Сердечный плен

Два дня томительного ожидания. Медни словно растворилась в воздухе. Нервы на пределе, раздражение клокочет внутри.

Сегодня встреча с представителями компании "Person" – "Человек", какое ироничное название.

С ними мы работаем впервые. Интуиция кричит об опасности, к незнакомцам доверия нет, нужно быть предельно осторожным.

– Какие-то они мутные, – проворчал Тимур.

– И у меня от них мурашки, – согласился Давлет.

– Отец просил о встрече, я не вправе отказать. Если чутье меня не обманет, никакого контракта не будет, – отрезал я.

– Мне нужно тебя сопровождать? – спросил Гафур.

– Нет, Гафур, не отвлекайся от поисков Медни.

– Тебе нельзя идти одному, – возразил Давлет.

– Я пойду с ним, вы оставайтесь на подхвате, – заявил Тимур.

– Тимур...

– Тень, я буду на крыше, просто присмотрю за обстановкой, не лезу в дела, – опередил он мои возражения.

– Ладно, – сдался я.

Мы направились в ресторан, где была назначена встреча.

По дороге зазвонил телефон. Это был Тамерлан, с которым я должен был встретиться.

– Слушаю, – ответил я.

– Тень, прошу прощения за беспокойство, вы не будете против, если мы перенесем встречу ко мне домой?

Тимур, сидевший рядом, напрягся, нахмурился и покачал головой, но я не обратил внимания.

– Хорошо, диктуйте адрес, – согласился я.

– Отлично, сейчас пришлю.

Я сбросил вызов, и Тимур тут же набросился на меня:

– Что ты наделал? Понимаешь, как это опасно? Особенно сейчас!

– Расслабься, все будет нормально, – отмахнулся я.

Развернувшись, мы поехали к дому Тамерлана. Тимур занял свою позицию на крыше, а я направился к дому.

Дворецкий проводил меня к хозяину.

– Добро пожаловать! – с широкой улыбкой поприветствовал Тамерлан.

– Здравствуйте, – поздоровался я.

***

Мы сидели и обсуждали детали сотрудничества. Все шло как по маслу, предложения Тамерлана были весьма заманчивыми.

Когда вечер подходил к концу, в комнату вбежал маленький мальчик, лет двух-трех, и начал бегать вокруг меня.

– Астемир, не мешай гостю, – одернул его Тамерлан.

Малыш протянул мне что-то, и я взял в руки брелок. На нем было выгравировано то же дерево, что и на значке.

Кровь вскипела. Меня захлестнула ярость, хотелось крушить все вокруг, но я взял себя в руки.

– Что это? – спросил я, стараясь сохранить спокойствие.

– Просто безделушка, мой сын любит их таскать, – небрежно отмахнулся мужчина.

– Интересная работа, сами изготавливаете? – поинтересовался я.

– Изготавливали... Вам нравится рисунок?

– Да, довольно необычно, – слукавил я.

– К сожалению, не могу подарить, это семейная реликвия, – с напускной грустью ответил Тамерлан.

– Ничего страшного, закажу что-нибудь другое, – парировал я.

– Завтра вечером я уезжаю, вы не возражаете, если мы с утра подпишем договор? – спросил Тамерлан.

– Во сколько вы уезжаете? – Я смотрел ему прямо в глаза. Он занервничал. Очень сильно.

– В восемь, – сглотнул он.

– У меня с утра дела. Давайте встретимся в полшестого.

– Да, конечно, как скажете, – тут же согласился он.

– Возможно, вместо меня приедет мой брат, – предупредил я.

– Конечно, конечно, – пробормотал Тамерлан.

Меня проводили до двери, и, выйдя из дома, я сел в машину, где меня уже ждал Тимур.

Я ударил кулаком по рулю.

– Это они! – прорычал я.

– Что? О чем ты? – не понял Тимур.

– Это они украли Медни! – Я сжал руль так, что побелели костяшки.

– Ты уверен? С чего ты взял?

– Я увидел у его сына брелок с тем самым символом, который ты нашел. Он сказал, что завтра в восемь уезжает. Значит, он точно поедет к Медни! – Злость клокотала во мне, хотелось сорваться с места и пристрелить этого ублюдка.

– Тень, нужно сначала проследить за ним. Нам нужен план, – сказал Тимур. И он был прав.

– Следи за Тамерланом, а я поеду и посмотрю, что они еще откопали. Гафур и я поедем к Медни. Ты будешь с Давлетом. Я сказал Тамерлану, что вместо меня приедет он, – раздал я указания.

– Как скажешь.

POV МЕДНИ

Меня перевели в другую комнату. Человек, похитивший меня, так и не появился.

Я сидела на стуле, когда в полумрак комнаты кто-то вошел.

– Кто здесь? – спросила я.

– Это я, – человек вышел на свет, и я увидела его лицо.

Меня словно парализовало. Я не могла ни говорить, ни думать.

– П...папа? – прошептала я.

– Да, доченька, это я, – мерзко произнес он.

– Но за что? Почему? – не понимала я.

– Видишь ли, из-за тебя за мной следят, как за прокаженным, я даже вздохнуть спокойно не могу. И раз уж ты причина всех моих бед, я решил продать тебя тому, кто заплатит за тебя целое состояние. Ты не стоишь этих денег, но если ему так хочется, я с удовольствием это сделаю. Благодаря этим деньгам я раздавлю Мусаевых. Особенно Мурада Мусаева, – выплюнул он.

– Не смей называть его по имени! Для тебя он – Тень! – закричала я.

Отец злобно рассмеялся, потом посмотрел на меня и, подойдя, схватил за волосы, так что моя голова запрокинулась назад.

– Я уничтожу каждого из них, обещаю. Отправлю тебе в подарок его расчлененное тело, – прошипел он, глядя мне в глаза.

Я съежилась. Мне было противно слушать весь этот кошмар.

– У тебя ничего не получится. Мурад убьет вас всех, – прошипела я.

– Какая же ты тупая, – ухмыльнулся отец и резко отпустил мои волосы, так что меня повело в сторону.

– Зачем ты так? Я ведь твоя дочь? За что? – Слезы навернулись на глаза.

– За что? – усмехнулся отец. Он повернулся ко мне спиной и, глядя в окно, начал свой рассказ:

– Потому что ты не моя дочь. Ты от другого мужчины. Твою мать насильно выдали замуж за другого, хотя мы очень любили друг друга. Она отдалась мне в ту ночь, когда должна была выйти замуж. Ее муж узнал об этом и начал ее насиловать, каждый день. Я украл ее и убил этого мерзавца. Но потом оказалось, что она беременна. Тобой. Я пытался принять тебя, полюбить, но все было тщетно. Смотря на тебя, я видел его, я не смог с этим смириться.

– К...как? Почему вы мне об этом не рассказали? – Слеза скатилась по щеке.

– Потому что твоя мать не хотела, чтобы ты знала эту ужасную историю, – ответил отец, повернувшись ко мне лицом.

– Но я твоя дочь... – прошептала я.

– Нет, Медни, ты не моя дочь. Ты – ошибка, напоминание о той ночи, о его грязных руках на теле моей любимой. И сейчас ты заплатишь за все.

Отец подошел ко мне, его глаза горели неистовой злобой. Я видела в них только ненависть, не было и следа отцовской любви или жалости. Он был чужим, страшным человеком.

– Я всегда ненавидел тебя, Медни. Каждую секунду, проведенную рядом с тобой, я вспоминал ту ночь, ту боль, то унижение. Ты – живое напоминание о моей слабости, о том, что я не смог защитить ее. И теперь я избавлюсь от тебя, как избавляются от старой, ненужной вещи.

Он схватил меня за подбородок, сдавил челюсть так сильно, что я почувствовала боль. Его пальцы впивались в мою кожу, словно когти.

– Ты будешь страдать, Медни. Ты заплатишь за все грехи своего никчемного отца и за свое существование. Ты узнаешь, что такое настоящая боль, настоящая ненависть. И когда ты будешь молить о смерти, ее не будет.

Он отпустил меня и отошел к двери.

– Прощай, Медни. Надеюсь, твой новый хозяин будет с тобой нежнее, чем я. Хотя сомневаюсь, – он злобно усмехнулся и начал выходить

- Я могу доказать! - в отчаянии крикнула я