моего друга? — я не мог поверить своим ушам. Этот голос не мог принадлежать тому, кого я знал. Он был таким юным, таким невинным.

— Да, — сказал он, как-то стесняясь. — Но я тебя не знаю, потому что ты был другом моего папы. Я нашел фотографию, на которой твой папа был с каким-то мужчиной. На обратной стороне была надпись, и я подумал, что тебе стоит это рассказать.

Я ощутил, как волосы на затылке зашевелились. Словно время замедлилось, и я не мог выдохнуть. Это не могло быть правдой.

— Надпись? Какая надпись? — спросил я, пытаясь успокоить нервозность в голосе.

— На ней было написано: «Если вы будете нуждаться в чем-либо и меня не будет рядом, попросите его. Он это я, просто в другом месте». Мой папа написал это. И я... я попросил у тебя велосипед. Можешь мне помочь?

Мои руки начали дрожать. Я вспомнил, как Чейз и мой друг всегда говорили, что если что-то случится с ними, то друг будет рядом, как вторая половина, как тот, кто поддержит. Я не мог понять, что этот момент настал. Но мне было страшно. Страшно от того, что услышал. Я же знал Чейза, помнил его шутки, его поддержку, его верность. И теперь его сын стоял на другом конце телефона, с просьбой, которая звучала как последний след, который он оставил в этом мире.

— Ты... ты говоришь про Чейза? — спросил я, дрожащим голосом.

— Да, — ответил мальчик с грустью в голосе. — Я его сын. Мама часто рассказывает мне о нём. Она говорит, что он был хорошим человеком, и что он заботился о вас. А теперь я его не вижу. И вот... я нашел фотографию и номер.

Я медленно опустил голову. Все это казалось каким-то кошмаром. Чейз... его сын. И теперь мне нужно было сдержать обещание, которое он когда-то оставил, как бы странно и неосознанно оно звучало. Я был обязан что-то сделать, помочь, как бы ни был тяжел этот момент.

— Да, конечно, — ответил я, вытирая руку о лицо. — Я помогу тебе. Ты, наверное, хочешь велосипед, верно?

— Да. Папа говорил, что если что-то случится, ты поможешь. Он сказал, что ты об этом не забудешь.

Слушая его, я понимал, что сейчас пришло время быть тем человеком, которым Чейз надеялся, что я стану, и кем я должен был быть для его сына. Я был обязан это сделать. Это было не просто обещание. Это было следующее звено в цепи, связывающее нас всех.

— Хорошо, — сказал я, — я тебе помогу. Мы найдём велосипед. Я всё сделаю, как сказал твой папа.

Мальчик замолчал на секунду, как будто что-то обдумывал, а потом сказал:

— Спасибо. Я... я тоже люблю его, знаете? Папу. И мне так одиноко без него.

Я не знал, что ответить. Эти слова были как удар в грудь. Маленький мальчик, потерявший отца, с одной просьбой и одной надеждой. Я, в свою очередь, был тем человеком, который должен был поддержать его. Должен был стать тем, на кого Чейз полагался, даже если это казалось невозможным.

— Я всегда буду рядом, — сказал я наконец. — Ты не один. Мы все будем рядом.

И в тот момент, когда я повесил трубку, я почувствовал, как в груди расползается невыразимая боль. Слишком много потерь. Слишком много воспоминаний. Но в этом был и свет. Свет, который я, возможно, должен был увидеть раньше, но только сейчас понял.

Чейз оставил свой след не только в моей жизни, но и в жизни его сына. И я обещал себе, что буду рядом, что не оставлю его, как не оставил бы своего старого друга.