Сердечный плен

POV МЕДНИ

Сегодня день рождения Халифы, и мы собирались к ней на торжество.

Визажист и парикмахер сотворили настоящее волшебство, создав изысканный вечерний макияж и собрав мои волосы в элегантный пучок.

На мне было длинное, облегающее платье глубокого бордового цвета. Глубокое декольте, к моему удивлению, смотрелось не вульгарно, а соблазнительно и изящно, подчеркивая достоинства фигуры. Тонкие бретельки едва ощущались на плечах.

В тон платью я подобрала высокие туфли на шпильке и миниатюрную сумочку-клатч, идеально дополняющую образ.

Завершали мой наряд длинные бриллиантовые серьги и изящная подвеска, составляющие единый комплект.

Мурад вошел в комнату.

– Ты го... – он запнулся на полуслове, застыв в дверях.

Его взгляд долго испепелял меня. Неужели ему не понравилось?

– Почему твоя грудь выставлена на всеобщее обозрение? – нервно сглотнул он, не отрывая взгляда от декольте.

– Но ты сам выбирал этот наряд, – возразила я.

На нём была рубашка насыщенного бордового цвета с белоснежными пуговицами. Светло-серые классические брюки создавали элегантный контраст.

Серые лоферы и дорогие серебристые часы на запястье завершали его безупречный образ.

– Ладно, пошли. Ты должна быть все время рядом, – приказал он.

– Хорошо, – я не стала спорить.

До ресторана мы добрались быстро. Халифа встретила нас с сияющей улыбкой.

– Какие вы красивые, глаз не отвести!

– А ты какая красотка! С днем рождения! – воскликнула я.

– Спасибо, – девушка обняла меня.

– С днем рождения, – поздравил Мурад и вручил ей подарок.

– Спасибо, братик, – она обняла брата.

Мы присоединились к остальным гостям. Среди них были мои родители. Я хотела броситься к маме, но вспомнила слова Мурада.

Взглянув на него, я получила кивок одобрения. Подбежав к маме, я крепко обняла ее, а она меня.

Рядом с ней стояли родители Мурада. Я поздоровалась и с ними. Они были очень рады видеть меня.

POV МУРАД

Ко мне подошел Давлет.

– Давай отойдем, – неожиданно предложил он.

– Пошли, – согласился я.

Мы вышли на улицу, и Давлет достал телефон Медни, который он зачем-то взял с собой.

– Как я и говорил, твоя жена чиста, – начал он.

– Не томи, – мое терпение было на исходе.

– Смотри, – он включил что-то на телефоне.

– Это на самом деле отправляла не Медни... Нет, это была она, но писала она не какому-то парню, а подруге.

– Ничего не понял, – ответил я.

– Это фотошоп! Кто-то просто взял отрывки диалога с подругой и подставил. Вот, – он зашел в другой чат, – тут она переписывается с подругой, и точно такие же слова на скрине. А то, что "он", которого нет, говорит ей все эти пошлости, просто дописано, – выдохнул он.

Тяжелый груз упал с моей души. Моя жена верна мне. Я зря обвинял и не доверял ей.

– Но кто это сделал?

– Луиза.

– Луиза? Это кто? – не понял я.

– Сестра Медни. Ты ей нравился, но ты в свою очередь не обращал на неё внимания, вот она и решила так отомстить, – ответил Давлет.

– Надо разобраться с ней.

– Оставь это мне. А ты лучше извинись перед женой, – подтолкнул меня Давлет.

– Извиниться? – замялся я.

– Я знаю, что ты никогда этого не делал, но надо с чего-то начать, – ответил брат.

Я отмахнулся от него и зашел обратно. Медни не отходила от своей мамы. И я понял, насколько жестоким я был по отношению к жене.

Злость перекрыла все другие эмоции. А других у меня и не было. До появления её.

Моей ледяной королевы.

Медни направилась в уборную, и я последовал за ней. Может, сейчас не лучшее время для извинений, и я даже не знаю, что говорить, но надо.

Подойдя к кабинке, я услышал голоса.

– Что вы хотите? – спросила у кого-то Медни.

– Ну, твой муженек точно уже оттрахал тебя во все щели, дай мне разок это сделать, – послышался мерзкий голос.

– Я сейчас мужа позову!

– Зови, милая, но там музыка так играет, что никто не услышит.

– Уберите руки! – закричала моя жена.

Я выбил дверь и увидел, как грязные руки Мирона пытаются раздеть Медни. МОЮ ЖЕНУ.

– Ты... – прорычал я.

– Т... Тень? – тут же испугался он.

– Ты посмел тронуть своими грязными руками мою жену? – начал я надвигаться на него.

– Н... нет, что ты? Ни в коем случае, это ведь шутка. Да, Медни, шутка ведь? – надеялся он на помощь.

– Он пытался изнасиловать меня, – в ужасе произнесла Медни.

– Иди к родителям и не отходи от них, – произнес я грубее, чем планировал.

Медни послушно ушла, а я поволок Мирона в угол.

– Тень, пощади, умоляю, – уже трясся этот придурок.

– Тебе уже ничего не поможет, – прошептал я перед его ухом.

Первый удар пришелся в челюсть, и Мирон отлетел к раковине, его голова с глухим стуком ударилась о керамику.

Я не дал ему опомниться — схватил его за волосы и с размаху ударил лицом о край раковины. Кровь брызнула на стену, но я не останавливался. 

- Ты думал, сможешь это сделать и уйти? — я выпрямился, мои глаза горели холодной яростью.

Я пнул Мирона в живот, заставив того согнуться пополам. Затем схватил его за шею и бросил на пол, словно мешок с мусором. 

- Умоляю, остановись, - прохрипел Мирон

Он пытался защититься, но я был неумолим. Я снова и снова бил его кулаками, каждый удар сопровождался хрустом и стоном.

- Ты думал, что я позволю тебе трогать ее? — я присел на колени, схватил Мирона за горло и начал душить. 

Мирон хрипел, его лицо багровело, но я не отпускал.

- Ты даже не понимаешь, что ты натворил, — прошептал я, и в моем голосе было что-то леденящее. 

Тут забежал Давлет

- Что происходит. Блять, - выругался он

В этот момент Мирон попытался вырваться, но я ударил его локтем в висок, оставив его лежать без сознания. 

Я встал, моё дыхание было тяжелым, а руки дрожали от адреналина.

- Убери тут все, - сказал я Давлету

- Что он сделал? - спросил брат

- Чуть не изнасиловал Медни.

Больше ему не нужно было что-то объяснять. Он всё сразу понял.

Я привёл себя в порядок и вернулся к гостям. Медни тут же подбежала ко мне, её глаза были полны тревоги.

— Что с твоими руками? — испуганно спросила она.

— Всё нормально, — ответил я, стараясь говорить как можно спокойнее.

— Что ты сделал?

— Преподал ему урок.

Медни, не задавая больше вопросов, лишь в последний раз взглянула на мои окровавленные руки , и мы вернулись к торжеству.

Сегодня меньше всего хотелось омрачать праздник Халифы. Поэтому мы не подавили виду, что что-то случилось.

Но я чувствовал на себе беспокойные взгляды жены весь вечер, и видел, как она изо всех сил пытается скрыть свою тревогу, делая вид, что всё в порядке.