Глава 23.
Адам
Выйдя от Амелии, я сразу же направился к своей машине, и дал по газам. Я не был любителем скорости на обычной дороге, но сейчас это было просто необходимо. Я включил радио чтоб как-то отвлечься, но всё ещё чувствовал вкус ее губ на моих.
Когда я встал у ее кровати и тронул ее губы, клянусь, если бы я простоял там ещё 5 секунд, то мой член просто бы не выдержал. Я не могу описать ее олений, но в то же время хищный взгляд, ее запах который исходит от мистов которые она тщательно подбирает, тепло ее нежной кожи, когда я прикасаюсь к ней, ее мягкие, волнистые волосы цвета пшеницы сводят меня с ума. Я никогда не видел таких девушек, да и в целом людей в своей жизни. Столько силы, уверенности, независимости, смелости, но в то же время слабости, нежности, мягкости просто не могут уживаться в одном человеке, это просто невозможно. Она была словно не из этой Вселенной. Я бы убил ради неё. Ей невозможно было отказать или ослушаться ее. Она даже будучи не в отношениях со мной, могла подчинить меня себе лишь одним взглядом, словно что-то неземное управляло мной. Когда мы спокойно ужинали, я почувствовал, что она тоже неравнодушна ко мне, и решил действовать. Но чертов звонок от Мэйсона – следователя по делу Мэри-Луизы, заставил кровь в моих венах вскипеть от страха. Страза неизвестности. Я не знал, чего ожидать, и боялся очередной правды в глаза.
После нашего прошлого разговора я разгромил всю его контору. И не думаю, что в этот раз он очень меня ждал у себя. Но он должен был, потому что я плачу ему бешеные бабки за это. В этот раз он сказал, что наконец нашёл хозяина спермы, найденной на моей Мэри-Луизе. Услышав это, я помчался в его офис.
Наконец поднявшись на нужный этаж, я вошёл в его кабинет. Мэйсон всегда был в чёрном костюме, и сегодня не было исключением.
— Приветствую, Адам. Присаживайся.
Ему было лет 50, и он всегда курил сигареты, поэтому запах в кабинете стоял убийственный.
— Как его зовут? - сходу выпалил я.
— Не торопись, Адам. Выслушай меня, а потом я скажу тебе его имя.
— Ладно.
— Это произошло пять лет назад, на Рождество, так ведь?
— Сука, ты же знаешь ответ, зачем спрашиваешь Мэйсон? - сквозь зубы процедил я, еле сдерживаясь, — Ближе к делу, мать твою!
— Когда твоя мать и Мэри-Луиза прилетели к тебе в Нью-Йорк, они летели через Майами. На этом самолёте летела пара, которая объявила в розыск о своей сбежавшей дочери, которая ушла из дома два года назад в 16 лет и не вернулась. На момент прилёта родителей, этой девочке уже было 18. Но по неизвестным причинам, спустя несколько дней после Рождества, они забрали своё заявление из полиции Майами, и поиски были прекращены. Хозяина спермы найденной на Мэри-Луизе зовут Тайлер Джонсон.
— Этой информации достаточно, спасибо, - я уже встал, как Мэйсон сказал:
— Постой, Адам, то, что ты услышишь сейчас - повергнет тебя в шок, - я сел.
— Женщину, которая летела с ним, звали Элизабет Нельсон, - Что, блять? Я не мог поверить услышанному, — Ее первого мужа зовут Джордж Эрнандес, у них есть дочь Амелия Эрнандес Нельсон - твой адвокат. Смекаешь? Дважды два, Адам, дважды два.
— И что? Она сбежала от них, и вряд ли вообще знала об этом, Мэйсон, о чем ты говоришь?
— Она дочь этой женщины, Адам. А эта женщина была по уши влюблена в этого Тайлера, и возможно ради матери, чтоб Тайлер был вне подозрений, она сама явилась к ним и попросила забрать заявление о пропаже дочери, не думаешь?
Мой разум был затуманен, я не мог нормально дышать и воспринимать информацию. Всё, что я помню это как я спустился вниз, завёл машину, и на бешеной скорости поехал обратно к Амелии.
— Сука! Как ты посмела? Ты знала, да? - ворвался я в дом с криками, когда увидел сонную Амелию, которая вскочила с кровати.
— Адам? О чем ты говоришь? Что происходит?
— Ты знала, что твой отчим изнасиловал и убил мою сестру? Знала? Отвечай!
Когда я упомянул ее отчима, слёзы начали литься из ее глаз ручьём и у неё словно началась паническая атака. Я сказал не подумав, и когда увидел это зрелище, схватил ее на руки и усадил обратно на кровать.
— Боже мой, Амелия, прошу прости меня. Я не знаю, что со мной, просто я... узнал об этом только что, и даже не знаю как реагировать.
— Адам, я все понимаю. Когда я увидела твою реакцию на документы об убийстве и моем упоминании изнасилования, у тебя была ненормальная реакция. Пазл в моей голове сложился и я поняла всё ещё тогда.
— Господи, прости меня, Амелия. Почему ты плачешь?
— Я боюсь его, Адам. Правда в том, что я до усрачки боюсь его.
— Что он сделал? - я не могу описать своей злости на эту тварь, я убью его.
— С 10 до 12 он избивал меня, а потом избиения перешли в удушья, после которых меня вырубало, а с 12 до 15 он насиловал меня, пока мамы не было дома. Когда в 15 я рассказала об этом маме, она просто мне не поверила, - всхлипывая сказала Амелия.
Я не мог поверить своим ушам, что блять? Сука, как можно не поверить своей родной дочери, которая говорит тебе о таком?
— А в 16 я просто сбежала из этого ада.
— Амелия, прости меня. Я... даже не могу найти себе оправдания, но прошу, пойми меня.
— Адам, все в порядке. Но расскажи мне.
— О Мэри-Луизе?
— Да, всё. Я хочу знать всё.
— Она была прекрасной светловолосой девочкой, между нами было 10 лет разницы. Мэри-Луиза всегда была очень доброй, любила животных, помогала старушкам на улице, кормила бездомных, сажала деревья. Я не знаю, как она выросла такой нежной, потому что пример у неё был, явно не самый лучший, - она легко натянула грустную улыбку, — ее светлые, блондинистые волосы передались ей от мамы. Она очень трепетно относилась ко всем, и я всегда учил ее быть более жёстче, иначе ее доброе сердце, когда нибудь погубит ее, но она не слушала. Она всегда была доброй, и была уверена, что добро спасёт этот мир. Но пять лет назад, 28 декабря ее не стало. Они с мамой прилетели из Сиэтла, мы классно отметили Рождество у меня дома, и 29 числа они собирались обратно домой. Но увы, 28 вечером она ушла в магазин около дома, где я жил раньше, это был ужасный район, и Тайлер убил ее в подворотне. Я даже не представляю, какой ужас она пережила перед смертью в свои 12 лет.
— Адам, мне очень жаль. Боже мой, это невыносимая боль, я даже не знаю как ты держишься.
— Она бы не хотела этого. Она бы не хотела, чтоб я страдал по ней. Она никогда не плакала, даже в младенчестве она была слишком спокойным ребёнком. Иногда, мы с мамой боялись, что она погибнет, пока будет спать.
Тишина, и всхлипы Амелии заполнили всю квартиру. Почему она плачет?
— Не плачь, Амелия. Все в норме, я уже отпустил эту ситуацию, - ложь, сплошная ложь. Я еле держался, чтоб не разреветься там вместе с ней.
— Адам, я не могу не плакать, вспоминая этот ад, и понимая, что твоя 12-летняя сестренка пострадала от того же человека, что и я.
— Только знай, что в этом нет твоей вины, ладно? Всё, что сказал мне Мэйсон о тебе, было ложью, ясно? Не вздумай винить себя, Амелия.
— Хорошо. Но что ты теперь сделаешь? Убьешь его?
— Да.
— Наконец-то.
— Что?
— Наконец-то этот подонок получит по заслугам. Помучай его перед смертью, или пусти по кругу перед пятью здоровыми мужиками, чтоб его так же изнасиловали, а потом зарезали как животное.
— Амелия, ты жестока, - рассмеялся я, - даже не думал, что юрист скажет такое.
— Он этого заслужил, Адам. Ты же знаешь.
— Я знаю, Амелия. И я обещаю, что сделаю в точности так, как сказала ты.
Наши лбы соприкоснулись, а наши губы сомкнулись воедино в нежном поцелуе. Мама, я влюблён.