Серия 17...
Я стояла возле дверей и слушала их разговор, не в силах отвести взгляд. Пэйтон и Дилан не замечали, как я стояла в тени, стараясь не дышать слишком громко. Их слова проникали прямо в мою душу, заставляя сердце биться быстрее от боли и понимания.
Дилан, как всегда, был прямолинейным и невозмутимым, но в его голосе было что-то необычное, какая-то невидимая тревога, которой я раньше не замечала. Пэйтон, напротив, звучал тихо, как будто говорил о чём-то личном, что не могло бы попасть в чужие уши. Но я всё равно слышала, и меня это потрясло.
— Ты ведь помнишь, как всё было у него? — начал Дилан, а Пэйтон только молчал, скорее слушая, чем отвечая. — У этой женщины был сын. Избитый, постоянно унижаемый... с детства. И она, кажется, не останавливалась. Даже когда он уже вырос, она продолжала бить его за каждую малейшую ошибку. Ты знаешь, что это за жизнь?
Пэйтон выдохнул, его голос стал чуть мягче, как будто ему было тяжело говорить.
— Да, я помню. Он... он был всегда молчаливым, не хотел ни с кем общаться, даже с нами, когда мы были подростками. Мы с Диланом пытались его как-то поддержать, но его мама... она всегда была рядом. Всегда. Она не дала ему возможности быть собой. Каждое его неправильное слово или поступок, и вот она снова. Она снова его бьёт.
Дилан вздохнул, и я почувствовала, как тяжелое молчание в комнате наполнилось болью.
— И вот что удивляет, Пэйт, — продолжил он. — На протяжении всей нашей дружбы я никогда не видел его плачущим. Он был словно камень, не позволял себе проявлять слабость. А вот недавно, я снова видел, как она его ударила. И вот что меня по-настоящему потрясло...
Дилан замолчал, и я ощутила, как напряжение в воздухе возросло. Мне было невозможно удержаться, и я чуть не вырвалась из своей укромной позиции, когда услышала ответ Пэйтона.
— Он плакал? — спросил он с удивлением, но в его голосе была не только тревога, а и грусть.
— Да, — ответил Дилан с низким, почти шёпотом голосом. — Он плакал, когда его снова ударила. Знаешь, что он сказал мне, когда я спросил, что случилось?
Я почувствовала, как что-то внутри меня защемило. Я была готова отступить, но всё равно не могла себя остановить.
— Я спросил его: "Что с тобой? Почему ты вдруг плачешь?" — продолжал Дилан. — А он ответил: "Рука моей мамы ослабла... Я чувствую, как она умирает". Это... это было настолько сильно, Пэйт. Ты знаешь, это не просто так. Это было как последняя капля. Он даже не обиделся на неё. Он плакал, потому что чувствовал, что её сила уходит. Чувствовал, что она слабеет и больше не может контролировать его, как раньше. И это его сломало.
Я не могла поверить своим ушам. Эти слова ударили меня сильнее, чем любое событие, которое я пережила за последнее время. Мне казалось, что я стояла на месте, а сердце разрывалось от боли за этого парня, о котором я ничего не знала до этого момента.
Пэйтон молчал, его взгляд был затуманен, как будто он погрузился в свои мысли, в воспоминания. Его лицо стало другим — жестким, но в глазах всё равно был тот самый след боли.
— Он любил свою маму, несмотря на всё. И это, наверное, самое страшное. Любить того, кто наносит тебе боль. Любить, потому что ты всё равно нуждаешься в этой любви, даже если она разрушает. Он не мог от неё уйти. И не мог её ненавидеть. Это было сильнее его.
Мои глаза наполнились слезами, и я чувствовала, как в груди сжалась боль. Я не знала, что ответить. Но я поняла, что сама эта история, эта жизнь — это не просто слова. Это реальность. Реальность, в которой люди любят, даже когда их мучают. И иногда любовь — это всё, что у тебя есть, даже если она приносит тебе страдания.
Я стояла там, подслушивая их разговор, не зная, как поступить. Не зная, что теперь думать. Но одно было ясно — я не могла пройти мимо. В этот момент я почувствовала, как Пэйтон изменился. Он больше не был тем человеком, который следил за мной из-за своих страхов или ревности. Он был тем, кто тоже носил в себе боль и страхи, которые приходили с прошлым.
Когда я вышла из тени и подошла к ним, Пэйтон не сказал ни слова. Он просто посмотрел на меня, и в его взгляде была та же боль, что и в словах Дилана. И я поняла, что, возможно, ему ещё предстоит пройти свой путь исцеления. Но я была готова быть рядом, если он захочет.
Я смотрела на него, ощущая, что многое стало ясным. И, несмотря на все, я всё равно была рядом. Потому что иногда нужно просто быть рядом с теми, кто в этом нуждается, чтобы найти путь к исцелению.
Правильно, злюка))