Глава 8. "Вот уж кому следует задать хорошую трепку"
Глава 8. "Вот уж кому следует задать хорошую трепку"
Слышать вздохи и стоны, доносящиеся из источника, было больше невыносимо. Чжан Ци стоял красный, как рак. Присутствовать при совокуплении мужчин ему ещё ни разу не доводилось. Это была настоящая пытка.
— Громче, Чжэнмин, пусть послушает, — шепнул на ухо юноше Хань Вэньчэн. Юноша был уже на пике оргазма. Откинув голову назад и обдав Хань Вэньчэна брызгами воды с мокрых волос, он закричал.
"Как хорошо было бы уйти в медитацию", — в отчаянии подумал Чжан Ци. Но он не мог позволить себе такой роскоши, ведь всегда нужно было быть на чеку.
— В самый первый раз мне было очень больно, А-Хань. Это было так давно... — прошептал Чжэнмин, обессиленно лежа на руках Хань Вэньчэна.
— Почему же ты тогда начал бегать за мной?
— Потому что сейчас я очень счастлив, — прошептал юноша, добавив: — я очень-очень тебя люблю.
Хань Вэньчэн самодовольно улыбнулся. Сколько раз влюблялись в него? Счета нет. Пожалуй, этот юноша единственный, кто задержался у него на столь длительный срок. Они были родственными душами, теми, кто плывет по течению в одной лодке. Их слишком многое связывало с самого детства.
Бай Чжэнмин навсегда запомнил этот день. Этот день был слишком важным в его жизни. Тогда они были еще совсем юными и просто напились тайком вина. Бай Чжэнмин заметил, что Хань Вэньчэн как-то странно смотрит на него, не так, как обычно. Пьяный четырнадцатилетний Чжэнмин, раскрасневшись от выпитого вина, улыбнулся.
— А-Хань, почему ты так смотришь, что-то не так?
— Все так, Чжэнмин, просто я хочу, чтобы ты разделся.
— Что... Что? Зачем?
— Увидишь, — Хань Вэньчэн загадочно улыбнулся. Как он был прекрасен в этот момент! В то время они ещё могли не собирать свои волосы. Волосы Хань Вэньчэна, длинные и блестящие, струились по плечам. Он тоже раскраснелся от вина. Румянец алел на нефритово белой коже, что придавало лицу неповторимое очарование. Глаза Вэньчэна блестели из-под длинных ресниц, будто бы он что-то задумал. Он был настолько прекрасен, что невозможно было отвести взгляд. Чжэнмин смотрел на него ничего не понимая и глупо улыбаясь. Неожиданно, Хань Вэньчэн снял с себя всю одежду. Шелковый халат медленно сполз к ногам, обнажая хорошо сложенную фигуру.
— Ну же, Чжэнмин, сделай то же самое, не бойся...
Что за шутки? Но, если это просит сделать А-Хань, значит, так надо. Разве мог бы он посоветовать плохое?
Бай Чжэнмин, пошатываясь, неловко развязал пояс. Его халат упал к ногам. Он посмотрел на Вэньчэна, хмель притупил стыд.
— Подойди, — сказал Хань Вэньчэн.
Чжэнмин неуверенно сделал шаг вперёд. В следующий момент юноша уже оказался в объятиях Вэньчэна, который прижимал его к своему разгоряченному телу.
— Приоткрой рот, — шепнул Хань Вэньчэн.
Сладкие, как мед, уста, на которых ещё поблескивали капельки вина, слились с устами юноши, у которого земля ушла из-под ног. Он не знал, что было можно так делать и почувствовал, что захлестнувший водоворот эмоций несет его по течению. Юноша издал тихий стон, обхватив Хань Вэньчэна за шею тонкими руками. В следующий момент они очутились уже на кровати.
— Не бойся... — прошептал ему на ухо Вэньчэн и в этот момент юноша почувствовал такую невыносимую боль, будто в его тело забивали здоровый кол. Из глаз ручьем хлынули слезы. Он что есть силы закричал. Хань Вэньчэн закрыл его рот ладонью.
— Тише, не кричи...
Если бы это кто-то увидел, у них могли бы быть серьезные неприятности. Из глаз Чжэнмина продолжали катиться слезы. Ему казалось, что его живьём пригвоздили к этой кровати. Он с силой убрал руку Хань Вэньчэна.
— Прекрати, мне очень больно!
Тогда Вэньчэн заткнул ему рот поцелуем, продолжая двигаться очень медленно, потому что юноша оказался слишком узким. Все это время Хань Вэньчэн продолжал целовать его, лишая возможности закричать. По лицу Чжэнмина по-прежнему ручьями катились слезы, но через какое-то время он почувствовал, что все тело содрогается в конвульсиях от охватившей его сладкой истомы. Он в первый раз испытал подобное ощущение и был поражен.
Молодой Хань Вэньчэн не специально причинил своему юному другу боль, просто он был ещё слишком молод и неопытен. Это также был его первый раз.
Наутро сгорающий от стыда Чжэнмин, который не мог пошевелиться от боли, попросил его больше такого с ним не делать.
— Хорошо, прости, — ответил Хань Вэньчэн, — я слишком много выпил вчера.
Но спустя месяц,Чжэнмин, напившись вина, сам пришел дразнить и соблазнять Хань Вэньчэна. Он понял, что у него серьезные чувства к этому человеку и что он не может без него жить. Так они стали любовниками.
Чжан Ци усиленно тренировался, когда Хань Вэньчэн, вместе со своим молодым любовником, в чем мать родила прошел прямо мимо него, покатываясь со смеху. Не было больше сил это терпеть.
— Молодые господа, — не выдержал Чжан Ци, — вместо того, чтобы вилять голым задом, не хотели бы заняться тренировкой? Или держать меч — это занятие не для ваших нежных ручек?
Бай Чжэнмин накинул халат и с вызовом обернулся на Чжан Ци:
— Господин, как тебя там... Сейчас мы вернёмся во дворец, я возьму свой меч и задам тебе хорошую трепку!
Слова самоуверенного неоперившегося птенца, даже не представляющего себе с кем он связался. Чжан Ци снисходительно улыбнулся:
— Как вам будет угодно.
Между тем, кажется в Хань Вэньчэне проснулась совесть и он надел свой халат, подвязав его поясом.
Они пошли вперёд и Чжан Ци поплелся за ними.
— Давай будем звать этого типа "Господин, как тебя там"? — предложил Чжэнмин и они снова покатились со смеху.
"Вот уж кому следует задать хорошую трепку", — подумал Чжан Ци, волочась за ними следом.