Глава 18
Катрина Анна Стоун
Мы вышли на улицу, и Дейзи нажала на чип сигнализации, отчего ее красненькая Aston Martin, с откидным верхом, фарами подсветила темный переулок. Девушка бросила сумочку на сиденья и неожиданно придирчиво скривилась, рассматривая маникюр в тон ее туфлям на высокой шпильке.
Я опустила взгляд на свою окровавленную порванную одежду, впервые допуская мысль, что быть глупой блондинкой не так уж и плохо. Что такого умеет Дейзи, что ей дарят дорогущие машины? Снимают квартиры в элитных районах и кормят в люксовых ресторанах? Может, зря мы девушки все усложняем чувствами и порядочностью, когда такие, как Гриффен, разъезжают каждую ночь на новых любовниках, пополняя шкатулки ювелирными безделушками?
Меня передернуло даже от одной мысли, что какой-то потный старик залезет ко мне в джинсы и будет пыхтеть надо мной пару минут. Секс – это такой отстой!
- У тебя есть сигарета?
Подруга обернулась в мою сторону и кивнула, открывая бардачок. Среди помад и прочей косметики она отыскала розовую пачку и кинула мне. Я поймала сигареты и скривилась, видя изображение ягодной капсулы.
- Не знала, что ты куришь, - удивленно протянула я, втягивая в себя сладкий немного терпкий дым.
- Начала баловаться еще в старшей школе. Это красиво. Стою я вся такая в дорогой шубе и выпускаю дым, - легкомысленно скосила она глаза, проводя языком по блестящим губам.
Они такие пухлые от природы? Вообще, можно родиться такой, как она? Я уверена, что над Дейзи не работали хирурги и косметологи. Она была из тех счастливиц, которые поцелованы самой богиней красоты, в то время как мне, не досталось ничего кроме скверного характера.
Мда.
- И кто же твой новый донор баксов?
- Ой, - томно вздохнула подруга, но потом замолчала, начиная тереть мысом туфли землю. – Я пока не могу тебе сказать. Но он такой, Кетти, мне кажется, я влюбилась. Представляешь, он даже видел меня без косметики!
Ого. За все время, пока мы вместе с Дейзи делили квартиру, она ни разу не появилась без макияжа! Будь то час ночи или шесть утра, Гриффен всегда выглядела, как модель с обложки гламурного журнала. Рядом с ней я всегда чувствовала себя неловко, как серая мышка, путающаяся под ногами роскошной кошечки. Хотя на самом деле это так и было.
- Сколько вы знакомы?
- Чуть больше недели! Но у нас все серьезно, - я докурила и потушила сигарету о стену.
Мышцы в ныли, боюсь даже представить, сколько новых синяков украсили мое тело. Я прошлась языком по треснутому уголку губы, все еще чувствуя его вкус во рту. Сигареты, кофе и что-то терпкое, хотя алкоголь он не пил. Наверное, улыбка отразилась на моем лице, потому что Дейзи присвистнула и состроила свой фирменный взгляд «я готова слушать сплетни». Но я не буду удовлетворять ее любопытство. Это больше никогда не повторится, потому что я не хочу, чтобы он разбил мне сердце, еще раз доказывая, что я испорченный товар на полке Мола.
- Не превышай скоростной режим, ладно?
Подруга кивнула и стиснула меня в объятиях. Я задержала дыхание, чтобы не отравиться ее приторными духами и немного поморщилась из-за саднящей боли во всем теле. Я поняла, что Дейз делает с мужчинами: опьяняет своим парфюмом, как приворотным зельем.
- Я так рада, что у меня есть подруга. У меня их никогда не было, но тебя я люблю, Кетти.
- Ты мне тоже начинаешь нравиться, - сдалась я, быстро прячась от ее новых порций нежности за дверью клуба.
Дождавшись, пока она с жутким воем мотора выедет на главную дорогу, я оттолкнулась от стены и поднялась в общие залы. В отличие от Гриффен я привыкла к ранам, крови и металлическому привкусу на языке, но в этот раз мне было так же сложно, как и ей. Ни один мускул не дрогнул на лице Грегса, когда Луи осматривал его. Мне казалось, что вместо него боль испытываю я, потому что все внутри горело из-за сочувствия и желания помочь.
Он пробуждал во мне ту Катрину, которой я была: тринадцатилетнюю сопливую девчонку, считающую, что в мире существует счастье. И это было опаснее ножей Дастина, угроз Оуэна и смерти. Только я покажу ему слабость, он отнимет у меня свободу. Займет мое сердце, и я перестану слушать все, кроме него.
Я так хотела быть сама себе хозяйкой. Зачем мне мужчина? Чтобы вновь терпеть боль? Чтобы понять: я не бессердечная сука и тоже могу что-то испытывать? Мне было комфортно в своей скорлупе, в которой я пряталась ото всех. Стоит выйти наружу, абсолютно голой и беззащитной, меня вновь сломают. Вот только больше я не оправлюсь.
Как человек может вынести столько ужаса? Иногда я засыпала и молила сердце прекратить биться, потому что выносить боль уже не могла. Я знала все ее стороны, очень хорошо знала...
- Как Грегс? – прошептала я, заходя в зал клуба.
Когда помещение не было окрашено светом прожекторов и красно-фиолетовых диодов, мне здесь даже нравилось. Я привыкала, как и к его хозяину, видела в безобразных неоновых картинах что-то особенное.
Алларик одиноко сидел у барной стойки и курил скрученный косяк, изредка запивая его виски. Мне было жаль его брата. Знает ли Миллер, что лишился друга по моей вине? Какова будет его реакция?
Я обняла себя за плечи, пытаясь оградиться от темноты внутри себя.
- Он спит, - кивнул мне Баки.
Мужчина сидел на диване и хмуро смотрел в одну точку, следя за рыжеватыми пузырьками в настенной лампе.
- Не переживайте, Катрина, все будет в порядке. Грегсу и не так доставалось. Шрамом больше, шрамом меньше. Мозги все равно у него на место не встанут, - раздалось сбоку от меня.
Луи вышел из уборного помещения, вытирая руки махровым полотенцем, на котором оставались кровоподтеки. Сэндлер был высоким, накаченным и широкоплечим, но выглядел, как плюшевый мишка, который любит обнимашки и теплые слова. Даже сейчас, когда он хмурился, его лицо носило выражение «Матери Терезы».
Я неуютно поморщилась, чувствуя себя загнанной в ловушку. Трое мужчин и я одна. Сердце испуганно забилось.
- Ну, я пойду, - прожевала я губу.
- Грегори говорил, тебе досталось при аварии, - отвлекся от своей меланхолии Стэн. – Болит что-то?
- Нет, - солгала я.
- Мисс Стоун, - осторожно улыбнулся блондин. – Позволите, я вас осмотрю? У вас красные глаза, может быть сотрясение.
- Вы врач? – пробурчала я, выдерживая между нами расстояние.
- Моя мама была операционной медсестрой, - у него был такой добрый тембр. Что-то отцовское, покровительственное. Он ни сделал ничего, но, словно обнял мою одинокую душу, даря родительскую любовь. – В свое время я окончил курсы первой помощи, да и в армии приходилось проводить операции. Не хватало докторов.
Я еще сильнее закусила губу, чувствуя, как становятся мокрыми глаза. Вот, черт, я классическая сиротка, готовая разрыдаться из-за милого обращения. Наверное, он был хорошим отцом.
- Я не ударялась головой. Пару синяков, да и только.
- Хорошо, - сдался друг Миллера. Он склонился над аптечкой и протянул мне тюбик мази. – Это снимет боль и оттек.
Я запихнула коробочку в карман джинсов и взбежала по лестнице, прячась в своей комнате. Только после того, как я по привычке заперла дверь на замок, смогла расслабиться. Я стянула через голову липкую майку, спустила джинсы и, оставаясь в одном нижнем белье, прошла в ванную.
Явно, номер, который мне предоставил Грегори, не носил значка эконом класса. Большая спальная комната с панорамными окнами, выходящими на мини парк. Уборная, обложенная мраморной плиткой с прозрачной душевой и огромной ванной, встроенной в полу. Яркий свет заливал помещение, отчего, мне казалось, даже моя кожа начинала сверкать. Это было непривычно.
Хоть я и была подопечной Оуэна, никогда не знала роскоши. Да, в Чикаго мне приходилось жить в особняке Зорро, но, когда ты остерегаешься каждого шороха, нет времени на рассматривание интерьера. Я всем сердцем ненавидела то место, ненавидела людей, окружающий меня.
Так иронично, принцесса, запертая в клетке, которую спас ее принц, на огненно-рыжей Maserati, забитый татуировками, как посредник самого Сатаны.
Я включила верхний душ и стянула нижнее белье, невольно ловя свое отражение в зеркале. Я не любила этого делать. Смотреть на себя, видя отпечатки рук и губ Даса. Но в этот раз было иначе. Без него я дышала полной грудью. Сейчас, чувствуя безопасность, зная, что никто больше не станет меня ни к чему принуждать, я могла себе это позволить. Украдкой, все еще осторожно, но могла...
Небольшая грудь. Она помещалась в мою ладонь, но в мужской просто тонула. Тонкая талия с проступающими ребрами, широкие бедра, но из-за худобы они не были шикарными. Я распустила белые волосы, позволяя им водопадом упасть на грудь, прикрывая ее. Наверное, кто-то мог бы найти меня симпатичной, если бы не шрамы.
Я провела ладонью по самой глубокой борозде между грудей. Может, когда все закончится, сделаю на его месте тату?
Когда закончится...
Раньше, я никогда не говорила о будущем и вот теперь строю мечты. Это опасно. Я могу в них поверить, потом живя с чувством несбыточности.
Ладонь опустилась ниже на пупок, в том месте, где сейчас был черный синяк. Мне стоило бы бережнее относиться к своему здоровью, но я никогда не думала, что у меня будет ребенок и семья. Это означало бы близость телом и душой с мужчиной, а я не хотела пускать их в себя. Хотя, раньше я даже не представляла, что уйду от Зорро и буду живой.
Это так прекрасно. Мне хотелось улыбаться и дышать полной грудью, зная, что я сама по себе. Вольная птица. Крылья, до этого стянутые цепями, еще немного болели, но я знала, что однажды взмахну ими и улечу. Куда угодно! Куплю себе трейлер и объезжу всю Америку.
Улыбаясь, я приняла душ, помазала синяки мазью и забралась под махровое одеяло, вспоминая приятную истому, порожденную руками Грегса. Это было ново и опасно, тем, что из-за томления рядом с ним я становилась слабой.
А таковой я больше не буду. Никогда!
Грегори Адам Миллер
Утро встретило меня адской болью, похмельем и хреновыми делами в клубе! Стянув с себя вчерашнюю липкую одежду, я наскоро отмыл тело от крови, сделал перевязку на плече и переоделся. Внизу, как всегда в обнимку с пустой бутылкой спал Рик, мельтешили уборщицы, подготавливая помещение к ночи.
Я залез в бар и плеснул себе томатного сока, на этот раз, не мешая его с водкой. Мне нужна трезвая голова перед сегодняшним вечером. Крупная игра в покер: местные шишки, решили поиграть в гангстеров, специально выбирая клуб с худшей репутацией в городе. «Shame» любили из-за шлюх, наркотиков и постоянных смертей, которые по частоте могли посоревноваться только с оргиями в вип-залах.
Подкурив сигарету, я бросил в Алларика зажигалкой, но он даже и не дернулся, пуская слюни в глубоком сне. Опять обдолбался! Дела у парня плохи: он сам не выберется из этот состояния. Я тоже в молодости употреблял, но быстро слез, понимая какое это дерьмо – не всем хватает выдержки.
Еще один Хэлл вышел из строя. Кто будет играть сегодня за хозяйским столиком? Ребята были богами карт, и без них я уже потерял половину выручки. Проворачивать такие схемы, по обману богатых идиотов, нужно вдвоем. И где же мне найти напарника?
Я сделал глубокую затяжку и перевел взгляд на скрипнувшую дверь. Стэн, весь потный и только в спортивный штанах, прошел в зал.
- Если бы ты не был семейным импотентом, подумал, что кого-то уже трахнул.
- Ага, боксерскую грушу, - расплылся он в довольной улыбке, разминая затекшие мышцы. – Давно, я не занимался. Все кабинет, костюмчик, дети и отдых на шезлонге. Иногда я скучаю по тем временам, когда мы с тобой громили клубы.
Друг присел рядом со мной и тоскливо глянул на сигареты, доставая из кармана жевательную пластину.
- Ты серьезно не куришь уже восемь лет? – я специально выдохнул дыма ему в лицо, получая злой взгляд.
Все вокруг меня считали бессовестным мудаком, но выводя на эмоции других, я сам вспоминал, что живой. Крал их энергию, как долбанный вампир, всегда видя все чужими глазами. Будь то любовь, забота, ласка...
- Первые два года было очень тяжело, - поморщился Бакстер, активно двигая челюстью из-за жвачки. – Но потом я привык. Малышка Миллер не выносит дыма, да и на малышей дышать этой гадостью не хочу. Тиффани пошла в мамочку, а Крис... Я уже вижу, что мой сын будет еще хуже меня.
- Не переживай, все равно в нашей семье, титул самого непутевого у меня.
Он рассмеялся и отобрал стакан с соком, осушая его практически залпом.
- Еще бы водки. Вышла бы «Кровавая Мери». Знаешь, почему Марлен все стали называть Мери?
Баки отклонился на спинку стула и огляделся в поисках Луи, понижая голос:
- Еще в старшей школе на вечеринке она поспорила с одним идиотом, которому я потом сломал пару ребер, на секс: если она выпьет больше него «Кровавых Мери», то он пробежит голым по территории школы во время большой перемены, а если Мэтью, по-моему, так его звали, то она ему даст. Естественно, Марлен его обставила.
- Кто бы сомневался, - поддакнул я, представляю сейчас пополневшую беременную сестренку с шотами выпивки. – Стэн, умеешь играть в покер?
Он поморщился и отвлекся на телефонный звонок.
- Доченька? Конечно, куколка моя, папа может говорить, - друг расплылся в глупой улыбке, кивнул мне и начал подниматься на второй этаж.
Наверное, эта восьмилетняя хитрюга опять раскручивает его на что-то. Я вспомнил ее голубые глазища и хмыкнул. Все дети в Стэна. Если бы хоть кто-то перенял характер Евы, нашему дому не грозил бы пожар каждый праздник.
Я вновь подкурил, замечая утонченный силуэт. Черные велосипедки, длинная белая майка и распущенные платиновые волосы. Она мучила меня всю ночь. Такие сны оставляют мокрые простыни и железный стояк. Казалось, хотеть Кетти еще больше просто невозможно, но после нашего поцелуя я не мог перестать думать о ней.
Сейчас в основном зале были распахнуты шторы, и яркий дневной свет заливал все помещение. Я наблюдал, как лучи играют с фигурой Катрины, словно прожектора на подиуме. Она была красива так же, как и недоступна.
- Как ты? – девушка провела языком по губам, останавливаясь практически вплотную со мной.
- Только я увидел тебя, мне стало лучше. Попрошу доктора Луи выписать рецепт на твой поцелуй.
Стоун закатила глаза и увернулась от моей ладони, которой я хотел потрогать ее пряди. Почему Катрина так боится? Ее карие, как шоколадная глазурь, распахнутые глаза, утягивали меня внутрь себя, не давая даже и шанса на спасение. Но я не хотел бежать от нее. Наверное, это безумие, доверять девчонке, которая загоняла тебе нож в спину, но я был очарован. С первой нашей встречи... Покорен, как только упал перед ней на колени из-за удара в пах.
- Грегори, «нет», - покачала она головой. – Ты говорил, помнишь?
- Я помню каждое свое слово, принцесса. Так тому и быть, но...
Я хитро улыбнулся и подался вперед. Катрина замерла, с вызовом принимая мой взгляд.
- Если я увижу, что ты лжешь сама себе, Кетти, если я увижу, как ты краснеешь и сводишь коленки рядом со мной, не раздумывая начну тебя соблазнять, пока расстояние между нами не сократится до дюйма, пока слова не превратятся в стоны, а невинные поцелуи в шикарный секс, - я сделал затяжку и выдохнул ей в лицо дым, уже замечая пунцовые щеки.
Она была слишком нежная и отзывчивая, чтобы сопротивляться мне. Слишком упрямая и гордая, чтобы признать химию между нами. Слишком испуганная и сломанная, но я починю ее. Только для себя.
Стоун вспыхнула от того, что понимала свою слабость предо мной и ее это бесило. Она ударила меня по больной руке и ехидно улыбнулась.
- В следующий раз я тебе ее сломаю!
- Кто не спрятался, я не виноват...
- Придурок!
Я рассмеялся, но вскоре веселье сменилось стонами боли. Черт, швы кожу тянут! И в какой момент моей жизни все пошло по пизде?
Катрина обошла стойку и налила себе сока, бросая в рот шоколадные конфеты. Жаль, что мои проблемы не решатся из-за разглядывания принцессы. Я бы умер, следя за ее руками, ее шагами, ее улыбкой.
- Принцесса, ты умеешь играть в покер?
- Да, - я уже отвернулся от нее, но замер, не веря своим ушам.
- Что ты сказала?
- Я умею играть. Часто следила за играми Зорро. А что?
- Ты же идеальная! – вскликнул я, отчего Алларик недовольно забурчал и перевернулся на другой бок. – Красивая, умная, классно стреляешь и играешь в карты! А удар какой!
- Ты подлизываешься ко мне? – сквозь улыбку прошептала она, слизывая с губ остатки шоколада.
- А тебе нравится, когда лижут твою киску?
- Что? – ореховые глаза распахнулись, и Катрина подавилась соком, начиная кашлять.
- Никто тебе не лизал, Кетти? – продолжал я издеваться. – О, мой язык к твоим услугам. Будите ли, вы, так добры, присесть на мое лицо, принцесса?
- Ты же знаешь, что я всегда ношу с собой нож?
- Во мне и так на одну дырку больше!
- Видимо поэтому из нее вытекают мозги, - пробурчала Стоун, складывая руки на груди.
- Он всегда таким был, - простонал Хэлл и, придерживая рот рукой, метнулся в туалет.
Нужно найти для него хороший реабилитационный центр. Я покачал головой и уже без тени ребячества, обернулся к Кетти.
- Ты же поможешь мне? Сегодня будет игра. Мне нужна пара.
- Хорошо, - с набитым ртом кивнула она.
- Только, принцесса, нужно переодеть платье.
После моих слов девушка подавилась и покачала головой, в ответ, получая ритмичное кивание.
- Ни за что!
Катрина Анна Стоун
- Я выгляжу, как шлюха! – бросила я на кровать очередное коктейльное платье, которое еле-еле прикрывало мою попу.
- Катрина, просто ты не привыкла, - все никак не унималась Дейзи, протягивая мне другую вешалку. – Попробуй это! Оно самое приличное из всех, какие у меня были!
Жалостливый взгляд подруги переборол мое возмущение. Я схватила красную тряпку и быстро натянула на себя, даже еще не смотря в зеркало, зная, что мне не подойдет. Оно было слишком яркое и открытое. Явно не для меня...
- Кетти, - зашептала подруга. – Ты же настоящая красотка!
- Подруги друг другу не лгут, - буркнула я, оборачиваясь к зеркалу.
Две пары глаз: восхищенные и удивленные, глядели на... симпатичную девушку, в шикарном платье. Определенно все дело только в нем. Оно облегало грудь красным корсетом и тесной тканью опускалось до самых колен. Я попыталась еще больше натянуть его, чтобы прикрыть декольте и щеки заалели в тон ткани.
Я никогда не носила яркого. Дастин запрещал, а потом мне и самой не хотелось выделяться, поэтому сейчас было настоящим шоком увидеть себя женственной.
- Я не вру! Никогда! Ну, только во время секса симулирую оргазм, - замотала она головой, заходя мне за спину. – Ты такая...девочка! Давай тебе макияж сделаем?
- Нет, - пискнула я, останавливая ее.
Дейзи уже рванула к вещам, которые она принесла, в поисках косметички. Грегори все же удалось уговорить меня. Он надавил на жалость, строя лицо раненного в бою солдата, который прикрывал меня от обстрела. Наглый! Хитрый! Как же он меня бесит! И это платье!
- Я просто распущу волосы, - забурчала я, проходясь по ним расческой.
- Почему ты так стесняешься?
Вот еще что!
- Мне не нравится.
- Но ты же красивая, Катрина. Очень красивая, честно-честно. Поверь мне, я в этом разбираюсь, - состроила глазки подруга, доставая из заднего кармана айфон.
Я отвлеклась и не заметила, как она сфотографировала меня, коварно закусывая язык.
- Ты что делаешь? – возмущенно завопил мой голос.
- Выставляю в свою инстраграм историю!
- Дейзи! – я бросилась к ней, но блондинка обогнула кровать. – Зачем?
- Чтобы ты получила много комплиментов и поняла насколько ты красивая и желанная! Я не знаю, что произошло с тобой, но каждая девушка должна себя любить, понимаешь? Что бы ни случилось! Пошли в жопу тупые извращенцы, которые бросают оскорбления в наш адрес! Каждая девчонка уникальна и совершенна! Вот, например, я, - она залезла на кровать с ногами и указала на себя пальцем. – Красотка не потому что у меня такая фигура и лицо, а потому что, я люблю себя и нарядами кричу всему миру. Как же ты понравишься кому-то, если не нравишься себе? Кетти, девчонки изнуряют себя диетами и тренировками, чтобы иметь твою фигуру, а ты прячешь это? Ты себя рассматриваешь в зеркало? Говоришь о том, как сильно любишь? Ты ласкаешь себя, Катрина?
- Фу, Дейз, прекрати! – мои щеки вспыхнули.
- Ну, ты же не девственница? – не поняла она.
- Нет, - голос дрогнул.
- Тогда, как это? Если ты не знаешь свое тело, то и мужчина не сможет сделать тебе приятно, потому что ты не направишь его, - раздался сигнал уведомления и Гриффен запищала. – Смотри, уже первые отклики! «Вау, что это за малышка», «скинешь ее профиль», «сколько стоит ночь», «я бы ей вставил», «готов поспорить ее соски такие же красные как это платье»...
- Прекрати, - перебила я, уже ненавидя этот чертов наряд и саму затею.
Мне не нравится внимание, потому что я его боюсь! Боюсь быть привлекательной, откровенной, яркой. Мужчины могут воспринять это как вызов, а я ненавижу их!
- Кетти, я не хотела тебя обидеть, - грустно прошептала она, слезая с моей постели. – Просто, мы же подруги, и это важно - помогать друг другу.
- Почему ты так тянешься ко мне? Неужели у тебя не было вообще никогда друзей? – обернулась я через плечо, застегивая босоножки.
- Нет. В школе со мной не хотели дружить, потому что у меня были кривые зубы и прыщи. После старшей школы, когда я повзрослела и округлилась, меня только хотели трахнуть, даже девчонки приставали.
Гриффен поправила вырез своей изумрудной блузки и тронула губы розовой помадой, улыбаясь отражению.
- А потом в кафе появилась ты и мы вместе помогли друг другу. Помнишь?
Это было, когда я сбежала из Чикаго. Мне негде было остановиться, а у Дейз свободная огромная квартира. Я иногда отрабатывала за нее смены, прикрывая ее свидания, а подруга разрешала мне ночевать у нее, делилась подарками и заказанными ужинами.
- У меня тоже никогда не было подруг, - пожала я плечами, стараясь, лишний раз не кидать на себя взгляд.
Эта Катрина не была мною. Смотря на эту девушку, не скажешь, что под дорогущим платьем шрамы, а внутри дерьмо мафиозного мира. Все напускное. Дейзи не нужно было притворяться. Пусть она и глупая, но зато очень красивая, а вот я... Просто я.
- Значит, мы лишили друг друга подруженской невинности, - я закусила губу, чтобы подавить смешок.
- Ты это только что придумала?
- Ага.
- Дейзи, просто красиво улыбайся. Идет?
Подруга кивнула моим словам и вместе с ней мы вышли из номера, спускаясь в основное помещение. Здесь уже вовсю орала музыка из настенных колонок, официанты разносили выпивку, стриптизерши танцевали на сцене.
Гриффен начала пританцовывать рядом со мной, двигая бедрами в такт музыки. Несколько парней подмигнули нам, но я показала им средний палец и обернулась в сторону барной стойки, где курил Миллер.
- Доволен? – я покрутилась перед ним, как куколка на витрине, чувствуя неутихающее пламя злости.
- Принцесса, ты... черт. Я редко теряю дар речи, но тебе удалось лишить меня слов. Ты ангельски прекрасна, Катрина.
Я набрала полные легкие воздуха сказать ему гадость, но замолчала, сталкиваясь с полным вожделения взглядом. Он зрительно ласкал меня, повторяя вчерашние свои прикосновения. Я покраснела и сложила руки на груди, чувствуя неловкость.
- У тебя новая подружка, Грегс? – подошел к нам Стэн, сверкая пьяными глазами.
- Катрина, выглядите чудесно, - кивнул Луи, на что Баки вытаращил на меня глаза, не узнавая.
- А я говорила, что волшебница, - захлопала в ладоши Дейзи, оборачиваясь к парням. – Вы же из журнала! Боже, богатые красавчики. Эх, если бы я была не влюблена, охмурила бы вас двоих!
- Милая, мы женаты, - покачал головой Бакстер, неожиданно выдавая. – Друг на друге. Вообще, я гей! Не трогайте меня.
Я рассмеялась, видя, как пара девиц кривятся и уходят от барной стойки, явно опечаленные, что ловить здесь нечего. Наверное, тяжело его жене: самовлюбленный красавчик, хотя по его поведению он ее любит.
- Стэн, с ума сошел? – спихнул его руку со своего плеча Льюис, уворачиваясь от объятий.
- Может, хоть так, они прекратят меня лапать! Черт с вами, пойду, позвоню своей Малышке Миллер. Я пьян и одинок, а еще у меня секса не было уже больше сорока восьми часов. Надеюсь, дети уже спят...
Вот же актер! Он подмигнул мне и, тиская Сэндлера, поднялся наверх, оставляя приторный терпкий запах парфюма.
- И ты дружишь с ним с самого детства?
- Ага, - кивнул Грегори, подкуривая сигарету. – Мы жили по соседству. На самом деле он классный и довольно серьезный. Бывший военный.
Не могу представить этого холеного пижона в автоматом в руках. Себя я тоже в платье не представляла и вот результат. Не все такие, какими кажутся на первый взгляд.
- У тебя есть сиськи?! – заорал кто-то мне на ухо, отчего я испуганно дернулась и налетела на Миллера.
Он поймал меня за талию и спрятал себе за спину, хватая за грудки уже изрядно пьяного Рика.
- Охринел!? Алларик мое терпение не железное, как и твоя челюсть!
- Все нормально, Грегс, - покачала я головой, морщась из-за звона в ухе. – Я не испугалась. Просто было неожиданно.
- Пошел на хрен отсюда! Собирай вещи в реабилитационный центр!
- Чувак, да что я такого сделал?
- Сколько ты не просыхал? – Хэлл принялся загибать пальцы.
- Ну, чуть больше недели.
- Что ты употребляешь?
- Кокс, травку, ЛСД, - захрюкал он, поднимая голову на Дейзи рядом с нами, что сочувственно смотрела на близнеца. – О, красотка, ты здесь. Как он?
- Рик, закрой рот! – бросил на меня беглый взгляд Грегори.
- Все нормально. Пойдем, поговорим, - подруга подхватила его за руку и поволокла в сторону кабинок, оставляя меня в недоумении.
Что, черт возьми, происходит? Рик знает Дейзи и ее тайного любовника. Грегс затыкает им рты, а я ничего не понимаю?
Я покачала головой и подняла недопитый стакан хозяина клуба, делая глоток виски. Оно скатилось по горлу, обжигая горечью.
- Готова?
- К игре? Или взглядам, обращенным на меня? – я закусила губу, прячась за его спиной.
- Принцесса, ты шикарна. Пусть только кто-то попробует прикоснуться к тебе, я отрежу им пальцы и затолкаю в задницу, - Миллер предложил мне предплечье и мы двинулись в сторону подвала.
- Это плохо, что я верю таким сказанным ужасам? – улыбнулась я, рядом с ним начиная чувствовать себя увереннее.
- Нет, просто между нами химия. И еще, - он неожиданно замер и развернулся ко мне, сверкая очаровательной улыбкой. – На тебе сейчас узкое платье, а это значит, нож прятать некуда. Поэтому я могу шутить, не боясь, что ты проткнешь меня!
Иисусе! Я опустила горящее лицо в пол, предвкушая сегодняшний вечер. Или он доведет меня, или я его, но обязательно что-то произойдет.
Что-то...