Порождение любви[18+]

Pov. Кая-Роуз

С трудом мне удалось открыть глаза. Уже несколько дней я не могу добиться ответа от Джеймса, что он сделал с Кайлом: я не спала, ничего не ела, лишь просила выпустить и хотела спросить у Джеймса. Но вчера мне что-то подсыпали в воду. Я четко помню, что, выпив, уронила стакан, а потом у меня начало темнеть и плыть в глазах.

Ребят дома нет. Не знаю, где они. Были бы здесь или хотя бы знали, в каком я состоянии, то не уходили бы.
Задумчиво смотрела в окно. Не знаю, но я устала. Очень сильно.
Слышу, как какая-то дверь открылась, шаги и шипящий, тихий свист. Я лишь лежала, не шевелясь, думая, что Джеймс пройдет мимо меня. Однако, мои ожидания рухнули, как только он осторожно присел на кровать и полз ко мне. Джеймс лег, опираясь на локоть. Я чувствую это. Его рука накрывала мои обнаженные плечи, поглаживая пальцами. Он добрался до лица, убрал волосы, и едва касаясь, нежно провел по лицу, по губам и по шее.

- Mo cuishle.... - нежно прошептал Джеймс, выдохнув. От такого теплого дыхания и голоса по моему телу пробежали мурашки
Я вздрогнула, но найдя силы, повернулась к нему.

- Не называй меня так! - процедила я.

- Почему же? Твой отец тебя так называл, твой брат, почему же мне нельзя!? - тихо сказал он. Джеймс был в банном халате, волосы мокрые, а пах он очень свежо.

- Не смей меня так называть!  Ясно?! - прошипела я от злости. - Что ты сделал с моим братом?!

Он не ответил и встал с кровати, лишь сказав, чтобы я встала, умылась и поела. А потом и вовсе ушел.

***
До вечера я пролежала так. Я снова почувствовала ужасную и резкую боль в сердце, и неприятное съедающее чувство внутри меня, что мне захотелось плакать. Слезы подсупают к глазам, не слушая меня. Едва начав плакать, я не могла остановиться, как в прошлые разы. Всхлипывания обжигали мое горло, принося мне саднящую боль. Я прижала одеяло к себе и тихо вслхипывала.
Я не заметила, как кто-то вошел. Сквозь прозрачную пелену, увидела несколько силуэтов.

- Что такое, Кая? - подошел Томас, а потом подошли ребята.

- Что случилось, милая? - спросил Лео.

- Тебе плохо? Ты больна? - интересовался Артур и наклонился ко мне.

- Не трогай! Не трогайте меня! - вскочила я с кровати и прокричала. Я начала уже рыдать. Парни просто смотрели на меня, не зная что делать. - Да! Я больна.

Я встала и начала их гнать прочь.

- Этот особняк сделал меня больной! Вы - все вы сделали меня больной! Джеймс сделал меня больной! - прокричала я, толкая их к выходу. А они просто отходили. - Все выходите вон!

- Но Кая...,- не успел возразить Томас, как я его выпроводила и захлопнула дверь, заперев.

- Я не хочу! Я ненавижу этот дом, ненавижу его! Я ненавижу! Ненавижу всех вас! - срывая свой голос, кричала я. Опираясь спиной к двери, спускалась и села на пол, прижав колени к груди. - Ничего не хочу.... Никого не хочу! Хочу лишь увидеться с братом.....

Последние слова я сказала тихо и всхлипнула, прижав свои колени к груди.

Pov. Джеймс

Я снова получил отказ от ее упрямого брата. Он думает, что сможет сбежать и убить всех моих людей, и меня, а потом забрать Каю. Бред какой-то. Он с сестрой одного поля ягода. Вечно грубят, спорят и язват. Маленькие чертики. Хотя я старше Кайла всего лишь на два месяца. Кайл тоже хочет узнать, кто стоит за убийством его родителей, а я хочу узнать, почему мой отец как-то замешан.
Сейчас он сверлит меня взглядом, также, как и я его.

- Ты не ешь, - глядя на наполненную тарелку, сказал я.

- И ты не ешь, - он тоже взглянул на мой перекус.

- У меня аппетита нет.

- У меня пропал аппетит, когда ты пришел. Твое лицо меня раздражает, индюк, - проговорил он, скрестив руки.

- Ты делаешь этим хуже себе, - прошипел я.

Приехал домой, думая, что освобождение Томаса, хоть как-то изменит ситуацию. Думая, что собравшись вместе, мы хоть как-то поужинаем. Но я только приехал домой, как на меня нахлынула волна возмущения ребят. И все это было про Каю. У нее снова случился срыв и началась истерика.

- Ей нужна помощь психолога. Тебе надо отвезти ее к психологу, - проговорил Барма.

- Думаешь, я не пытался!? - оскалился я. - Она послала к черту этого психолога, а потом и меня. Она отказывается, думая, что эти доктора будут говорить ей то, что я им скажу.

- А это разве ложь? - съязвил Артур. На что я кинул недоброжелательный взгляд.

- Да отпусти ты ее брата! На кой он тебе сдался? Пусть хоть раз увидятся! - сказал Лео, выдохнув.

- Не могу! Ясно? - ответил я, - Я хочу, чтобы он присоединился к мафии.

- Зачем он тебе? - интересовался Артур.

- Он нам еще пригодиться. И ее брат должен дать согласие, после этого я его выпущу, и он увидит свою милую сестренку. - отвечал я. - А если я разрешу ей позвонить брату, то Кая несомненно переубедит его. А я этого не хочу.

- Я думаю, ты очень плохо поступаешь с Каей. Она ведь тебя хочет полюбить, - проговорил Томас.

- Помните, мистер Джонсон сказал, что за всеми этими именами, скрывается убийца родителей Каи, так вот это ее брат. Только вот он не убийца. И он должен мне помочь с этим -  найти убийцу.

- Мы понимаем, что ты хочешь ее защитить от всех, но ты не думал, что ты сам ей этим вредишь? Она с ума сходит! - высказался Лео.

- Я понимаю. И пытаюсь все исправить, как она меня простит, то я буду меняться в лучшую сторону. Не позволю никому, даже себе, обижать ее. Никто не посмеет ей причинить боль!

***
Pov. Кая -Роуз

Сегодня дверь была открыта. Поэтому я бродила по дому, смотря в окна каждой комнаты.

- Что вы будете на обед, мисс? - спрашивала горничная, которая подошла.

- Мне не хочется обедать. Я скорее буду есть вечером.

- Но..

- Пожалуйста, - глядя на нее с мольбой в глазах, сказала я.

- Хорошо, - ответила та и ушла на кухню. Я вышла из гостиной в холл и направлялась к лестнице. Как вдруг шум и разборки снаружи заставили меня обернуться.  Вошли кричащая девушка и Уоррен. Он пытался ее успокоить и увести ее, но девушка, сопротивляясь, шла вперед. Она была привлекательной, высокой, стройной и грациозной - хороша собой. Она, заметив меня в пустом холле, сразу подошла ко мне вальяжной походкой.

- Ты видимо горничная. Проводи меня в гостиную, - проговорила она, оглядев меня с головы до ног, и наоборот. У нее очень светлый и жизненный цвет кожи. Не то, что у меня - бледный. У этой девушки  были длинные и блондинистые волосы, большие темно-серые глаза, прямой нос, розовые румяна, красивые пухлые губы. Она была одета в легкий плащ, наверное, внутри платье, на ногах классические черные лодочки.

- Я не горничная, - сказала я. Из коридора вышли миссис Катберт, горничная и дворецкий.

- Что тут происходит, Уоррен? - вопрошала женщина. - Кто это особа?

- Я? - возмущенно проговорила светловолосая, всех нас оглядев. - Будущая жена Джеймса Монтгомерри.

- Она просто сумашедшая, - выдавил Уоррен, пожав плечами.

- Вы, наверное, ошибаетесь, мисс..... - произнесла миссис Катберт. - Вы что-то путаете.

- Ничего не путаю! - прошипела девушка,  - Я беременна его ребенком!

Она раскрыла плащ. Девушка и вправду беременна.

- Я мать ребенка Джеймса Монтгомерри! И будущая жена! - проговорила девушка, - И если он узнает, что вы обращались так со мной! И не пускали в дом, то....

Я дальше не слушала ее. Услышав то, что она сказала до этого, почувствовала, что мое сердце как-то странно сжимается и холодеет. Такое странное и неприятное ощущение в груди, да и на душе. Я не могла отойти от шока.... Мне становится плохо.

Pov. Джеймс

Сегодня я добился своего от Кайла. Он согласился вступить в Дисперат и готов подписать договор.

Только закончил с работами и вернулся в свой кабинет. Снял с себя пиджак и мне тут же позвонили. Увидев на дисплее контакт миссис Катберт, взял.
Выслушав ее, я бросил трубку, сказав, что скоро приеду. Что за херня в моем доме творится?
Выдохнув, я взял пиджак и направился к двери. Но тут вскочил передо мной Лео.

- Ты знаешь, что творится снаружи!?

- Что? - процедил я, спеша домой, потому что Кая снова потеряла сознание.

- За стенами этого офиса дохрена толп журналистов! - вскрикнул шатен, указывая в окна.

- Что!? - не поверил я.

- На! Читай! - дал мне свой телефон. Там были новости, которые выложили пять минут назад. Тут говорится про беременную моим ребенком Адели Эштон.  - Все требуют твоего выхода, и чтобы все рассказал до мельчашей подробности. Не уж то кому-то важна такая информация!?

- Я уже знаю про это. Но не думал, что это просочиться в СМИ. - выдохнул я, протерев лицо руками. Лео взглянул на меня вопросительным взглядом. - Она заявилась ко мне домой и всем это сказала. Даже Кая услышала и упала в обморок. Не знаю, как она нашла мой дом!?

- Ты, теперь, мне, своему другу, скажи это правда твой ребенок? - спрашивал Рейнхарт.

- Да нет же! Очередная женщина, с которой я переспал. У нее наверное, до меня и после меня были мужчины! - ответил я.

- Ты говоришь, что с ней спал. Когда это было и предохранялся ли ты?

- Это было, наверное семь месяцев назад. Ну уж точно предохранялся, - проговорил я. На что Лео оглядел меня недоброжелательным взглядом.

***

Выехав с трудом из компании, мы попали домой. Ребята уже собрались дома. Кая еще не пришла в сознание. А Адели была в комнате для допроса. И я пошел к ней.

- Что за херню ты устроила, заявляясь ко мне домой?! - бесцеремонно вопрошал я, как только войдя. Адели оглянула меня с надменным взглядом и усмехнулась.

- Что такое, дорогой? Тебе не понравилась новость о скором появлении нашего малыша? - надменно смеясь, говорила она.

- Это не мой ребенок! Чушь не неси, - сказал я. - Как ты узнала адрес этого дома?!

- Это твой ребенок. И я сто процентов уверена в этом, можешь хоть ДНК тест сделать, - ответила она, закинув ногу на ногу. - И ты сам проговорился об адресе этого дома. Этот дом у тебя шикарный. Комната малыша, наверное, будет на третьем этаже с большим балконом, правда?

- Заткнись и проваливай, - прошипел я, открыв дверь. Я настолько не бываю пьяным, чтобы проговориться об адресе. Тем более обычный человек не может найти этот дом, даже по адресу. Ей кто-то помог. Иначе бы не стала вставать у меня на пути.

- Ты меня прогоняешь? А что будет если об этом узнают СМИ?Резонансные новости о Джеймсе Монтгомерри, который прогнал беременную женщину- имидж компании спадет ниже плинтуса, рухнут большие сделки, ты будешь проигрывать в тендерах, - с усмешкой проговорила Адели.

- Мы сделаем тест, а потом посмотрим, - уверенно ответил я, надменно глядя на нее.

- Я уверена, потому что после той ночи у меня мужчин не было. До тебя были пару, но посчитав и высчитав недели остался только ты. - цокнув, она прошла мимо и направлялась к выходу. Я приказал Уоррену, чтобы его люди следили за этой чертовкой, и пошел наверх.

- Ну и что там? - вопрошали парни.

- Она на сто процентов уверена в том, что я отец, - выдохнул я, налив себе крепкого алкоголя. - Мне еще этого не хватало!

- Значит, ты станешь отцом!? - спросил Томас.

- Томас, не смей больше это говорить! - оскалился я.

- Хорошо, - робко ответил он.

- Что будешь делать? - интересовался Лео.

- С одной стороны Кая, с другой СМИ, - взмолвил Артур, - Вау. Просто шикарно, Джеймс.

Я закатил глаза, выдохнув, и опустошил стакан. Размышляя и подумав, я разбил стакан у себя в руке, и начал говорить: - Сделаю этот чертов тест. Если это правда, то подменю результаты. Прямо сейчас поеду и сделаю этот тест. И завтра вечером устрою пресс-конференцию, где скажу, что Адели Эштон нагло всем врет, чтобы обеспечить себе хорошую жизнь, так как ее семья с каждым днем испытывает финансовые убытки. Скажу, что я окажу ей финансовую помощь и ребенку. А потом в конце, я скажу, что у меня есть любимая женщина. Потом, когда Адели родит, заберу ребенка и отдам в хорошую семью.

- А с ней что будешь делать? - спросил Рейнхарт.

- Ребенок, думаю, очевидно ей не нужен. Ей нуюны деньги. Да пусть живет за счет моих денег. Но если будет высовываться, то убью ее, - сказал я.

- Но как ты объяснишь все Кае? - спрашивал Томас.

- Без понятия! - выдохнул я.

***

Парни разошлись по комнатам, как только меня оповестили, что Кая пришла в себя. Я вошел в комнату. Она сидела и глядела в окно, словно не хочет со мной разговаривать. Я подошел к кровати и сел на ее край, рядом с Каей.

- Я знаю, что ты слышала об этой неприятной и шокирующей новости, но....

- Не смей говорить, что это не твой ребенок, - проговорила она, не смотря на меня.

-Кая, послушай. Этот ребенок, который находится в животе лживой суки действительно не мой!

- Не хочу слушать, - сказала Кая. - У тебя столько женщин было может ты...и их оставил с ребенком...я не знаю. Просто отпусти меня. У тебя уже есть женщина и ребенок....

- Кая! - вскрикнул я, чтобы выслушала, - Ладно, допустим, что это мой ребенок, но я этого ребенка не хочу! Любить мать ребенка тоже не хочу и не буду..... Потому что я люблю тебя, и только. И от тебя хочу иметь детей.

- Джеймс, ты не можешь оставить его! Он будет расти без отца и...

- Вот мне этого сейчас не надо! Я не признаю этого ребенка, как своего! И точка! - прошипел я.

- Джеймс....!

- Знаешь, Кая, все чего я хочу это быть рядом с тобой, быть тобою любимым, быть желанным...и больше ничего. - взмолвил я, потянувшись к ней. Я накрыл своей рукой ее, а она тотчас же убрала.

- Перестань, - оскалилась Кая и пыталась оттолкнуть меня. - Ты спишь со всеми девушками, и особо от меня не скрываешь!

- Милая, ты лучше остальных. - ответил я.

- Я ненавижу тебя! - она ударила меня в грудь и хотела, чтобы я ушел. Но я схватил грубо ее руки и прижал к спинке кровати, пристально осматривая её. Кончиком носом я проводил по щеками, шее и ключицам. А она лишь сжалась и шипела.

- Когда я к тебе в последний раз прикасался, ты хоть сама помнишь? Когда последний раз целовал? - оскалился я, глядя в широко распахнувшиеся глаза. Она содрогнулась, и металась взглядом, - Прекрасно вижу, что помнишь! А могла бы это все забыть. У нас же было все хорошо и секс дарил тебе только наслаждение.  Доверься мне снова, Кая. Если я буду осторожен и нежен с тобой, а ты перестанешь зажиматься и бояться, то все это приведет к удовольствию. Позволь мне снова показать тебе, что может быть между нами.

- Убери от меня свои руки, и говори эти соблазнительные слова тем, кто им поверит! - огрызнулась Кая, вырвавшись из моих рук, - Ты больше не посмеешь меня трогать!

- Хорошо, - усмехнулся я и оставил ее. - Даже не буду пытаться. Пока ты сама не захочешь этого, я не прикоснусь.

Заметив ее лекарства на тумбе, подозрительно взглянул на нее.

- Почему ты не пьёшь?

- Не хочу.

- Я волнуюсь о твоем здоровье.

- Знаешь, до того, как ты насильно привез меня сюда - я была абсолютно здорова и не пила никаких лекарств. - добавила Кая, кинув злобный взгляд, - Это ты меня довел!

- Признаю. Довольна? Но! Если ты не сбегала бы, не прыгала с заборов, с деревьев, а также с обрывов, и не устраивала голодовку, то сейчас была бы здорова.

- А то, что ты со мной сделал...?

- Я же сказал, что признаю. Но ты и до этого была слабой! Ты часто и быстро теряешь сознание, - проговорил я. - В любом случае, пей свои витамины и ешь больше!

- Ненавижу тебя, - буркнула она.

- Кстати, можешь поговорить со своим братом, - я вытащил телефон и набрал номер того парня, который следит за ним. Кая вскочила с постели и посмотрела на меня с надеждой.
Я позвонил по видеозвонку.

- Кайл! Как ты!? Что они с тобой делают? - вопрошала она. Увидев его, она улыбнулась и засветилась от счастья.

- Кая, я в порядке. Со мной все хорошо.

- Точно!? Они тебя не бьют? Не пытают!? Скажи правду!

- Точно, сестренка. Я в порядке. Все хорошо. Просто держат меня в хорошем доме и пока не выпускают. Тут даже кормят и телевизор есть. Так что хорошо. А ты как? Этот индюк тебя не трогает? Только не ври брату!

- Нет, не трогает. Ты не волнуйся обо мне! Со мной всегда все хорошо.

- Не ври! Если он тебя обижает, то я тут же приеду, разгромив всех.

- Кайл, я очень скучаю.

- И я скучаю, сестренка.

- Все хватит, - сказал я и хотел отобрать у нее телефон.

- Пока, моя маленькая Кая-Роуз.

- Пока, - сказала, еле сдерживая себя.

***
С ребятами я зашел в зал, где нас ждали все журналисты мира. Я поднялся на сцену и подошел к микрофону. И тут все начали расспрашивать про Адели и ребенка, и про мои ночные похождения, а также упомянули о том, что я не хотел иметь ребенка и вообще женится.

- Господин Монтгомерри, мы еще не отошли от той новостью, что вы являлись сыном Эдварда Монтгомери, а тут еще новость про вашего ребенка, а может будущего наследника корпорации, - какая-то девушка начала говорить. - Как вы все это объясните!?

Было очень много вопросов по поводу ребенка и про мою компанию. Было очень шумно. Все перекрикивали друг друга, желая услышать мой ответ. И каждый журналист подчеркивал старые и ужасные новости про меня.

- Хотелось бы сказать, первым делом, что Адели Эштон соврала по поводу ребенка. Это не мой ребенок. Доказательство этого - днк тест. Как видите на экране - отрицательный, - громко ответил я. Все утихли, охая и ахая, и перешептывались. - Также, Адели Эштон обеднела, и не может позволить себе и ребенку хорошую жизнь. Она воспользовалась этим моментом. Я понимаю. И вторым делом, я окажу ей финансовую помощь, даже если не являюсь отцом. Оплачу ей все расходы:клиника, роды, вещи для ребенка, смеси, жилье, также образование ребенка будет оплачено в лучших школах и университетов страны. Вплоть до восемнадцати расходы ребенка буду оплачивать я. Также хочу сказать, что моя компания скоро построит новую клинику, детский дом, школу, и также будем помогать благотворительным фондам.

- Мистер Монтгомерри, мы все знаем, что вы любитель ночных похождениях к женщинам, а если еще такая же беременная женщина скажет, что имеет ребенок от вас, вы также поможете ей? - кто-то спросил вопрос с подвохом.

- Конечно же нет. Я помогаю Адели Эштон, потому что она моя дальняя подруга. Она была для меня хорошим другом.

- Вы, наверное, еще не отвыкли от своей старой фамилии Макензи..?

- Дорогуша, что за глупый вопрос? Я сам в праве себя называть и Монтгомерри и Маккензи, - ответил я. Потом посмотрел на ребят, которые все кивнули, смотря на меня. Я вздохнул, - И в третьих, самая главная причина проведении этой пресс-конференции - это сказать вам, всем вам, что у меня есть любимая женщина! И мы тайно расписались. Она моя жена. Уже как несколько месяцев. Я ее очень сильно люблю и дорожу. Хоть я и спал со многими девушками - но это ничего для меня не значит! Потому что не одна женщина не заменит мне ее больших и теплых глаз, простых разговоров, веселья,  смех и теплую улыбку, уют и покой. Никто не даст мне, что она мне дает. Именно с ней я бываю спокойным, именно с ней у меня легкое чувство, с ней я чувствую, что дома. Хотя мы сейчас в ссоре, но хотелось бы сейчас попросить у нее прощения. Я ее очень сильно обидел. И она сейчас держит большую обиду на меня. Просто хотелось, чтобы она меня простила. Она моя любовь всей жизни. Она очень упряма. Иногда меня доводит до бешенства левые мысли, но я не могу представить себя с кем-то другим или ее с другими. И именно от нее я хочу детей. И точка. Я люблю ее, и это никто не сможет изменить!

Я ушел со сцены, сказав последние слова. За мной толпами пошли журналисты, расспрашивая ее имени. Но я этого пока не скажу.