Alaska

В большом зале было много людей. Никаких украшений или других предметов, указывающих на торжество, не было. Все присутствующие были одеты в чёрное, а от стен постоянно отражался плач и разносился по помещению эхом.

Влад был одет в чёрном строгом костюме с идеально белой рубашкой. Волосы, как обычно, уложены слишком профессионально для альфы. Сиреневые глаза постоянно были красными, но слез не было. Альфа все время стоял около гроба любимого и лишь кивал на тихие соболезнования от малознакомых людей.

Марка тоже переодели. На омеге была его любимая белоснежная блузка и такие же брюки. Часть гроба, там где были ноги, была закрыта. Руки омеги были аккуратно сложены на животике. Кожу пришлось немного припудрить, чтобы не было видно синяков и кровоподтёков. Глаза все так же закрыты, волосы заплетены в две косички.

Лис и Костя стояли напротив Влада и лишь иногда омега тихонько всхлипывал. За эти несколько дней силы покинули всех. Не было желания даже плакать. Бессилие и безнадёжность плотно засели у всех в сердце. Родители не могут смириться с потерей любимого и единственного сыночка, хоть и стараются показывать, что они держатся. На самом деле, Лис постоянно убивался по поводу того, что именно из-за него Марк спрыгнул с крыши.

Влад медленно подошёл к гробу и погладил любимого по щеке, печально улыбаясь. Альфа ещё немного помедлил, а потом взял Марка за ледяные безжизненые руки.

-За что ты так со мной, котёнок?- еле слышно прошептал Влад и сжал ладони омежки,- я же люблю тебя... а кроме...мне никто не нужен...

Альфа осторожно наклонился максимально близко к омеге и нежно поцеловал живот Марка прямо через блузку. Лис начал всхлипывать, в то время как Костя постарался закрыть собой мужа, чтобы лишний раз не напоминать о том, что их сыночек был беременным. Влад осторожно перенёс поцелуй с животика на синюшные губы Марка. Все присутствующие затихли в то время как Альфа уже осторожно отодвинулся от гроба и выпрямил спину.

-Мы... встречались с тобою обыденно,- тихонько прошептал Влад, но из-за тишины было слышно каждое его слово,- на холодных равнинах аляски...сладких снов, мои малиновые зайки...

***

-Влад?- в телефоне пока была тишина,- это Софи. Дедушка Марка... ты слышишь?

-Да, я слышу,- почти неслышно проговорил Альфа,- вы что-то хотели?

-Да...я... мне нужно было найти нитки, а они были в комнате Марка...- начал оправдываться Софи, говоря при этом с большой грустью и тоской,- и нашёл записку... для тебя... я не читал ее. Так что если хочешь забрать... приходи в любое время...

-Хорошо... спасибо.

Влад пришёл к Софи этим же вечером. Омега сначала напоил молодого альфу чаем, а потом отвёл в комнату внука. Софи передал записку альфе и оставил его.

Влад осторожно развернул, сложённую в несколько раз бумажку и закрыв глаза, сначала поднёс ее к носику и стал вдыхать, пытаясь уловить запах любимого. Влад осторожно, немного боязливо, открыл глаза и все же решил прочесть написанное.

«Я не знаю когда ты это найдёшь, но эта бумага будет означать только одно - я мертв. Я не знаю даже, стоит ли объясняться в своих поступках именно в такой форме, но все же лучше так, чем оставить тебя без ничего.

Влад, я очень люблю тебя... поверь, мне было очень сложно писать это все. Поэтому особо не критикуй.. хах... наверное, ты заедаешься вопросом, зачем я это сделал? Но... я не смогу ответить на этот вопрос. Я просто устал. Устал от постоянных ссор с папой... устал от этого постоянного контроля во всем, начиная с того, что я поел и заканчивая тем, что я говорю... я понимаю, что мои родители меня любят и хотят только лучшего, но я так больше не могу. Мне просто очень больно слышать о том, что я ни на что негодный ребёнок, что у меня все идёт через одно место. Мне обидно, что я прикладываю столько стараний, чтобы нам всем было комфортно и не так напряжно, но... папе постоянно что-то не нравилось. Он всегда находил к чему прицепиться. Я очень часто задавался вопросом «а любит ли он меня вообще?», но ответ находился сам собой, когда мы с ним оставались дома вдвоём и у него было адекватное настроение. Мы вместе готовили и смотрели фильмы, смеясь и улыбаясь. Мне всегда хотелось, чтобы эти моменты никогда не заканчивались. Я хотел, чтобы он всегда оставался таким веселым и заботливым. А когда папа плакал из-за меня, поверь мне, я тысячи раз думал о том, чтобы себе хорошенько врезать...

А потом все это рушилось. Он снова начинал вести себя как ненормальный и цеплялся к каждой мелочи, обвиняя меня в том, что я отвратительный сын.

Когда я сказал ему о нашем малыше, я, правда думал, что он меня поддерживает и принимает наш с тобой выбор. Но когда он заявил про аборт, во мне как будто что-то сломалось. Я словно открыл глаза на то, что он все это время скрывал под маской заботы. Мне стало очень противно находиться рядом с ним. Я прекрасно понимал, что в нем сейчас говорит шок и эмоции, но после слов «мой сын умер в тот момент когда отказался от аборта», я... просто не смог больше терпеть. Мне все так надоело...

Я взял свою шкатулку, переложил ее в эту комнату и ушёл к тебе. Те двое суток, что я был с тобой были просто прекрасными, а каждая ночь волшебной... но меня все ещё отравляли те слова папы... я постоянно думал о них. А когда позвонил отец и сказал, что папа с ним не разговаривает, но настроен довольно таки агрессивно против меня... у меня как будто весь мир рухнул.

Я так надеялся, что он передумал насчёт нашего малыша... но раз у него нет ни сына, ни внука, я предоставлю ему эту возможность...

Я знаю, что поступаю очень необдуманно и ненормально, но Влад, любовь моя, я так больше не могу. Я устал. Я знаю, что тебе будет плохо, но молю тебя лишь об одном... не сделай с собой ничего... прошу... живи дальше, наслаждайся жизнью, люби... это сложно, но постарайся... постарайся полюбить снова, и возможно тогда, все станет проще и лучше. От меня только проблемы...

Извини, если причинил боль...

Я люблю тебя. Всегда любил и буду любить....»

На некоторое время Альфа выпал из реальности. Владу потребовалось время, чтобы нормально и более менее разумно воспринимать информацию из письма.

Все же Альфа не смог сдержаться. Влад съехал с кровати на которой сидел и уткнулся в колени лицом. Через пару мгновений, на душераздирающий плачь примчался Софи и принялся успокаивать молодого альфу.

-Почему кто-то в нашем возрасте уже второго рожает и живет всю жизнь, не зная что такое горе,- начал рассуждать Влад, сидя в объятиях Софи прямо на полу и потихоньку раскачиваясь из стороны в сторону,-а кто-то даже не дожидается совершеннолетия и прыгает с крыши? Почему так не справедливо!? Разве мы заслужили такого? Разве Марк это все заслужил?

-Иногда жизнь бывает очень несправедливой, малыш... поверь мне... я прекрасно понимаю тебя... я и сам потерял любимого... но нам всем остаётся лишь смириться со всем происходящим, ибо исправить мы уже ничего не в силах. Отношения Марка и Лиса не исправить. Нашу невнимательность не исправить. Марка не вернуть....