Исцеление болью

Гарри порой полностью путался в том, что они говорили друг другу на сеансах «Исцеление болью». Он хорошо помнил, как незнакомец рассказывал про смерть его врага, а теперь говорит, что тот жив и он его любит. И это слегка не укладывалось в картинке мира. Как такое возможно? Внезапно ожил на столе реанимации, как в фильмах показывают? Или ему наврали? Но с другой стороны какая разница? Это очень мило. Поттер хотел, чтобы его собеседник был счастлив. Все же комната 3х4 странно работала. Так тесно говорить, общаться на все темы, не бояться признаться в наличии таких чувств к кому-то... Это сближает.

Он радовался, когда слышал, как собеседник начинает жить нормальную жизнь. А то, что порезал метку почему-то не напрягало, скорее расслабляло. Это жутко, но он двигался, а это лучше любого застоя.

Что до Малфоя... Совет незнакомца оказался мучительным. Поттер реально хотел рассказать Драко о чувствах и попытаться встречаться официально. Но страх все разрушить, оказалось не просто побороть. Сначала он хотел сразу же к нему примчаться, но решил обдумать риски, закопавшись снова в работе и делая вид, что очень занят каждый раз, когда Драко пытался к нему попасть. Это походило на побег от обязательств после такой жаркой ночи. Но это и было побегом, только не от обязательств, а от самого себя. Гарри понимал, что как только его увидит один на один, сразу ляпнет про чувства. Но ведь сейчас у них все отлично, а что будет потом? Поэтому и прятался. Но как известно, если идея рождается, ее сложно убить полностью. Желание сказать, попробовать, увидеть реакцию Драко, монотонно сверлило темечко пока на второй день он не психанул разбивая любимую чашку прямо на работе.

И вот, через два дня побега от себя и Малфоя, Поттер заявился к нему на работу. Только на месте его не было. Выяснив, что главный патологоанатом больницы взял пару дней отпуска, Гарри поехал в центр Лондона.

Поднимаясь в квартиру на верхнем этаже, он с трудом представлял, что будет говорить и как это будет выглядеть. Но так устал, что тянуть кота за яйца просто уже не было сил.

Выйдя из лифта, Поттер мгновенно напрягся слыша шум из квартиры в конце коридора, где жил Малфой. Подобравшись, и достав палочку, он поспешил вперед. Шум усиливался, Гарри ощутил биение сердца в горле. Он толкнул дверь, которая оказалась открытой и ужаснулся.

Общий бардак в уже знакомой гостиной ушел на второй план, когда увидел, как Малфоя на полу душит какой-то старик.

Посидевшие губы любимого парня врубили инстинкты. Гарри двинул остолбеней по сволочи, нависающей над Драко и связал его, а потом кинулся к хрипящему на полу блондину.

Тот лежал, пытаясь делать рваные вдохи и дергач с шеи веревку, которой душили.

— Блять, Малфой, ты в порядке?

— Нет. Поттер, что за...

Гарри убрал веревку, приподнял его слегка, чтобы Драко сел и начал бегло осматривать. Парень был цел, почти. Рассеченная губа и разбитая скула говорили о драке, но в остальном...

Гарри замер, а Драко испугался. Неужели снова? Малфою было это неприятно, то как Поттер залипал на его метке. А сейчас он в футболке потому что дома, потому что тут его никто не мог видеть. Он же не знал, что Поттер заявится и что его душить придут тоже не знал, иначе сменил бы одежду на ту, что с длинным рукавом.

Драко попытался встать, изо всех сил игнорируя Поттера, и у него получилось со второй попытки и то и другое. Он подошел к связанному и заглянул в его глаза. Тот был жив, просто в отключке.

— Поттер, ты как тут оказался, какого черта происходит?

Но Поттер сидел, как и прежде глядя в то место, где недавно находилась рука Драко, когда он его увидел на полу.

«Что за хрень?»

Подойдя к Гарри, Драко присел рядом и пощелкал пальцами перед его глазами. Поттер пару раз моргнул, в воздухе хватая руку бывшего врага и поворачивая к себе уродливым рисунком. Драко носил повязку целых два дня, что они не виделись. Но сегодня уже снял ее, ведь зелья быстро залечивали порезы. И сейчас Поттер лицезрел черный череп со змеей пересеченный множеством шрамов, ничем не скрытых, ничем не защищенных.

— Сука.

— Чего? — Малфой мог ожидать разного, но не такой реплики, даже на эту метку или порезы, что Гарри видел впервые. Он конечно ждал каких-то обвинений на его выходку, но не такого, — Ты ебнулся Поттер? Мне бояться?

Винтики становились на места, запуская шестеренки в голове. Гарри пытался свыкнуться с новой реальностью. Гермиона не могла не знать. И он не понимал, радовался или злился этому сейчас.

Он поднял глаза на Малфоя, который с беспокойством осматривал лицо напротив.

— Тут я как бы пострадавший, ты вкур...

Но договорить Драко не смог. Гарри приблизившись впился губами в ледяные губы не давая отстраниться, думать или вообще хоть как-то реагировать. Малфой замер не понимая какого черта.

Когда Поттер оторвался от сладких губ, то сразу же открыл глаза глядя на шокированные глаза напротив.

— Ты чего? — прошептал Драко не зная куда смотреть в глаза или на губы, что оказались слишком сладкими тем более после того, как несколько дней его не видел.

— Ты порезал ее, Драко. Как и он...

Малфой сначала не понял, а потом дернулся. Но Поттер не пустил руку, лишь сильнее хватая, вжимая пальцы в раздертую практически до неузнаваемости метку.

Малфой начал осознавать. А учитывая его смекалку, доходило слишком быстро. Так быстро, что в глазах помутнело от ужаса или радости или...

Фраза, которая однажды так сильно его зацепила, единственная, одна из самых важных во всех разговорах, самая бессмысленная, не оставляющая почти ни на один день, теперь стояла перед глазами, как чертов маяк — "Смотри и думай, идиот". Вот же, все черным по белому написано!

«Волдеморт пытал меня»

Вот, что было не так в этой ебаной фразе. Вот, почему она не вписывалась в мозг Драко. Волдеморт никогда никого просто так не пытал. Если ты попадался под его Круцио, выжить мог лишь Пожиратель. Их он отпускал вдоволь наигравшись. Остальных после Круцио в преимущественном большинстве, ждала только Авада.

Но один человек из знакомых Малфоя, не будучи Пожирателем, смог уйти после Круцио Волдеморта. Отец рассказывал ему про то, что было на чертовом кладбище после турнира. Про их дуэль, про его пытки Поттера. А потом он не смог его убить снова. Поттер сбежал.

Все сложилось слишком быстро и легко. Его одиночество, причина почему он боялся, что полюбят не его. Драко решил, что дело в деньгах, потому, что это его тема, но у избранного другая проблема. И его напарница, влюбленная в него со школы. Джинни. И его страх огня — Выручай-комната. И чувствительность к шуму и темноте. Это типично для того, кто почти год по лесам скитался, боясь быть пойманным и не завершить миссию.

— Сука. Поттер. Это был ты.

— И ты.

В углу комнаты судья Досер отходил от остолбеней, но веревки не давали ему вырваться, убежать или напасть. В дверях уже толпились авроры, которых Поттер вызвал едва заметил, как Малфоя душат, но этим двоим было не до шума вокруг. Они просто сидели на полу, продолжая сканировать друг друга взглядами, словно это могло дать ответы на то, что будет дальше.