Возвращение

3 месяца спустя

Хюнкяр стояла у плиты и готовила завтрак. Так как сегодня была суббота, а по выходным супруги отпускают Назире отдохнуть, г-жа Фекели хозяйничала на кухни самостоятельно. Пока яичница жарилась, а кофе для любимого мужа было уже почти готово, женщина нарезала овощи, дабы добавить их к яйцам, параллельно напевая себе что-то под нос. Её пение прервало обжигающее шею дыхание и крепкие объятия со спины. Она на секунду вздрогнула, а потом вновь расслабилась в мужских руках.

«Хозяйничаешь?» — послышалось сзади.

От этого пронзительного голоса нож предательски выпал из её рук, издавая грохот, когда приземлялся на столешнице. Сердце Хюнкяр начало биться чаще, дыхание напрочь сбилось, а руки стали дрожать.

«Почему молчишь?» — эта фраза прозвучала еле слышно.

Г-жа Фекели нервно глотнула, пытаясь собрать мысли в кучу. «Этого не может быть», — пронеслось у неё в голове. Сильные мужские руки развернули её к себе, от чего ей перехватило дух.

Хю (заикаясь): К-как?
👤: Что «как», дорогая?
Хю: Это же... Нет... Али Рахмет!
👤 (закрывая ей рот рукой): Не смей! Будет только хуже.
Хю (убирая руку): Ты с ума сошёл?!
👤: Скучала, г-жа Яман?
Хю: Г-жа Фекели!
👤: Ах, да, я забыл. Я вижу, вы уже и малыша успели заделать, — он положил руку на округлившийся животик Хюнкяр.
Хю (ударяя своей ладошкой по его руке): Убрал руки!
👤: Узнаю свою жёнушку!
Хю: Я тебе не жёнушка! Аднан, что ты здесь делаешь?
Адн: Пришёл тебя навестить! — он сделал шаг вперёд, прижимая её к столешнице. — Точнее, вас, — он опустил взгляд на животик.
Хю (положа руку на животик): Убирайся отсюда! Проваливай!
Адн (ухмыльнувшись): Ты думаешь, все так просто? Думаешь, я пришёл сюда, чтобы вновь уйти? Думаешь, прощу тебе измену?
Хю: Что?! Какую измену?! Аднан, ты умер!
Адн: Это вы все так думали! В тебе не проснулась даже капля уважения ко мне и к нашему сыну, когда ты выходила замуж за этого ублюдка, а потом ещё делала с ним ребёнка!
Хю (давая ему пощёчину): Закройся! Ты не смеешь сейчас стоять здесь, передо мной, и оскорблять меня!

Аднан разместил свои руки на столешнице так, чтобы Хюнкяр оказалась между них, и наклонился к ней.

Адн: Слушай и запоминай, г-жа ФЕКЕЛИ! (он сделал акцент на последнем слове) Ты будешь гореть в аду! Вместе со своим мужем и этой крохой! — он тыкнул пальцем в живот Хюнкяр.
Хю (закрывая живот руками): Не смей трогать ребёнка! Ты никого не тронешь, понятно?!
Адн (проводя рукой по её щеке): Ну-ну, чшшш... Тебе нельзя волноваться, Хюнкяр.
Хю (убирая его руку): Когда я была беременна Демиром, тебя это не волновало! Ты развлекался со своими подстилками, как мог!
Адн (сжимая руку в кулак): Закрой рот!
Хю: А что ты мне сделаешь?! Снова ударишь?!
Адн: Ты сомневаешься во мне?! Я тебя уничтожу! Уничтожу, слышишь?! А твоего этого Фекели, в первую очередь! Чтобы ты страдала! Много страдала! Я убью его! Пристрелю на твоих глазах! Ты будешь стоять и смотреть на то, как он будет стекать кровью! Ты не сможешь ничего сделать! И будешь винить себя в том, что случилось! Угрызение совести будет мучать тебя каждый день до того момента, пока не придёт твое время! А вот, когда оно настанет, решать только мне! Ничтожная стерва! — он прислонился к её уху. — Можешь прощаться со своим малышом! — он взял в руки нож.
Хю: НЕЕЕЕТ!..

Неизвестное место

👨🏻‍🦱: Надо делать это тогда, когда она будет одна.
👨🏻: Это невозможно. Старуха никуда не денется.
👨🏻‍🦱: Да что нам с неё? Она и так полоумная. Главное, чтобы его и этой служанки не было.
👨🏻: Как мы выследим такой момент?
👨🏻‍🦱: Эту служанку, наверняка, отпускают после ужина. А вот тот фрик...
👨🏻: Может, поиграем и с ним?
👨🏻‍🦱: Как это?
👨🏻: Есть у меня одна идейка...

Ночь. 03:28. Особняк Фекели

Хю: НЕЕЕЕЕТ!

Хюнкяр проснулась в холодном поту, крича от ужаса, и тут же села на кровати. Слёзы непроизвольно полились из её глаз. Али Рахмет проснулся от неистового крика любимой и увидел её, сидящую на кровати: её лицо было закрыто руками. Мужчина без слов сел возле неё и крепко прижал к себе. Одна его рука легла на талию жены, а вторая гладила женщину по волосам.

АР: Чшшшш... Это только сон. Кошмарный сон, милая. Всего лишь плоды твоей фантазии, ничего больше. Тихонечко, любимая.
Хю (рыдая): Он... Он... Он-н... жив...
АР (ещё крепче прижимая её к себе): Кто жив, душа моя? — он начал вытирать слёзы с её щек.
Хю (всхлипывая): Адн-нан...
АР: Ну, ты что, солнышко? Он мёртв, дорогая. Давным-давно мёртв. Тихо, жизнь моя. Не надо, не делай так. Тебе нельзя нервничать, любовь моя.
Хю (прижимаясь к груди мужа): Он... х-хотел... убить... — на последнем слове голос сорвался, и она вновь утонула в потоке слёз.
АР (поглаживая её по спине): Он никого не тронет, любимая. Все, родная, тихо, — он поцеловал её в макушку. — Чшшшш...
Хю (рыдая): Х-хотел... уб-бить... м-мал...
АР (перебивая её): Он ничего не сделает, любовь моя! Я убил его собственными руками. Он мёртв, его нету. Он не тронет ни тебя, ни нашего малыша, — он начал гладить округлый животик. — А сейчас надо успокоиться, хорошая моя. Малышу это не понравится.
Хю (всхлипывая): И т-тебя... х-хот-тел... убить... — она крепче обняла его.
АР (поглаживая её по спине): Любимая моя девочка! Я же рядом! Я здесь, любовь моя! Я не дам вас в обиду! Я не оставлю вас, дорогие мои!
Хю (крепче сжимая пижамную рубашку мужа): Ммммм...
АР (испуганно): Что? Что такое?
Хю: Больно... Ммммм...
АР (обеспокоено): Где болит?

Хюнкяр накрыла своей ладошкой его руку, которая расположилась на животике, и опустила её вниз.

Хю: Здесь... Ааааай...
АР: Тихонечко, спокойно. Поехали в больницу, дорогая.
Хю: Нет... Сейчас... пройдёт...
АР: Давай я принесу таблетку, — он начал вставать с кровати.
Хю (останавливая его): Нет... Ммммм... — она сжала его руку. — Будь рядом...
АР (крепче прижимая её к себе): Я здесь, любимая. Я всегда рядом, — он начал гладить низ живота. — Солнышко, мама не хотела. Мама испугалась, наш хороший.
Хю (вытирая слёзы): Отпускает... немного...
АР (целуя её в макушку): Слава Аллаху! Давай ляжем.

Али Рахмет поправил подушки и лёг вместе с женой, укрывая их одеялом. Одной рукой он обнимал её за плечи, а второй — гладил животик. Хюнкяр лежала у него на груди, как можно, сильнее прижимаясь к нему, время от времени, всхлипывая.

АР (гладя её по голове): Все прошло, душа моя! Все прошло...
Хю (накрывая его руку своей): Прости...
АР: За что ты извиняешься, дорогая?
Хю: Я опять могла навредить малышу, — её голос дрожал и был готов в любой момент сорваться на плач.
АР (целуя её в макушку): Что значит «опять»? Не говори такого, любимая. Ты ни в чем не виновата.
Хю: Все же только наладилось. Я только перестала пить таблетки.
АР: Жизнь моя, тебе и не придётся их больше пить. Просто надо меньше нервничать. Ты помнишь, что говорил г-н Омер? Нечастые боли возможны, это нормально. Все хорошо, родная. Это был просто сон.
Хю: Страшный сон... Очень страшный... Я очень боюсь, любимый.
АР: Нечего боятся! Я рядом с вами, мои хорошие!
Хю: Мне очень страшно...
АР: Почему, милая? Разве, есть повод для страха?
Хю: Да... Это было так... так... реалистично...
АР (крепче прижимая её к себе): Но это был только сон. Только сон, любимая. Смотри, мы же вместе?
Хю: Да...
АР: С нашим малышом все в порядке, — он погладил животик.
Хю: А если я навред...
АР (перебивая её): Чшшшш... Ничего такого нет. Можем завтра поехать в больницу, чтобы проверить, все ли хорошо. Хочешь?
Хю (немного помедлив): Давай не завтра.
АР: Поедем, когда скажешь. Можем вообще дождаться следующего приёма.
Хю: А если, все таки, что-то случилось? Давай завтра.
АР (улыбнувшись): Как скажешь, дорогая. Тогда, я приеду с работы, и мы съездим.
Хю: Хорошо, — она посмотрела на него. — Я уже тебя достала, правда?
АР: Ты что, любовь моя? Разве, можно так? Нет, конечно. Я очень вас люблю! Очень!
Хю: И мы тебя очень любим! — она удобнее умостилась у него на груди.
АР: Будем ложиться, дорогая?
Хю: Да. Только я не знаю, смогу ли уснуть.
АР: Родная моя! Надо постараться немного поспать. Тебе надо отдохнуть.
Хю: Ладно, постараюсь.
АР (целуя её в макушку): Умничка! Если не сможешь уснуть, разбуди меня, милая, хорошо?
Хю (слегка улыбнувшись): Ладно. Спокойной ночи, душа моя!
АР: Спокойной ночи, дорогая!

Удобно умостившись в объятиях друг друга, супруги вскоре уснули. Оставшаяся ночь была неспокойная, так как Хюнкяр все время ворочалась. Видимо, кошмары решили не оставлять её. Ей уже достаточно давно не снился покойный бывший муж, а тут вдруг явился в её сне, да ещё и в таком реалистичном обличие. Г-жа Фекели решила оставить раздумья об этом на потом, дабы ещё больше не нервничать и не навредить малышу...

Утро. 09:02

Хюнкяр проснулась от того, что чувствовала жажду. Взглянув на мужа, из объятий которого не вылезала всю ночь, она поцеловала его в щёчку, пытаясь не разбудить, и аккуратно встала из кровати. Накинув халат, она взяла пустой графин от воды, который уже давным-давно надо было наполнить, и направилась на кухню. Спустившись, женщина не обнаружила никого в гостиной, что обозначало, что Хаминне с Фадик ещё спят. Г-жа Фекели зашла на кухню, где уже раздался вкуснейший аромат завтрака, который готовила Назире.

Наз: Доброе утро, г-жа!
Хю: Доброе! — она подошла к раковине и стала наполнять графин водой.
Наз: Г-жа, почему вы раньше не сказали, что у вас закончилась вода? Я бы наполнила графин.
Хю: Все хорошо, Назире, мне не сложно. У тебя и так много работы.
Наз: Ну, что вы! Это совсем малость! К тому же, на выходных вы хозяйничаете сами.
Хю (улыбнувшись): Это мне в радость, Назире! Али Рахмет и так не позволяет мне ничего делать.
Наз (улыбнувшись): И правильно делает, г-жа! Вам сейчас нельзя утруждать себя! Как, кстати, ваше самочувствие?
Хю (оставляя графин на столе): Все хорошо, Назире, спасибо! — она взяла стакан и начала наполнять его водой.
Наз: Когда мне накрывать на стол?
Хю: Думаю, через полчаса можешь начинать, — она отпила немного воды.
Наз: Хорошо, г-жа. Кстати, — она вытерла руки, — г-ну Али Рахмету пришло письмо.
Хю (подняв одну бровь): Письмо?
Наз (доставая его из полки): Да, почтальон с утра принёс, — она протянула Хюнкяр письмо.
Хю (взяв письмо): Спасибо! Я пойду.
Наз: Хорошо, г-жа.

Хюнкяр взяла графин с водой, только что переданное Назире письмо и пошла в спальню. По дороге решила взглянуть на адресанта письма, но нашла только имя и адрес Али Рахмета: это показалось ей странным. Г-жа Фекели зашла в спальню и обнаружила, что муж уже не спит.

Хю: Доброе утро, любимый! — она положила графин на место.
АР (улыбаясь): Доброе утро, душа моя! Как ты, любимая?
Хю: Все хорошо, — она села на кровать возле него.
АР (садясь на кровати): Я рад, жизнь моя! Ты очень беспокойно спала, — он обнял её за талию, притягивая к себе.
Хю (ложа голову на его плечо): Мне опять ужасы снились.
АР (целуя её в макушку): Бедненькая моя девочка! А как там наш малыш? — он начал гладить животик.
Хю (улыбнувшись): Надеюсь, что хорошо.
АР: Мои маленькие! — он обратил внимание на письмо, — Что это, любовь моя?
Хю: А, да, это тебе письмо пришло! Держи, — она протянула ему конверт.
АР (взяв письмо): Спасибо!
Хю: Там нету адресанта, мне показалось это странным.
АР (ложа письмо на прикроватную тумбочку): Может, это от французов. Они любят не указывать имя.
Хю: Понятно.
АР: Я сегодня, наверное, быстрее вернусь домой, чтобы мы могли съездить в больницу.
Хю: А, может, сначала съездим, а потом поедешь на работу? Я могу с больницы взять такси. Или поедем двумя машинами.
АР: Мы уже говорили о том, что ты не будешь садиться за руль до родов.
Хю (закатив глаза): Оффф...
АР: Родная, не злись. Я просто очень за вас переживаю, — он начал гладить животик. — Для чего рисковать, если я могу тебя отвезти и привезти обратно?
Хю: Ладно, так и сделаем.
АР: Вот и все, замечательно.
Хю: Я пойду в душ.
АР: Хорошо, душа моя. Я пока кровать застелю.
Хю (вставая с кровати): Хорошо, спасибо, дорогой!
АР (притягивая её к себе): А утренний поцелуй? — он впился в её губы.
Хю (углубляя поцелуй): Точно!

После недолгого, но полного ярких чувств, поцелуя Хюнкяр направилась в ванную, а Али Рахмет принялся заправлять постель и выбирать наряд на сегодня. Так как на улице было довольно прохладно (это он понял, открыв дверь на балкон, дабы проверить погоду), Фекели решил одеть чёрные классические брюки, тёмно-зелёный гольф, тренч цвета слоновой кости и чёрные туфли. Вскоре супруги поменялись: г-жа Фекели выбирала себе наряд, а Али Рахмет пошёл в душ. Оценив будущий наряд мужа, Хюнкяр решила одеться похоже. Женщина выбрала тёмно-синие брюки на резинке (одни из тех, что были приобретены ею специально для уже округлого животика), гольф молочного цвета и тренч такого же цвета, как у мужа. Обувью сегодня стали короткие замшевые сапожки чёрного цвета. По прибытию Фекели из ванной Хюнкяр уже была одета. Пока мужчина сменял одежду, г-жа Фекели сделала лёгкий макияж, собрала волосы в низкий пучок, дополнила образ любимыми украшениями, подаренными сыном на 50-летие, и оставила на шее два лёгких пшика духов с ароматом весенней розы. На левом запястье г-жи красовался браслет, что был подарком на роспись Фекели от Мюжгян и Фикрета. Такой же был на правом запястье Али Рахмета. Мужчина оделся и использовал любимый одеколон Хюнкяр. Из-за сильной чувствительности г-жи Фекели к запахам ему пришлось сменить аромат, ибо предыдущий совершенно ей не нравился. Женщина сама подобрала мужу понравившейся ей одеколон, и, несмотря на то, что самому Фекели он был не очень по душе, мужчина теперь пользовался только им. Собравшись, супруги взяли с собой верхнюю одежду, дабы потом одеться при выходе, и спустились на первый этаж, где уже сидели Хаминне и Фадик. Али Рахмет оставил их верхнюю одежду в прихожей и вернулся в гостиную.

Хю-АР: Доброе утро!
Фад: Доброе утро!
Хам: Ай, пришли! Пришли!
Хю (улыбаясь): Пришли, мамочка! Как ты, дорогая?
Хам: Хорошо!
АР: Доброе утро, г-жа Азизе!
Хам: Доброе! Как там мой внук?
АР (улыбнувшись): Все отлично, г-жа Азизе! — он отодвинул стул Хюнкяр. — Садись, любимая!
Хю (садясь за стол): Спасибо, дорогой!
Наз (заходя в гостиную): Г-да, вы будете чай?
Хю-АР: Да, Назире.
Наз: Хорошо, минутку.

Назире ушла на кухню, а Али Рахмет сел за стол, возле Хюнкяр. Семья приступила к завтраку. Последние месяцы разговоры за столом обязательно цепляли тему будущего ребёнка и беременности. Хаминне неустанно тараторила о том, что г-же Фекели стоит лучше следить за своим здоровьем, дабы малыш родился крепеньким. За последний месяц все показатели здоровья Хюнкяр и ребёночка пришли в норму (включая проблемы с плацентой), поэтому количество разнообразных лекарств, которые г-жа принимала на протяжении двух месяцев, гораздо уменьшилось. Сейчас в постоянном рационе женщины были только витамины. Также г-н Омер назначил лекарства от болей, что могли периодически возникать, от давления и успокоительные. Они должны были употребляться г-жой Фекели только в крайних случаях. Токсикоз почти мучал Хюнкяр, только лишь изредка появлялась слабая, еле ощутимая, тошнота. Самым ярым возбудителем стал кофе. От его запаха г-жу Фекели иногда даже выворачивало. Поэтому Али Рахмету пришлось отказаться от кофе дома. Его он пил только на работе и только с самого утра, дабы запах успел выветриться до приезда домой. Теперь особняк Фекели, ранее пропитанный приятным ароматом свежесваренного Али Рахметом кофе, наполнялся только лишь ароматом традиционного чая. За эти 3 месяца все, кто бывал в гостях у супружеской пары, выучили реакцию организма Хюнкяр на когда-то любимый напиток и теперь тоже отказывались от предложенного кофе. Более того, в домах Аккая-Фекели и Яманов гостей, которыми были г-да Фекели, принимали так же без кофе. Если говорить о вкусовых предпочтениях женщины, то она отказалась от мяса в любом его исполнении (ибо ей было плохо от него) и убрала из рациона сыры (по той же причине). Дела на даче, что касались сада и огорода, выполняла г-жа Назан, принятая на работу садовницы. Хюнкяр была против этого, так как изначально хотела хозяйничать на даче самостоятельно. Но, так как её положение поменяло планы, пришлось смириться с новыми устоями. Все свое время она занимала прочтением книг, встречами в городском клубе (на которые она не ходила последний месяц, ибо животик был уже заметным) и работой на фирме Яманов. Дел там было очень много, так как Демир возобновил полноценную работу только месяц назад. Г-жа Фекели помогала сыну с бумагами и разрешением насущных проблем. Демир выделил для мамы отдельный кабинет, где она бы могла работать, и теперь большую часть своего свободного времени Хюнкяр проводила там. Конечно, беременность давала о себе знать, и долго работать г-жа не могла из-за того, что уставала гораздо быстрее, чем обычно. Но вся выполнена ею работа была, как всегда, безупречна. Не смотря на частые смены настроения, её подход к работе и качественность проделанного оставались прежними. В то время, когда Демир справлялся на фирме сам, а все книги были прочитаны (их запас в доме теперь вырос втрое), г-жа Фекели ухаживала за цветами, которые были в доме. Она просила мужа построить ей теплицу, но Али Рахмет настоятельно убедил её в том, что сделает её после родов, дабы женщина сейчас не утруждала себя. Тех цветов, что были в особняке Фекели, ей хватало для того, чтобы скоротать время отсутствия мужа дома. Вот так и прошли последние три месяца: в слезах, смехе, переборе едой, скачками эмоционального состояния и ускоренном росте малыша. Животик на этот раз появился раньше, чем в первую беременность, поэтому Хюнкяр пришлось в корнях поменять гардероб: от блуз до брюк. Единственное со старых вещей, во что она влезала, были платья свободного кроя. От обуви на каблуке (даже на маленьком) пришлось отказаться, ибо ноги быстро уставали и опухали...

Сейчас семья уже заканчивала завтрак.

Хам: Все, счастливо вам! Счастливо!
АР (вставая из-за стола): Спасибо, г-жа Азизе! — он подал Хюнкяр руку.
Хю (взяв его за руку): Спасибо, милый! — она встала со стула.
АР: Мы пойдём. Г-жа Азизе, ведите себя хорошо!
Хам: Ай, тфу на тебя! Это ты будь осторожным с моей девочкой! Понял?!
АР (смеясь): Понял, г-жа Азизе, понял! Буду беречь вашу девочку! — он поцеловал руку Хюнкяр.
Хю (засмущавшись): Ну, все! Идём уже!
АР (обнимая её за талию): Пойдём, душа моя! Всем пока!
Хю: Пока, мамуль! Я скоро вернусь!
Хам: Да езжайте уже! — все засмеялись.
АР: Пойдём, любимая! А то твоя мама сейчас ещё больше разозлиться!
Хю: Идём!

Супруги направились в прихожую, где Али Рахмет одел на себя пальто и помог сделать это жене.

АР (застёгивая пуговички на пальте Хюнкяр): Какая же у меня красивая жена!
Хю (улыбнувшись): Знал бы ты какой у меня заботливый муж!
АР (подняв одну бровь): Правда?
Хю: Да! А какой галантный! Ещё и до безумия привлекательный!
АР (ухмыльнувшись): Ты должна нас познакомить!
Хю: Обязательно!
АР: Кому-то очень повезло с такой замечательной женой! — он начал завязывать пояс пальта.
Хю: Так же, как и кому-то с таким изумительным мужем!

Али Рахмет завязал пояс Хюнкяр на талии, что ещё больше подчеркнуло округлый животик. 

АР (улыбаясь): Какие мы уже большие! — он положил обе руки на животик жены.
Хю (накрывая его руки своими ладошками): Скоро уже толкаться начнёт!
АР: Мои хорошие! — он посмотрел на Хюнкяр. — Любовь моя?
Хю (улыбнувшись): Да, дорогой.
АР: Ты же понимаешь, что теперь будет, практически, невозможно скрыть твою беременность?
Хю (вздохнув): Да... Я уже даже думала пойти на собрание в городском клубе.
АР: Ты знаешь, какую бурю обсуждений это поднимет?
Хю: Да, но по-другому никак. Надо как-то «засветиться».
АР: Я боюсь, чтобы тебя не расстроили их сплетни.
Хю (улыбнувшись): Брось, милый, мне это неважно.
АР (немного помедлив): Раз ты так говоришь... то пойди. Когда оно будет?
Хю: Завтра в 11.
АР: Оой, а моя спящая красавица проснётся к тому времени? — он улыбнулся.
Хю: Я, вообще-то, сегодня проснулась быстрее тебя!
АР (ухмыльнувшись): Кстати, что-то удивительное!
Хю (слегка толкая его в плечо): Али Рахмет!
АР: Ну, что, моя хорошая? — он притянул её к себе. — Что? Что в этот раз расстроило мою красавицу?
Хю (ухмыльнувшись): Я ведь могу и обидеться!
АР: Аллах-Аллах, на что?
Хю: Все, закрыли тему! Пойдём, нам пора! — она высвободилась из его объятий.
АР: О, Аллах! Начинается!
Хю: Сейчас, действительно, может начаться! — она пошла к двери.
АР (идя за ней): Жизнь моя, что не так я сделал? Разве, уже нельзя пошутить? Зачем обижаться-то? Я же не спец...

Он не успел договорить, так как Хюнкяр резко обернулась и впилась в его губы, ложа руки ему на плечи. Али Рахмет промычал в поцелуе от неожиданности и разместил свои руки на талии жены, притягивая её к себе.

Хю (отстраняясь): Пошли, — она прикусила нижнюю губу.
АР (ухмыльнувшись): С каждым днём ты удивляешь меня все больше!
Хю (смеясь): Идём уже!
АР (взяв её за руку): Прошу, г-жа моя!

Али Рахмет открыл дверь, пропустил Хюнкяр вперёд, и они вышли из дома. Дойдя до машины, мужчина открыл жене дверь, помог ей сесть, а затем и сам сел за руль. Г-да Фекели выехали из дома и направились в сторону больницы. Спустя 10 минут дороги они были уже не месте. Фекели вышел из машины, помог сделать это Хюнкяр, и супруги пошли вовнутрь больницы. Дойдя до кабинета г-на Омера, Али Рахмет постучался — доктор разрешил войти.

АР-Хю: Здравствуйте!
Ом (вставая с кресла): Г-да Фекели! Здравствуйте! Проходите, присаживайтесь!
Хю: Спасибо!
АР (помогая Хюнкяр сесть): Осторожно, душа моя!
Хю (улыбнувшись): Все хорошо, милый!
АР (садясь на стул): Отлично!
Ом (садясь в кресло): Как у вас дела? Что привело вас сюда?
Хю: Все хорошо, но сегодня ночью я перенервничала, и несколько минут была сильная боль внизу живота. Я просто хочу убедиться, что все в порядке.
Ом: Вы принимали лекарства, г-жа Хюнкяр?
Хю: От боли — нет. Она довольно быстро прошла, поэтому в этом не было необходимости.
Ом (вставая с кресла): Это хорошо. И хорошо, что вы приехали. Я думаю, ничего не случилось, но проверить, все же, стоит, — он подошёл к Хюнкяр и протянул ей руку. — Пойдёмте, я вас осмотрю!
Хю (взяв его за руку): Благодарю! — она встала со стула.
Ом: Давайте мне верхнюю одежду, я повешу на вешалку, — он помог ей снять пальто.
Хю: Спасибо, г-н Омер!
Ом (вешая пальто): Ну, что вы, г-жа! Вы, кстати, великолепно выглядите!
Хю (улыбнувшись): Большое спасибо!
Ом (подойдя к ней): А теперь пойдёмте, посмотрим, как там поживает наш малыш. Г-н Али Рахмет, вы подождёте нас здесь?
АР: Да-да, конечно!
Ом: Отлично! Прошу вас, г-жа Хюнкяр!

Г-н Омер с Хюнкяр пошли в другой кабинет на осмотр, а Али Рахмет остался ждать их в кабинете доктора. Мужчина уже привык к столь бережному поведению г-на Омера по отношению к его жене и теперь реагировал на это спокойно. Это было ничего более обычной вежливости и профессиональной этики, которых он придерживался со всеми пациентами (по крайней мере, Хюнкяр постаралась убедить в этом мужа). Спустя пол часа обследований г-н Омер вместе с Хюнкяр вернулись в кабинет.

Ом (закрывая дверь): Г-н Али Рахмет, скажу ещё и вам: волноваться нет повода, все отлично!
АР (выдохнув): Слава Аллаху! — он встал со стула и подошёл к Хюнкяр. — Ты в порядке, душа моя?
Хю (улыбнувшись): Да, милый, все хорошо!
АР (обнимая жену за талию): Я очень рад!
Ом: Так же спешу вам сообщить, что малыш очень хорошо растёт. У женщин в таком возрасте, уж простите меня, г-жа Хюнкяр, что я вынужден о нём говорить, обычно встречаются патологии плода. Но, слава Аллаху, у вас все хорошо.
АР (улыбнувшись): Наш малыш такой же сильный, как и его мама! — он погладил животик.
Ом (улыбнувшись): Это вы хорошо подметили, г-н Али Рахмет.
Хю: Спасибо вам, г-н Омер!
Ом: Это моя работа, г-жа Хюнкяр!
АР: Все равно, спасибо вам большое!
Ом: Не стоит, г-н Али Рахмет!
АР: Мы можем идти, так ведь?
Ом: Да, конечно. Не забывайте, что встречаемся мы с вами через две недели.
Хю: Да, мы помним!
АР (снимая пальто жены с вешалки): Это, получается в начале 5-го месяца? Давай, любовь моя! — он одел на неё пальто.
Ом: Да, в начале 5-го месяца. Как обстоят дела с приёмом витаминов?
Хю: Все отлично!
АР: Да, я за всем слежу! — все засмеялись.
Ом (улыбаясь): С таким мужем, г-жа Хюнкяр, вы ни о чем не забудете! Он у вас очень заботливый!
Хю (улыбнувшись): Да, это так!
Ом: Ну, что? Тогда, вам счастливой дороги! И до встречи через две недели! Берегите себя, г-жа Хюнкяр!
Хю: Обязательно! Спасибо вам! До свидания!
АР: До свидания, г-н Омер!
Ом: До свидания!

Супруги вышли из кабинета и вскоре покинули здание больницы. Сев в машину, г-да Фекели направились к особняку, где были уже спустя 10 минут пути.

АР (целуя жену в щеку): Не скучай, душа моя!
Хю (улыбнувшись): Постараюсь! Будь осторожен!
АР: Конечно, любимая! И ты береги себя!
Хю: Хорошо! — она открыла дверь машины. — Люблю тебя!
АР: И я вас очень люблю! До вечера, дорогая!
Хю (выходя из машины): До вечера, любимый!

Хюнкяр закрыла за собой дверь, помахала мужу на прощание и зашла в особняк. Хаминне с Фадик сидели в гостиной и смотрели телевизор, а Назире готовила обед. Переодевшись, г-жа Фекели присоединилась к маме. Фадик оставила их наедине и пошла помогать Назире с готовкой. Хюнкяр села возле г-жи Азизе и прижалась к ней, положив голову на плечо. Хаминне, в свою очередь, обняла дочку за талию, и они начали совместный просмотр фильма. Спустя примерно час просмотра г-жа Фекели невольно уснула на мамином плече (видимо, ночные кошмары давали о себе знать).

Хам (поглаживая дочку по голове): Уснула мамина! Уснула моя радость! Спи, моя хорошая! Спи! Ты устала, моя девочка! Устала! Очень устала!

Хаминне осторожно взяла дочку за плечи и уложила на диван. Взяв с кресла, стоящего рядом, плед, она укрыла им Хюнкяр, а сама пошла на кухню. Пока девочки накрывали под чутким руководством г-жи Азизе и установкой не будить её любимую дочку, г-жа Фекели крепко спала, не смотря на не совсем удобный диван. Хаминне же, пообедав, пошла в свою комнату вместе с Фадик, где та уложила её на обеденный сон. В особняке было очень тихо и спокойно, слышно было лишь шумящую воду, под потоком которого Назире мыла посуду. Такую тишину прервал телефонный звонок, что раздался в гостиной спустя часа 3 после того, как Хюнкяр уснула. Назире побежала в гостиную, а Хюнкяр моментально проснулась от громкого звонка.

Хю (потягиваясь): Мммм... Назире? — она встала с дивана.
Наз: Г-жа? Я возьму трубку, ложитесь.
Хю (разминая шею): Я возьму, не надо. Иди занимайся делами.
Наз: Как скажете, г-жа. Вам разогреть обед?
Хю (подходя к телефону): Совсем чуть-чуть и что-то лёгкое. Меня почему-то тошнит немного.
Наз: Хорошо, г-жа. Я ещё заварю вам зелёный чай.
Хю: Спасибо, Назире! — Назире ушла на кухню, а Хюнкяр сняла трубку. — Слушаю...
👤: Милая?
Хю: Али Рахмет?
АР: Что-то случилось, родная? Что у тебя с голосом?
Хю: Нет, все хорошо. Я просто спала, — она потянулась.
АР (улыбнувшись): Дорогая моя!
Хю: У тебя все хорошо?
АР: Да, но звоню сообщить, что я буду сегодня поздно ночью.
Хю (обеспокоено): Почему? Что-то случилось?
АР: Нет-нет, все в порядке. Просто нужно решить кое-какие неполадки с техникой.
Хю: Это обязательно делать ночью?
АР: Если не сделать этого сейчас, то завтра мы не сможем отправить новую партию французам. А нам очень важен этот контракт, любовь моя!
Хю: Я понимаю, — она немного поникла. — Ладно. Тогда, я лягу без тебя... Постараюсь уснуть...
АР: Постарайся, жизнь моя! Тебе нужен отдых! Прости меня, любимая! Я, правда, не хотел, чтобы так случилось.
Хю: Я все понимаю. Только осторожно там!
АР: Хорошо, дорогая! Иди отдыхай!
Хю: Ладно! До завтра!
АР: До завтра, любимая!

Хюнкяр положила трубку с небольшим разочарованием и положила руку на животик.

Хю (поглаживая животик): И как нам теперь уснуть без папочки, мой хороший? — она вздохнула. — Пойдём кушать, мой маленький!

Хюнкяр пошла на кухню, где Назире уже разогрела г-же овощной суп и заварила чай с мелиссой. Пообедав (съела она немного из-за лёгкой тошноты), г-жа Фекели отпустила Назире под предлогом того, что на ужин они что-то придумают сами или разогреют оставшийся обед, ибо есть много и так не будут. Затем женщина поднялась на второй этаж, где укуталась в плед, взяла в руки книгу и удобнее умостилась на кровати для прочтения. Следующие 2 часы были благополучно проведены за книгой, которую ей наконец-то удалось закончить. Тошнота немного прошла, поэтому Хюнкяр решила разогреть ужин. По дороге на кухню она заглянула в комнату г-жи Азизе, которая слушала последние новости Чукурова от Фадик, что читала ей газету. Перекинувшись несколькими словами с мамой, г-жа Фекели отправилась на кухню. Она положила на плиту суп и плов, дабы подогреть блюда. Когда женщина потянулась за тарелками, чтобы накрыть на стол, в дверь постучали. Хюнкяр убавила огонь на плите, чтобы ничего не пригорело, и пошла к входной двери. Открыв её, она никого за ней не обнаружила.

Хю (выглядывая во двор): Странно... Может, послышалось?

Женщина закрыла дверь и пошла на кухню. По дороге она услышала весьма необычный звук, источник которого она долго не могла обнаружить. В конце концов, Хюнкяр осознала, что звук похожий удары маленьких камешек об окно. Сердце начало биться чаще, а разум убеждал не ходить к окну и, ни в коем случае, не проверять, что там происходит. Г-жа Фекели сделала ещё несколько шагов к кухни, после чего раздался сильный грохот, исходящий где-то из внутреннего двора улицы. Хюнкяр вскрикнула и прикрыла рот рукой.

Хю: О, Аллах! — она положила руку на животик. — Только не шали, мой хороший! — она вспомнила про суп и плов, которые оставила на плите. — Оно же сейчас все подгорит!

Хюнкяр побежала на кухню, где суп уже намеривался выкипеть. Она быстро выключила газ и накрыла кастрюлю крышкой. Когда женщина начала перемешивать плов, послышались очередные стуки в окно, теперь уже в кухонное. Она отошла от плиты, что находилась довольно близко к окну, и прижалась к стенке.

Хю: Мамочки, что это?

Хюнкяр была очень испугана и растеряна. Кто-то просто баловался или пытался её напугать? Что это вообще такое и почему происходит именно сейчас? Стуки в окно продолжались все интенсивнее, затем добавились ещё какие-то глухие звуки (будто тяжелые камни падали на землю с высоты роста человека). Г-жа Фекели выбежала из кухни с глазами, полными слёз, и столкнулась с Фадик, что шла на кухню.

Фад: Г-жа, вы в порядке?
Хю: Я... Фадик... — она еле сдерживала слёзы. — Покорми маму, закрой все двери, выключи везде свет и идите спать.
Фад: Что случ... — она услышала те же звуки. — Что это?
Хю: Не знаю... Пожалуйста, покорми маму и запритесь в комнате!
Фад: Может, позвать кого-то?
Хю: Кого, Фадик? Я даже к двери боюсь подходить!
Фад: Это дети балуются, г-жа. Не волнуйтесь, пожалуйста.
Хю: Как мне не волноваться?

Раздался громкий стук в дверь.

Хю (испуганно): Фадик?
Фад: Г-жа, идите к Хаминне, она в гостиной. Я пойду, посмотрю, кто там.
Хю (дрожащим голосом): Н-не ходи т-туда... — по её щекам начали катиться слёзы.
Фад: Успокойтесь, г-жа, — она погладила её по плечу. — Вам нельзя волноваться. — стук усилился. — Я пойду проверю.
Хю: Не надо! Прошу! Пойдём наверх!

«ОТКРЫВАЙТЕ!» — послышалось из-за входной двери, и Хюнкяр схватилась за руку Фадик, пытаясь не упасть...

———————————————————————
Новая глава🥳 Дааа, я жива✌🏻 Если вы думали, что так легко избавились от моего бреда, то спешу вас огорчить😅 Я не знаю, есть ли какой-то логический смысл в этой главе, но есть то, что есть🙈 Дальше, очень надеюсь, будет интереснее. Впредь постараюсь выпускать главы чаще🙌🏻
Как вам?