Глава 148. "Сколь дикий, столь и прекрасный"
Глава 148. "Сколь дикий, столь и прекрасный"
Чжан Ци нахлобучил капюшон и наблюдал за юношей, затерявшись в толпе. Он видел, как Лян Яо подходил к прилавкам и выбирал самые дорогие продукты. Потом он о чем-то говорил с торговцами, мило им улыбаясь. Те также мило улыбались ему в ответ. Затем юноша забирал продукты, причем денег не оставлял и уходил. Так повторялось снова и снова, пока Лян Яо не заполнил салазки доверху. Чжан Ци начал злиться, не понимая, что происходит, и хотел от юноши объяснений немедленно, но все же решил сдержаться и понаблюдать, что будет дальше. Ничего не подозревая, Лян Яо ходил по рынку, пока случайно не пересекся взглядом с мужчиной. Взгляд глаз, цвета стали, больно хлестнул его, будто болезненный эпизод из прошлого. Лян Яо внутри сжался в комок, ощитинился, будто еж. Этот мужчина стоял и смотрел на него, будто тоже узнал. Нет, это просто невозможно. Он не мог его узнать! Теперь не мог. Точно не мог. Но смотрел так, будто у него были сомнения. Сяо Хэн. Конечно же это был он! Лян Яо отвернулся и быстрыми шагами пошел прочь, волоча за собой салазки с продуктами. Он спешил затеряться в толпе. Когда толпа его скрыла, он помчался бегом, теряя на ходу свои продукты. Все это время Чжан Ци не спускал с него глаз.
— Эй, а ну стой! — закричал мужчина. Услышав такой знакомый голос, юноша остановился и обернулся. Он посмотрел на Чжан Ци такими глазами, будто тот был любовью всей его жизни, его спасителем. На губах Лян Яо расцвела улыбка, будто слива мейхуа, предвещающая весну.
— Учитель, вы пришли за мной? — продолжал улыбаться юноша.
Но Чжан Ци был разгневан.
— Не желаешь объясниться, откуда все эти продукты? Почему ты взял все это, не заплатив ни гроша? Что ты сказал всем этим людям, почему они отдали тебе товар?
Юноша немного растерялся, но тут же взял себя в руки и снова располагающе заулыбался.
— Учитель, я взял у них взаймы и потом все отработаю, не переживайте.
— И они вот так тебе отдали свой самый дорогой товар, поверив на слово?
— Конечно. Ведь они знают, что я честный человек и обязательно верну им долг.
Чжан Ци не знал, что на это ответить. Лян Яо одарил его ослепительной, как упавший на землю луч солнца, улыбкой.
— Ладно, — проговорил Чжан Ци. Он потянулся рукой к верёвке, за которую парень тянул тяжёлые салазки, их руки слегка соприкоснулись. Юноша снова улыбнулся. Они тянули эту нелегкую ношу вдвоем, разделив ее напополам, бороздя белый снежный холст, никем ещё не тронутый.
— Учитель, что вы хотите на ужин? — повернулся к мужчине Лян Яо.
Во время гона Инь Чэ сковывал себя заклятием, чтобы в состоянии, когда он себя плохо контролирует, не наделать глупостей. Тем более, что дома находились дети.
Уже много лет назад Инь Чэ нашел себе укромное место высоко в скалах, скрытое от обычных людей и заклинателей, чтобы беззащитный демон не смог стать их добычей. Сложенные вместе руки Инь Чэ были прикованы цепями к скале. Демон терпел невыносимую муку, одержимый неудовлетворённым желанием. Он был хорошо скрыт от людского ока, но не от глаз демона гор, который обходил свои владения и ненароком набрёл на это тайное убежище.
— Ха-ха-ха, Инь Чэ, кого я вижу! — засмеялся демон гор, подходя ближе. — Да никак у тебя гон?
Он продолжал смотреть на Инь Чэ и насмехаться.
— Вэй Хуан, иди своей дорогой! — злобно воскликнул демон, отвернувшись в сторону. Чье-то присутствие лишь ещё больше распаляло его желание. Инь Чэ уронил голову на руки, цепи жалобно зазвенели. Вэй Хуан, скрестив руки на груди, продолжал посмеиваться над ним.
— Зачем тебе мучиться, Инь Чэ, ведь я могу тебе помочь, — демон гор подошёл поближе.
— Убирайся, прочь, прочь!
Вэй Хуан развернул его лицом к себе и вылизал щеку, что означало: "Ты мой".
— Ага, помечтай! — вскричал Инь Чэ. — Проваливай отсюда!
— А то что? — усмехнулся Вэй Хуан. Цепи снова зазвенели. Но Инь Чэ никак не сможет избавиться от наложенного на него проклятия, пока не окончится гон, сейчас он совершенно беззащитен и беспомощен.
Вэй Хуан медленно склонился над ним, играя ситуацией, и легонько, не торопясь, прикусил мочку остроконечного уха демона. С губ Инь Чэ сорвался неконтролируемый стон, его тело пылало, сжигаемое желанием, будто пожар. Вэй Хуан усмехнулся, глядя на него, его красные глаза вспыхнули. Инь Чэ, чтобы не опозориться ещё больше, прикусил себе губу до крови.
Демон гор стянул с него белую меховую накидку и бросил ее на снег. Приспустив ворот халата Инь Чэ, демон гор легонько пробежался по белоснежной коже когтями и заключил его в свои объятия.
— Ах! — снова не выдержал Инь Чэ, одержимый желанием. Оно было настолько мучительно, что в изумрудных глазах демона выступили слезы.
— Прочь! Пошел прочь от меня, стервятник! — закричал Инь Чэ, собрав в кулак осколки воли. Он изловчился и вцепился клыками в руку Вэй Хуана, прокусив ее до крови.
— Какой дикарь! — помахал укушенной рукой демон гор. — Инь Чэ, ты совсем дикий. Мне лучше тебя приручить или наказать?
— Пошел вон!
Вэй Хуан снова поймал прикованного демона в свои объятия и прижал к себе, стоя позади него. Его язык пробежался по мраморной шее, где уже оставили свои маленькие царапины его когти. Инь Чэ издал жалобный стон. Эта пытка была невыносима. Но Вэй Хуан очень медленно смаковал свою победу, будто играя с жертвой. Его губы целовали шею демона, а пальцы развязывали пояс на его халате.
— Любовь моя, я так долго ждал этого момента и наконец дождался, — пробормотал Вэй Хуан. У Инь Чэ больше не было сил противостоять или возражать ему. Все, чего он хотел — это удовлетворить свою похоть. В это время Вэй Хуан уже спускал халат с его гладких плеч. Какая белоснежная, прозрачная кожа, какое совершенство! Демон гор с восхищением залюбовался образом полуобнаженного демона, пока Инь Чэ продолжал издавать жалобные стоны.
— Ты действительно настоящее совершенство, настоящее чудо. Сколь дикий, столь и прекрасный.