Глава 9
— Я знаю, что для тебя это шок, — мямлю я, пытаясь восстановить дыхание. — Но я не сделала ничего плохого, честно.
— Ты разочаровала меня, Ребекка Патриция Армстронг.
Если мама называет меня полным именем — жди беды. Когда она впервые назвала меня так, я сидела под домашним арестом целый месяц.
Собрав свои остатки смелости, встряхиваю волосами и громко заявляю:
— Мне восемнадцать лет. Я пару раз была на вечеринках, и мне там не понравилось. А целоваться с парнем, по-моему, в таком возрасте абсолютно нормально. Я не курю, не пью, ничего ужасного не употребляю. Не сижу на твоей шее, пытаюсь выезжать за счет своей стипендии. То, что я позволила себе немного расслабиться, не делает меня ужасной дочерью.
Мама смотрит на меня пустым взглядом. Она глубоко в своих мыслях. Стираю дорожки слез со своих щек. Хватит реветь, Бекки. Слезы горю не помогут.
— Возможно, ты права, — наконец отвечает мама, и я приятно удивлена, — но я все равно не ожидала от тебя такого.
— Прости. — Искренне говорю я. — С этим покончено. Обещаю.
Мама прикрывает глаза и тяжело вздыхает.
— Я очень на это надеюсь, Бекка.
— Так зачем ты приехала?
— Хотела сделать сюрприз, — мама неуверенно улыбается. — Возможно, поужинать вместе.
Да, сюрприз отличный. Вымученно улыбаюсь и молча киваю, впопыхах собирая сумку для учебы.
— Так что на счет ужина? — вновь повторяет моя мать.
— Хорошо. Часов в шесть, ладно?
— Да, конечно, — она подходит к зеркалу, подкрашивает губы красной классической помадой. — Я пройдусь по магазинам пока что.
Вновь киваю. Конечно, мама. Без проблем, мама.
Женщина уходит из моей комнаты. Чувство опустошения наполняет меня. Меня будто пропустили через мясорубку, выжав все соки.
Все обошлось. Хорошо, что все обошлось.
Зачем она это сделала? Я не понимаю. Обидели ее, значит, будет делать гадость в ответ? Нервно смеюсь. Разве можно обидеть человека без чувств?
Есть ли у Фрин Сарочи чувства? Фактически должны быть. Но что на деле? Наверняка выгорели из-за расставания с Сэм.
Саманта... При мысли о ней внутри меня все холодеет. Невероятная внешняя схожесть заставляет задаваться кучей вопросов. Неужели Фрин и впрямь так отчаянно ее любила, что переступает через себя, пытаясь "дружить" со мной только из-за внешности? Это... подло.
Еще куча вопросов образуется у меня, когда я вспоминаю о подписи к той несчастной фотографии. "Бездна"... О чем говорила Саманта?
Наспех умываюсь холодной водой и стучусь в комнату Пэм.
— Привет, Бекки. — Лучезарно улыбается черноволосая. — Я уже почти готова, если ты хочешь пойти вместе.
Киваю, наблюдая за спешкой подруги. Вскоре мы выходим из общежития и направляемся на урок Литературы.
В аудитории еще толком нет никого, как и всегда. Занимаю привычное место рядом с Тайлером.
— Привет. Что у тебя на этот раз случилось? — интересуется Скотт.
— Но... как? — удивляюсь я. — Как ты узнал?
— Телепатия. — Увидев мой скептический взгляд, он закатил глаза. — Ну ладно-ладно, убийца веселья. У тебя все лицо красное и опухшее.
Недовольно стону. Только этого мне не хватало.
— Блеск.
— Так что случилось-то?
— Я... — вспоминаю слова Нам про "трепло", и задумчиво хмурюсь. — Вначале ты скажи мне, что у тебя с Сарочей.
— Мы... — глаза парня мазнули по моему лицу с тенью легкого раздражения, — были друзьями какое-то время.
— Что случилось потом?
— Не выдержал ее напора. — Честно признает Скотт.
Смотрю на Тайлера еще пару секунд, а затем выкладываю все, что случилось пару часов назад.
— Я говорил тебе, не связывайся. — Вздыхает парень. — Для нее теперь не существует других людей. Ей безразличны чужие чувства, она любит с ними играться.
— Уверен? — с сомнением спрашиваю я. — Мне казалась, ее злость неподдельна.
— Может быть. Может быть, она просто рассчитывала на то, что ты бросишься в ее объятья с утра, а может и еще чего. Фрин забавляет это.
— Я не понимаю ее.
— На вряд ли поймешь, — пожимает плечами Тайлер.
Окидываю взглядом аудиторию. Фрин нет. Урок начинается, и я всеми силами пытаюсь отвлечь свои мысли от шатенки с тёмными глазами.
***
— Как твоя учеба? — спрашивает мама, делая глоток дорогущего вина.
— Знаешь, неплохо. Мне очень нравится Литература и Философия. — Натянуто улыбаюсь я, копаясь вилкой в греческом салате. — Единственное, учитель Математики слабоват.
— Славно.
Между нами вновь виснет тишина. Напряжение чувствуется каждой частью тела. В наших отношениях раньше никогда такого не было.
— Слушай, а что за девушка была с утра? — вдруг интересуется мама, вытирая губы салфеткой.
Болезненно хмурюсь. О ней мне вспоминать не хотелось, но где бы я не находилась, каждый, будто считает своим долгом напомнить.
— Подруга, у которой я ночевала.
— Это твоя подруга?!
— Ну, могла быть ею. Но, кажется, у нас не сложилось.
— Вот и правильно! — восклицает мама. — Она тебе даже в подстилки не годится.
Мне не нравится то, как мать говорит о Фрин. Она не имеет права. Трясу головой, пытаясь отогнать эти мысли. Стоп, Бекки. Она хотела испортить твои отношения с матерью. Она грубит тебе и причиняет боль. Она заслуживает всего самого худшего.
— Бекки, милая, — мама придирчиво окидывает меня взглядом, задерживаясь на волосах, — тебе следовало бы подстричься.
Автоматически киваю. Мама права. Она всегда права.
После ресторана мама довозит меня до кампуса, целует в щеку и желает спокойной ночи. Не знаю почему, но ее забота нервирует меня.
В комнате я застаю Нам, что определенно радует.
— Где ты была утром? — интересуюсь у блондинки.
Нам жмет плечами и загадочно улыбается. Ее щеки розовеют от румянца. Улыбка растягивается по моему лицу.
— Выкладывай.
— Я ночевала у Хенга, представляешь? — смущенно улыбается моя соседка. — Мы, теперь, вроде как вместе.
— Серьезно? — ахаю я, крепко обнимая подругу. — Поздравляю! Я безумно рада за тебя. За вас, — поправляю себя.
— Спасибо! — вновь на губах блондинки расцветает улыбка. — А Райян, кстати, скучал по тебе.
Скептически поднимаю брови.
— Серьезно?
— Да. Ходил сам не свой.
— Почему же не позвонил?
— Э-э... — блондинка пожимает плечами. — Не знаю. Кстати, как ночь с Фрин?
— Твоя формулировка ужасна, но я отвечу, — запускаю руку в волосы и шумно вдыхаю воздух. — Поначалу все было замечательно. После я нашла фото Саманты, сравнила ее с собой и сделала вывод, что я лишь замена девушки Сарочи. Приехала в общежитие, а тут мама. Разозленная мама, — развожу руками, — а потом еще и разозленная Фрин пришла. Но, в общем-то, все закончилось мирно. С мамой у нас все более менее, а с Сарочей я не виделась, и видеться не хочу.
— Вот как, — Нам задумчиво поджимает губы.
— Почему ты мне раньше не говорила, что я так похожа на Сэм?
— Знаешь, — аккуратно начинает блондинка, — ты действительно на нее похожа. Не только внешне, внутренне тоже. Не всем конечно, но многим. Например, своим умением ценить других людей и их чувства. Или своей правильностью и зацикливанием на учебе.
— Так, получается, моя теория верна? — приподнимаю брови, в ожидании ответа.
— Не уверена, но, думаю, нет. И не смотри на меня так, — красноречивым тоном припечатывает она, — думаю, она просто отыгрывается на копии Саманты.
— Ну спасибо, Нам. — Я сморщилась при слове "копия".
— Прости, — виновато улыбается она. — Фрин настолько непредсказуема, что я не знаю чего она добивается. Может, правда хочет стать другом. Может и отыгрывается, как я уже говорила. Она не такой плохой человек, как ты считаешь, просто... Обстоятельства вынуждают.
— Все вы говорите, что она "неплохой человек", да вот только сама Фрин этого не показывает.
— Вы не настолько близки.
— В каком смысле?
— Не пойми меня неправильно, Бекки, — вздыхает блондинка, — но у Фрин тоже есть чувства. Она человек, представляешь? Сэм сломала ее полностью и она была вынуждена закрыться ото всех. Ей сложно показывать свои настоящие чувства и эмоции. Прежде чем что-то сделать, она обдумывает все по нескольку раз. Все ее слова и действия тщательно спланированы, потому что она боится оступиться. И ее ужасно злит, когда что-то идет не по плану.
— Да, мне жаль, что Сэм ушла и все такое, но пора жить дальше, разве нет?
— Это очень... сложно. Сложно для нее.
— Кстати, — чуть оживляюсь я, — на фото было написано что-то про "бездну". Я не совсем помню что, но проблема в том, что эта надпись явно несет в себе какой-то смысл. Только вот я не понимаю...
— Впервые что-то слышу о "бездне"...
— Почему Саманта уехала?
— Не знаю. — Нам ловит мой недоверчивый взгляд, и повторяет: — Клянусь, не знаю. Никто не знает. Если только сама Сароча.
— Давно вы с ней дружите?
— С того дня, как я впервые сюда пришла, — разводит руками Нам. — Хенг с ней общается гораздо больше. Они вместе со школы.
— Никогда бы не подумала... — бормочу я.
— Я бы тоже не поверила, если бы не была знакома с ней еще тогда, когда Фрин была счастлива.
Неожиданный звонок прерывает нашу беседу. На экране высвечивается имя Хенга, и я в недоумении показываю экран Нам.
— Почему он не тебе звонит?
— Не знаю... — насупилась блондинка. — Поставь на громкую связь.
Я выполняю просьбу соседки, и принимаю вызов от парня.
— Бекки? — громко произносит Хенг.
— Да, у тебя все хорошо? Почему ты звонишь мне, а не Нам?
— Мне нужна ты... — пауза, звук разбившегося стекла. — Я знаю, что уже поздно, но...
— Что происходит? — не понимаю я. Рядом недоумевает Нам, закусывая губу. — Ты в порядке?
— Я-то в порядке, но вот Фрин...
— Фрин? — мое сердце забилось в несколько раз чаще. Вся злость на девушку мгновенно улетучилась, когда я лишь допустила мысль о том, что у нее проблемы.
— Да. Слушай, — тяжелый вздох, — ты можешь приехать? Мы в квартире ее мамы. Я дам адрес.
— Зачем?
— Она совсем не слушает меня, я думал, может ты в состоянии ее утихомирить. Она напилась, — вновь слышу звук чего-то бьющегося, — а у нее непереносимость алкоголя. Она в ярости... Приезжай, я прошу тебя.
Бросаю взгляд на Нам. Блондинка кивает. Черт.
— Уже еду.
Бросаю трубку, обуваю кеды и выбегаю в коридор. Энергично стучусь в комнату Пэм.
— Бекки? — девушка обеспокоена. — Что-то случилось?
— Да. — Пытаюсь нормализовать дыхание. — Мне нужна твоя машина.