Часть 3
Согласившись якобы только на ужин, Руби тут же осознала, что играет с огнем.
Но не была готова вернуться домой. Она слишком долго занималась семьей, добыванием средств к существованию, борьбой со страховыми компаниями. Она забыла, что значит позволить себе удовольствие передышки.
Арес гнал джип с такой скоростью, словно спасался от урагана. Руби мысленно вздрогнула. Никто и никогда не хотел ее с такой силой, как Арес. Его желанию практически невозможно сопротивляться. Но она выстоит.
«Побуду у него часок, и все, – мысленно уговаривала она себя. – Мы поедим, а потом, может быть, поцелуемся». – Дальше ее воображение отказывалось работать.
На один короткий вечер ей надо забыть о своих проблемах и получить удовольствие. Она должна почувствовать, что жива.
Затем она вернется к своей привычной жизни и будет вспоминать этот вечер, как сказку, в которой прекрасный принц ее холил, нежил и лелеял.
Остановившись у ворот, Арес набрал электронный код, и они въехали на территорию шале. Идеально вычищенная подъездная дорога вела к расположенному в глубине массивному дому из камня и дерева.
Припарковав джип у входа в дом, Арес помог ей выйти из машины.
У входной двери он снова набрал код и, открыв дверь, галантно пропустил ее вперед.
Интерьер дома сильно изменился с той поры, когда она убиралась здесь накануне продажи шале. Тогда интерьер был яркий и разноцветный, теперь гостиная была выполнена в черно-белых тонах и выглядела по-спартански строго.
Остановившись в прихожей, Руби сняла куртку и замешкалась.
– Помочь? – спросил Арес, протягивая руку к молнии на комбинезоне.
Руби мгновенно зарделась и, отвернувшись, пробормотала:
– Нет...
– Тогда раздевайся сама.
Он расстегнул свой винтажный комбинезон и вылез из него, ничуть не смущаясь своего обнаженного торса. Руби застыла при виде мускулистой груди, широких плеч и узких бедер, обтянутых черными брюками. Перехватив ее взгляд, Арес сардонически улыбнулся, и у Руби мурашки побежали по спине.
Отвернувшись, она быстро выудила из сумки-баула его рубашку, кашемировое черное пальто и ботинки.
– Вот ваши вещи.
– Спасибо. – Но он не сделал ни малейшего движения, чтобы одеться.
Арес подошел ближе и, потянув за лямки комбинезона, тихо попросил:
– Сними его. Ты же не хочешь испортить навощенный паркет мокрыми брюками, чтобы уборщица снова натирала полы.
Это был весомый аргумент. Руби стянула комбинезон, оставшись в черной рубашке с длинным рукавом и черных легинсах.
Арес присвистнул, не в силах оторвать взгляда от ее изящной фигурки с округлыми формами.
– Только ужин, – громко сказала она.
– Конечно, – пробормотал он с дьявольской ухмылкой.
Взяв ее за руку, он провел Руби в просторную, сверкающую чистотой кухню.
– Ваша экономка хорошо знает свое дело, – с искренним восхищением сказала Руби.
– Симпатичная кухонька, да? – Он ухмыльнулся. – Я здесь впервые.
– Что? А кто говорил, что умеет готовить?! – возмутилась Руби.
Арес виновато и как-то по-мальчишески улыбнулся:
– Кашу быстрого приготовления и бутерброды.
Руби тоже улыбнулась:
– Я так и думала.
– Я не виноват, что в доме, где я рос, всегда была прислуга.
– Печальная история, – иронически заметила Руби. – С другой стороны, приятно знать, что есть кто-то, напрочь лишенный кулинарного таланта, как и я.
Арес удивленно вскинул брови:
– Не умеешь готовить?
– В нашей семье всегда готовит Айви.
– Хм, ну посмотрим, что припасла для нас экономка. – Исследовав содержимое холодильника, Арес заметил: – Есть чем тебя побаловать.
Пять минут спустя он подал Руби сэндвич. На свежеиспеченном багете красовались хрустящий салат, сочный помидор, сыр и мясо цыпленка.
Они перешли в гостиную и расположились у газового камина из белого камня. Из французских окон открывался великолепный вид на гору Чалди, походившую своими причудливыми очертаниями на стоящего великана.
Арес подошел к бару:
– Что будешь пить?
– Содовую, – без колебаний ответила Руби.
– Шутишь?
– Я же говорила, что не употребляю алкоголь.
– Почему?
– Я слишком занята и к тому же не хочу тратить деньги впустую. Я однажды попробовала пиво, мне не понравилось.
– А шампанское пробовала?
– Нет.
Арес вызывающе на нее посмотрел:
– Хочешь?
Руби закусила губу.
– А мне понравится?
Он достал из холодильника бутылку, и Руби ахнула. Это было самое дорогое шампанское лучшей марки. Такое подавалось у них в баре только во время ежегодной конференции, которую организует «МакФэллон и партнеры».
– Вы с ума сошли. Эта бутылка стоит дороже моего джипа.
Арес фыркнул:
– Здесь все дороже твоего джипа.
– А если мне не понравится?
– Уверен, что понравится.
– Открыли бы что-нибудь подешевле. Я все равно не почувствую разницы.
– Для тебя все самое лучшее, – с ноткой бахвальства сказал он, откупоривая пробку.
Руби растянулась у камина на белом пушистом ковре. Сев рядом, Арес передал ей бокал.
– За «Ночь ренегатов»! – провозгласил он, отпивая большой глоток.
Наблюдая за ним, Руби тоже отпила немного. Шампанское было холодным, приятно-сладковатым, и она почувствовала, как пузырьки докатились до самых ступней.
Руби снова принялась за бутерброд.
– Должна признать, что вы умеете готовить.
– Ну а что я говорил? – хвастливо ответил он.
Она уже почти разделалась с бутербродом, когда заметила, что Арес не притронулся к своему. Руби нахмурилась:
– Почему вы не едите?
– Я хочу утолить другой голод, – хрипло пробормотал он.
Арес забрал у нее бокал и тарелку, поставив их на журнальный столик, и притянул ее к себе. Она чувствовала жар, исходящий от его обнаженного торса и сильных рук.
Он медленно наклонился, и в ту же секунду его жадные губы обрушились на ее рот в страстном поцелуе.
Руби больше ни о чем не думала, отдавшись на волю чувств.
Он обхватил ее за талию и впечатал в себя так, что она почувствовала всю силу его эрекции. Тревожные звоночки, которые посылало сознание, мгновенно растворились в неудержимом зове плоти, и пронзительное желание внезапно сжало грудь. Она обвила его шею руками и призывно выгнулась ему навстречу. Она почувствовала, как налились ее груди, а соски покалывало.
Когда он оторвался от ее губ, у нее кружилась голова, она хватала ртом воздух и дрожала. А он тем временем переключил внимание на ее шею, слегка прикусывая ее зубами и покрывая нежными поцелуями.
Все клятвы вылетели у Руби из головы.
Поднявшись, Арес легко подхватил ее на руки и понес в спальню.
Руби отчаянно пыталась вспомнить, почему ей не следует отдаваться ему. Сейчас хотелось одного: оставаться в его объятиях и не думать ни о чем.
Может, она всю жизнь была не права, что не верила в чудеса. А что, если сказка и впрямь может стать былью?
Он медленно опустил ее на пол. Руби соскользнула по его телу, ощутив всю силу его эрекции.
Он поднял вверх ее руки и стянул с нее рубашку, отбросив ее в сторону. Сердце Руби билось набатом. Он возвышался над ней, такой сильный и уверенный. Она почувствовала, как его пальцы, скользнув по ее спине, расстегнули бюстгальтер. Он с шумом втянул в себя воздух, увидев ее тугие груди. В восхищении он накрыл ладонью напрягшуюся грудь.
– Какая красота, – хрипло прошептал он. – Я мечтал об этом весь вечер. – Склонив голову, он обхватил розовый сосок горячими, голодными губами.
Руби ахнула, почувствовав, как его язык нежно гладит тугой бутон соска. Продолжая ласкать ее груди ртом и руками, он опустился перед ней на колени. Его крупные руки переместились ей на талию, и он спустил с нее легинсы. Теперь на ней не осталось ничего, кроме крохотных белых трусиков. Все еще стоя на коленях, он прижался головой к ее животу и закрыл глаза.
Затем Арес выдохнул и провел руками по ее обнаженной спине, сняв трусики, и уложил Руби на кровать.
Он раздвинул ее ноги и принялся неистово ласкать, лизать и целовать ее нежные интимные складки. Ритмичные движения пальца вдоль нежной стенки вагины посылали импульсы удовольствия по всему телу. Тугая пружина возбуждения закручивалась все сильнее, пока сведенные до нестерпимо-сладкой боли мышцы не расслабились в мгновенном взрыве, и Руби чуть не задохнулась в невероятном оргазме.
Она громко вскрикнула, не узнавая собственного голоса, и как будто зависла в воздухе, а затем ее тело рассыпалось на тысячи мелких, звенящих от восторга частичек.
С каким-то звериным рыком Арес потянулся к прикроватной тумбочке за кондомом. И одним ловким движением облачил свой напряженно-пульсирующий пенис в защиту.
Все еще переживая оргазм, Руби выгнулась, открывая себя для него, и Арес одним мощным толчком вонзил свой твердый член в ее узкий и тугой канал.
Руби пронзила обжигающе острая боль. Она не могла дышать, не понимала, что чувствует, хотя секунду назад жаждала, чтобы он вошел в нее.
Арес замер и непонимающе на нее уставился:
– Ты девственница?
Она кивнула и отвернулась.
– Как такое возможно? – почти грубо спросил он.
Что ей было на это ответить? Что она ждала рыцаря на белом коне?
– Руби.
Она неохотно взглянула на него затуманенным слезами взглядом. Он не шелохнулся, давая возможность ее телу как-то приспособиться к огромному члену внутри ее.
– Если бы я знал...
– Поэтому я ничего и не сказала.
Он обхватил ее за плечи.
– Я не хотел...
– Сделанного назад не воротишь. Но я ни о чем не жалею, – прошептала она. – Поцелуй меня.
Он внимательно посмотрел на Руби, и выражение его лица смягчилось.
Едва касаясь губами, он целовал ее веки, щеки, а затем и губы. Она смело отвечала на его поцелуи. Их языки переплелись в страстном поцелуе. А затем она почувствовала, как он медленно и осторожно начал двигаться внутри ее. Боль уже утихла. Руби с готовностью подалась ему навстречу. Ритм становился все стремительнее, закручивая пружину возбуждения, пока они оба не содрогнулись в бурном оргазме.
* * *
Где-то настойчиво звонил телефон.
Аресу не хотелось просыпаться. Он с трудом разлепил веки. Он лежал в кровати, а Руби спала в его объятиях. Арес никогда раньше не спал с женщиной после секса.
Девственница. Он до сих пор не мог в это поверить. Он провел с ней лучшую в жизни ночь.
Арес посмотрел в окно. Занималась заря. Снова зазвонил телефон. Осторожно, чтобы не разбудить Руби, Арес поднял трубку:
– Да?
– Самолет готов к вылету, сэр, – бодро отрапортовал пилот. Вы хотели лететь как можно раньше.
– Спасибо, – сказал Арес и отключился.
Руби еще спала у него под боком. Обнаженная. К своему величайшему удивлению, он вдруг понял, что хочет от нее большего, чем одну ночь любви.
Он нежно поцеловал ее в лоб. Ресницы девушки затрепетали, и она мечтательно ему улыбнулась.
– Привет, – прошептала Руби.
– Привет. – Он поцеловал ее в губы, и она, полусонная, обвила его шею руками.
Неожиданно она отпрянула от него и в панике спросила:
– Который час?
– Не все ли равно. Похоже что раннее утро.
– Как ты не понимаешь! Я не ночевала дома. Мама, наверное, с ума сходит от беспокойства, а сестра... – Руби с ужасом взглянула на Ареса. – Если она узнает, что я с тобой переспала, после того как я на нее накричала в баре...
– Она переживет.
– Она меня возненавидит.
– Ей не за что на тебя злиться, она мне совсем неинтересна.
– Мое лицемерие, – пробормотала Руби, выбираясь из кровати.
Арес невольно залюбовался ее роскошной грудью, тонкой талией, округлыми бедрами.
– У меня лыжный урок с детьми в девять утра. Я не могу опаздывать.
Ему так не хотелось отпускать ее.
– Брось работу. Оставайся со мной.
Она негодующе уставилась на него:
– Совсем спятил? Мне нужна работа.
– Брось все свои работы, – с ленивой улыбкой предложил он. – И давай убежим вместе. Мой самолет готов к вылету.
– Куда ты собираешься?
– В Сидней. Полетели вместе.
Руби тряхнула головой:
– Пустая фантазия.
– Мечты должны становиться явью, – ухмыльнулся он.
– В твоем мире – возможно, – с горькой усмешкой ответила она.
– Тогда добро пожаловать в мой мир, – предложил он.
Руби молча разглядывала его несколько мгновений, прежде чем ответила:
– Прекрати.
– Прекратить что?
– Никуда я не поеду. На мне семья держится. Мама очень больна. Я не могу бросить все и уехать.
Арес расслабился, испытав облегчение. Стало быть, дело в деньгах.
Сначала ему показалось, что она его отвергает. А финансовые проблемы решаются легко.
И хотя в глубине души он был немного разочарован, что Руби уже просит денег, Арес отбросил эту мысль. А чего еще он ждал?
Женщины всегда хотят его денег. Это главное, что он мог им предложить, помимо секса.
Он не собирался отдавать женщине свое время, сердце или имя. Натянув трусы, он вылез из кровати и подошел к бюро. Наличных у него всего пара тысяч, но он может выписать чек.
– Сколько тебе нужно денег?
– Денег? – непонимающе переспросила Руби, пытаясь застегнуть бюстгальтер.
– Пятьдесят тысяч? Сто? – нетерпеливо спросил Арес.
– За что ты хочешь мне заплатить?
Он нахмурился, ожидая от нее совсем другой реакции.
– Я хочу, чтобы ты поехала со мной в Австралию.
– Если ты хочешь проводить со мной время, тебе не нужно мне платить. Просто оставайся.
– В Стар-Вэлли? – фыркнул он. – Отпуск не может длиться вечно. У меня работа.
– И у меня тоже!
Брови Ареса взлетели вверх.
– Какая работа? Пиво разливать? Учить детишек на лыжах кататься?
Ее прекрасные карие глаза метали громы и молнии.
– Значит, твоя работа важна для тебя, а я, по-твоему, ерундой занимаюсь?
– Ты не можешь серьезно сравнивать руководство международной корпорацией с работой в баре или в магазине. Твой талант зря здесь пропадает.
Руби скрестила на груди руки и свирепо на него уставилась.
– Ты какой талант имеешь в виду? В постели тебя ублажать?
Арес не понимал, почему она злится.
– Я просто хотел помочь твоей семье финансово.
– А я думаю, что ты хочешь меня купить.
Арес напрягся.
– Мы провели вместе потрясающую ночь. Я хочу продолжения. Что тебя оскорбляет?
– Ты не меня хочешь. Ты просто не готов пока расстаться с любимой игрушкой. Но ты меня совсем не знаешь. – Руби упрямо вздернула подбородок. Ее карие глаза сверкали. – Если бы ты знал меня лучше, то понял бы, что я никогда не пожертвую семьей и друзьями, чтобы стать содержанкой какого-то богача.
Последняя фраза царапнула Ареса по сердцу.
– Ты беспокоишься о семье. Я могу помочь. Все просто.
– Ты действительно считаешь, что деньги могут заменить им меня? Думаешь, я могу просто так сбежать? Моя мама не просто больна. Она умирает.
– Ты говоришь так, словно это плохо, – пробормотал он, думая о собственных родителях.
Эти слова стали его роковой ошибкой. Руби с шумом втянула воздух и вылетела из спальни. Сжав челюсти, Арес бросил на стол ручку и вышел вслед на ней в гостиную.
– Прекрати, Руби, – проворчал он. – Ты выглядишь смешной.
– Теперь я смешная, да? – Руби торопливо натягивала рубашку. – Моя работа ничего не значит, семья ничего не значит. Я сама тоже ничего не значу и могу только обслуживать тебя в постели.
– Я вовсе не это имел в виду!
Руби дрожащими руками натягивала легинсы.
– Я не хотела интрижки на одну ночь. Я боялась влюбиться и остаться с разбитым сердцем. Но все оказалось гораздо хуже. Ты меня за человека не считаешь. Я игрушка для тебя.
– Это неправда!
– Ты предложил мне чек!
– Я начинаю жалеть об этом.
Слезы ярости блестели в глазах Руби.
– Интересно, ты планировал почасовую оплату или единовременную после предоставления услуги?
– Я просто хотел быть любезным.
– Любезным? – взвилась Руби. – Ну конечно, как же еще! У тебя денег куры не клюют. Ты важная шишка международного бизнеса. Что же мне, перед тобой на коленях ползать в знак благодарности, что простая девушка получила предложение стать твоей содержанкой?
– Руби, черт возьми...
– Ты, как любой богач, эгоист до мозга костей.
Арес скрипнул зубами.
– Если ты так думаешь, забудь обо всем.
– Непременно! – Вылетев в прихожую, она натянула сапоги и комбинезон. – Не пытайся мне звонить! – воскликнула она напоследок, выскакивая за дверь.
– Нет проблем, – обронил ей вслед Арес.
Он услышал, как она завела джип и выехала. Арес остался один во всем великолепии своего жилища. Он нервно провел пальцами по волосам.
Что же произошло?
Сначала Руби подарила ему лучшую ночь в его жизни, а на рассвете жестоко его отвергла. В душе царило странное чувство пустоты.
Все-таки она особенная. Не захотела его денег. Стало быть, хотела его ради него самого? Хотела заглянуть ему в душу? И что она там увидела? Ничего.
Ну и наплевать. Обойдется без нее.
Он позвонил охраннику и приказал подать машину, чтобы ехать в аэропорт.
Руби глотала слезы, ведя свой старенький джип по скользкой горной дороге.
Слезы градом покатились по щекам, стоило ей захлопнуть дверь шале.
Она потому так поспешно сбежала, что не хотела, чтобы Арес Куракис видел, что она плачет. Ни за что на свете!
У нее так тряслись руки, что она запустила двигатель только с третьего раза. Хорошо, что до ее дома как минимум полчаса езды. Она не могла позволить, чтобы мать увидела ее в таком состоянии.
Или Айви, что еще хуже.
Руби рулила по пустым улицам Стар-Вэлли. Арес, наверное, улегся спать. Он не станет переживать из-за того, что так сильно ее обидел. Наверняка найдет себе более покладистую любовницу ей на замену. Он уже и имя-то ее забыл.
А вот Руби будет помнить его всегда.
Она вытерла мокрые щеки рукавом. О чем она только думала, позволив богатому плейбою уложить себя в постель?
Она ведь отлично знала, чем все закончится. И тем не менее надеялась на чудо.
Но даже Руби не могла предположить, что он предложит ей чек. Слезы снова градом покатились по щекам. Она стала для него лишь сексуальным развлечением. Игрушка ему понравилась, и он решил купить ее или взять напрокат.
Она немного сбросила скорость, проезжая мимо местного аэропорта. Руби увидела большой самолет с надписью «Куракис энтерпрайзез».
Реши она по-другому, могла бы оказаться сейчас на борту этого лайнера. Эдакая принцесса, путешествующая по миру.
Самое ужасное, что она чуть было не согласилась. Деньги очень пригодились бы на лечение матери, но это была не единственная причина. Ей ужасно хотелось пожить в его мире хотя бы недолго и проводить каждую ночь в его постели.
И ради этого она чуть было не предала все, во что верила. Руби стало ужасно стыдно за себя. Стать любовницей миллиардера значило бы наплевать на все, чему учила ее мать.
Руби человек, а не кукла. Она нужна семье. И тем не менее она подарила свою девственность эгоистичному и бессердечному богачу.
Она подъехала к дому и не увидела во дворе желтого автомобиля Айви.
В доме было тихо и пустынно.
Вспомнив о звонках сестры, Руби включила телефон и с возрастающим ужасом увидела десять пропущенных звонков от Айви, а эсэмэсок было вдвое больше.
В панике Руби набрала номер сестры, не став читать послания. Айви ответила со второго звонка.
– Что случилось? – спросила Руби.
– Где ты была? – полным слез голосом спросила Айви.
Руби охватило чувство вины.
– Извини, я...
– Да это уже не важно. Ты опоздала. Я в больнице, – безжизненным голосом сказала Айви. – Мама только что умерла.