эпилог 1
***
Ангелина
Полтора года после выпускного. Тридцать первое декабря
Такси притормозило около небольшого домика. Его окна светились гирляндами, а вокруг улица вся была освещена фонарями и светящимися гномиками. На улице было уже темно, но этому дому было все ровно. В нем будто поселилось отдельное солнце. На улице из большой колонки играли то русские, то английские песни. Все вокруг было окутано атмосферой Нового года. На лице мигом появилась улыбка.
До этого домика мы ехали около сорока минут. За это время Влад успел уснуть у меня на плече. Водитель обернулся к нам и сказал:
— Приехали.
Мне очень сильно не хотелось будить мужа, но пришлось. Я дернула плечом, на котором он спал, и немного потрясла парня. Он мигом очнулся. Сначала Влад посмотрел на меня мутными глазами и словно не узнал меня. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы понять, кто мы все такие и что он делает в незнакомой машине. Спустя минуту он расплатился с водителем и помог мне выйти из машины. Муж всегда подавал мне руку, когда мы выходили из транспорта. Из такси, автобуса – неважно. За прошедшие полтора года у Влада это вошло в привычку.
Расписались мы еще год назад. Свадьбу решили играть не сильно пышную – чтобы только близкие. Там было от силы человек тридцать. Но, тем не менее, вышло очень весело и уютно. А главное, что мы с Владом были счастливы. Под конец свадьбы мы с ним сбежали ото всех на набережную, где он впервые сделал мне предложение. Это был самый счастливый день в моей и жизни.
Теперь я Ангелина Рязанцева. Чему, несомненно, рада. Живу я с Владом в его квартире. Совсем недавно Рената с Дерилом переехали обратно в Америку. Но первое время я все-таки жила с ними вчетвером. Сначала мне казалось, что это будет неуместно, но потом они стали такими родными. Рената замечательная, а муж у нее довольно милый. Дерил сделал Ренате предложение в ее День Рождение еще год назад. Сам Дерил был довольно-таки добрый. Он не был против моего переезда к ним. Даже по утрам готовил нам всем завтраки. Конечно, они не всегда были вкусными, но сам поступок делал приятно.
Я знала, что злоба Влада не была беспочвенной. Что-то у них случилось в Америке, но Влад ни в какую не хотел рассказывать. Все-таки я не давлю на него. Захочет – расскажет.
Мой муж пока еще ни разу не поругался с зятем. Может, я на него так действовала, а может, он просто перестал обращать внимание на них. Все же я видела молнии, которые изредка метал Влад в свою сестру и ее мужа, когда они целовались, например. Нет, они не стали друзьями. Они просто терпели друг друга. После того случая с папой Влада они стали лучше друг к другу относиться. По крайне мере спасибо на том, что они не собачатся.
Мама с папой к моему переезду отнеслись негативно. Они долго не хотели меня отпускать, но, в конце концов, я сама убежала и они смирились. Пить они стали меньше, что не могло не радовать. Созванивались мы не так часто, как хотелось. Утром мы с Владом заехали к маме с папой – вечером к ним придут гости, поэтому они делают салаты. Тем не менее, они были невероятно рады меня видеть. Как и я их. Они, зная, что я приеду, были трезвыми. Но я знала, что это ненадолго. Это, хоть и огорчало, но я старалась не думать об этом. Этот новый год я провожу с такими же близкими мне людьми. Так что не стоит забивать голову ненужным.
Нам открыли багажник, и Влад взял огромную охапку пакетов с подарками – мне запретил брать даже один пакет. Сегодня здесь будет куча народа. Рената пригласила не только нас, но и своих друзей из Америки. Там будет брат Дерила, его жена и их друзья. Также возможно приедет Маша. Она сказала, что подумает.
Маша больше не хочет быть Мэри. Говорит, что приняла свое имя и все прозвища остались в прошлом.
Насчет Маши. Она ходит, словно все нормально. Совсем недавно возобновила сеансы с психологом. Я видела, что с ней что-то не так. Все еще. Даже перед выпускным она отстранилась от нас. Но нас это не остановило.
После выпускного Маша целиком и полностью ушла в учебу. Она каким-то удивительным образом поступила на бюджет на свою специальность. Как бы мы не звали ее просто хотя-бы встретиться, она говорила, что учится и клала трубку. Даже когда мы заявлялись к ней домой, она открывала нам дверь с неохотой. Но спустя минут десять все-таки начинала веселиться с нами. С Владом мы договорились не показывать нашей любви при ней. Нам казалось это максимально неуместным, поэтому мы все вместе веселились, словно старые друзья и Влад не делал мне предложения на выпускном.
Последний раз с Машей мы виделись месяц назад, когда нам удалось вытащить ее из-под завала учебников. Даже я столько не училась, сколько учится она. Когда я зашла в ее комнату совсем недавно, то поняла, что она, наконец, повзрослела. Сделала перестановку. На небольшой стенке с фотографиями осталось вместо десяти только три. Одна – где мы втроем. Вторая с ее мамой. А третья – она сама. На третьей фотографии она была в выпускном платье, с выпускной лентой. Счастливо улыбалась. Помню, как сама фотографировала ее. Раньше на этой стенке висели фотографии ее и Саши, разных кумиров, просто закаты, но потом она оставила только самое важное по ее мнению.
Мэри все еще живет с мамой. От ее дома до университета пятнадцать минут пешком, поэтому она решила остаться дома. Сказала, что Новый год планировала встретить тоже с мамой, но все-таки подумает над нашим предложением. Что-то мне подсказывало, она не приедет.
Только-только мы зашли на территорию дома, как из него вылетело двое – Дерил и бегущая за ним рыжеволосая девушка. Она что-то кричала на английском, но так громко, что я не совсем понимала, о чем они. Вскоре Дерил упал в сугроб, а девушка начала обкидывать его снегом, попутно что-то яростно крича. Мы с Владом переглянулись и одновременно уголки губ полетели вверх. Я перевела взгляд на вход в дом, где с улыбкой стояли двое – Рената и какой-то высокий мужчина в деловом костюме. Волосы у него были угольные и волнистые. Мужчина был привлекательным. Это, кажется, брат Дерила.
Рената улыбалась и наблюдала за мужем. Он валялся в снегу и защищался от атак рыжеволосой девушки. Сама Рената стояла в красивой черной кофте с длинными пышными рукавами. На ногах были черные брюки. Черные локоны красиво лежали на плечах. Глаза горели счастьем.
— Влад! — Внезапно закричала рыжеволосая, когда увидела моего мужа.
Она устремилась к нему и крепко обняла. Я даже и не думала, что они знакомы. Влад расплылся в улыбке и обнял одной рукой девушку в ответ – второй он все еще держал за руку меня.
— Вероника, знакомься, это моя жена – Ангелина, — сказал Влад девушке. Она не русская – я поняла это сразу, — Ангелина, это Вероника, подруга Ренаты и жена Тома, брата Дерила.
— Hi! — сказала Вероника.
— Hi! Nice to meet you! — живо отозвалась я.
Девушка ослепительно улыбнулась. От нее веяло светом и весельем. У нее была настолько заразительная улыбка, что я тоже начала улыбаться во все тридцать два зуба. Теперь я понимала, почему Том ее выбрал. Ее темно-зеленые глаза были как два отдельных зеленых солнца. Было неважно, что в небе уже давно висит луна, у нее всегда было солнце. Короткие огненно-рыжие волосы были как огонек этой холодной новогодней ночью.
— Nice to meet you too! — сказала она и крепко обняла меня.
Да, на обнимашки она явно не скупилась. Только сейчас я посмотрела на ее наряд – белая кофточка с открытыми плечами и такие же белые штаны, которые струились по стройным ногам. Девушка выглядела сногсшибательно.
К нам подошла Рената. Она обняла брата, а затем меня. И мы все вместе ушли к дому. Тут было тепло, в отличие от улицы. Я вся замерзла, пока мы стояли. Мне хотелось только одного – кружку горячего зеленого чая. И шоколадку. Думаю, тут такое найдется.
Сняв всю верхнюю одежду, мы с Владом зашли в гостиную. Она была очень большой. Куча народа сидела то тут, то там. По телевизору играли разные новогодние программы. И тут я почувствовала себя комфортно. Я знала, что все здесь – состоятельные люди и я переживала, что не смогу влиться в их компанию. Боялась, что не почувствую здесь себя в своей тарелке. Но теперь я поняла, что все здесь – простые. Они не будут смеяться с тебя, если у тебя нет последнего айфона или брендовых вещей.
— Ангелина! — громко воскликнула Изабелла, которая соскочила со своего места и побежала ко мне.
Меня любила семья Влада. Очень любила. Каждый раз меня встречали именно так.
Следом за Изабеллой пошел Руслан. Сначала он подошел к брату и обнял, подняв над землей. Ребята действительно давно не виделись. Спустя минуты две, парни наобнимались и Руслан стал теперь мучить меня. Он поднял меня над землей, словно я ничего не весила. Я завизжала, и он опустил меня обратно. Чувствую, сегодня я получу порцию объятий на год вперед. Но я не жаловалась. Я ужасно по всем им соскучилась.
Вскоре рядом с Русланом выросла Бетти. Темнокожая девушка сегодня тоже была тут. На ее губах была улыбка. Искренняя. Я с ней знакома совсем немного. Мы виделись пару раз в жизни. Тем не менее, она стояла рядом с Русланом, а он держал ее за талию. И она была совсем не против.
Когда ребята объявили, что встречаются, то Рената рвала и метала. Сестра мужа была крайне недовольна, что они таили это так долго. Оказалось, что начали встречаться они спустя пару месяцев спустя ее приезда из Америки. На момент, когда они объявили об отношениях, они были вместе уже полгода. Решили не афишировать отношения, потому что не знали, насколько далеко они зайдут. Но вот когда у них наступил такой достаточно большой срок, то решили рассказать все. И рассказали они все, когда Рената спросила напрямую, что между ними. И они признались. Девушка была в бешенстве.
Сейчас Руслан с Бетти живут в Санкт-Петербурге. У них там квартира, Руслан работает программистом в какой-то крупной компании. А Бетти что-то делает в интернете. Я не стала сильно интересоваться, но знаю, что работает она дома.
Когда мы все-таки все поздоровались, поцеловали друг друга в десны, то сели. Нас с Владом посадили на отдельный диванчик. Посреди комнаты стоял стол, заваленный ягодами, фруктами и бокалами с белым и красным вином. Влад зашептал мне на ухо:
— Тебе налить чего?
— Я не буду пить. Лучше дай мне клубнику.
Спустя секунду, у меня была целая тарелка клубники, а у Влада в руке стакан гранатового сока. Я протянула мужу ягоду, и он охотно съел половину клубники у меня из руки. Я доела вторую половину и положила зеленый хвостик Владу в руку, которую он вытянул, показывая, что готов выкинуть мусор.
Мы приехали не последние. Должны были еще приехать друзья Вероники и Тома. А также лучший друг Дерила из Америки. Все остальные были уже здесь. И возможно еще приедет Маша. Но это не точно. И мне бы действительно не хотелось, чтобы она приезжала – тут все с парами, и мне тревожно, что она будет чувствовать себя лишней. Мне кажется, что она до сих пор не отпустила Сашу.
Я, правда, переживала за подругу. Конечно, я была бы рада ее здесь видеть. Но все-таки это было рискованно.
Все эти полтора года мы ни разу не упоминали это имя. О нем даже речи не заходило. Мы ловко избегали тем, которые могли как-то соприкасаться с Овериным. Я знала только то, что он поступил в другой город и теперь учится там. С момента выпускного я ни разу его не видела. Я даже не знаю, жив ли он до сих пор. Но, во всяком случае, смерти я ему не желаю.
Спустя минут двадцать приехали те самые друзья Вероники и Тома. Все они говорили на русском очень плохо и почти не могли связать два слова. Поэтому мне пришлось говорить на английском. С ошибками, правда – мой английский не так идеален, как хотелось бы – но меня вроде понимали. Их звали Эмма и Мартин. Они были очень милыми. У Эммы были красивые каштановые волосы и впивающиеся в душу карие глаза. Она была по-своему красива. Внешность у нее была необычная. И у мужа ее. Длинные волосы еле прикрывали уши. Мартин оказался очень интересным человеком. Он старался говорить на русском, чтобы мы его немного понимали. Мне показалось это милым.
Эмма была одета в длинное платье в пол в коричневом цвете. На спине была шнуровка, и это было все, что прикрывало спину. На муже ее была черная рубашка с такими же черными брюками. Две пуговицы сверху расстегнуты. Вероника с Томом были ужасно рады их видеть – особенно девушка. Как оказалось, это ее друзья детства.
Спустя час приехал Этан – лучший друг Дерила. Он был азиатской внешности. И на теле также красовались татуировки. Я заметила сережку у него в ухе. Глаза дикие. Злые. Но сам Этан был веселым. Похожим на Дерила. Как только он вошел в дом, Влад крепче сжал мою руку. Я тут же заметила убийственный взгляд Бетти в сторону Этана. Кажется, у них какие-то личные счеты. Примерно также она смотрела на Дерила. Я уже поняла, что между ними что-то произошло давно, но Бетти все еще не может отпустить ту ситуацию.
Этан что-то сказал Бетти на английском, судя по лицу, что-то язвительное. В ответ она лишь послала его и ослепительно улыбнулась. Дерил увел мужчину, а мы остались в гостиной. Многие были на кухне. В гостиной сидели только мы, Бетти с Русланом и Рената. Ребята достали откуда-то монополию, и мы все вместе сидели, играли. Рената решила оставить мужа с семьей. Они действительно давно не виделись. И я решила поступить также. Сказала Владу, что в туалет, а на самом деле просто пошла на улицу, подышать.
Было холодно. Изо рта валил пар. Я счастливо улыбнулась. Было хорошо. Все дома. Я дома. И в этом случае дом – это не помещение, а люди.
Я простояла так минут пять, пока рядом с домом не появилось такси. А из него вышла знакомая шоколадная макушка. У нее в руках была одна лишь сумочка. Стоило ей только увидеть меня, как она сдержанно улыбнулась. Я сорвалась с места и побежала к подруге.
— Маша!
— Ангелина, — обняла меня лучшая подруга.
У нее были короткие коричневые волосы. Она отрастила свой цвет после той покраски в черный. Помню, как в первый раз увидела ее после смены имиджа. Она тогда только-только рассталась с Сашей и пришла в школу новая. Сказать, что я была в шоке – это ничего не сказать.
Я скучала. Господи, как же сильно я скучала по ней. Из-за того, что она закрылась ото всех, я стала реже ее видеть, и это мне жутко не нравится. Мне очень хотелось видеть ее чаще. Чтобы меня прям затошнило от ее присутствия.
— Ты извини, что я с пустыми руками, — сказала Маша, — просто правда не думала, что все-таки поеду к вам.
— Успокойся ты, все нормально! Пойдем! Влад будет рад видеть тебя!
Я положила руку на талию подруге и повела в дом. Когда я зашла в гостиную, то все громко смеялись. Рената первая увидела Машу и тут же искренне улыбнулась. Влад обернулся и соскочил с места, стоило ему увидеть подругу. Он подошел, взял ее за плечи и порывисто обнял, зарываясь носом в волосы. Стал что-то шептать, а потом посмотрел на меня и улыбнулся мыслям, известным ему одному. Я же нежно улыбнулась ему в ответ.
— Пошли с нами в монополию играть! — сказал муж и повел лучшую подругу к кругу, в котором они играли.
Я охотно отдала свое место подруге, и она начала играть за место меня. На кухне готовили что-то вкусное – я поняла это по запаху, разносившемуся на весь дом. Я не знала, что мы будем есть, но все больше ждала тот момент, когда мы сядем за стол.
Маша тут же начала веселиться, шутить, звонко смеяться. И это значительно поднимало мне настроение. Я была рада, что она откинула все свои загоны и просто была собой. Как раньше. Раньше она вливалась в любую компанию, неважно, компания стариков или первоклашек. Она была настолько харизматичной, что нравилась абсолютно всем. Но после переломного момента она нигде не тусовалась и только сидела дома. Но сейчас она, сидя в своем коричневом коротком платье с длинными рукавами, заводила всю компанию. И тут я узнавала свою Машу. Ту самую Мэри из одиннадцатого «А».
***
Вероника
— Костер, если ты не заткнешься... — заговорила я, но он меня перебил:
— То ты в меня что-нибудь кинешь. Да, Вероника, ты повторила это уже раз десять, я понял.
Я яростно швырнула в Дерила ложкой. Как же меня достал этот придурок! Просто до невозможности! Брат мужа увернулся, а ложка со звоном упала на пол. Его озорные глаза посмотрели на меня, что еще больше меня взбесило.
— У меня тут еще вилки и ножи есть! — Я сидела на столешнице, рядом с ящиком со столовыми приборами.
Дерил примирительно вскинул руки и сказал:
— Все-все, крошка, сдаюсь!
Я уже давно смирилась с его прозвищами. Хоть я до тошноты их ненавидела, но Дерилу так нравилось меня раздражать, что я даже не помню, когда в последний раз он звал меня по имени. Иногда мне кажется, что он просто забыл его и теперь, чтобы скрыть это, называет меня прозвищами для проституток. Хотя сам он женат, между прочим.
Но, несмотря на все, я люблю этого засранца. Каким бы он не был, он мой лучший друг. И я очень сильно скучала по нему, пока он жил здесь, в России. Рената пригласила нас всех сюда, праздновать Новый год и остаться здесь до Рождества. Никто не был против, конечно же.
За время нахождения здесь Дерил выучил русский язык. Конечно, не так идеально, но все же. Я тоже знала пару словечек, но говорить на языке вряд-ли смогла бы. В этом не было надобности – Рената разговаривала на английском спокойно, а с ее братьями лично я почти не общаюсь. Только если на общих праздниках, как этот.
— Лисичка, подай соль! — крикнул муж.
Том стоял и жарил мясо. Дерил ему чем-то помогал, а Этан всех веселил. Мартин с Эммой стояли и готовили салаты. Я вызвалась управлять приготовлением еды и заставила всех пойти со мной. Конечно, я ничего не делала. Я только руководила и подшучивала над Дерилом. Нет, ну я, конечно, люблю готовить, но еще больше я люблю ничего не делать.
До боя курантов оставалось несколько часов. Пара салатов была уже готова. В духовке запекалась картошка по-деревенски, которую поставил жариться Дерил. За свое время пребывания в России он научился многим новым блюдам. Раньше он готовил неважно, но, кажется, жизнь с Ренатой идет ему на пользу. У него глаза ярче стали, а на лице все чаще была улыбка.
— Ты главное не пересоли, а то я тебя знаю! — сказала я и кинула мужу банку с солью.
— Тогда это дело стоит доверить кому-то другому, потому что я каждый день заново в тебя влюбляюсь, — сказал Том и отдал банку с солью Дерилу.
— Каблук, — усмехнулся Костер.
— Не каблук, а любящий мужчина! — противился Том, — Видел бы ты себя со стороны рядом с Ренатой. Там даже гардеробная Вероники позавидовала бы.
Дерил в ответ лишь цокнул. А у меня в груди разлилось тепло. Том хорошо владел языком во всех смыслах. Я всегда слышу от него комплименты и признания в любви. Боже, как же я его люблю. До невозможности. Когда я просыпаюсь в его постели, мне постоянно кажется, что он – нереален. Что его нет, и я одна живу в этой огромной квартире. Что никакого Тома Коллина никогда не было. Ничего в этой квартире не было. И он мне приснился. Но когда я спускаюсь на кухню и вижу завтрак на столе с какой-нибудь милой запиской, то понимаю, что он реален. Что он реален и он – мой. А я – его.
Муж поймал мой взгляд и нежно-нежно улыбнулся. А потом подмигнул. Я расплылась в широченной улыбке. Как же хорошо. Я тут же вспомнила, как подкалывала Эмму и Мартина за такое поведение, а теперь сама таю от слов любимого. Мне всегда казалось, что любовь – чушь для придурков и самовнушение. Но сейчас, сидя на просторной кухне среди самых близких я глядела на мужа и понимала, что любовь – лучшее чувство, что я когда-либо чувствовала, а он – лучшее, что со мной случалось.
Все смеялись, дурачились. Мартин успел закидать Тома огурцами, а Том ловко уворачивался. Мы все смеялись. Я чувствовала себя там, где нужно. Там, где мне хотелось быть.
Прошло некоторое время, и вся еда с горем пополам была приготовлена. Мы понесли все миски в гостиную, где уже поставили большой стол. Честно сказать, я не знала, как мы будем здесь все сидеть. Нас было около пятнадцати человек, но все-таки мы все поместились. Как оказалось, пока мы сидели на кухне, к нам приехала еще одна девушка – Маша. Симпатичная шоколадноволосая девочка с каре. На ней было красивое темное платье, подчеркивающее все изгибы тела.
Говорила она на английском плохо, поэтому ей помогал Дерил или Рената. Маша оказалась очень милой, несмотря на свою стервозную внешность. Она мне напомнила меня. Только наоборот. Я выглядела милой, но характер у меня был взрывной. А Маша выглядел стервой, но на самом деле была очень милой. Ну, или мне так кажется.
Пока все накрывали на стол, мой телефон в кармане резко завибрировал. Я достала его и посмотрела на дисплей.
МАР
Я замерла. После той резни на заводе мы стали общаться, но наше общение было редким и натянутым. Я не могла с ней нормально общаться после предательства. Мне все еще было больно, но я старалась ее простить. Иногда даже звонила сама и поздравляла с праздниками.
— Алло?
— Привет, Вероника. Ты уже в России?
Сестра знала, что я улетела сюда, праздновать Новый Год. Она сказала позвонить, когда я прилечу, но я благополучно забыла про это.
— Да. Я забыла тебе позвонить.
— Ты как? У тебя все нормально?
— Да. Ты как?
Наше общение было холодным донельзя. Мы все еще заново привыкали друг к другу. Нам бы следовало видеться чаще, но ее работа не позволяет нам часто видеться. Она не рассказывала, где работает, а когда я спросила, то ушла от ответа. Я не стала ее донимать. Конечно, я по-прежнему любила свою сестру, но уже не так горячо, как раньше. Мне все еще было больно от ее поступка.
— У меня тоже все нормально.
И мы замолчали. Молчали полминуты, а когда поняли, что разговор зашел в тупик, то сестра сказала:
— Ну ладно. Тогда пока?
— Пока.
Раздались частые гудки. Каждый наш разговор проходил именно так. Пара фраз и мы отключались. Меня такой расклад не устраивал, поэтому я решила позвонить ей чуть позже. Все-таки нормально поговорить. Мне не нравилось такое общение. Я до сих пор вспоминаю, как радовалась ее приезду. Как летела на встречу, сбивая с ног. А потом вспоминала ту ситуацию, когда узнала правду о ней и родителях. И все хорошее сразу стиралось, сменяясь гневом. Как же я была зла на них.
— Вероника, ты идешь?
Я мигом обернулась. На меня вопросительно смотрел Мартин. Я коротко кивнула и пошла к ним.
Все смеялись над очередной шуткой Дерила. Они уже сидели. Влад сидел напротив сестры, а рядом с ним сидела его жена. Я заметила, что под столом они держатся за руки. Я вообще весь вечер наблюдаю за тем, что они всегда держатся за руки. Им словно недостаточно простого присутствия, им нужно еще чувствовать друг друга.
С другой стороны от Влада сидела та самая Маша – она была его лучшей подругой. В руках у нее был стакан с шампанским. На лице отражалась веселая улыбка. Она что-то говорила на русском, но я не ничего не понимала.
Рядом с Машей сидел Руслан – младший брат Ренаты – и Бетти – его девушка. Они сидели молча, смеясь с всеобщих шуток и иногда заговорчески поглядывая друг на друга. Они совершенно не подходили друг другу, но в то же время мне очень нравилась энергия, исходящая от них. Они смотрели друг на друга так, словно у них есть один очень большой общий секрет.
После Бетти сидели Рената с Дерилом. Девушка сидела и молча пила красное вино. На губах была довольная улыбка. Девушка иногда вставляла едкие комментарии в сторону мужа, вызывая всеобщий смех. Но он, кажется, не обижался. Только кидал на жену взгляды, мол «поговорим потом». Она лишь ему озорно подмигивала и продолжала пить. Кажется, на Ренату все же не слабо влиял алкоголь.
Около Дерила сидел Этан. Он тоже о чем-то рассказывал на пару с другом. Зататуированный азиат уже вовсю пил водку. Я сразу поняла, что до двенадцати он не досидит.
Рядом с ним сидели Джастин – брат Эммы – с Изабеллой – его женой. Они молчали и лишь пили сок. Иногда смеялись с шуток Дерила и Этана. В принципе, они никого не трогали, и, кажется, уедут первыми.
Рядом с Джастином сидели Эмма с Марином. Они о чем-то говорили с Томом. Рядом с ним пустовало место для меня. А я же сидела рядом с мужем и Ангелиной.
Я села около мужа и чмокнула его в щеку, шепнув:
— Мар звонила.
— О чем говорили?
— Как обычно: «привет, как дела, все нормально? ну пока»
— Не думала поговорить с ней об этом?
— Я поговорю. Обязательно поговорю, — сказала я и налила себе бокал красного вина.
Прошло около тридцати минут. Я тоже рассказывала истории на пару с Дерилом. Кто бы что не говорил – мы с ним были замечательным дуэтом. Именно мы создавали атмосферу веселья в этом доме.
— Маш, налей мне вина? — попросила Рената и протянула свой бокал.
Подруга Влада привстала, потянулась за бутылкой и налила в бокал Ренате бордового напитка. Это произошло быстро, но я успела заметить незаметные шрамы на запястье девушки. Среди них был один большой безобразный шрам. У меня словно сердце остановилось. А в следующее мгновение девушка поймала мой взгляд.
Наверно, я выглядела настолько шокировано, что не слабо так удивила ее. Она вопросительно уставилась на меня. Я поспешила отвести взгляд от нее, чтоб не смущать. И тут же все мои шрамы начали пульсировать. Как только в моей жизни появился Том, я про них забыла. И вот, снова.
— Что с тобой, Лисичка? — поинтересовался муж.
Его голос немного привел меня в норму. Я лишь коротко сказала:
— Потом.
Вечер продолжился, как ни в чем не бывало.
***
Мэри.
До боя курантов оставались считанные минуты. Мне, правда, было хорошо здесь. Но все же чего-то не хватало.
Маска с моего лица не сползает весь вечер. Да что там, весь вечер. Последние полтора года. Она настолько приросла к моему лицу, что все действительно думают, будто у меня все хорошо. Но это не так. И об этом узнает только мой пес.
Да, за эти полтора года я успела завести себе добермана по кличке «Александр». Да, настолько я больная. Назвала пса в честь бывшего и что? Мне так легче.
По телевизору начал говорить президент. А я в свою очередь снова ушла в свои мысли. Даже не заметила, как пробили куранты. Все вокруг загудели, заулюлюкали, раздался звон бокалов о бокалы. Я очнулась немного позже, чем следовало, но все же со всеми выпила. Пузырьки шампанского защекотали горло. Я радостно улыбнулась и закричала:
— Юху-у-у-у, С Новым Годом!
Этот праздник меня ни разу не радовал. Понятия не имею, что я до сих пор здесь делаю. Я действительно не хотела сюда ехать. Но у мамы получилось меня уговорить. Я села в такси и поехала сюда. Но пока не пожалела. Пока меня здесь все устраивает. Ну, кроме того мужчины, который напился раньше всех и начал творить дичь. Кажется, это был лучший друг Дерила. Имя его я так и не запомнила. Хотя, сказать честно, я и не пыталась.
Мужчина нес какую-то ересь, потом орал во всю глотку на всех, бил посуду. Его угомонила Бетти со фразой "ляг, поспи", после чего дала ему по роже так, что он отрубился. Это было впечатляющее зрелище.
Телефон на столе рядом с моей тарелкой завибрировал.
Неизвестный номер
Не знаю, что меня двинуло ответить на него. Обычно я не беру незнакомые номера. Никогда. Но именно сегодня я решила взять трубку. Вдруг что-то случилось? Думаю, что мошенники не станут звонить мне в новогоднюю ночь.
Беспокойные мысли полезли в голову. Может, что-то с мамой? Я знала, что она поехала отмечать Новый Год к подружкам. Уже с тревогой в груди я взяла трубку.
— Ало?
Чтобы хоть что-то услышать, я отошла в сторонку. В трубке молчали, что еще больше напрягало меня и заставляло волноваться.
— Ало-о?
— Машенька...
Я чуть телефон из рук не выронила. Родной голос током пробил меня. Я вздрогнула. Язык онемел. Все тело парализовало. Я просто стояла, словно дурочка и ничего не понимала. Господи, как же давно я не слышала его голос.
Честно сказать, все это время я грезила о том, чтобы еще раз услышать его голос. Чтобы он еще раз назвал меня Машенькой. Но сейчас, когда я снова услышала Сашин голос, то я просто не могу ничего сделать. Абсолютно ничего. Даже пошевелиться. Я держу в руках телефон с огромным трудом, понятия не имею, как я все еще стою на ногах.
— Маш, мы сможем поговорить, если я сейчас приеду? — спросил Саша.
Я не могла ничего сказать. Из головы вылетело все. Я вспомнила свое имя только потому что он его назвал. Я так давно хотела с ним поговорить. Я так давно хотела с ним увидеться. Я так давно хотела просто хоть что-то узнать про него, но сейчас, когда он звонит мне в новогоднюю ночь, я уже ничерта не понимаю.
Он был моим триггером. Всем в моем окружении было запрещено произносить его имя, но я же сама назвала пса в его честь. Я скучала по нему и жутко ненавидела одновременно. Он стал тем, кто изменил меня. Именно благодаря ему я сейчас та, кто есть. Бесчувственная сука, которая обманывает всех, а себя – больше всего.
Каждый гребаный день я обманывала саму себя. Я говорила себе, что ненавижу его, что если он хоть когда-то явится ко мне, то я плюну ему в лицо. Пошлю его к черту. Я говорила себе, что он мне не нужен. Что после его ухода ничего не изменилось. Но он буквально вырвал из меня мою душу и уехал вместе с ней в другой город.
— Нет, не так. Если я прямо сейчас стою около дома, в котором вы празднуете Новый Год, то мы сможем поговорить?
Удар. Вот только этот удар откуда-то снизу. И меня поднимает вверх. Воздух давно закончился. И надежда на спасение тоже. Я вижу белый свет. Я вижу небо. Я все еще в воде, но я вижу солнце! И тут мне резко захотелось снова попробовать воздух на вкус. Мне захотелось жить.
Его слова прошлись по мне катком. Я не слышала, как Влад звал меня. я забыла абсолютно про всех. В ушах стояли только слова Саши.
Мне хватило секунды, чтобы принять решение. И тут я быстро двинулась с места в сторону входной двери. Из головы вылетело абсолютно все.
Я не заметила, как скинула трубку. Схватила куртку, закинула ее на себя, а затем отперла большую входную дверь. Я до последнего думала, что это шутка. Что его там нет. Но он стоял. В одной его руке был шлем от мотоцикла. Вокруг мела метель. Саша облокотился спиной о свой байк.
У меня дух захватило. Ветер тут же дунул в лицо. Я в руке крепко сжимала телефон, но от Оверина глаз отвести не могла. Все такой же красивый. Все такие же завораживающие глаза. Он вырос в мышцах. Стал более широким. Шапки как всегда нет на голове.
Нас разделяло около десяти метров. Они казались вечностью. Пропастью. Как же я хотела в нее упасть. Мозг отключился полностью. Я сорвалась с места и подбежала к нему. А затем с размаху дала звонкую пощечину.
Голова Саши дернулась и он удивленно посмотрел на меня. Мужчина не ожидал моего удара. Я и сама не ожидала. А затем подло заплакала.
— Скажи, что ты скучал. Умоляю, скажи, что ты скучал.
— Я в жизни так ни по кому не скучал, как по тебе. Я скучал, возможно, даже больше, чем ты.
Слезы лились из глаз. Рыдания душили. Я даже не заметила, как он прижал меня к себе. Не помню, как начала плакать у него на груди. Не помню, как он начал что-то мне шептать. Не помню, как мы оказались на его мотоцикле. Ничего не помнила.
Я лежала на плече парня. Моя гордость уже давно была где-то раздавлена мной же. Все ровно.
— Расскажи мне все. Почему ты мне изменил?
— Я тебе не изменял, — твердо выдал парень.
От такого заявления я аж подскочила и посмотрела на Сашу, словно он признался мне в убийстве моей матери. Все эмоции смешались в одну кашу. И теперь я вообще ничего не понимала. Но почему-то верила ему.
— Сядь. И я тебе все расскажу.
И он все мне рассказал. Моему шоку не было предела. Конечно, не я одна виновата была в этом. И тут я уже накинулась на Сашу:
— Какого черта, Оверин?! Почему ты мне не рассказал о всем этом?! Почему ты решил, что сам должен это все решать?!
— Потому что я ублюдок и мразь. И не был готов к такому. Я вообще не был готов к отношениям. Вот только понял я это только после нашего расставания.
В голове не укладывалось, но весь пазл наконец сложился. Теперь я все поняла. И поняла, что во всех своих проблемах виновата лишь я сама. Я была зависима от Саши. Он решил попросить помощи у Оли, которая давно влюблена в него и все получилось. Но я даже не могу представить, что было бы со мной, если бы наши отношения продолжились. Я бы с головой ушла в него. И тогда я бы вообще не выбралась из этого кошмара.
— Мне надо все обдумать, — села обратно рядом с парнем я.
— Я буду в городе еще неделю.
— Пошли с нами Новый Год праздновать? — неожиданно для себя выдала я.
Саша с сомнением посмотрел на меня, прежде чем я выдала:
— Насчет Влада не переживай, я Ангелину попрошу, она его угомонит. Пошли, Саш. Я скучала.
Я старалась не смотреть на него. А вот он активно искал мой взгляд. И в один момент наши взгляды встретились. Все наши моменты пронеслись перед глазами. Первое знакомство, первая ночевка, первый поцелуй, первое признание в любви. Дух вновь захватило. И тут я поняла – я дышу. Я вынырнула. Меня спасли.
— Только если ты еще раз скажешь, как скучала.
— Я чертовски сильно скучала, — не раздумывая, выдала я.
Эти слова слетели с моего языка так легко. Рядом с Сашей вся гордость пропадала. И мозг, кажется, тоже.
Саша встал, взял меня за руку и повел в сторону дома. И я впервые искренне улыбнулась.
Этот эпилог заканчивает серию. Эпилог 2 будет заканчивать саму книгу!