-Глава 29-
Глава 29 — «И всё-таки утро пришло»
Свет утреннего солнца, еле пробивавшийся сквозь бумажные окна, заливал комнату мягким, почти тёплым сиянием. Оно тихо стелилось по полу, подбираясь к кровати, где лежала Мицури. Её веки дрогнули.
Она впервые за долгое время почувствовала не боль — а тишину. Странную, новую. Никакого шума битвы. Никакого крика. Только слабое, еле уловимое дыхание — не её.
Она медленно открыла глаза. Голова чуть повернулась в сторону, и сердце сжалось: рядом, прямо у изголовья, сидел Обанай. Сгорбленный, как будто искупая каждый свой поступок. Его рука мягко обхватывала её ладонь. Он спал. Или… притворялся?
Мицури смотрела на него, не дыша. Лицо, как всегда, наполовину скрыто бинтами. Тёмные волосы упали на лоб. А пальцы… его пальцы были тёплыми.
Её губы дрогнули.
— Боже… ты реально держал меня за руку?.. — прошептала она, глядя на их сомкнутые ладони, как на что-то почти постыдное. — Мне… придётся помыть руку…
Она медленно выдернула свою, и в тот момент Обанай чуть дрогнул. Но не открыл глаз. Не шелохнулся.
И всё же он слышал.
Каждое её слово прожигало внутри, будто нож. Он сжал кулаки, когда она встала. Он не знал, как держать себя: сказать ей, что не спал? Извиниться снова? Или просто исчезнуть?
Но он молчал.
Мицури стояла у окна. Приложив ладонь к стеклу, она смотрела, как рассыпается розовый свет. Там, снаружи, деревья шептались на ветру, птицы только начинали свои первые трели. Она чувствовала, как щемит сердце. Пульс ещё слабый. Рука болит. Внутри всё пусто. И всё же… она была жива.
— Не знаю, зачем ты был здесь… — прошептала она. — Может, потому что чувствуешь вину. А может, потому что… не умеешь по-другому.
Обанай чуть опустил голову, закусив губу. Он всё ещё не решался заговорить. А она, медленно накинув на плечи лёгкий плащ, направилась к выходу.
— Я… пойду подышать. Здесь душно.
Дверь скрипнула. Шаги стихли. Тишина снова окутала комнату.
Обанай остался на месте. Его рука, которую она только что убрала, будто всё ещё хранила её тепло. Он смотрел на свои ладони, как на что-то проклятое.
— Я не достоин даже касаться тебя… — прошептал он, опуская голову. — Я… монстр. Дурак. Предатель. Ты дала мне шанс… даже после всего… а я снова всё разрушил.
Он сжал руки до белизны. Сердце не билось — оно стучало болью.
“Почему я снова один? Почему я разрушил всё, что было светом в моей тьме?”
---
А тем временем Мицури шла по аллее. Медленно, осторожно. Воздух был свежим, и с ним приходили воспоминания — горькие, тёплые, неразрешимые.
Она остановилась под деревом и прислонилась к стволу.
— Я ведь... почти умерла, да? — тихо спросила она у неба. — Но всё ещё думаю о тебе. Почему?
Ответа не было.
Только ветер, ласкающий листья. И одиночество, такое привычное, снова обнимало её за плечи.
———————————
Конец.