Глава 18
- Может быть, хватит ссориться, мы, вообще-то, придумываем, что будем делать на Рождество, - раздраженно проговаривает Несса, ставя кружку с чаем на барную стойку.
- Зачем? Я не вижу в этом смысла, меня не будет на этом "празднике", - показываю кавычки, наконец-таки отворачиваясь от злого Кима.
- А где ты будешь? Снова в больнице? Или больнице? На крайний случай выбираю ответ "больница", - прищуривая глаза, говорит Эванс.
- Я бы посмотрела на тебя, если бы ты потерял сестру, - зло шепчу.
- Смотри! - парень также встает из-за стола, разводя руки в разные стороны. Проходит несколько секунд и Эванс спешит покинуть квартиру.
- Ну и вали!
Ребята шокировано смотрят на меня. Инесса встает и бежит за парнем, вгоняя в ступор. Что происходит?! Взволнованно смотрю на Шона, на что он отрицательно качает головой, уходя. Запускаю руку в волосы, закрывая глаза. Снова ссоры. Недопонимания. Истерики. Голову вновь посещает мысль о том, что Киму будет намного легче без меня. Кто знает, что может случиться буквально через неделю.
Прошло полтора месяца после аварии. Уже середина декабря, но Эбби не становится лучше. Врачи разводят руки, проговаривая лишь то, что нужно ждать. И я, правда, пытаюсь, но вера ускользает. Мои отношения с отчимом можно описать, одним словом. "Ужас". Он косится на меня, уходит, когда прихожу и гонит, если задержусь. Через неделю, после случившегося, ко мне подошли две девушки, как оказалось позже, это те самые подруги сестры. Они плакали и просили простить их. Лия и Эрика наврали Эбби по поводу меня, когда я уехала к Тэссе. Сказали, что видели, как гуляю с Кимом. Из-за них мы поссорились. Я ничего не ответила. Просто ушла.
Ребята пытались поддержать меня, но получалось плохо. Проблема была не в них. Во мне. Инесса часто вытаскивала на улицу. Шон старался чаще шутить и улыбаться мне. Покупать разные вкусности, которые в итоге ел сам, с обидой смотря на меня. Я лишь разводила руки, смеясь. Ким... Он всегда был рядом. Во время ночных кошмаров. Приемов у Николаса. Посещения больницы. Когда меня взвешивали, держал мою руку, говоря, что все наладится. Но... нет. Как бы сложно не было это признавать, ничего уже не наладится. Просто... поздно. Этот тот случай, когда бабочка уже загнала себя в кокон. И она не сумеет выпутаться.
Как бы не пыталась.
* * *
The Neighbourhood - Female Robbery
Аккуратно вхожу в палату сестры, прикрывая за собой дверь. Джонатана нет. Вздох облегчения срывается с губ. Сажусь на излюбленное место, беря руку сестры. Сжимаю ее, улыбаясь.
- Привет, Эбби. Это снова я, - хмыкаю, удобнее усаживаясь в кресле. - Наверное, ты уже устала слушать мои каждодневные истории, но тебе от них не сбежать. Ведь люди, которые находятся в коме, не могут этого... - прикусываю губу, поглаживая костяшки ее руки. - Вчера весь день смотрела сериал. Тот, который ты советовала мне. Я еще ответила, что это глупая трата времени. Помнишь? Я - да. Весьма интересно, но мне кажется, что главная героиня слишком навязчива. Не думаешь? Хорошо. Джонатан часто приходит? Он, наверное, поселился здесь, - усмехаюсь, откидывая прядь волос. - Эбби, отец не разрешает позвонить маме. Прости меня. Думаю, ты хотела бы, чтобы и она была здесь. Постараюсь уговорить его. Кажется, Джонатан перестал принимать меня за дочь. Не сказала бы, что расстроилась. Мне ведь не привыкать, - всхлипываю, закрывая глаза. - Скучаю по тебе. Слишком сильно. Даже если бы мы не общались. Намного легче жить, когда знаю, что ты в порядке. Сейчас это просто невозможно. Невозможно, Эбби...
Тихо плачу, сжимая руку сестры. Скоро вернется отчим и вновь выгонит меня. Утираю слезы, открывая глаза. Улыбаюсь сестре, вставая. Обращаю внимание на тумбочку, которая стоит чуть поодаль кровати.
- Тебе кто-то принес молочный шоколад, - поднимаю плитку с тумбочки, подходя к урне. Выкидываю, оборачиваясь к Эбби. - Ты ненавидишь его.
* * *
Возвращаюсь в свою обитель, понимая, что Ким так и не пришел. Прошло три дня с нашей ссоры. Я не разговаривала с ним. Нам нужно обсудить это. Он явно задет чем-то, но не понимаю, чем именно. Сестра... Мы говорили о ней, тогда, в машине. Это было так давно. Тогда все было намного лучше. Прикрываю глаза, вспоминая то время. Отлично. Просто отлично. Беру телефон, набирая знакомый номер. Пора ставить точку.
- Ева? - от его голоса по спине пробегают мурашки, вгоняя в эйфорию.
- Нужно поговорить, - стараюсь говорить также без эмоционально, но понимаю, что не выходит.
- Мне приехать?
- Да, было бы не плохо.
Договариваемся о том, что парень приедет через час, и заканчиваем разговор.
Включаю музыку на колонке, подключая ее к телефону. Нужно убраться до того, как Эванс приедет. Я не готова встречать его в таком бардаке.
Переодеваюсь после больницы, задерживаясь у зеркала. Из-под кровати достаю весы, которые купила по совету мистера Буша. Чтобы следить за весом. Встаю на них, хватаясь за край голубых шорт. Сорок. Нервно улыбаюсь отражению в зеркале, веря в то, что это не так уж и плохо. Не плохо...
За сорок минут успеваю навести порядок в маленькой квартире. Улыбаюсь, смотря на результат. Пахнет свежестью. Находиться здесь теперь намного уютнее. Потираю запястье, плюхаясь на кровать. Устала. Сил нет совсем, но аппетита тоже. Бью ногами по кровати из-за нервов, крича. Ешь, Ева. Это не сложно. Хмурюсь, пялясь в потолок.
До приезда Эванса осталось около пятнадцати минут. Думаю, о том должна, ли я надеть что-то нарядное, но плюю на это через пару секунд. Киму будет без разницы. Поднимаюсь с кровати, подходя к шкафу. Достаю майку и черные лосины. По-моему, сойдёт. Вспоминаю про то, что купила гирлянду, чтобы развесить по комнате, но закинула ее в дальний угол квартиры. Достаю нужную мне вещь, беря с собой скотч с ножницами. Быстро решаю, куда прикреплю и как. Достаю гирлянду, раскладывая ее на кровати. Надрезаю пару кусочков скотча, чтобы потом не заморачиваться из-за него.
Любуюсь на проделанную работу, чувствуя дух Нового года. Комната сияет разноцветными лучами. Шторы я предварительно задвинула, чтобы солнечный свет не портил атмосферу. Поднимаю лямку майки, убирая ножницы со скотчем на место.
- Мило, - голос парня заставляет замереть и забыть, что людям нужно дышать. Медленно оборачиваюсь к нему, нервно кусая губу. Ким. Вновь холодный и недосягаемый. На темных волосах расположилась пара снежинок, которые он смахивает, поправляя волосы. Зелёные глаза больше не кажутся луговой травой. Теперь, это холодные изумруды, которые готовы заморозить каждого. Парень нетерпеливо хмыкает, облокачиваясь бедром об стену. - Ты хотела поговорить.
- Да. Что случилось? Я чем-то обидела тебя?
- Вероятно, - прищуриваясь, проговаривает.
- Объясни, - делаю невольный жест рукой, прося. - Я не хотела обидеть тебя, ладно?
- Моя сестра умерла. Можешь смотреть на меня. Я потерял сестру, - недовольно отчеканивает Эванс, скрещивая руки на груди.
- Но ты ведь рассказывал о ней... О ее музыке и...
- Да, это было до того, как... - парень запинается, вспоминая что-то.
- ...как?
- До того, как она заболела анорексией.
Воздух прекращает попадать в лёгкие. Сердце пропускает удар. Его сестра болела тем же, чем и я сейчас. Пытаюсь найти поддержку хоть в чем-то в этой комнате, но как будто бы попадаю в вакуум, из которого невозможно выбраться. Стены давят, и атмосфера больше не кажется такой уютной. Падаю, хватаясь за край кровати, стягивая с нее плед. Сжимаю ткань в руках, пытаясь начать дышать. Эта информация слишком сильно бьёт по мне, и я больше не способна нормально функционировать. Ким переживает это вновь. Возможно, он видит во мне свою сестру и поэтому... пытается спасти.
Эванс смотрит на меня, не собираясь подходить. Я ранила его слишком сильно. Ещё сильнее сжимаю плед, начиная бить им по полу. Голова кружится. Поднимаю взгляд на Кима, молча прося прощения. Он понимает и садится рядом, притягивая к себе. Отскакиваю от него, всхлипывая.
- Нет, Ким, - плачу, понимая, что собираюсь сделать. Парень с опаской смотрит на меня, аккуратно протягивая руку, чтобы вновь обнять. - Нет, - шепчу, вставая, - я не хочу тешить нас надеждами о моем скором выздоровлении. Ибо, это не так. Пойми, - грустно улыбаюсь, - так должно было быть с самого начала. Ты - капитан школьной команды по футболу. Я - обычная девушка со своими проблемами, которой не суждено дожить до выпускного, - перевожу взгляд на календарь. - Даже до Рождества видимо. Это клише история, которой не светит счастливый конец. Ким, я не хочу, чтобы твоя боль повторялась. Но так и произойдет, если мы не остановимся сейчас. Нельзя спасти того, кто уже мертв. А я, - указывая пальцем на себя, усмехаюсь, - мертва. Это конец.
Эванс внимательно впитывал мои слова, время от времени собираясь что-то вставить, но я останавливала его взглядом. Ничего не сказав, Ким покинул квартиру, громко хлопнув дверью, показывая, что ещё не закончил, но... Я больше не хочу продолжать эту игру.
Мы проиграли.
* * *
- Ты не можешь так поступить с ней! Очнись, что ты творишь!? - кричу на отчима, ударяя его по плечам. - У тебя нет на это права!
- Я ее отец, Ева! Хватит! - мужчина зло сверкает глазами, отходя от меня. - Сколько мы можем мучить ее и себя?! Эбигейл не проснется. Слишком много времени прошло. Мы должны быть сильными и отпустить ее, Ева.
- Что это за глупые фразы?! Принять? Быть сильными? Отпустить ее? Книг о психологии начитался? Джонатан, Эбигейл жива, - не понимающе смотрю на мужчину, показывая рукой на палату.
- Это не обсуждается. Завтра я подписываю документы. Мы отключаем ее от аппарата, - пытаюсь схватить мужчину за руку, чтобы обговорить это, но он успевает увернуться и покинуть коридор.
Прижимаюсь лбом к стене, слегка ударяя кулаком по ней. Увеличиваю силу, учащая удары. Когда становится слишком больно, вскрикиваю, отталкиваясь от стены.
Достаю телефон, набирая номер человека, который обязан мне помочь.
* * *
- Ты, правда, приехала, - сухо шепчу, осматривая машину матери. Новая.
- Что с Эбигейл, Ева? У меня мало времени, - Эмма опускает взгляд к запястью, где находятся ее любимые часы.
- Действительно не знаешь?
- Ева, - женщина недовольно тянется к ручке двери, открывая ее мне, - если собираешься зря тратить мое время - выходи.
- Эбби в коме, мам, - наблюдаю за реакцией миссис Морли, закрывая дверь. Руки матери начинают трястись, а глаза часто моргать, останавливая... слезы? - Уже почти два месяца, - устало выдыхаю, облокачиваясь локтем об подлокотник двери. - Сегодня, Джонатан сказал мне, что собирается подписать документы, чтобы отключить аппарат, - Эмма резко оборачивается на меня. Она зла.
- Пристёгивайся, - поднимаю бровь, смотря на женщину. - Ева, просто пристегнись, - шипит женщина, резко выезжая с парковки. Быстро цепляюсь за ремень, чтобы не разбить себе голову, на резком повороте или что-то вроде.
* * *
Устало прохожу в квартиру, кидая верхнюю одежду, как можно дальше. Разговор с отчимом прошел... ужасно. Он разозлился из-за того, что я позвонила Эмме. И это было ожидаемо, но... Оказалось, что мама никак не может повлиять на документы. Они развелись, Эбигейл по документам осталась с отцом, а у женщины собирались отобрать родительские права, только вот... Узнала я об этом слишком поздно. Теперь Эмма бессильна, а Джонатан не собирается уступать. Бывшие возлюбленные разговаривали около двух часов, что не дало никакого результата. Лишь сорванные горла и потрёпанные нервы. Затем, мы с Эммой поехали в больницу к сестре. Мать много плакала. Просила простить, но чем это поможет сейчас?
Падаю на застеленную кровать, закрывая глаза. Не могу так. Из заднего кармана джинс достаю сотовый, чтобы поговорить с кем-то из друзей. Первой набираю номер Инессы. Занято. Жду пару минут, повторяя попытку, но результат тот же. Не хочу ее отвлекать. Шон. Абонент вне зоны действия сети. Их теперь нет рядом. Я не могу поговорить с ними. Сжимаю телефон в руке, зажмуриваясь.
Почему ты такая жалкая?
Даже друзья отказались от тебя. Ты не нужна им, они жалели из-за Кима. Но выгнав его, вновь осталась одна.
Открываю глаза, не веря в слова моего... подсознания? Это мои мысли? Я не считаю так, нет.
Спешу в ванну, чтобы умыться. Включаю холодную воду, наполняя ладошки водой. Ополаскиваю лицо, в надежде на то, что станет лучше, но нет. Меня колотит, а паршивые мысли не желают уйти из головы. Замечаю на тумбочке тюбики с таблетками. Успокоительное и антидепрессанты. Хватаю их, высыпая все в ладонь. Крышки слетают, из-за чего все содержимое оказывается у меня в руках. Закидываю их в рот, наполняя стакан водой. Запиваю, кашляя. Собираю в раковине пару таблеток, что выронила, глотая и их. Хватаюсь за стиральную машину, но влажная рука соскользает с нее из-за чего я падаю, ударяясь головой об ванну. Чувствую, как что-то теплое стекает по шеи, понимая, что это кровь. Перед глазами все кружится, из-за чего у меня не получается встать. Решаю подождать, пока боль пройдет, доставая телефон, который удачно прихватила с собой. Хоть и удалила его номер, из памяти стереть не так легко.
Первый гудок. Вспоминаю, как познакомилась с ним. Второй гудок. Первый обморок на территории школы, совместная тайна. Третий гудок. Ссора с Тэссой, но в тот вечер мы стали друзьями. Четвертый гудок. Его "приглашение" на озеро. Пятый гудок. Знакомство с новыми друзьями, которые вскоре заменили семью. Шестой гудок. Побег из дома, чтобы поехать в его дом. Где я открылась ему. Путаюсь в номерах гудков, вспоминая общие моменты с ним. Первый поцелуй. Утро, когда рядом был он и только он. Реакция на мою татуировку. Боль от расстояния, что разделяло нас. Даже если им являлась парта. Включается автоответчик, но к этому моменту теряю сознание, успевая прошептать "Я люблю тебя".
Ким
Жму на газ, думая, что она могла сделать. Ее тихий голос до сих пор эхом отдается в голове. Она любит меня и я, надеюсь, что успею ответить ей. Паркуюсь у ее дома, быстро заглядывая в окна. Ничего странного. Отгоняю мысль о том, чтобы вызвать заранее 911. Благодарю Еву за то, что она отдала мне одни из ключей от квартиры, открывая подъезд. Девушка живёт на третьем этаже, так что не затрудняю себя в ожидании лифта, быстро поднимаясь по ступенькам. Дверь в ее квартиру, как всегда открыта, что обычно бесило меня, но не сейчас. Оглядываюсь по сторонам, не замечая Морли. Включенный в ванне свет заставляет думать о том, что девушка просто решила принять душ и сейчас моется. Пару раз стучу по поверхности двери, хмурясь. Тишина. Приоткрываю ее, находя взглядом девушку. Быстро сажусь возле Евы, поднимая ее. Хлопаю Морли по щекам, чтобы девушка пришла в сознание, но тщетно. Пытаюсь нащупать на шее пульс, понимая, что зря трачу время. Достаю телефон, набирая номер экстренной помощи, попутно вытаскивая девушку из ванны. Отвечаю на тупые вопросы диспетчера, называя адрес. Скидываю, откидывая телефон на кровать. Трясу Морли за плечи, не понимая, что случилось. Кричу имя девушки, начиная нервничать. После того, как касаюсь ее затылка, чувствую кровь на пальцах. Аккуратно кладу голову девушки на подушку, чтобы осмотреть ванну. Кровь на кафеле и разбросанные тюбики из-под таблеток. Пинаю корзину для грязного белья, вскрикивая.
- Что ты наделала?!
Беру стакан, наливая в него холодной воды. Направляюсь обратно в спальню, чтобы дать Еве воды. Дыхание девушки прерывисто, иногда она хрипит. Губы посинели, а кожа стала ещё бледнее. Не знаю, попала ли вода ей в желудок, ибо большая половина просто скатилась по уголкам рта вниз. Замечаю, что ее рука подрагивает, берясь за нее. Ева, ты не можешь умереть. Вспоминаю во сколько мне пришло извещение о том, что на автоответчике появилось сообщение, понимая, что прошло около двух часов. Слишком много.
Когда квартиру заполняют врачи и санитары, я перестаю соображать, находясь как будто бы в зазеркаленном мире. Вот они пытаются промыть ей желудок, вызывая рвоту, но ничего не выходит. Какая-то девушка кричит на меня, чтобы обратил на нее внимание, и я делаю это.
- Что?
- Что она приняла и как давно? Отвечайте быстрее, у нас мало времени!
- Два часа. Тюбики в ванной, - махаю рукой в примерно верном направлении, пытаясь подойти к Морли, но меня отгоняют. - Пустите! Почему вы ничего не делаете?! Помогите же ей! - срываюсь на врачей из-за их бездействия. - Почему вы не отвезете ее в больницу, чтобы промыть желудок от этой херни?!
- Слишком поздно. Она мертва.
Мертва.
* * *
Вы когда-нибудь теряли близкого вам человека? По вашей собственной вине. Снова и снова. Как будто бы стали главным героем матрицы. Пытались спасти и помочь, но у вас не выходило и потом... вы просто... разбиты. Не хочу ныть и нести какую-то дичь, но я вновь потерял себя. Не смог спасти ее. А ведь нужно было просто быть рядом. Всегда. Жмурюсь, откидываясь на спинку стула. Ева мертва и сейчас я не могу сделать абсолютно нихрена. Ее увезли, взяв мой номер. Даже не знаю куда. Разве я не должен был поехать с ними? Плевать.
Запускаю руку в волосы, оттягивая их. Она так делала при поцелуях. Затем наивно улыбалась, хихикая. Знакомый рингтон ее мобильного заставляет очнуться. И я действительно, как маленький наивный мальчик верю, что это звонят врачи, сейчас они скажут, что ошиблись и это все огромная ошибка. Откуда у них ее номер? Да мне похрен на это, я просто хочу верить в то, что она жива. Нахожу айфон в ванне, подхватывая его. Но это Эмма Морли. Принимаю вызов, обдумывая, сказать ли ей о смерти дочери. Но Морли опережает меня, крича в динамик:
- Эбигейл очнулась, Ева! Приезжай скорее, она звала тебя! Ева, боже мой, почему ты молчишь? Ева? - кидаю телефон об плитку в ванной, вскрикивая.
Так не может быть! Перевожу взгляд на зеркало, улавливая свой разъяренный вид. Не сдерживаюсь, ударяя и по нему, из-за чего костяшки пронзает острая боль, но она не сравнится с той, что оставила Ева после своего ухода.
Я не успел.