Глава 57. "Ох, я не знал, что господин Чжан кричит во сне"
Глава 57. "Ох, я не знал, что господин Чжан кричит во сне"
Бай Чжэнмин уже несколько дней находился у Хань Вэньчэна. Они почти не разлучались.
Хань Вэньчэн растянулся на большом шикарном ложе. Спутавшиеся волосы падали на лопатки. Он лежал на животе и водил пальцем по щеке Бай Чжэнмина. Юноша развернулся к нему, его глаза сияли.
- А-Хань, ты - мое солнце, если ты для меня зайдешь, я погибну...
- Почему все эти мысли приходят в твою голову? Чжэнмин, что опять я сделал не так?
- Все так, просто я боюсь потерять свое счастье...
- Дурачок, - проговорил Хань Вэньчэн и подвинулся к нему ближе. - Я уже сказал тебе, что мы вместе встретим старость.
Глаза Бай Чжэнмина заблестели ещё ярче. Хань Вэньчэн склонился над ним и их губы соединились в длительном поцелуе.
- А-Хань, я люблю тебя, слышишь? Люблю!
- Ты мне тоже небезразличен, - ответил Хань Вэньчэн и его губы переключились на нежную шею юноши.
Лёжа за стеной, Чжан Ци не мог больше этого выносить, не мог это слушать. Изо всех сил он сжал в руках уголки подушки. Вены на его руках напряглись, он сжал пальцы в кулаки. Звуки поцелуев и вздохи Бай Чжэнмина слышались все отчётливее. Нервы Чжан Ци сдали и он не своим голосом закричал, выбежав из своей комнаты.
Услышав душераздирающий крик, Хань Вэньчэн перестал целовать Бай Чжэнмина и в изумлении замер.
- Ты слышал? Что это? Это Господин, как его там, так кричит?
- Похоже на то, - ответил юноша.
Хань Вэньчэн босиком выбежал из комнаты. Не успевший скрыться, Чжан Ци спрятался за углом, чтобы не наделать ещё больше шума.
Следом за Хань Вэньчэном выбежал и Бай Чжэнмин.
- Почему ты помчался, как угорелый, тебе что, нравится Господин, как его там?! - воскликнул недовольный юноша.
- Чего? Ты смеёшься надо мной что ли?! Посмотри на меня и на него, неужели ты мог подумать, что мне нравятся подобные люди! Для меня он старик. Шелудивый императорский пёс, который выжидает момент, чтобы цапнуть за ногу. Старый и нудный, он только и делает, что раздражает меня. Чжэнмин, твоя ревность переходит уже всякие границы! А выбежал я, чтобы посмотреть, не пробрались ли в его комнату убийцы, наша спальня через стену, Чжэнмин!
Стоя за углом, Чжан Ци прекрасно все слышал. Он даже не осознавал, как по его лицу катятся горячие слезы. Когда он плакал в последний раз? Во сне, когда ему снова приснились отец и мать. Слушая, что говорит о нем Хань Вэньчэн, человек, которого он спасал несколько раз, рискуя собственной жизнью, мужчина осознавал, что между ними лежит бездонная пропасть. Он почувствовал себя абсолютно ненужным, старым предметом мебели, который надо бы, да нельзя выбросить. Совершенно никчёмным и безнадежным. Он глотал соленые слезы, а в душе сквозили пустота и отчаяние. Если в случае со смертью родителей оставалось одно утешение - месть убийцам, то здесь не оставалось даже этого. Кого ему винить за то, что ему почему-то стал важен человек, который его презирает и ненавидит? Кого, как ни самого себя?
Дождавшись, пока Хань Вэньчэн и Бай Чжэнмин уйдут к себе, Чжан Ци помчался в сад. В душе его творился сущий кошмар. Он не переживал подобных ощущений со времён смерти родителей и не знал, что с ними делать. Как обуздать все эти эмоции и жить дальше?
История императора Цинь Шихуанди была такова, что сам он родился сыном наложницы, и звали его Ин Чжэн. Ин Чжэн стал правителем в тринадцать лет, но фактически за него правили его мать, императрица Чжао, и регент Лю Бувей, который по совместительству был любовником императрицы. Чтобы отвести от себя подозрения, Лю Бувей "подкинул" императрице нового любовника, которым стал некий Лао Ай, выдававший себя за евнуха.
Со временем, Лао Ай стал влиятельным человеком во дворце и у него с императрицей тайно родились двое детей. Лао Ай хотел сместить Ин Чжэна в и захватить власть в свои руки, но заговор был раскрыт. Лао Ай решил напасть на дворец, но попал в ловушку. Лю Бувей разбил людей Лао Ая, чтобы обезопасить себя. Лао Ай и слуги были казнены. Казнили также и детей Лао Ая и императрицы, а саму императрицу Чжао посадили под домашний арест. Лю Бувей покончил с собой, выпив яд. Так начиналась история правителя, объединившего Китай, первого императора - Цинь Шихуанди.
Чжан Ци принялся ещё усерднее упражняться с мечом, чтобы отвлечься от своих мрачных душевных мук. Он впитал в себя все, чему его обучил Ван Шу, и безупречно владел мечом.
- Господин Чжан, все ли с тобой нормально? - раздался за спиной голос Хань Вэньчэна. - Вчера ночью мы с Чжэнмином слышали твой истерический крик и подумали, что у тебя что-то стряслось. Возможно, к тебе пытались проникнуть убийцы?
Чжан Ци вздрогнул, потеряв контроль, и едва не рубанул себя мечом по руке.
- Благодарю за беспокойство, молодой господин Хань, у меня все в порядке, просто приснился дурной сон, - ответил Чжан Ци, пытаясь не видеть этих насмешливых, впившихся в него обсидиановых глаз.
- Ох, я не знал, что господин Чжан кричит во сне, увидев ночной кошмар, - усмехнулся Хань Вэньчэн.
- Молодой господин, я упражняюсь с мечом и у меня нет времени на разговоры, - ответил Чжан Ци, занимаясь своим делом.
- Ах, простите пожалуйста! - с усмешкой ответил Хань Вэньчэн. - Когда чем-то занимаюсь я, так тебе всегда в радость отвлечь этого достопочтенного.
Он развернулся и пошел прочь. Чжан Ци подумал о том, почему ему так больно, когда он соприкасается с этим человеком хоть как-то.