Глава 33.
Адам
— Доктор, при всем моем уважении к Вашей профессии, если с ней что-то произойдёт, то вашей клинике не существовать дальше, ясно? - рычал я.
— Д-да, конечно, мы сделаем все возможное, мистер Мартинес.
— Да, вы сделаете ВСЁ возможное и спасёте её, доктор, - врачи понимали, что она дорога мне, и что любой любящий человек поступил так в этой ситуации. Амелию увезли в операционную, и я остался ждать. Медсестра передала мне нужные документы для заполнения, и я заполнил все до единого.
Я чувствовал, что Амелия может совершить что-то импульсивное, что-то необдуманное и резкое, а ее состояние могло усугубить это всё, поэтому после того, как она выехала, я поехал за ней, а она даже не заметила. Конечно как я и ожидал, она не поехала ни к какому психологу, а мчалась с бешеной скоростью на автостраду. И даже когда мы доехали до автострады, даже когда я ехал по ней прямо за Амелией, она не замечала меня. Максимальная скорость моего Ролс Ройса лишь 250 километров в час, а у ее Мазерати 325. Когда она окончательно втопила педаль газа, я понял, что просто не успею за ней, но продолжал мчаться на всех парах за ней. Вдруг непонятное скольжение по асфальту, звук тормозящих шин, снижение скорости и переворот. Машина Амелии перевернулась. Я был в полнейшем ахуе, я не знал что делать, я понятия не имел как я вытащу ее. Пока я ехал, я боялся, что ее машина может воспламениться. Если бы это произошло, я бы не то, что спасти её, я бы не смог даже доехать до неё. Мое сердце билось настолько сильно, а адреналина в крови было так много, что я удивлён как вообще здраво мыслил в этой ситуации. Вспомнив уроки анатомии в школе, я аккуратно вытащил ее бездыханное тело из под машины. Я донёс ее до своей машины и на всей скорости помчался в больницу. Я сразу же набрал Джессику, и объяснил всё, что произошло. Джессика ревела навзрыд и проклинала мать Амелии, но быстро взяв себя в руки, дала мне следующие указания.
— Проверь её пульс, Адам, срочно.
— Очень медленное сердцебиение, Джесс. Блять, что мне делать? Мы не можем ее потерять, Джессика! - я бился в конвульсиях.
— Езжай быстрее, Адам. Как она выглядит?
Я боялся смотреть на Амелию. Она выглядела...мертвой. Она уезжала в белых брюках и в белой рубашке. Белый цвет превратился в красный. Всё её лицо было в крови, глаза прикрыты, руки, ноги, тело, Боже, абсолютно всё было в красном оттенке. Я не переживу ее смерти. Я не смогу дышать без неё.
— Она выглядит ужасно, Джесс. Она словно мертва, - вырвалось из моих уст, и у меня началась истерика. Я сбросил вызов и начал кричал на весь салон, бил руль, мое тело билось в конвульсиях, а педаль газа лишь приближалась к полу. Я снова проверил ее пульс, такой же.
— Врача, срочно! Человек попал в аварийно, быстрее! - орал я на всю больницу, как только вошёл туда.
Медики тут же подвезли носилки, и я уложил Амелию на неё. Она вся побледнела, а кожа была просто ляденой. Как только ее забрали в операционную, приехала Джессика. Она выглядела очень поникшей, уставшей, растерянной, шокированной. Увидев ее, я встал с места, и подошёл к ней с объятиями. Она заревела уткнувшись мне в грудь.
— Как долго она там?
— Буквально 10-15 минут.
— Боже мой...
Из операционной послышался противный звук. До мне не сразу дошло что это, но спустя секунду, я понял. Пищание пульсоксиметра. Звук, который останется в моей памяти на всю жизнь. Сердце Амелии остановилось. У Джессики началась истерика, а дальше всё было как в тумане. Я забежал в операционную, и стал дергать хирурга. У меня была истерика, и мне вкололи успокоительное, после которого я просто вырубился.
Я проснулся от мерзких звуков своего пульсоксиметра. Я лежал в какой-то палате, а в мою вену поступала жидкость с капельницы. Опомнившись, я убрал все приборы, и вышел в коридор. Джессика так же сидела в коридоре, на ней не было лица.
— Адам, Боже, ты наконец проснулся.
— Что с ней?
— Присядь, - сказала она, но была слишком спокойна для похорон лучшей подруги.
— Она жива?
— У неё была клиническая смерть, но сейчас она в реанимации, - сказала Джессика и села рядом со мной. Слёзы покатились по моим щекам, а она лишь протерла их ладонью, и сказала, — Амелия сильная, она выжила после такой аварии, Адам, поэтому будь уверен, она будет рядом с нами ещё как минимум 60 лет.
— Когда я смогу увидеть её?
— Она пока спит. Думаю, через несколько дней нам разрешат посещать её, но она очень слаба сейчас для разговоров, - я кивнул, и снова ушел в свои мысли.
— Что за бумажка?
— Это лекарства для Амелии, пока ты спал, я съездила за ними.
— О Боже, сколько я спал?
— Почти 9 часов, Адам. Сейчас глубокая ночь, - я был в шоке.
— Какие у неё травмы?
— Сотрясение мозга, повреждение печени, перелом обеих ключиц, перелом правой ноги, перелом трёх рёбер.
— О Боже мой, моя девочка... Сколько она будет восстанавливаться?
— В лучшем случае, около месяца.
Спустя неделю
Амелия
Я открыла глаза, и поняла, что нахожусь совсем не дома. Я лежала под капельницей в какой-то палате, вся перевязанная бинтами, и с дикой болью в области живота. Я очень сильно хотела пить, но никак не могла позвать врача. Увидев кнопочку рядом со своей рукой, я поняла, что это кнопка вызова и нажала на неё. Но это действие далось мне очень тяжело, ноющая боль пронзила мою шейную зону. Господи, сколько я здесь нахожусь? Где Адам? Где Джессика? Вдруг резко ко мне стали возвращаться отрывки последних событий. Я выиграла статуэтку Фемиды, моя фирма стала лучшей в Америке, мы с Адамом прилетели в Нью-Йорк, я собиралась к миссис Торрес, а потом...потом ко мне приехала Элизабет, закатила скандал с угрозами, и я помчалась на автостраду... На автостраде моя машина перевернулась, и больше ничего... Может быть, я в раю? Ответом на последний вопрос стала медсестра, которая пришла проверить мое состояние. Боже, почему она так смотрит на неё? Я вышла из комы? Я вернулась из мертвых? Или я просто ужасно больно выглядела? Она проверила капельницу, аппараты, дала мне попить воды, и погладив по голове, вышла из палаты. Спустя пару минут после ее ухода, ко мне вошли мои самые дорогие люди. Адам и Джессика буквально влетели ко мне в палату. Боже, они были какие-то исхудавшие. Джессика плакала жадно глотая воздух, а Адам сел на стульчик около меня, и схватил за руку. Увидев мое поморщенное выражение лица, он тут же стал извиняться. Я не могла ничего сказать, а слёзы просто лились из глаз. Джессика села с другой стороны, и они оба пристально смотрели на меня, как вдруг Адам начал плакать, и прикрыл свое лицо моей рукой, будучи крепко держа ее.
— Господи, как же ты нас напугала, Амелия, - шептал он, глядя прямо в мои глаза, а слёзы все так же катились по его лицу, — Я люблю тебя, Ами, не делай так больше, прошу тебя. Никогда.
Джессика все ещё рыдала навзрыд, не в состоянии говорить, но я лишь попыталась взять ее за руку. Увидев мои движения рукой, она положила свою руку на мою и поглаживала ее.
— Не плачь, Ами. Тебе нельзя сейчас переживать, - сказала Джесс, как всегда окутывая материнской заботой.
Я хотела спросить у них о том, не объявлялась ли Элизабет снова, что с Тайлером, что с моей фирмой, но увидев мое выражение лица, они и без слов всё поняли.
— Нет, Ами, твоя сумасшедшая мамаша не объявлялась. Адам поставил охрану у твоей палаты.
Услышав это, уголки моих губ поползли вверх, и заметив это, Джесс сказала:
— Ты лыбишься? В этом нет ничего смешного, Амелия. Ты, блять, могла умереть из-за неё!
— Ладно, Джесс, она знает, - она успокоилась, и лишь грустно улыбнулась мне, — У тебя на работе всё просто отлично, Амелия. Сейчас Джесс, Ребекка и я выполняем твои обязанности там. Фирма лишь расцветает. У тебя уже есть двое зарубежных партнеров, - что? О Боже, они самые лучшие. В мое отсутствие взялись за мою работу, и заключили договора с двумя крупными международными фирмами.
— Тайлер уже на грани исчезновения.
Услышав это, появилось легкое ощущение сладкой мести. Хотелось бы взглянуть на него перед его смертью. Иронично, что недавно я сама была на волоске от смерти. И вспомнив как это всё произошло, резкое
— Что с моей Мазерати? - вырвалось из моих уст, а Адам и Джессика сидевшие по обе стороны от меня, пребывали в шоке.
— Амелия, у тебя была клиническая смерть, ты знает об этом? - Иисус, как я осталась жива? — А ты спрашиваешь о своём спорткаре? Ты серьезно? - наезжала Джессика.
— Мазерати в ужасном состоянии, Амелия. Тебе крупно повезло, что ты получила незначительные для жизни травмы. Удивительно, как машина не воспламенилась.
— Я пыталась плавно тормознуть перед «смертью», и у меня это получилось, да? - я говорила шёпотом, потому что не могла говорить громче.
— Твоё умение водить достойно награды, Ами, - рассмеялась Джессика, как тут к нам вошёл врач.
— Добрый день, Амелия. Как Вы себя чувствуете?
— Не сказала бы, что отлично, доктор.
— Мистер Мартинес, Мисс Уилсон, ваше время на сегодня закончилось. Приходите навестить Амелию завтра.
— Мы любим тебя, отдыхай, - сказали эти двое, и послали мне воздушные поцелуи перед уходом.
Доктор послушал мое сердцебиение, померил давление, сменил капельницу, и поставил укол, записал все показания на бумаге, и сел на стул, где до этого сидел Адам.
— Мисс Эрнандес, мне нужное кое о чем Вас оповестить, - напряжённо начал он, — Судя по тому, что Вы не спрашиваете, Вы не знали об этом, - О чем?... — К сожалению, у вас произошёл выкидыш на фоне потери большого количества крови. Мне очень жаль.
— О Боже, но...как? У меня ведь внутриматочная спираль, я не могла забеременеть.
— Во время осмотра врачей-гинекологов, внутриматочной спирали не было обнаружено, хотя Ваша подруга - мисс Уилсон тоже утверждала о том, что Вы не могли забеременеть. Амелия, бывают случаи, когда спираль может выпасть, это нормально.
— Адам знает? - это было единственное, что я ответила ему.
— Да, он был очень расстроен. А когда он только привёз Вас сюда, у Вас остановилось сердце, и он чуть не убил хирурга, который оперировал Вас. Он ворвался в операционную с криками и схватил врача.
— О Боже, простите... Погодите, Вы сказали, что Адам привёз меня сюда? Это невозможно.
— Это правда, Амелия.
— Но я была одна, и авария произошла на автостраде. Он не мог быть там...
— Чудеса случаются, мисс Эрнандес. Поправляйтесь, - сказал доктор, и улыбнувшись вышел из палаты.
Я долго размышляла о том, как Адам оказался на автостраде. Был лишь один вариант. Он поехал за мной. Он знал о том, что после такого инцидента, я явно не поеду к психологу. Слёзы подступили к моим глазам, и я представила какую боль причинила бы Адаму и Джессике, если бы всё не обошлось. Моя импульсивность и резкость в принятии решений когда нибудь доведёт меня до смерти.
Адам
Я был до смерти рад тому, что Амелия наконец очнулась. Это означало, что ей уже гораздо легче, и ее могут перевести в обычную палату. Но я попросил врачей, чтоб она была под наблюдением, пока мы не будем уверены в ее состоянии. Когда врачи сообщили мне о том, что Амелия была беременна, и у неё произошёл выкидыш, я не находил себе места. Я много думал о том, что если бы я поторопился, то возможно, врачи бы спасли плод. Но Джессика дала мне понять о том, что когда я привёз её в больницу, у неё ещё был пульс, медленный, но был. Она физически просто не вывезла такую потери крови, и выкидыш был неизбежным.
Я всегда хотел и хочу от неё детей, я всегда видел её своей женой, своей спутницей по жизни, матерью моих детей, лучшим другом, и главным советником, главным человеком в моей жизни. Я знал, что буду с ней до последнего вздоха, несмотря ни на что, хочет она того или нет. Даже если бы она остановила свои часы, я бы никогда в жизни не сжёг ее письмо. Доктор должен был сегодня рассказать Амелии о выкидыше. Я знал, что она будет удивлена, и что возможно ей будет грустно. Но срок был совсем маленьким, и она даже не могла знать об этом. Я сделаю всё для её счастья. Даже то, когда она узнала, что мы с Джессикой заключили договора с двумя международными фирмами и начали сотрудничество, она была так счастлива, это было видно по ее глазам, и я хотел продолжать делать её счастливой. Незаметно для самого себя, она стала моим смыслом жизни, моим смыслом и ключом к существованию.