Москва
Самолёт мягко оторвался от земли, и я почувствовала, как сердце забилось быстрее. Мы с Егором сидели у окна. Он, как всегда, взял меня за руку — нежно, уверенно. Я повернулась к нему, и он чуть улыбнулся.
— Всё прошло хорошо, — сказал он тихо. — Мама потом ещё сто раз спросила, когда мы снова приедем.
Я улыбнулась.
— Я уже скучаю по её пирогам.
— По пирогам? — он насмешливо поднял бровь. — А по мне?
— Ну… ты со мной, а пирогов больше нет, — дразнясь, ответила я.
Он качнул головой и притянул меня ближе, поцеловал в висок. Было тихо. В салоне слышен только ровный шум двигателя и редкие звуки перелистываемых страниц.
— Когда прилетим, поедем сразу домой? — спросила я.
— Я подумал... может, зайдём поужинать куда-нибудь? Как раньше. Без работы, без звонков, просто мы.
Я кивнула.
— Хочу. Очень.
— Хорошо, — он провёл пальцами по моей ладони. — Тогда после приземления — ужин. А потом, если не передумаешь, сюрприз.
— Сюрприз? — я нахмурилась, но внутри всё защекотало.
— Не бойся, ты улыбнёшься, обещаю.