«Больно не будет»

11 класс, весна

Подходя к воротам школы, Антон вытирал с лица кровь. Угораздило же его нарваться на каких-то гопников, которые до последнего не верили, что сигарет у него нет. И Шастун говорил это не из-за жадности. Дело в том, что вчера он выкурил последнюю, а сегодня не успел зайти в ларёк за новой пачкой. Как итог - разукрашенной лицо и до жути важное мероприятие первым уроком, за прогул которого классуха угрожала позвонить родителям.

Антон шёл по бетонной плитке, стараясь опустить голову как можно ниже, чтобы меньше привлекать внимания окружающих. Но его рост совершенно не способствовал этому. И когда Шастун уже почти дошел до лестницы, то услышал до жути знакомый голос.

– Антон, ты когда мне заявление от родителей принесешь? – медленно повернув лицо в сторону медбрата, Шастун проклял гопников, тупой будильник, по вине которого он проспал, Арсения-везде-влезу-Сергеевича и долбанные школьные мероприятия, проходящие в девять утра.

– Завтра постараюсь принести, – сказал Антон, предварительно коротко прокашлявшись. Голос все равно был каким-то хриплым и неуверенным, за что парень мысленно проклял себя.

Арсений, привыкший всегда смотреть в глаза собеседнику, постарался поймать взгляд Антона и ненароком заметил яркое пятно у него на лице, которое было видно даже в тени капюшона.

– Что у тебя с лицом? Сними капюшон, – потребовал мужчина.

– Знаете, я опаздываю уже... Мероприятие там важное, о ВИЧ говорить будут... – звенящим голос сказал Шастун и развернулся в сторону главного входа, собираясь трусливо сбежать, но Арсений Сергеевич крепко ухватил его за плечо.

– Антон, – строго окликнул его медбрат, и Шастун, поморщившись от всей этой ситуации, стащил капюшон чёрной ветровки.

Попов не показал никаких признаков удивления, тихо вздыхая.

– Пошли в медкабинет, боец. Обработать надо, а то загноится все. – теперь Арсений сам повёл Антона в сторону школы, так и не отпуская чужого плеча, словно опасаясь, что Шастун сбежит.

– Не надо, Арсений Сергеевич. Я все обработал уже, да и я опаздываю.

– Опять врëм, Шастун? – сурово спросил мужчина, открывая входную дверь и пропуская Антона вперёд. – Тут любой увидит, что рана свежая и необработанная. Дуй в раздевалку, я сейчас вернусь.

Арсений подтолкнул парня в сторону раздевалки, а Антон прошёл внутрь быстрыми шагами, понимая, что это его шанс сбежать. Шастун торопливо повесил куртку и запихал сменку в рюкзак, собираясь переобуть уличную обувь в туалете.

Посильнее натянув капюшон тёмно-синей толстовки, Антон вышел из раздевалки и оглянулся. На горизонте Арсения не было видно, поэтому парень, обрадовшись, свернул за угол.

– Я как всегда вовремя, да, Шастун? – хмыкнул Арсений, чем заставил Антона вздрогнуть. Куртки и ботинок на Попове уже не было.

–А... Я как раз к вам шёл.

– Не трать время на оправдания, мы оба знаем правду, – сказал медбрат, складывая руки на груди. – Пошли. Ещё есть пятнадцать минут, успеем обработать.

Арсений двинулся в сторону своего кабинета, а Антон неохотно поплёлся следом. До чего же он предсказуемый. Надо было идти через другую лестницу, находящуюся как раз возле логова Попова.

Арсений отпер дверь ключом и распахнул её перед Шастуном.

– Проходи.

Антон громко вздохнул через нос. Раны на лице неприятно болели и пульсировали, но парня больше волновало его вынужденное нахождение в медпункте. Уже привычное желание сбежать вновь появилось в голове, но Шастун впервые прислушался к здравому смыслу и отогнал его.

– Садись на стул и переобувайся, а потом на кушетку, – сказал Арсений все тем же спокойным голосом, пока искал в шкафчике перекись, вату и пластыри.

Антон угрюмо выполнил указание. Наклонившись, он стащил с ног грязные кроссовки. Толстовка, судя по ощущениям, уже успела запачкаться кровью. И Шастун не был уверен, можно ли её отстирать.

Уличная обувь оказалась в мешке, а Антон, неохотно поднявшись, стал небольшими шагами двигаться к выходу, пока Арсений что-то искал в нижнем ящике.

– Антош, прекрати испытывать моё терпение. Посади свою неугомонную жопу на кушетку и жди.

Антон надулся, обидевшись на совершенно правдивое замечание, и наконец сел на кушетку. Обстановка ему тут совершенно не нравилась. Белые стены и плитка, светлая мебель с совершенно больничными зелёными вставками - все это давило на и без того нервного подростка. И если обычно он предпочитал не заходить в процедурную зону, проводя время возле рабочего стола Арсения, то сегодня его никто не спрашивал.

Пока Антон сидел, уставившись в окно, Арсений нашёл новую упаковку пластырей и подошёл к нему.

– У тебя есть что-нибудь под кофтой?

Шастун вздрогнул. За время ожидания он даже забыл, где находится, хотя сердце продолжало учащенно стучать в груди. Смысл вопроса дошёл до него с паузой в несколько секунд, после прошествия которых Антон покачал головой.

– Хорошо. Сними капюшон и не дергайся. Будет немного неприятно.

– Арсений Сергеевич... Может не...

– Тош, хватит. Мы с тобой справимся за несколько минут. Снимай.

Арсений дождался, пока поникший Антон уберёт капюшон со своего лица, и коротко осмотрел повреждения ещё раз при хорошем свете, прежде чем начать обрабатывать ссадину над правой бровью.

Как только перекись попала на ранку, Антон зашипел. Он изначально считал это плохой идеей, а сейчас только убедился в своей позиции. Больно, неприятно и нервотрепно – так зачем оно надо?

Арсений, держащий ватку прямо под ссадиной, чтобы туда стекала алая пена, заботливо подул на ранку. Издеваться над и без того боящимся врачей подростком он не собирался.

– Арсений Сергеевич.. Я ведь немаленький. – и хоть Антону было приятно, что о его комфорте хоть немного позаботились, смолчать он не мог. Арсений тоже это понимал, поэтому пропустил высказывание Шастуна мимо ушей.

Проделав одну и ту же процедуру несколько раз, Арсений обтер ссадину по контуру, дабы можно было наклеить пластырь. Шастун, который уже весь извергался, ведь по ощущениям боль проникала насквозь, выдохнул с облегчением.

– Ещё одна осталась. На синяк нанесем мазь. – оповестил Арсений, осторожно наклеив пластырь.

– Да там ведь маленькая, сама пройдёт, – попробовал ещё раз Антон, но поймал строгий взгляд голубых глаз и наконец оставил попытки отмазаться от помощи медбрата.

Оставшаяся обработка прошла молча. Антон нарочито громко сопел, возмущаясь тому, что все происходит против его воли. Страх хоть и остался где-то внутри, но будто бы притаился, все-таки никаких уколов его сегодня не ждёт. Да и Арсению за почти четыре года он научился доверять.

– Готово. Ещё что-нибудь, Антош?

– Арсений Сергеевич... Я спросить хотел.

– Ну так спрашивай, конечно, – легко улыбнулся Арсений, отходя от юноши и выкидывая использованную вату и упаковку от пластырей в мусор.

– Я в этом году школу заканчиваю. Мы же с вами продолжим общаться?

– неуверенно поинтересовался Антон. Он давно размышлял над этим вопрос, и сейчас все зависело от мнения Арсения на этот счёт. Сам Шастун уже все для себя решил. Конечный ответ оказался однозначным – Антон хотел видеть Арсения в своей жизни.

– Если ты этого хочешь, то да, – спокойно и легко, будто говорил о погоде сказал Попов.

– Так просто? – тупо спросил Антон.

– А почему нет? И тебя, и меня наше общение на протяжении твоей учёбы в школе устраивало. Конечно, после того, как ты поступишь в университете, мы будем видеться чуть реже, но это вряд ли такая проблема.

– То есть вы хотите со мной общаться? – продолжал допытывать парень. Он не хотел в один момент узнать, что Арсений поддерживал с ним связь из-за жалости.

– Что ты себе опять придумал, Антош? Если бы я не хотел иметь с тобой дело, то ты бы об этом знал. Да, я хочу продолжать наше общение. – как можно серьёзнее сказал Арсений, чтобы не дать Антону ни единого повода думать иначе.

– Я рад, – сказал юноша со сверкающей улыбкой, которого полностью удовлетворил такой ответ. – Но есть ещё кое-что...

– Говори уже.

– Можно я буду называть вас по имени и на "ты"? – осторожно уточнил Антон, совершенно не знающий, какой реакции ожидать.

– Я уж думал, что ты не предложишь, – дразняще усмехнулся Арсений, но, поймав непонимающий взгляд, добавил.

– Разумеется, можно. Более того, я удивлён, что ты не спросил об этом раньше.

– Спасибо! – искренне поблагодарил Антон и уже более спокойно добавил.

– Просто... Раньше меня это не слишком волновало. А недавно пришла мысль, что мы вроде как друзья. Да и я совсем скоро заканчиваю школу, а значит моим врачом ты больше не будешь. Получается, мы как на равных, оба взрослые. Как-то так. – немного сбивчиво закончил Шастун.

– Не нервничай, я понял, – кивнул Арсений.

– М-да. Ну и ещё привычка. Мне кажется, я часто буду к тебе "выкать" в процессе переучивания.

– Да это мелочи, – отмахнулся Попов. – Я рад, что мы все прояснили.

Прозвенел звонок, словно призывая их закругляться с разговором. Антон тяжело вздохнул: идти на какое-то непонятное мероприятие в душный актовый зал не хотелось.

– Больше у тебя ничего не болит? – уточнил Арсений на всякий случай.

– Нет вроде.

– Точно? Вот прям стопроцентно?

– Да, – ответил Антон, на секунду прислушавшись к собственному организму. Он ещё раз громко вздохнул и поднялся с кушетки.

– Ладно, не вздыхай так. Оставайся у меня на один урок, а твоей классной руководительнице скажем, что у тебя живот болел.

– Так можно было что-ли? – засмеялся Антон, падая обратно на кушетку. Он сегодня совершенно не выспался, и возможно ещё немного полежать, пусть и в медицинской кабинете, казалась неплохой идеей. Тем более сегодня ему больше ничего не грозит.

– Вообще-то нет, но сегодня, в качестве исключения, можно.

– Это самая хорошая новость за сегодня, – сообщил довольный Шастун.

– Спасибо вам... Ой, то есть тебе.

– Не за что, Тош. Ты будешь тут лежать?

– Зависит от того, чем ты будешь заниматься.

– Работать вообще-то, – обломал Арсений Антона.

– Можно я в компьютер поиграю? Ну пожа-а-алуйста. – протянул Шастун с умоляющим выражением лица. Арсения вздохнул, будучи не в силах отказать.

– Ладно. Но ты будешь сидеть тихо.

– Yes! – воскликнул Антон и подскочил с кушетки, позабыв, что ещё совсем недавно он собирался остаться тут отдохнуть.

Настроение у него стало значительно лучше, и хотя теперь он выглядел как подбитый пират, ссадины на лице больше не болели. Так ещё и впереди его ждал целый урок в компании Арсения. Антон был полностью доволен своей жизнью в данный момент, даже ненадолго перестав волноваться из-за предстоящих экзаменов.