Стеклянная лилия

📍Италия, Сицилия, Палермо

МАРКО БЕНЕДЕТТИ, 25

За всю ночь я ни разу не сомкнул глаз.
Я наблюдал за своей Лилией всю ночь, и я не мог, черт возьми, оторвать от нее своего взгляда.

Я также боялся потерять ее из виду, до сих пор не веря, что мы были рядом, что она лежала рядом со мной, прижимаясь к моему телу. Я аккуратно дотронулся своими пальцами до ее волос, а потом до щеки и до ее мягких губ. Для меня она была, как хрупкая и самая дорогая стеклянная статуэтка лилии, которая была для меня самым ценным призом.

Не могу поверить, что потерял столько лет.
Столько лет нашей любви...
И наш сын, он буквально вырос без нас, мы не видели его первых шагов, не слышали его первых слов...
Мы потеряли многое.

Но сейчас мы были все вместе и это было самое главное. Я обрел не только любовь, но и семью, которую я больше не собирался терять.

Уже было ранее утро, Джульетта все еще сладко спала, прижимаясь своим носиком к моей шее, ее левая рука была перекинута через мой живот.

Я не хотел тревожить ее сон, но мне пришлось аккуратно приподнять ее руку, чтобы освободиться. Как можно тише я поднялся на ноги и подошел к балкону, чтобы взглянуть на прекрасный сад. Виды здесь были чудесные, тут не поспоришь. Палермо был действительно красивым городом.

Как вдруг, я заметил дверь, которую не разглядел в темноте, это была смежная дверь...

Я нажал на ручку и она приоткрылась, увидев перед собой большую детскую, я напрягся.

На полу, ко мне спиной, сидел маленький черноволосый мальчик. На его голове были большие наушники и он что-то яростно рисовал, не обращая ни на что внимания.

И мое сердце сжалось от осознания, что это был мой сын. Мое дыхание было тяжелым, кажется, даже мои руки стали слегка дрожать, я никогда в жизни не нервничал так, как нервничал сейчас.

Что я скажу ему?
Как он отреагирует на меня?
Что если...я ему не понравлюсь?

Сотни вопросов сейчас крутились в моей голове, заставляя меня волноваться еще больше.

Как вдруг, мальчик резко обернулся и я замер, боясь даже пошевелиться. Кажется, я даже перестал дышать.

Как ни странно, но он даже не испугался меня, лишь слегка наклонил свою голову и начал с интересом меня разглядывать. И я тоже разглядывал его с нескрываемым любопытством.

Винченцо...

Винченцо был похож на меня, карие глаза, такие же черты лица, слегка острый нос, что было свойственно всем мужчинам семьи Бенедетти, даже его губы, лоб и нос были... моими.

Я закрыл дверь и прижался к ней спиной, не веря, что у меня был сын, который, к тому же, так сильно был похож на меня. Кажется, в детстве я выглядел именно так, только мои волосы были немного светлее.

Мальчик медленно снял свои наушники и спросил меня:

— Кто ты? — и я сглотнул, совершенно не зная, что ответить. — И почему ты вышел из комнаты моей мамы? — и тогда мои глаза округлились, кажется, это был страх...

Страх перед собственным сыном?
Я просто боялся сделать что-то не так прямо сейчас.

— Я... — и резко замолчал.

— Как тебя зовут? — решил так просто продолжить он.

— Меня зовут Марко. — ответил я ему и теперь глаза мальчика стали невероятно широкими от удивления.

— Марко? — переспросил он меня, будто не веря услышанному. И я кивнул головой в знак согласия.

— Ты решил вернуться к нам? — и он резко вскочил на ноги, я видел в его глазах какую-то непонятную мне... надежду. — Ты - мой... — и мальчик сглотнул. — Ты - мой папа, верно? — и я тяжело вздохнул, мое тело было максимально напряжено.

— Да. — выдохнул я, ожидая его дальнейшей реакции. И он медленно улыбнулся мне.

— Это хорошо. — лишь это ответил мне он и я немного расслабился. — Мама скучала по тебе, она сказала мне, что любит тебя. — и я сглотнул.

— Я тоже люблю ее. — сказал я ему и мальчик снова улыбнулся, а потом сел на пол и продолжил что-то рисовать.

— Ты можешь присоединиться ко мне, если хочешь. — и он пододвинул в мою сторону чистый лист и несколько цветных карандашей.

Я медленно подошел к нему и сел рядом, посмотрев на его рисунок, мои глаза вновь округлились, когда я увидел то, что нарисовал Винченцо.

На одном из листов была изображена неровная шахматная доска, а в центре нее стояла лишь одна фигура и это был Ферзь.

— Почему Ферзь? — спросил я и мальчик обернулся, удивлённо посмотрев на меня.

— Потому что это самая сильная фигура. — ответил мне он и, черт возьми, он был прав.

— Почему не Король? — поинтересовался я ради любопытства.

— Король - самая ценная фигура. — и он вновь был прав. — Однако, ферзь ходит на любое число полей по вертикали, горизонтали или диагонали - соединяет в себе ходы ладьи и слона. Эта фигура передвигается, как любая другая, за исключением коня.

— Откуда ты это все знаешь? — и я действительно был поражен.

— Я много читаю и не так давно мама подарила мне телефон, я смотрел обучающиеся ролики по шахматам на YouTube. — ответил мне он, пожав плечами, как ни в чем не бывало.

— Тебе нравятся шахматы? — ведь я, как и мой отец, тоже увлеклись ими.

— Да, но у меня нет шахматной доски. — и он немного поник.

— Я подарю тебе ее. — и глаза мальчика засияли, мы встретились взглядами. — И если хочешь, то покажу пару интересных приемов.

— Ты играешь в шахматы? — с явным удивлением в голосе спросил он.

— Время от времени. — и я пожал плечами, как он. И мальчик еле сдержал свою улыбку.

— Ты любишь рисовать? — и я осмотрел его комнату, которая была усыпана рисунками.

— Да. — и он сглотнул. — У меня не было никаких игрушек в прошлом доме кроме карандашей и красок, которые мне принесла няня. Но она забыла про листы бумаги, поэтому я разрисовал все стены комнаты, в которой жил. — и он опустил свои глаза. — Мои рисунки были страшными, я пользовался только черной краской и это явно напугало маму. — признался он мне. — Она стала рисовать со мной каждый день, показывая мне и другие цвета палитры. И тогда мне стало нравится это еще больше. — и я очень внимательно его слушал, боясь что-то упустить. — Она даже купила мне мольберт. — и он показал рукой в угол, где тот стоял.

— А наушники? — поинтересовался я, заметив черные наушники на его плечах.

— Я люблю музыку. — заявил он мне. — Мне нравится рисовать именно под музыку.

— И что ты слушаешь? — продолжил задавать я ему вопросы. Он снял наушники и протянул мне, мои глаза широко раскрылись, когда я услышал там классическую музыку. — Это... Вивальди? — неуверенно спросил я.

— Да, Времена года. Там есть еще Моцарт, Шопен, Бах, Форе и Эйнауди тоже.

— Интересный выбор. Хочешь сходить как-нибудь на концерт? Я знаю, что Эйнауди часто дает концерты в Италии. — и рот моего сына приоткрылся, а затем он кивнул головой в знак согласия. — Мы также могли бы заглянуть на какую-нибудь выставку картин, если ты хочешь.

— Хочу. Да, хочу. — и мальчик слегка улыбнулся.

Твою мать.
Сколько ему было?
Едва пять?
Этот мальчик был феноменом.

Мы еще немного поговорили и я даже не заметил, как сам включился в процесс рисования, я начал рисовать шахматные фигуры и их передвижение на доске, правда, я был плохим художником, но мой сын все время меня подбадривал, а также дорисовывал мои кривые фигуры.

И я услышал скрип за своей спиной, Джульетта стояла в дверях, и видимо, уже долгое время, и смотрела на нас широкими глазами.

Ее лицо и шея было покрыто синяками, а тело скрывал длинный шелковый синий халат.

— Мама? — и Винченцо ахнул, увидев Джульетту. Он быстро подбежал к ней и взволнованно посмотрел на нее снизу вверх. — Что с твоим лицом?

— О, милый. — и Джульетта наклонилась к нему, чтобы поцеловать в лоб. — Я неудачно упала с лестницы. — тут же соврала она.

— Но твои синяки на шее... — и он аккуратно дотронулся свой ручкой до ее шеи, и почему-то это сцена отдалась в моем сердце, мать и сын, моя любимая женщина и мой любимый ребенок.

— Да, твоя мама очень неуклюжая. — и она усмехнулась. — Надо еще постараться так упасть.

— Тебе сильно больно? Поэтому ты вчера не выходила из своей комнаты? — взволнованно спросил он.

— Уже все хорошо, малыш. Вчера мне нужно было немного отдохнуть, но прямо сейчас я чувствую себя намного лучше. — заявила она ему и он кивнул головой. — А вы уже познакомились? — и она перевела напряженный взгляд на меня.

— Да! — воскликнул Винченцо. — Почему ты не сказала, что Марко приехал? — и она сглотнула. — Ты же больше нас не оставишь? — и он повернулся ко мне, задав вопрос с надеждой в глазах. — Ты обещал, что мы сходим на концерт, и на выставку!

— Я больше не оставлю вас. — ответил я своему сыну. — Больше никогда. — и он слегка улыбнулся. Мы встретились взглядами с Джульеттой. — Но возможно, нам придется переехать в другую страну.

— Да? И в какую? — спросил мой мальчик.

— Мы поговорим об этом позже. — тут же вмешалась Джульетта. — Скоро придет Симона, ты можешь не говорить ей о том, что видел здесь Марко? — и мальчик тут же закивал головой, не задавая лишних вопросов. — Отлично. Я попрошу принести завтрак в твою комнату и мы все вместе позавтракаем тут, а пока, мне нужно поговорить немного с твоим... — и она запнулась. — С Марко.

— Хорошо. — согласился Винченцо и подошел к своим чистым листам бумаги. Я встал и вышел из спальни сына в комнату Джульетты. Как только дверь за нами закрылась, она резко развернулась и посмотрела на меня убийственным взглядом.

— Я должна была подготовить его! — воскликнула она. — Но ты... ты просто зашел к нему в комнату без моего ведома.

— Это вышло случайно, я не знал... — но она перебила меня, не дав договорить.

— Я волнуюсь за него, Марко. Этот дом - новый для него, и я совсем недавно появилась в его жизни, а теперь и ты. — и она сглотнула, начав теребить свои пальцы от волнения. — Я не хочу, чтобы он переживал лишний раз, я не хочу ломать его психику нашим миром раньше времени.

Я подошел к ней и нежно дотронулся до ее рук, пытаясь успокоить ее.

— Я понимаю. — и мы встретились взглядами. — Но я тоже его отец, и я тоже волнуюсь за него. До недавнего времени я вообще не знал, что у меня есть сын... или ты думаешь, что я могу что-то сделать?

— О, нет! Что ты! Нет, конечно. — и она выдохнула. — Я никогда даже не думала об этом. Просто он еще слишком мал...

— Все будет хорошо, ты не должна справляться с этим сама. — и я взял ее своими руками за лицо. — Теперь у тебя есть я. — я притянул ее ближе к себе, положив одну руку ей на талию, и мои губы впились в ее в нежном поцелуе. Она тут же откликнулась на мой поцелуй, как вдруг, раздался стук в дверь, Джульетта напряглась и тут же отошла от меня.

Ее глаза округлились, она явно не знала, что делать.

— Тебе нужно спрятаться. — вдруг резко заявила мне она.

— Ты серьезно? — и я усмехнулся. — Никогда не занимался таким. — и это забавляло меня, но заметив лицо Джульетты, я понял, что она говорила серьезно и действительно нервничала.

— В шкаф? Нет. В ванную - да, иди в ванную. — пробормотала она, но я не собирался никуда идти, снова раздался стук в дверь. — Секунду! — крикнула моя Лилия, и начала толкать меня, но кто-то уже схватился за ручку и поэтому она толкнула меня за дверь, прижав к стене, на моих губах была лишь улыбка.

Дверь открылась и Джульетта схватилась за ручку, чтобы не дать ей дальше открыться.

— Доброе утро, девочка моя. — начала тараторить какая-то женщина на итальянском. — Винченцо сказал, что будет завтракать в своей комнате с тобой.

— Да, верно. Могла бы ты принести все туда? — вежливо попросила Джульетта.

— Конечно, может Фелис еще раз осмотрит тебя? Твои синяки выглядят довольно плохо, милая. — сказала она ей. — Конечно не так плохо, когда тебя бил отец, но... — и я напрягся, услышав это.

— Симона, прости, я бы хотела успеть принять душ до завтрака. — перебила ее тут же Джульетта.

— Конечно, я пойду, завтрак будет через двадцать минут. — сказала женщина и ушла, как только дверь захлопнулась, я вышел из своего укрытия и недовольно посмотрел на Джульетту.

— Что? — спросила она, как ни в чем не бывало. — Что не так?

— Она сказала... — начал я и подошел к ней ближе, но Джульетта лишь отмахнулась.

— Давай не будем об этом. — твердо заявила она и отошла от меня в сторону, посмотрев в окно, она явно избегала моего взгляда.

— Если не хочешь говорить об этом, то я пойму. — и я заметил, как она сглотнула.

— Я не хочу. Только все началось налаживаться. Не хочу вспоминать свое жуткое прошлое. — ей и не нужно было этого делать, я и так все сам понял. Мне было достаточно лишь одной фразы.

— Хорошо, любовь моя. — и я подошел к ней сзади, обняв ее.

— Я действительно хотела принять душ. — напомнила мне она и развернулась в моих объятиях ко мне лицом.

— Если хочешь, то я могу к тебе присоединиться. — и на моих губах появилась игривая улыбка.

— Не думаю, что я сейчас... — и мои глаза округлились.

— О, черт, я не говорил о сексе. — и она немного расслабилась. — Но я не могу отрицать, что я безумно сильно хочу тебя. — и она закатила глаза, слегка ударив меня по плечу. — А пока мы просто могли мы понежиться в ванной. — и я поцеловал ее в щеку, а затем чуть ниже, в шею.

— Не сегодня, Винченцо ждёт нас к завтраку и скоро придет Симона. — и я с разочарованием вздохнул. — Но может быть в другой раз. — и она приподнялась на носочках и чмокнула меня в губы, быстро развернулась и последовала в душ, я успел слегка шлепнуть ее по заднице, и Джульетта ахнула, явно не ожидая этого.

— Какой нахал! — воскликнула она, но улыбнулась. А затем скрылась в ванной, послав мне перед этим воздушный поцелуй.

Я упал на кровать, закрыв свои глаза и не мог поверить в то, что это была реальность.

Может я все еще был под пытками и Джульетта мне мерещилась?

И я быстро распахнул свои глаза, убедившись, что это действительно была полная правда.

Спустя примерно минут двадцать, из душа, наконец-то, вышла моя Лилия. Ее голова была мокрой, и поэтому она вытирала свои волосы полотенцем. Но ее глаза сияли, когда она смотрела на меня. Мне нравилось видеть ее такой, такой беззаботной...той, которой я помнил ее много лет назад, той девушкой, в которую я когда-то влюбился.
Она будто ожила рядом со мной и нашим сыном.

— Не смотри на меня так! — воскликнула она, продолжая вытирать свои волосы.

— Как так? — игриво спросил я, откинувшись на руки на ее кровати.

— Вот так, как ты прямо сейчас смотришь на меня. — и я усмехнулся.

— Я просто не могу налюбоваться тобой, милая моя Лилия. — сказал я ей и она заулыбалась той самой искренней улыбкой. — Ты выглядишь просто восхитительно.

— Даже с этими ужасными синяками и мокрой головой? — упрекнула она меня.

— Даже так. — и я встал на ноги, подойдя к ней. — Не устану тебе повторять, но для меня ты всегда выглядишь прекрасно. В любом, черт возьми, виде. Я всегда буду любить только тебя. — и я аккуратно прижал ее к своему телу, боясь причинить ей какую-то боль. И она сглотнула.

— Все еще не могу поверить, что ты здесь, что ты рядом со мной. — и кажется, она была готова заплакать прямо сейчас.

— Эй. — и я аккуратно дотронулся до ее подбородка своими пальцами, заставив посмотреть на меня. — Лилия, моя любимая Лилия, я больше не покину тебя, слышишь? — и она кивает головой. — Тебе бы пора привыкнуть к этому. — и она усмехнулась.

— Я была такой дурой, Марко. — вдруг признается она мне. — Все это время я думала, что ты лишь использовал меня, что ты, черт возьми, был влюблен в свою собственную сестру.

— Ты не дура! — тут же воскликнул я, и она улыбнулась шире. — Ты самая умная, красивая и невероятная женщина в моей жизни. — и она положила руки на мои плечи, скрепив их за моей шеей. — Ну и еще, возможно, моя сестра. — и она демонстративно ахнула.

— То есть я не единственная? — подколола она меня.

— Единственная и неповторимая. — сказал я ей и моментально примкнул к ее губам в сладком поцелуе.

Как вдруг, снова раздался стук, но уже в другую дверь. Мы отстранились друг от друга и увидели маленькую черную голову, которая высунулась из-за двери.

— Симона принесла завтрак. — сообщил нам Винченцо и мы оба усмехнулись.

Следуя за сыном, мы зашли в его комнату, на небольшом детском столике уже стояла еда и напитки, мы тут же разместились вокруг него, сев прямо на пол.

— Это что черничный пирог? — с восторгом в голосе спросил я и Винченцо улыбнулся мне.

— Он самый. Ты тоже любишь его? — и я усмехнулся.

— Обожаю. — мы вместе завтракали, разговаривая о всем и в то же время - ни о чем. Это выглядело, как завтрак нормальной полноценной семьи, я не мог поверить, что со мной это происходило.

Рядом сидела Джульетта, которая улыбалась, вытирая грязный рот Винченцо, который уже обляпался пирогом, он улыбался ей, тем самым, мешая нормально привести его в порядок.

И я не мог не умилиться этой картине, которая открылась передо мной. Мне хотелось остановить время и запечатлеть этот момент на всю свою жизнь.

Мы не заметили, как время стало близиться к обеду и я понимал, что мне нужно было уходить, чтобы не встретиться лицом к лицу с Риккардо, но я совершенно не хотел этого делать.

Я хотел остаться здесь. Вместе со своей семьей.

Но мне пришлось уйти.
Ночью я снова пробрался в спальню Джульетты, и она, не зная, что я приду, будто ждала меня, встретив страстным поцелуем в губы.

Мы снова просто спали, наслаждаясь временем, проведенным друг с другом и нашим сыном. И я приходила к ней каждый день, каждую ночь. Я не мог больше жить без нее.

Через неделю я вновь оказался ночью в комнате своей Лилии, которая ждала меня в  коротком красном и до жути сексуальном халате, я сразу же заметил это.

Синяки на ее лице и шее стали проходить, губа почти зажила и выглядела намного лучше, и сама Джульетта раскрылась за эти, как самый прекрасный бутон белой лилии.

А потом, она отошла в сторону, аккуратно распахнула свой и так короткий халат, и скинула его со своих плеч прямо на пол.

И передо мной открылось самое прекрасное зрелище. Моя Лилия стояла лишь в одном красном и невероятно сексуальном пеньюаре из кружева, который едва ли скрывал ее тело.

Ее груди стали больше, а ее бедра стали немного шире, она выглядела, как Богиня, Богиня войны, моей собственной войны. И она, черт возьми, победила в этой войне, поставив меня на колени.

Мои глаза уже горят безумием и диким желанием, я хотел ее каждой клеточкой своего тела и не мог это скрыть от ее глаз.

Я моментально оказался возле нее и впился в ее губы жарким, всепоглощающим поцелуем. Мой язык тут же проскользнул в ее рот, сливаясь с ее языком в страстном танце. Мои руки сначала оказались на ее лице, прижимая ближе к себе, мое сердце начало сильно колотиться, когда она стала посасывать мой язык, а потом и мою нижнюю губу, слегка прикусив ее. И я не сдержал свой стон, а лишь усилил свой напор и поцелуй стал совсем диким.

Воздух между нами накаляется от невероятного желания, когда мы продолжаем яростно целоваться, не в силах оторваться друг от друга. Мои руки начинают скользить по ее телу, опускаясь к ее груди, и захватывая ее своими большими ладонями, они идеально помещаются в них.
Я приспускаю ее правую чашечку, открывая ее грудь воздуху, и сжимая ее сосок своими пальцами, слегка покручивая его, и тогда я ловлю ее стон своими губами. Тоже самое я проделываю и с ее левой грудью, начав играть с ее сосками. И она начинает стонать мне в рот, ее грудь невероятно чувствительная и легко поддается на мои ласки. Я подвожу ее к кровати и опускаю Джульетту на нее, почти не отрываясь от ее рта, я быстро скидываю с себя верхнюю одежду, показывая ей свой голый торс, а потом вновь нависаю над ней, моментально избавляясь от ее бюстгальтера, и открывая его куда-то в сторону.

Мои губы переключаются на ее шею, оставляя цепочку поцелуев на ней, затем на ее грудь. Мой рот тут же захватывает ее правый сосок, посасывая его и слегка покусывая своими зубами. Она откидывает голову назад и громко стонет. Моя другая рука сжимает ее левую грудь, а пальцы играются с ее соском. Мой язык кружит вокруг правого ореола ее соска, изучая ее сладкую грудь. Уделив должное время ее соскам, я спускаюсь поцелуями ниже к ее животу, поддеваю пальцами ее уже мокрые трусики и спускаю их по ее длинным стройным ногам.

Джульетта наблюдает за мной затуманенным взглядом, ловя каждое мое движение.

Я быстро избавляюсь от ее красных трусиков, тоже откидывая их куда-то в сторону, я встаю перед ней на колени и мой рот опускается на ее уже довольно мокрое лоно, и она громко ахает, когда мой язык начинает кружить по ее киске, когда мои зубы начинают слегка покусывать ее клитор, когда мой палец проникает прямо в нее, заставляя сжаться стенки ее влагалища.

— О, Боже, Марко! — чуть ли не кричит она, когда мой язык проникает в нее.

— Я хочу слышать свое имя, когда ты будешь кончать. Всегда, черт возьми. — твердо заявляю я ей и вставляю в нее уже два своих длинных пальца, продолжая делать последовательные движения, нажимая на ее точку G.

— Марко, черт! Я скоро кончу. — заявляет она мне и на моих губах появляется нахальная улыбка.

— Кончи на мой язык, милая. — и я снова просовываю его в ее жар, подключая свои пальцы. Она стонет, выгибает спину и громко кончает.

— Черт, Марко! — крикнула она, находясь в экстазе. Я отодвинулся от нее и быстро скинул с себя свои штаны и боксеры, мой член уже был твердым и я еле-еле сдерживался, чтобы не войти в нее прямо сейчас. Медленно забравшись по ее телу вверх, я поцеловал ее прямо в губы, и она почувствовала свои соки на моих собственных губах. Мои руки машинально начали массировать ее груди, Джульетта приоткрыла свои глаза, посмотрев на меня, а потом сильно удивила меня.

Резко толкнув меня в плечи, она перевернула меня на спину и оказалась сверху, на ее губах появилась игривая улыбка, ее длинные темные волосы сейчас были в полном беспорядке, ее губы были слегка влажными от своих же соков, а глаза - дикими, она выглядела сейчас, как кошка со своим изящным стройным телом.

Она наклонилась ко мне и захватила мои губы в головокружительном поцелуе, ее рот опустился на мою шею и она даже слегка укусила меня за плечо, ее язык начал исследовать мой торс, мои твердые кубики пресса, а потом, она оказалась у меня между ног, и наши глаза встретились.

В моих глазах горел лишь сплошной огонь, казалось, что я не мог больше терпеть, но тут, она облизала мою головку своим языком, слегка посасывая ее. А потом, ее рот опустился на мой член. И я громко застонал, мои руки тут же метнулись к ее волосам и зарылись в ее густых локонах.

Ее голова начала опускаться вверх-вниз, ее язык скользил по моему члену и это было невероятное наслаждение. Ее руки начали играться с моими яйцами, массируя их пальцами. Я не мог, черт возьми, оторвать от нее своих глаз, следя за процессом.

Я чувствовал, что был уже на грани, поэтому резко подтянул ее к себе, приподнял за талию и медленно опустил на свой член, глаза Джульетты широко раскрылись, когда мой член почти полностью вошел в нее. Она тяжело дышала, поглощая его сантиметр за сантиметров.

— Дьявол, ты чертовски тугая и горячая, Лилия. — сказал я ей и она застонала, немного откинув голову назад, ее волосы водопадом рассыпались по ее голой спине, ее упругие и большие груди ближе пододвинулись ко мне и я тут же сжал их в своих ладонях. — Ты так прекрасна, Джульетта. И ты только моя. — и мой член полностью вошел в нее, она ахнула и наши взгляды встретились. — Скажи это, черт возьми, скажи, что ты - моя.

— Я - твоя, Марко. Только твоя. — и она начала двигаться на мне, то поднимая свои бедра, то опуская их, я помогал держать темп, направляя ее своими руками, которые были на ее талии.

Спустя несколько минут я резко перевернул ее и оказался сверху, мой член начал входить в нее в бешеном темпе, мои глаза не могли оторваться от ее глаз.

— Да, Марко, мне так хорошо. — говорила она между стонами.

— Ты кончишь еще несколько раз за сегодняшнюю ночь. — и ее глаза вновь расширились от услышанного.

— Я скоро кончу. — прошептала она и я снова ускорился, вбивая в нее свой член. Мои руки продолжали исследовать ее тело, мои пальцы игрались с ее сосками и мои губы ловили ее губы в сладком поцелуе. — Черт, я...

— Давай, любимая, кончи для меня. — и она кончила с громким криком. И я тут же последовал за ней, моя теплая сперма заполнила ее лоно до отказа.

Я поцеловал ее в губы, вышел из нее и лег с ней рядом.

— Это было слишком хорошо. — сказала она мне, тяжело дыша.

— Это было прекрасно. И не забывай, что мы только начали. — сказал я ей.

За эту ночь мы занимались сексом еще трижды, попробовав новые позы, я взял ее сзади, на письменном столе и в душе.

— Черт, а Винченцо? — вдруг вспомнил я про сына за стеной.

— Он остался сегодня спать в комнате Симоны. — сказала она мне, успокоив меня.

Приняв совместный душ, мы наконец-то улеглись в постель, но Джульетта остановилась возле кровати и замерла.

— Что-то не так? — спросил я у нее, приподнявшись на своем локте.

— Я жутко хочу пить. — сказала она мне и я ухмыльнулся. — Я вернусь через пять минут, схожу на кухню за водой. — и я кивнул ей, натянув на себя пижаму и длинный халат, Джульетта вышла из комнаты, оставив меня одного. За окном уже начало светать, совсем скоро будет рассвет.

И я знал одно.
Я чертовски сильно любил эту женщину.

Прошло пять минут, но Джульетта так и не пришла, и почему-то меня это напрягло, я схватил свои боксеры и джинсы, и натянул на себя, совершенно забыв про футболку.

Приблизившись к лестнице, я услышал какие-то голоса.

Это были женские голоса, я сразу же узнал голос Джульетты, но вот другой... другой был мне незнаком.

Когда я начал спускаться по лестнице, то сначала заметил Джульетту, которая стояла ко мне спиной, а потом заметил другую высокую девушку и мои глаза округлились, когда я также увидел в ее руке пистолет.

— Он заплатит за все, что сделал с моей жизнью. И начну я с тебя. — воскликнула та женщина, подняв оружие и направив его дуло на Джульетту, не раздумывая ни секунды, я кинулся к своей Лилии, схватил ее в свои объятья, прижав к телу, и закрыл своей спиной от оглушительного выстрела.

Это был наш конец?