Не такой

Последние дни превратились в бесцельную рутину. Я лежу на кровати и, изредка, поднимаюсь с неё, чтобы принять ванную. Всё произошедшее кажется наваждением. Словно я проводила время в сказочном сне, который, в конечном итоге, превратился в кошмар.
Не помню, как добралась до дома в тот вечер. Но благодаря чуткой поддержке мамы и Александра, я, всё ещё, не натворила глупостей. Мне не хочется пить алкоголь. Не хочется идти в салон красоты, чтобы привести себя в порядок. Я не хочу демонстрировать ему, кого он потерял. Меня нет. Я не способна на что-то светлое.

Гарри не оставляет попыток достучаться до меня. Поэтому мне пришлось сменить номер телефона.
За четыре дня я превратилась в безвольное растение. Нужно отдать должное, Александр оказался отличным мужчиной. За время, которое я провожу с семьёй, хочу отметить, что его нежность и забота не знают границ. А главное, он всегда честен. Даже если его правда может не понравиться окружающим. Он заботится не только о маме, но и обо мне. Интересно, как сильно он жалеет о том, что он помог маме с домом и сближении со мной? Вряд ли он ожидал, что вместо взрослой дочки их будет ждать вечно плачущая девочка.

- Детка, тебе нужно перекусить, - мама заходит в комнату, придерживая еду на подносе.

- Я не хочу, - как можно нежнее отвечаю я, - кусок в горло не лезет.

- Значит, мы засунем.

- Думаешь, это работает именно так? - слабо улыбаюсь я, укладываясь на колени мамы.

- Знаю абсолютно точно, - заговорчески шепчет женщина, перебирая пряди моих волос, - когда-то, Александр, буквально, заставлял меня кушать.

- Зачем?

- Потому что я находилась в глубокой депрессии. Несмотря на то, что он вызволил меня из лап зверя, мне понадобилось несколько месяцев, чтобы переварить произошедшее со мной. Лишиться ребенка, пережить насилие и рабство. Всё это не проходит бесследно. Поэтому, когда я попала в дом Александра, отказывалась принимать пищу. Бесцельно лежала на кровати и пялилась в одну точку.

- Как ты смогла справиться?

- Никак, - пожала плечами мама. Её взгляд становится разбитым, - такие вещи не проходят бесследно, детка. Ты, либо уничтожаешь себя, либо учишься жить заново вместе со своим прошлым. Мне повезло, ведь, рядом со мной появился человек, который научил меня заново жить.

- А если такого человека не появится?

- Эй, - мама шуточно толкает меня в бок, - я уже здесь!

- Верно, - хихикаю я, - пожалуй, это единственное за, что я ему благодарна. За тебя и Александра.

Мама грустно улыбается, не спуская глаз с моего лица. Её движения такие нежные и успокаивающие. Я проваливаюсь в сон, как всегда, после её заботливых прикосновений.

Тем же вечером, отправляюсь в квартиру Валери, чтобы собрать оставшиеся вещи, которые Луи и девушка забрали из дома Гарри. Я благодарна им. За то, что не задают лишних вопросов, за то, что оберегают меня от встречи с тем, кто растоптал меня.

С каждым метром, ощущаю как сердце падает в пятки. Здесь мы покупали круассаны. А вот тут целовались, пока ждали такси. У подъезда сидели в машине, Гарри просил меня переехать к нему. У того бара он чуть не поцеловал меня, в первый раз. В подъезде дурачились из-за чего, бабушки, живущие по соседству, не упускали момента нас отчитать. И вот она...Дверь в квартиру, где начался мой путь. Где начался и наш с Гарри путь тоже.

Неуверенно стучусь в дверь. Я скучаю по своим подругам, но не могу делать вид, что всё нормально. И рыдать им в плечо не хочу. Возможно, я смогу оправиться. И тогда...Тогда всё будет, как прежде.

- Мона, - дверь открывает Луи.

Его глаза полны жалости, полны тоски. Не знаю, какого ему, ведь, Луи помогал нам. Иногда советом, иногда действиями. Интересно, он знал всё с самого начала?

- Привет, - я натягиваю улыбку.

- Скорее заходи, - мужчина утягивает меня в квартиру, а затем, прижимает к себе, - мне очень жаль.

- Всё в порядке, - прижимаю Луи к себе. Ощущаю, что через друга прощаюсь с другим человеком.

- Мона, я хочу, чтобы ты знала...Я не был в курсе. Не знал о измене и о том, что он обманул тебя про родителей. Я бы никогда не допустил этого...

- Ты же не его нянька, - подбадривающе шепчу я.

- Я чувствую себя виноватым, - он отстраняется от меня, - я мог бы узнать, мог бы остановить это.

- Луи, в этом виноват только он. Ты не обязан бегать за ним и подтирать задницу.

- И почему я слышу это чаще, чем слово «привет»? - улыбается он.

- Что ты имеешь ввиду?

- Валери видеть его не хочет. А когда мы приезжали к нему, чтобы поговорить, она устроила настоящий скандал и набросилась на Гарри с кулаками, - лицо Луи передает спектр пережитых эмоций. Печаль, паника и неприятие. Какого ему было видеть это? Какого разглядеть в друге монстра, но продолжать быть рядом?

- Мне жаль.

- На её месте я поступил бы так же. Он очень...

- Не хочу ничего знать, Луи, - я обрезаю мужчину на полуслове.

Мужчина опускает глаза, понимающе кивает головой. Гарри, в любом случае, остаётся его другом. Я не хочу, чтобы близкий друг Гарри отказался от него, осуждал и ненавидел. Во всяком случае, он, как и любой человек, заслуживает рядом любящих людей.

Прохожу на кухню, не различая звуки. Кажется, я слышу несколько знакомых голосов.
Дженна, Кайли и Валери суетятся у кухонного гарнитура, споря о чем-то невнятном. Я стою сзади, наблюдая за своими подругами. Их вид напоминает мне о том беззаботном времени, до встречи с Гарри. Когда мы получили первую зарплату и учились делать пиццу на этой кухне. Девочки так же спорили о том, какие ингредиенты стоит добавить в наше блюдо, а я хихикала в стороне, снимая их на камеру телефона. В то славное время всё казалось сложным, но сложности были решаемыми. Они не разбивали наши сердца. Мы справлялись с ними вместе. Сейчас же, я чувствую, что никто не в силах прожить моё горе со мной.

- Потому что, ты чёртова спорщица! Неужели так сложно пойти в магазин и взять продукты по списку? - вскипает Дженна, укоризненно глядя на Валери.

- Разве ты составила внятный список? - ноздри Валери вздымаются шире, пока она нарезает черри, - могла бы написать слово «перец», вместо «какие-нибудь овощи»!

- Понятно же, что в пиццу кладут перец, а не огурцы, - блондинка закатывает глаза.

- В пиццу и огурцы кладут, - парирует Валери.

- Не кладут!

- Кладут, - Валери открывает телефон, чтобы найти доказательства своим словам, но замечает меня боковым зрением.

Она, в миг, успокаивается. Тонкая рука взбудораженной Валери толкает Дженну. Подруги смотрят на меня с сочувствием, не зная с чего начать. Им неловко? Но откуда могла взяться эта неловкость. Между нами, ведь, ничего не изменилось?

- Что-то остаётся неизменным, да? - глупо шучу я, переминаясь с ноги на ногу. Не хочу быть причиной их неудобств.

- Ты сейчас о Валери? - Широко улыбается Дженна, вздыхая от облегчения.

- Скорее о Дженне, - недовольно бурчит Валери.

- О вас двоих, - хихикает Кайли, приближаясь ко мне, - привет, детка.

- Привет, - утыкаюсь в шею подруги, - что вы здесь делаете?

- Пришли увидеть тебя, разумеется, - Дженна оставляет поцелуй на моей макушке, - другого повода ты нам не даёшь.

- Простите, - опускаю голову, - мне было не до этого.

- Ничего, - Валери подходит ближе и взъерошивает мои волосы, - во всяком случае, ты здесь.

- Мне нужны мои вещи. Соглашаться на новый гардероб от Александра было бы сущей наглостью.

- Почему это? - Дженна кривит лицо, ведь, она обожает бесплатные вещи.

- О...Вы же не знаете, - ладонью шлепаю себя по лбу, - мама и Александр подарили мне дом.

- Кукольный? - выгибает бровь Дженна, после чего Кайли толкает её в бок.

- Тебе бы язык сегодня обрезать, - Валери берет меня за руку и утягивает за стол, - рассказывай.

- Мама позвала меня в гости. Дом шикарный, в том самом районе, где проживают сливки общества. Мы пообедали, мама и Александр показали мне дом, после чего вручили папку с документами. Дом оформлен на меня, - радостно сообщаю я, с удовольствием, наблюдая за шокированными лицами подруг.

- Да иди ты! - Восклицает Дженна.

- Серьезно, - уверяю я, - они купили дом неподалеку, но сейчас проживают со мной. Я попросила маму об этом.

- Детка, - Кайли берет меня за руку, - это замечательные новости. Несмотря на всё...

Дженна щипает ногу Кайли, как бы напоминая о том, что тема о Гарри под запретом. Девушка кусает свои губы и переводит на меня свой виноватый взгляд.

- Всё нормально, - уверяю я.

- Значит, ты у нас теперь элита, - Луи присаживается за стол, - я слышал об Александре. Очень серьезный человек, с обострённым чувством справедливости. Многие равняются на него.

- Да, - киваю я, - он замечательный. Он относится ко мне как...Не знаю, наверное, это глупо прозвучит.

- Как к дочке? - верно подмечает Валери.

- Да.

- Я восхищаюсь такими людьми, - Луи смотрит на меня с радостью, - ты приобрела намного больше, чем потеряла.

- Луи! - недовольно бурчит Валери.

- Вы хотите, чтоб мы делали вид, что ничего не произошло? Ей нужно говорить об этом, чтобы полегчало, - нервничает он.

- Но не так же в лоб! - не соглашается Дженна.

- Да ты сама, только что, эту тему поднимала, - вскипает Кайли, с недовольством глядя на Дженну, - что с тобой такое!?

- Ребят, - я поднимаю руки, - все в порядке. Ведите себя как обычно. Ладно?

- Ты права, - вздыхает Дженна, глядя на меня исподлобья, - как дети малые. Пиццу будешь?

- Не откажусь, - хихикаю я. Их старания настолько ценны, что я не могу вываливать на друзей свой негатив. В любом случае, я страдаю наедине с собой. Для друзей можно сделать приятное исключение. К тому же, нахождение с ними рядом, делает меня более окрылённой.

Девочки делятся со мной последними новостями, обходя подробности о работе Дженны и компании друзей Гарри. Как ни крути, ребята успели сблизиться. По этой причине, многие их истории связаны с Найлом и Зейном. Честно сказать, напоминания про нечто общее, заставляет моё сердце сжаться, но я не подаю вида. Мои друзья так стараются. Я не хочу разочаровать их. Не хочу делать их своими психотерапевтами. Не хочу быть эмоциональной обузой. Не хочу, чтобы они знали, что я прощаюсь.

Периодически, Луи изучает меня с неподдельным интересом. Он о чём-то догадывается или снова жалеет меня?

- Хотела кое-что сообщить вам.

- Только не говори, что перестанешь с нами общаться из-за того, что стала богатой, - хохочет Дженна, полностью расслабившись.

- Ни за что, - отчеканиваю каждое слово.

- Так в чём дело? - серьезно спрашивает Луи.

- Вероятно, - я прочищаю горло, позабыв все слова, которые подбирала последние полчаса, - я уеду на какое-то время.

Лица друзей становятся серьезным и, вновь, на них появляется жалость. Кайли опускает глаза в пол, Валери переводит своё внимание на Луи, который, как всегда, подозревал обо всём наперёд, Дженна хмурится, сжимая кулаки до побеления костяшек.

- Тихо, - Кайли берет за руку Дженну, которая хотела что-то сказать, - куда ты собираешься?

- Александр отвезёт меня в Америку. Я побуду там какое-то время и...быть может, я останусь там, - на выдохе сообщаю я, как можно быстрее, - я ещё ничего не решила. Пока что, нам удобнее считать, что мы уезжаем посмотреть страну.

- Зачем тебе там оставаться? - дрожащий голос Валери выдает чувства подруги, хотя внешне она старается быть невозмутимой.

- Я...Я не знаю. Может быть, там мне станет легче. И...Может быть, я смогу выучиться на другую специальность.

- Ты можешь выучиться здесь, - аккуратно предлагает Кайли, всё ещё, сдерживая порыв Дженны, - в нашей стране есть много университетов.

- Мне нужно уехать.

- Но от себя же не убежишь, - парирует Луи, - понимаю, сейчас это решение кажется тебе единственным правильным, но со временем ты сможешь посмотреть на ситуацию трезво. Быть может, стоит дождаться этого момента и всё взвесить?

Я опускаю руки на стол, внимая словам Луи. Он мудр и, определённо, знает о чём говорит. Однако, все мы такие разные. И боль, как и прошлое, у каждого своя собственная.

- Мне это нужно. Я не могу здесь находиться. Если честно, приехать сюда...Это было моим первым испытанием.

- Чёрт возьми! - наконец, вскрикивает Дженна, со всей силы, впечатав кулак в деревянную поверхность, - этот ублюдок довёл её до такого состояния, но мы, всё ещё, должны делать вид, что всё в порядке!?

- Дженна, - успокаивает Валери.

- Мы и дальше будем смотреть на то, как она бежит от себя, от нас, от всего? Я не хочу, чтобы ты уезжала!

- Это её жизнь, - не соглашается Кайли, виновато оглядываясь на меня, - мы не можем ставить ультиматум или отказывать в поддержке.

- Да пошли вы! - Дженна пинает стол и выходит на балкон, не упуская момента выпустить из себя все бранные слова, которые знает.

Зная свою лучшую подругу, как облупленную, я была готова к её реакции. Она очень эмоциональна и безумно привязана ко мне. Такая новость довела её до пика ярости, в коем она прибывала последние дни, из-за Гарри.
Неторопливо, я направляюсь в сторону разъяренной подруги, которая уже вглядывается в горизонт, держа в зубах сигарету. Кажется, если я осмелюсь уехать, мне нигде не будет места без неё. Мы с ней прошли воду, огонь и медные трубы. Всегда рядом, плечом к плечу.

- Дженн.

- Не надо, Мона, - шумно выдыхает она, - просто скажи, почему?

Я закрываю глаза. Я могу рассказать подруге всё, что угодно. Более того, я всегда уверена в её словах и поддержке. Однако, сейчас мне так тяжело подобрать слова, чтобы выразить, что переживаю.

- Кажется, я схожу с ума, - наконец, я подаю голос, - наш город так велик, но каждое место, так или иначе, напоминает мне о нём. В каждом человеке вижу Гарри.

- Да пропади он пропадом! - вскрикивает она, - детка, он не может лишить тебя всего! Ты хочешь отказаться от друзей и мечты, от себя и своего горда, только ради того, чтобы однажды его не повстречать? - девушка разглядывает меня, в поисках ответа, но не получив его, продолжает, - Если суждено, ты повстречаешь его даже в Америке. А если не суждено, даже в Ватикане не пересечётесь. Это жизнь, ты не можешь бежать от себя.

- Тогда, что мне делать? - шиплю я, задыхаясь от слез, - что делать, если дышать больно? Если больно даже глаза открыть? Что мне делать? Я, чёрт возьми, умираю.

- Милая, - шепчет подруга и утыкается подбородком в мою макушку, - нам нужно что-то придумать. Мы вытащим тебя.

Вечером, я покидаю квартиру друзей, полная решимости забыть всё, что произошло со мной за последние месяцы. Забыть его губы, обещания, ложь и поцелуи. Не знаю, что могло бы помочь мне, если не полная потеря памяти.

Я делаю глубокий вдох, чтобы прочувствовать атмосферу вечера. Возможно, именно сегодня я изменюсь окончательно. Возможно, приму решение уехать навсегда, а, может быть, решу остаться и всё забыть. Я, ведь, действительно, не смогу убежать от самой себя. Но и забыть не смогу. Может быть, мне стоит отправиться на психотерапию? Может быть, в таком случае, специалист сумеет избавить меня от ноющей боли внутри каждого органа?

Я оглядываюсь по сторонам, чтобы убедиться в том, что машин по близости нет. Пустынные улицы успокаивают меня, одиночество становится спасительной таблеткой. Лишь бордовая машина, стоящая у обочины, слепит мои глаза. Убедившись в том, что мне ничего не угрожает, я делаю шаг вперёд.

Вечернее небо захватывает мой дух. И как раньше я не замечала такой красоты? Возможно, боль заставляет нас открыть глаза на мир? Помимо самого худшего, я научилась различать окружающую красоту. Придавать ей эмоции, делить на различные образы. Может быть, этому нас и учит жизнь? Может быть, поэтому на пути каждого из нас встречается так много испытаний?

Мои рассуждения прерывает оглушающий звук шин. В миг, я поворачиваю голову в сторону. Бордовая машина, оглушая звуком шарканья шин, начинает движение. Я не успеваю понять, что происходит. Что хочет сделать водитель? Почему машина сорвалась с места?

Громкий рёв заставляет меня двинуться с места, но я не успеваю. Мои конечности, за несколько секунд, становятся ватными, несмотря на жгучую боль.
Тьма настигает меня так быстро и резко, что я не успеваю понять, в чём же дело. Я проваливаюсь в забвение.