33
Дана вернулась домой через час, как и обещала Глебу. Встреча сорвалась, настроение было на нуле, и она хотела просто завалиться к нему в объятия, накуриться и залипнуть в плейлист «late night overdose» на колонке. Она даже купила их любимое вино по дороге.
Открыла дверь своим ключом.
В квартире было странно тихо. Ни музыки. Ни звука. Ни шума воды из душа. Только звенящая тишина, от которой по коже побежали мурашки.
— Глеб? — позвала Черри, проходя вглубь. — Кооот, ты тут?..
Ответа не было. Только слабый скрип под её ногами.
На кухне стоял недопитый кофе в его любимой кружке, которую Дана подарила Глебу. Рядом — сигарета в пепельнице, медленно дотлевавшая до фильтра. Она замерла. Это было уже... странно.
Глеб всегда докуривал сигареты до конца. Даже когда у него дрожали руки. Даже когда его рвало от смеси таблеток и алкоголя.
— Что за... — выдохнула она, и впервые в груди кольнуло что-то нехорошее.
Дана метнулась в спальню. Всё было... почти как обычно. Кровать не застелена — но кто знает, когда они вообще в последний раз это делали? Простыни сброшены, плед свален у подножия. Всё выглядело как будто он просто вышел за сигаретами. Но...
На тумбочке лежал телефон. Его.
И это уже стало настоящим ударом.
Глеб никогда не оставлял телефон. Даже когда шел в душ. Даже в туалет. Даже когда они трахались, телефон всегда был рядом — он параноил, что что-то важное пропустит, или что кто-то сольёт демку.
Она схватила его. Экран был потушен. Смахнула пальцем — заблокирован.
Но она знала пароль. Это было... странно, но трогательно.
Дата её рождения.
Экран ожил. Первое, что бросилось в глаза — пропущенные вызовы. Несколько от «Даши», один от «неизвестный номер», потом еще несколько. Но ни одного входящего за последние три часа.
— Что происходит, Глеб... — прошептала она.
На второй тумбе, чуть сбоку, лежал листок. Пожелтевший, с загнутыми уголками. Обычная бумажка из блокнота, но на ней почерком Глеба были выведены те самые координаты:
52.2338, 38.66
Он когда-то писал их ради прикола. Сказал: «Если потеряешься, ищи меня тут».
И сейчас... она будто действительно потерялась.
Дана опустилась на пол рядом с кроватью. Бумага в одной руке, его телефон в другой. Слёзы начали катиться сами собой. Без рыданий, без звуков. Просто текли по щекам, оставляя солёные дорожки. Она не понимала, что происходит. Где он? Почему он ушёл? Почему ничего не сказал? Почему не позвонил?
— Сука, Глеб... — прошептала она, — Ну где же ты, бляять?..
Она начала звонить.
Сначала — Симе. Он не ответил. Потом Кириллу. Тот взял трубку, но только и сказал:
— Я не знаю, где он. Мы не общались пару дней. А что случилось?
— Его нет... — прошептала она. — Он... просто пропал.
Кирилл растерянно пробормотал что-то, но она уже звонила дальше — Слэму.
Тот ответил быстро, как будто ждал звонка.
— Черри?
— Где он?! — закричала она. — Ты же знаешь, что-то случилось? Он... он оставил телефон, ты понимаешь?! Телефон!
— Стоп, подожди... — голос Слэма дрогнул. — Я думал, вы вместе. Утром он скинул мне сниппет, и всё. Я... я без понятия, что с ним.
Дана повесила трубку. Сердце колотилось, пальцы дрожали. Она посмотрела на экран. Пропущенный — Рома, брат.
Она не могла сейчас говорить с ним. Не могла слышать его голос, не могла объяснять.
Прошло пару часов. Слэм снова звонил. Потом Рома опять. Потом снова Слэм. Она выключила телефон.
Просто нажала кнопку, и всё исчезло. Тишина.
Она забралась на кровать. Обняла подушку Глеба. Пахло им. Его шампунем, его жизнью, его кудрявыми волосами...
Она заревела. Сначала тихо, почти беззвучно. А потом в голос, истерично, навзрыд, как ребёнок, которого оставили одного в темноте.
— Ты обещал, блять... — шептала она. — Обещал, что мы просто будем лежать... ты же просил остаться... почему я не осталась...
Она вдыхала подушку, как кислород. Будто если перестанет — задохнётся.
Она не знала, где он. Что с ним. Жив ли. Сдался ли. Почему не попрощался.
И главное — почему Глеб просто бросил, как будто заранее знал, что уйдёт.