Неожиданный поворот
Сэр Картер внимательно смотрел на своего сына, покручивая в руках фарфоровую чашку с чаем. В кабинете царила светлая атмосфера, солнце светило через окна в кабинет. Тяжёлые книги выстроились в ряд на дубовых полках.
— Ты хорошо обдумал своё решение за последние несколько дней? — его голос был спокоен, но в нём слышалась тяжесть.
Адрис не отвёл взгляда, держался уверенно, почти упрямо.
— Да, отец. Моё решение не изменилось.
Сэр Картер откинулся в кресле, переплетя пальцы на груди.
— Хорошо. Раз ты так уверен, значит, твои чувства к Изаре действительно сильны. Но, Адрис... мне кажется, вы ещё слишком молоды для женитьбы. Думаю, сейчас лучше сосредоточиться на учёбе.
Адрис напрягся, но тут же взял себя в руки.
— Мама хотела, чтобы я немедленно женился на девушке из семьи Вильсон, которая моего возраста. А леди Браун, на год старше меня, уже помолвлена с герцогом Фолькнером... — он говорил ровно, но в голосе слышалась твёрдость.
Сэр Картер вздохнул, собираясь что-то сказать, но сын перебил его:
— На самом деле, ты говоришь это не из-за возраста. А из-за самой Изары, я прав?
Глаза Картеров встретились.
— Отец, я не хочу жениться не по любви. Поэтому я так решил.
На лице сэра Картера появилось неуловимое выражение — то ли уважение к решительности сына, то ли сомнение.
— Хм... Конечно, не скажу, что нет никаких причин для беспокойства. Ты должен понимать, что брак — это не только о вас двоих.
— Я знаю. Я не пытаюсь отрицать важность семьи, респектабельности, престижа.
— Тогда если ты так всё понимаешь... зачем ты хочешь жениться на Изаре?
Адрис глубоко вдохнул, будто собираясь с мыслями.
— Потому что, несмотря на всё это, нет ничего важнее, чем провести жизнь с тем, кого любишь. Я хочу стать хорошим врачом, хорошим мужем, хорошим отцом. Так же, как и мой отец.
Он посмотрел на сэра Картера твёрдым, решительным взглядом.
— Но всё это начинается для меня с Изары. Я хочу быть для неё хорошим человеком. Быть хорошим мужем. Отцом для нашего будущего ребёнка.
— Адрис... — голос Картера на миг дрогнул.
— Я верю, что мы с Изарой сможем добиться всего. Если бы не она, у меня не было бы уверенности, что я этого хочу. Она уже стала частью моей жизни.
Он сделал паузу, сжимая пальцы в кулак.
— Изара раскрывает во мне ту часть, которую любят мои родители. И я не хочу её терять.
Адрис смотрел на отца почти с мольбой.
— Пожалуйста, помоги мне прожить ту жизнь, которую я так желаю.
Сэр Картер не сразу ответил. Он поставил чашку на стол, перевёл взгляд на сына. В его глазах мелькнуло что-то, чего Адрис не мог прочитать.
— Ты действительно всё хорошо обдумал... — наконец произнёс он, но уже другим, более мягким тоном.
***
Маэла стояла перед зеркалом, пока портнихи поправляли последние складки её платья. Глубокий синий оттенок ткани подчёркивал белизну её кожи, открытые плечи и спина были обрамлены тонкими, изящными узорами, а декольте притягивало взгляд своей элегантной откровенностью. Длинный подол мягко стекал к полу, словно отражение ночного неба.
— Господи, какая же ты красивая, Маэла! — восхищённо выдохнула миссис Браун, сложив руки на груди.
В её глазах стояли слёзы, которые она быстро смахнула платком.
— Наконец-то этот день настал! — голос её дрогнул. — Твоя мама уже плачет...
Маэла повернулась к ней с лёгкой, почти снисходительной улыбкой.
— Сегодня не нужно слёз, мама.
— Да, конечно... Ты права, — пробормотала миссис Браун, снова прижимая платочек к губам.
Маэла снова посмотрела в зеркало. Её осанка была безупречно прямой, лицо оставалось спокойным, но в глубине зеленых глаз таился скрытый огонь. Воспоминания нахлынули внезапно — слова Эдварда звучали в голове отчётливо: «Что ты чувствуешь, став будущей хозяйкой семьи Фолькнер? Той, что обошла саму принцессу Элледор?»
Она прикрыла глаза на мгновение, вспоминая, сколько усилий приложил император Элледор, чтобы сделать свою младшую дочь герцогиней. Но Фолькнер выбрал не её. Он выбрал Маэлу. Не по любви, конечно же. Здесь всё было предельно очевидно: её происхождение, приданое, положение в обществе... С ней не нужно было обращаться как с принцессой, не нужно было угождать её королевским капризам. Фолькнер не терпел самонадеянности и высокомерия, и принцесса Элледор со своими амбициями была для него лишь пешкой в политической игре.
Но Маэла? Она была достойной партией.
Если сегодняшняя церемония состоится, её имя встанет выше принцессы Элледор. Она станет той, на кого будут равняться, кого будут обсуждать и восхищаться. Эта мысль наполняла её сладким ощущением триумфа. В такие моменты ей казалось, что она могла бы полюбить всё в этом мире — даже жизнь с мужем без любви... и даже его рыжую, своенравную лесу.
— Элиза, ты уже здесь? — спокойно спросила она.
— Да, миледи, — раздался голос служанки.
Маэла подняла голову, когда мать вдруг нахмурилась, выглянув в окно.
— Неужели ты опять пригласила дочку лесника Дэйли? — недовольно спросила она.
Маэла не дрогнула, её голос оставался таким же ровным и невозмутимым:
— Я позвала её, чтобы она украсила мои волосы цветами, мама.
Она слегка улыбнулась, будто наслаждаясь тем, как раздражение матери усиливается с каждым её словом.
— К тому же, мне было бы приятно получить поздравления от старой подруги.
— Маэла Браун! — голос миссис Браун звенел от негодования, но Маэла лишь плавно развернулась к зеркалу, делая вид, что не замечает её возмущения.
***
Утро было тёплым и солнечным, когда в дом Изары пришла горничная из особняка. В руках у неё был записанный ровным почерком приказ: принести в особняк цветы для украшения. Но Изара чувствовала — это не просто цветы.
Маэла не нуждалась в благоухающих букетах. Она хотела чего-то другого.
Особняк был огромным, и её комната находилась в северном крыле, на пятом этаже. Лестница тянулась вверх, словно нескончаемый путь, и с каждым шагом Изара чувствовала, как в горле пересыхает, а ладони становятся влажными от напряжения. Воздух был тяжёлым, словно пропитанным чем-то неизбежным.
Я чувствую себя пленницей, идущей на суд...
Она тряхнула головой. Нет. Нельзя так думать. То, что случилось с герцогом, было несчастным случаем. Просто случайность. Он наверняка даже не помнит об этом. Ведь с того дня он больше ни разу не пришёл в лес. Очевидно же...
— Хватит, — шепнула себе Изара, когда оказалась перед массивной дверью.
Глубокий вдох. Стук.
— Миледи, я принесла цветы, которые вы просили, — голос её дрогнул, но она тут же взяла себя в руки.
— Входи, — раздался из комнаты ленивый, но твёрдый голос.
Изара шагнула внутрь и сразу почувствовала на себе чужой взгляд. Маэла стояла у зеркала, а в стороне, на диванчике, сидела её мать, миссис Браун. Женщина молча наблюдала, её взгляд был цепким и холодным, словно она изучала что-то бесконечно далёкое от неё самой.
— Ну, Изара? Как я выгляжу? — небрежно спросила Маэла, не оборачиваясь.
— Вы... вы прекрасны, миледи, — ответила Изара, чувствуя, как её голос предательски срывается.
Маэла засмеялась, и этот смех был наполнен лёгкостью, но почему-то от него внутри что-то неприятно сжалось.
— Интересно, герцог Фолькнер тоже так думает?
Изара замерла.
— Что?..
— Ах, да, конечно, — улыбка Маэлы была почти детской. — Я уверена, господин Фолькнер тоже так считает.
Изара отвела взгляд.
— Да... конечно... — едва слышно прошептала она.
— Вот и хорошо. Если ты так говоришь, мне спокойнее, — протянула Маэла, ухмыляясь.
— Поздравляю вас с помолвкой, миледи, — тихо произнесла Изара, надеясь, что разговор на этом закончится.
— Спасибо! — Маэла весело наклонила голову набок. — Думаю, благодаря тебе эта церемония будет просто идеальной. Хухуху...
Она бросила взгляд на свою служанку, и Элиза тут же подошла к Изаре, протягивая ей монету.
— Прими это с благодарностью.
Изара чуть склонила голову, принимая награду.
— Спасибо, миледи, — едва слышно сказала она.
Металл в её ладони был холодным, но почему-то казался обжигающе горячим.
***
Быстрее... быстрее домой!
Изара неслась вниз по лестнице, прижимая руками подол сарафана, чтобы не споткнуться. Сердце гулко стучало в груди, дыхание сбивалось, но страх подгонял её сильнее, чем усталость. Ей во что бы то ни стало нужно было выбраться из особняка, не столкнувшись с ним.
Она свернула за угол, спускаясь к следующему пролёту, и... замерла.
Навстречу ей шёл он.
Руан.
Его безупречный чёрный костюм сидел идеально, волосы аккуратно уложены, а в нагрудном кармане пиджака покоился цветок, добавляя в его образ нотку изысканности. Он шагал спокойно, уверенно, словно этот коридор принадлежал только ему.
Изара резко отступила в сторону и склонила голову, изо всех сил стараясь не смотреть в его сторону.
Позади Руана шёл Аларик.
— Изара? Ты здесь по поручению леди Браун? — спросил он.
— Да, — поспешно ответила она, не поднимая взгляда.
Она видела только его ботинки. Они не двигались.
Почему он стоит? Почему не уходит?
С замиранием сердца она осмелилась чуть-чуть приподнять голову. И наткнулась на его взгляд.
Голубые глаза Руана внимательно изучали её, будто искали что-то, что она сама не могла объяснить. Их взгляды встретились, и на мгновение время застыло. Но затем он просто продолжил идти дальше, как будто ничего не произошло.
Изара сглотнула и тут же бросилась вниз по лестнице.
***
Она сидела у реки под раскидистым деревом, глядя, как солнце неспешно опускается за горизонт. Тихая гладь воды отражала тёплый свет, превращая закат в живую картину.
Сейчас, наверное, в особняке полно гостей...
Поместье и лес находились совсем рядом, но казались разными мирами. Один был наполнен блеском, роскошью и скрытыми интригами, а другой — тишиной, покоем и свободой.
Где-то вдалеке хрустнула ветка.
— Изара!
Она вздрогнула и обернулась.
К ней быстрым шагом приближался Адрис, его лицо озаряла радостная улыбка.
— Адрис? Откуда ты знал, что я здесь? — удивлённо спросила она.
— Просто... догадался, — пожал он плечами. — Это ведь твоё любимое место.
Изара поднялась с травы, отряхивая ладонями подол.
— Кстати, ты сегодня выглядишь особенно нарядно... А, наверное, идёшь на помолвку миледи и герцога?
Адрис покачал головой.
— Нет, Изара. Просто... для меня сегодня очень важный день.
Она с любопытством посмотрела на него, и в этот момент он достал из-за спины букет нежных пионов.
— Изара, — голос его звучал твёрдо, но в глазах плескалось волнение. — Выходи за меня замуж.