31
POV Таша
Из-за случившейся истерики, не сразу понимаю, что Чарли говорит. Но как только смысл слов доходит до моего уставшего мозга, новая волна страха накрывает меня.
– Нет! – возражаю я, поднимая голову. – Не надо из-за меня связываться с Картерами. Пожалуйста! – прошу я, вкладывая во взгляд мольбу. – Они ужасные люди, я не хочу, чтобы ты или компания пострадали.
– Никто не пострадает, – возражает Чарли, нежно вытирая слезы и остатки туши с моих щек, – но я не могу оставить все просто так.
– Он не насиловал меня, – сознаюсь я, отведя взгляд, – точнее не успел.
– Расскажи мне, и я решу, как сильно он пострадает.
Снова смотрю мужчине в глаза и читаю в них непоколебимость. Промолчу я или расскажу всю правду, он уже решил, что накажет их.
Внутри меня идет борьба. С одной стороны, он мне чужой человек, я почти его не знаю, и в голове до сих пор крутятся обидные слова. А с другой, по какой-то неведомой мне причине, чувствую себя в безопасности рядом с ним. Часть меня рвется ему навстречу, хочет свернуться рядом, хочет доверять безоговорочно, хочет делиться переживаниями и получать совет и поддержку, даря в ответ тоже самое.
– Расскажу, если об этом никто не узнает, – тихо произношу я, пока не передумала.
– Возможно, мне придется упомянуть твою историю, – с сомнением произносит Чарли, – когда попрошу безопасников нарыть грязь на Картеров.
– Только не называй моего имени. Не хочу быть связанной с их семьей никаким образом.
– Я обещаю, что тебя это никак не коснется.
Пытаюсь слезть с коленей Чарли, чтобы устроиться на диване и не смотреть ему в глаза. Я слишком боюсь увидеть в них разочарование или брезгливость. Боюсь, чтобы после услышанного, он оттолкнет меня, как мерзкого таракана.
Но он не отпускает, прижимая сильнее.
– Это долгий рассказ, – предупреждаю я.
– Я не спешу, малышка.
Он так нежно проводит пальцами по моей щеке, что я прикрываю глаза от удовольствия. Делаю глубокий вздох, и снова их открываю, сосредотачиваясь на пуговицах на рубашке Чарли.
– После смерти дедушки, я сбежала в Балтимор. Остаток июля и часть августа я жила там у подруги, осмысливая произошедшее, – опускаю подробности, потому что неловко вспоминать наши вечеринки. – Вернулась перед учебой, с намерением загрузить себя занятиями. Но Клэр предложила попробовать пройти прослушивание в группу поддержки. И я подумала, что физические нагрузки мне тоже не повредят. Пять или шесть месяцев нас тренировали, будто в олимпийскую сборную, а в марте сразу после моего шестнадцатилетия зачислили в основной состав, – я вздыхаю и замолкаю, нужно собраться чтобы продолжить.
Чувствую легкое прикосновение к спине. Чарли проводит пальцами вдоль позвоночника, лаская и даря успокоение и свою поддержку.
– Начался какой-то цирк. Постоянно кто-то подходил, здоровался, что-то спрашивал, приглашал на вечеринки или свидания. Девчонки смотрели какой макияж я сделала, какие туфли надела, как хорошо на мне сидит форма. А парни – насколько короткая у меня юбка или насколько глубокий вырез, – морщу нос от воспоминаний. – Такое повышенное внимание сводило меня с ума, я уже собиралась уйти из группы и забыть все как страшный сон, – поднимаю глаза на Чарли, хочу уловить каждую эмоцию, когда продолжу рассказывать. – В этот момент и появился Картер и сделал сомнительное, но очень заманчивое предложение.
Голос срывается, снова начинают душить слезы. Чарли заключает мое лицо в свои ладони, не позволяя отвести взгляд. Он спокоен и непоколебим:
– Таша, малышка, если тебе тяжело рассказывать, то не надо себя мучить.
– Нет, если начала, то я должна завершить рассказ, – решительно говорю.
Я для себя решила, если Чарли не оттолкнет меня сегодня, я дам нам шанс. Попытаюсь простить его, забыв обиду, и перестану сдерживать свое притяжение к нему.
– Что он тебе предложил?
– Стать его фиктивной девушкой, – видя непонимающий взгляд мужчины, стала пояснять. –Сказал, что его бросила подружка и он хочет заставить ее ревновать. А взамен предложил защиту от лишнего внимания. Недели три-четыре все шло по договоренности. Он не приставал, не распускал сплетни, нас видели вместе. Вокруг меня будто вакуум образовался, и я могла спокойно учиться. Только Клэр я рассказала, что наша отношения фальшивые. А потом, – снова замолкаю, сглатывая ком в горле, – потом Картер начал заикаться о сексе, мол для всех мы встречаемся, и неплохо бы нам провести время приятно. Сначала я воспринимала все как шутку, а потом мне все надоело, и я предложила закончить этот фарс. Брэд ненадолго успокоился и уговорил пока продолжить наше притворство. Приблизительно в конце апреля была выездная игра в часе езды от Нью-Йорка, и естественно после нее мы закатили вечеринку в отеле. Я не пила много и держалась поближе к Клэр и Лео.
– Кто такой Лео? – перебивает меня Чарли.
– С ним тогда встречалась Клэр. Он был лучшим другом Брэда и его полной противоположностью, – поясняю я. – В какой-то момент они отошли танцевать, а ко мне подошел Брэд с новой бутылкой пива. Я не придала значения, что она была уже открыта и сделала глоток. Для всех мы, наверное, выглядели как обычная парочка, которая зажимается в углу. Я выпила еще немного и вдруг момент почувствовала себя плохо, – воспоминания проплывают, будто я смотрю фильм, уверена, мой взгляд стеклянный, потому что я полностью ухожу в себя. – Я хотела найти Клэр и сказать, что ухожу, но не смогла сдвинуться с места. Ноги не слушались, перед глазами все плыло, я с трудом держала равновесие. Картер повел меня в свой номер и уложил на кровать. Мне хотелось только уснуть, но я почувствовала, как Брэд меня раздевал. Хотела оттолкнуть, накричать на него, но руки еле поднимались, будто на них висели гири, а голос был такой тихий, что я могла только шепотом умолять его меня не трогать. На несколько минут я все-таки провалилась в забытье. Очнулась, когда Картер кончал мне на шею, зажав член между моих грудей.
К горлу подкатывает тошнота. Слишком противно вспоминать его мерзкие руки на моей груди, как он сжимал ее до боли. Как прикасался губами к моему телу, оставляя засосы. Меня трясет от омерзения, после я долгое время не могла смотреть на себя в зеркало, казалось, я увижу багровые кровоподтеки.
– Потом он ушел в ванную, – сдавленным голосом продолжаю я, – а вернувшись сказал, что мы запишем интересное видео. Когда Картер начал натягивать презерватив, а я отчаялась и не знала кому молиться, появился Лео. Клэр знала, что я никогда не уйду, не предупредив ее и что телефон у меня всегда с собой. Она не смогла дозвониться и запаниковала. Лео завернул меня в одеяло и отнес в наш с Клэр номер, позвонил ей и ушел. Как я потом узнал, чтобы избить Брэда. Подруга помогла дойти до ванной, там меня тошнило, наверное, целый час. После Лео отвез нас в город к маме Клэр – Элеонор. Я все им рассказала, и она вызвала врача и свою подругу психолога, – я замолкаю и возвращаюсь к реальности.
Понимаю, что крепко прижата к Чарли, уткнувшись лицом в сгиб его шеи, и заливаю слезами пиджак. Я не могу остановить поток слез и не могу разжать объятия, чтобы взглянуть в лицо мужчине и понять, что он думает обо мне теперь.
Я знаю, что сама виновата в этой ситуации. Не потому, что как-то спровоцировала Брэда, а потому, что поддалась слабости, не выдержав трудностей, и попыталась найти защиту у чудовища. Только жизнь – это не сказка, и Картер не превратился в прекрасного принца.
Чарли не отталкивает, наоборот, крепко держит в своих руках, словно хочет спрятать от страшных воспоминаний. Это дарит надежду, что я ему не противна, а действительно нравлюсь.
– Таша, что случилось потом? Почему ты не заявила в полицию?
– На следующий день, – всхлипываю я, – в доме Клэр меня нашел Картер старший, и мы заключили договор. Брэд исчезает из школы, а я никому ничего не рассказываю. Меня это устроило. Я несколько дней прожила у подруги, чтобы не пугать семью своим состоянием, а когда вернулась в школу, его уже не было.
– Почему он так с тобой поступил, неужели не смог найти девушку, согласную с ним переспать?
– Картер и еще несколько его друзей придумали себе развлечение. На спор разводили на секс правильных девочек. По их мнению, уродин, заучек, скромниц. Спорили, как быстро она окажется в их постели и на что поведется – деньги, симпатичное лицо, статус или уговоры. Доказательством было видео совместной ночи. Когда Брэд понял, что меня он совсем не интересует, а сроки поджимают, то решил прибегнуть к насилию. Никто бы не понял по видео, что я было под наркотой.
Некоторое время мы сидим в тишине. Я все еще боюсь поднять глаза, а Чарли, наверное, обдумывает мой рассказ.
– Я тебе пиджак залила, – шепчу ему в шею и решаюсь поднять лицо.
Выгляжу, наверное, как настоящая «красавица». Зареванная, растрепанная с красными носом и глазами.
– Всего лишь тряпка, – отмахивается Чарли. – Лучше ответь мне на один очень важный вопрос.
Я напрягаюсь. Может он сейчас спросит «как быстро ты сможешь собраться и исчезнуть из моей компании». И тогда я окончательно потеряю веру в людей и их человечность. Осторожно киваю, чтобы Чарли задал свой вопрос.
– Только подумай хорошенько над ответом, – просит он, внимательно глядя мне в глаза, – это очень важно. Ты когда-нибудь сможешь простить мне слова, сказанные неделю назад?
– Почему это так важно для тебя?
– Потому что ты мне нравишься. Я не знаю, как будут развиваться наши отношения, и какое будущее нас ждет. Но я уверен, что не хочу тебя отпускать. Я поэтому вел себя как ребенок, нагружая тебя работой, боялся, что ты встретишь парня получше. А я хочу, чтобы ты была со мной, и чтобы будущее у нас было совместным. Но если ты не сможешь меня простить...
Я задумываюсь. Чарли открыто признался, что я ему симпатична. Он защитил меня от Картера. По большей части, был добр и внимателен. Он пробуждает во мне дикое необузданное желание, которого я никогда не испытывала ни к одному парню. Но тогда зачем он назвал меня шлюхой? Этот вопрос, который мучал меня всю неделю, я и задаю.
– Не вижу смысла оправдываться, потому что оправдания нет. Я поступил как последний мудак и готов на коленях ползать, чтобы ты меня простила.
– Просто скажи мне, что ты чувствовал в тот момент, чтобы я поняла твои мотивы.
Настала очередь Чарли стыдливо отводить глаза. Нервным резким движением он проводит по волосам, откидывая их назад.
– Я был в бешенстве, – произносит он, смотря на свою руку, лежащую на моем бедре. – В прошлый вторник, когда нас прервал звонок моей сестры, Анджелу похитил ее родной отец.
Я охаю от его слов. В голове такое не укладывается. Бедная малышка.
– Он не причинил ей вред? – обеспокоенно спрашиваю. – И зачем он вообще это сделал?
– Он игрок, наркоман и неудачник, но очень тщательно это скрывает от всех. Мы тоже поздно заметили его пагубные привычки. Анджеле он ничего не сделал, только удерживал ее и требовал денег. Мы с Томом больше суток искали ее и решали проблему с ее возвращением, а потом я работал, чтобы освободить время для тебя, а ты меня отшила, – укоризненно говорит Чарли.
– И это тебя обидело? Неужели тебе никогда не говорили «нет»? – округляю глаза от удивления.
– Говорили, – грустно улыбается Чарли, – только не те, кто безумно меня привлекал. И я не обиделся. Усталость, волнение за племянницу и твое откровенное вранье разожгли во мне такой гнев, что я сам не понимал, какой бред несу.
– Я тебе никогда не врала, – возражаю я.
– А когда сказала, что не хочешь меня?
– Это не совсем ложь, – стыдливо краснею и опускаю глаза, – я прочитала про Лорен, и не желаю быть любовницей, пока ты ждешь ее возвращения.
– Таша, – стонет Чарли, – мы с Лорен не встречаемся. Да, мы были любовниками и вместе ходили на различные мероприятия, потому что это удобно. Но недавно у нее начались серьезные отношения. Не со мной, – подчеркивает мужчина.
Затем его взгляд становится хитрым, он нежно берет меня за шею сзади и притягивает вплотную к своему лицу так, что я практически ложусь на него, упираясь руками в мощную грудь.
– Ты искала информацию обо мне? – выдыхает мне в губы.
Я киваю, краснея еще сильнее, если это вообще возможно.
– Что ты ответишь на главный мой вопрос?
Вижу по глазам Чарли, что мой ответ действительно для него важен.
В пылу гнева мы часто говорим ужасные слова, не веря в их правдивость, а только чтобы ударить побольнее. Однажды я чуть не сказала маме, что ненавижу ее. От ужасного поступка меня спасла случайность, зазвонил телефон. И спустя секунду, я поняла, что чуть не разрушила наши отношения непоправимо.
– Я смогу простить тебя, – уверенно произношу.
В следующую секунду я оказываюсь прижатой спиной к дивану, и Чарли, шепнув «я мечтаю об этом последний час», обрушивается в страстном поцелуе на мои губы. Отвечаю тем же, запуская руку ему в волосы и притягивая ближе. Второй рукой начинаю судорожно расстегивать его рубашку, хочу коснуться горячей кожи и провести пальчиками по каменному прессу.
Чарли отрывается от меня, чтобы снять с себя пиджак и рубашку, и за эти несколько мгновений я успеваю соскучиться по тяжести его тела на себе. Как только он начинает наклоняться, я хватаю его за шею и притягиваю для нового поцелуя. Ничего не могу с собой поделать, кажется, если не поцелую, не коснусь его, то сойду с ума. Провожу рукой по обнаженной спине, слегка царапая, чувствую, как мышцы напрягаются от моих прикосновений.
Чарли прокладывает дорожку поцелуев от губ по подбородку, спускается к шее, медленно расстегивая крохотные пуговки на моей блузке. Распахивает ее, слегка касаясь проводит пальцами по груди, животу, следя за движением руки потемневшим взглядом. Я вся покрываюсь мурашками и выгибаюсь навстречу прикосновениям.
Чарли замирает, когда видит на ребрах татуировку ворона с раскрытыми крыльями, держащего сердце в когтях. Чтобы полностью ее рассмотреть, нужно расстегнуть брюки и спустить с бедра. Чарли взглядом просит разрешения, и я киваю. Он наклоняется, целует обнаженное плечо, прихватывает губами сосок сквозь тонкое кружево лифчика, проводит языком по ребрам, животу.
Я как оголенный провод. Каждый поцелуй, каждое прикосновение, каждый взгляд Чарли посылают разряды по всему телу и скапливаются внизу живота. Он расстегивает мои брюки, спускает немного вниз, целует татуировку, проводит языком по линии трусиков. И все это слишком медленно. Я хочу большего, иначе напряжение разорвет меня изнутри.
Чарли снова захватывает мои губы в плен, просовывая руку мне в трусики, и начинает массировать клитор. Не могу сдержать стон, впиваюсь ногтями в его плечи. Ноги сами раздвигаются шире, спина выгибается.
Он просовывает палец внутрь меня, и я теряю контроль. Рука сама тянется к его брюкам, я тоже хочу его коснуться.
– Это не обязательно, – шепчет Чарли, прерывая поцелуй.
– Но я хочу, – стону в его губы, с трудом справляясь с молнией трясущейся рукой.
Обхватываю член. Боже, он огромный! Сжимаю сильнее, провожу по всей длине, чувствую, как он дергается.
Чарли рычит и снова впивается в мои губы. Мужчина больше не сдерживается. Движения внутри меня становятся быстрее, он сам толкается мне членом в руку. Тишину кабинета разрушают его рычание и мои стоны.
Напряжение все нарастает, глаза закатываются от удовольствия. Я на грани.
– Кончай, – хрипло шепчет Чарли, обхватывая губами сосок.
И я не выдерживаю, рассыпаюсь миллионами искр. Голова кружится, в глазах темнеет, с губ срывается протяжный стон, но телу проносится дрожь. Я ничего не соображаю, утопая в удовольствии.
Чарли толкается бедрами еще несколько раз, и мою руку опаляет сперма.
Мы тяжело дышим, приходя в норму. Я не до конца осознаю произошедшее, тело потряхивает от оргазма.
Чарли нежно целует меня в висок, я улыбаюсь, прижимаясь сильнее и... слышу настойчивый стук в дверь.