7 глава
***
Влад
Я практически засыпал на этом дерьмовом уроке математики. Всю ночь думал об Ангелине. И не мог остановиться. Ангелина, Ангелина, Ангелина. В голове только она и больше никто. Мне бы усиленно готовиться к экзаменам, но нет, в голове только она. И надо было ей начать со мной сближаться в одиннадцатом классе? Я так вообще ни хрена не сдам.
Я мельком посмотрел на Ангелину, которая сидела слева и внимательно слушала учителя. Она даже не заметила, что я смотрю на нее. Девушка слишком была увлечена уроком.
Вчера я пришел домой и сразу написал, чтобы ребята подогнали мой байк к дому завтра. Им было не сложно, а вот мне передвигаться пешком по городу было не очень.
— Рената, ты уже дома? — крикнул я, замечая кроссовки сестры на пороге.
— Я-то дома, а вот ты почему-то нет, — сказала Рената, выглядывая из-за угла.
Ренате не нравилось, когда я приходил позже десяти перед школой. Она считала, что я должен серьезнее относиться к учебе. Особенно перед ЕГЭ. Конечно, я занимаюсь с репетиторами, но в принципе то я все знаю.
Ее как обычно добрые и любопытные глаза прошлись по мне. Девушка выглядела счастливой. И она всегда безошибочно понимала, от чего на этот раз у меня светятся глаза. Она в принципе меня знала как облупленного. Я даже не пытался ей врать – это было бесполезно. Она сразу понимала, когда я лгу.
— Да ты весь светишься, дорогой. С девчонкой гулял?
Рената хитро сощурила глаза, но я отвечать не стал. И только сейчас я увидел, что на пороге стоят только кроссовки Ренаты, а обуви Дерила не было.
— А паренек твой где? — спросил я.
Из моего рта чуть не вылетела фраза «А этот сумасшедший опять людей убивает?», но я быстро прикусил язык. Если бы я сказал это, то либо получил бы кулаком в рожу, и Рената бы на меня обиделась, или же Рената просто обиделась на меня, но так тяжело, что я бы не вынес.
Ренате ужасно не нравилось, что я считал ее парня убийцей. Но мне до сих пор сниться, как Дерил приставляет нож к моему горлу. И давит. Сильно давит. И я начинаю задыхаться.
— Дерил прилетит завтра. А что, соскучился уже? — С забавной улыбкой спросила сестра, наблюдая за тем, как я разуваюсь.
— Упаси Господь, — пробурчал я себе под нос.
Из мыслей меня вывел Илья Александрович – наш учитель математики:
— Рязанцев, если ты так будешь пялиться на умную Ангелину, то сам ты умнее не станешь.
По всему классу прошлись смешки и шепотки. Меня накрыла волна раздражения. Ладно, я! Нахрен сюда Ангелину приплетать? Вот что в голове у таких людей?
— Ревнуете?
Я медленно повернулся на учителя и удостоил его ленивым взглядом. Я чувствовал и видел боковым зрением, как на меня смотрит Ангел, но поворачиваться не стал. Сейчас все мое внимание занял Илья Александрович, который решил пошутить, но, кажется, у него это плохо получается.
— Кого? Тебя или Ангелину?
— Ну, тут уже все зависит от вашей ориентации.
По классу снова прошлась волна смешков. А вот Илье Александровичу стало забавно. Он решил продолжить наш диалог:
— Рязанцев, тут ревнует только мой предмет тебя к Ангелине.
— Передайте своему предмету, чтобы заканчивал. Потому что между ним и Ангелиной я с удовольствием выберу Ангелину.
Между всем и Ангелиной я выберу Ангелину.
Боковым зрением я увидел, как Ангелина, смотрящая на меня, улыбнулась.
— Вот как значит. Ладно...
Илья Александрович не успел договорить – прозвенел звонок. А я уже с собранными вещами встал. Математик и не стал договаривать. Он тоже начал собирать свои вещи, даже не смотря на меня.
У нас с ним часто были такие перепалки. Ими мы просто забавляли класс. Он не задевал меня, а я не задевал его. Нам было нормально.
Я оперся на косяк, ожидая Ангелину. Мы с ней сейчас должны идти ко мне домой, делать проект. Мимо меня прошел Илья Александрович:
— До свидания, Влад. — Сказал спокойным тоном учитель.
— До свидания, — в тон ему, сказал я.
Ангелина сложила все свои вещи и направилась ко мне. Мы с ней вместе вышли из кабинета. Так как это был последний урок, мы направились домой. Я не стал ехать с Ангелиной на байке, потому что помнил, как ее мутило после нашей последней поездки.
Мы шли уже как десять минут в тишине. Я нес в руках рюкзак Ангелины. Она сначала отпиралась, но потом все же отдала его. Внезапно девушка заговорила:
— Расскажи о своих родителях. Если это конечно не больная для тебя тема.
— Нет, не больная. Что тебе рассказать?
— Ну, что с ними? Почему ты живешь с сестрой?
Это не было для меня больной темой. Только на похоронах матери мне было грустно. Мама как-никак. Неважно какая мама. Я всегда мечтал ее увидеть. Хоть разок. И увидел. В гробу.
— Да там история такая тупая. Папа изменил маме, а мама не выдержала и улетела в Лос-Анджелес. А папа с бабушкой на нас плевать хотели. И Рената с десяти лет воспитывала нас с Русланом одна. — Я глубоко вздохнул. Мне было чертовски жаль мою девочку, — мама умерла полгода назад. Напоролась на большие проблемы в ЛА, вот ее и грохнули. А у папы новая семья. Он давно забыл о нас, я уверен.
— Оу. Мне тебя жаль.
— Не меня жалеть надо, а Ренату. Ей из-за этих ублюдков ой как досталось. Она еще из-за мамы в Америке на какие-то приключения нарвалась, в результате которых чуть мы оба не умерли.
Ангелина резко остановилась и уставилась на меня огромными глазами. А я только понял, что сказал. Я не должен был это говорить. Не имел права.
— Что?! Как это?
— Никак. Забудь. — Отмахнулся я.
— Нет, погоди. Расскажи!
Об этом не знал никто, кроме Ренаты меня и Дерила. Даже Мэри с Сашей.
Я шел с аэропорта. Прямо стояли Мэри с Сашей, но нас разделяло большое расстояние. Мэри, сразу, как только заметила меня, побежала со всех ног. Я только вернулся с Америки. Мой телефон был вне доступа сети почти неделю. Они почти всю Москву на уши подняли, лишь бы найти меня.
Мэри подбежала ко мне и дала звонкую пощечину, но я и опомниться не успел, как она притянула меня к себе и крепко обняла, шепча:
— Ублюдок. Как ты мог вообще?
Мэри подняла на меня глаза, полные слез. Она переживала. И ее выдавали синяки под глазами. Она не спала. И Саша точно также.
После нее сразу подошел Саша. И рывком крепко обнял. Его немного потряхивало. Он сам тоже переживал не меньше Мэри. Просто редко когда это показывал.
Но я им тогда ничего не рассказал. Вообще. Молчал даже под пытками. Это касалось моей сестры. А значит, я буду молчать. Пусть меня убьют, но я никому это не расскажу.
— Я же сказал: забудь.
— Влад, начал – говори.
Я остановился и посмотрел на Ангелину. Меня начала раздражать наша перепалка. Ее излишнее любопытство начинало бесить. Я сказал «не скажу» и точка.
— Ангел, не суй свой нос туда, куда не надо. Ладно?
Ангелина проморгалась, будто опомнившись. Но лезть больше не стала. И, слава богу. Это не ее проблемы.
Вскоре мы дошли до дома, и зашли в подъезд. Внезапно, с каждым шагом меня начала накрывать тревога. А в следующую секунду я уже бежал к своей квартире. Я быстро открыл замок, а потом залетел домой, но вовремя остановился и прислушался. А затем услышал голос Ренаты и какой-то еще знакомый голос:
— Ты меня не понял?! Вон пошел! — голос сестры был яростным. Примерно таким же она говорила с Дерилом в тот момент.
Сначала я подумал, что она разговаривает с Дерилом. Но когда второй человек заговорил, я замер. До боли знакомый голос сковал все мои легкие и выбил воздух. В глазах потемнело. Я знал его голос с похорон. Он пытался со мной заговорить, но я просто прошел мимо. А этот хриплый голос засел прочно в моей памяти.
— Ренатка, дочь, послушай.
Папа.
В квартиру залетела Ангелина, и было, хотела что-то сказать, но я мигом закрыл ей рукой рот и прошептал:
— Молчи и стой здесь.
Ангелина лишь кивнула, и я прошел дальше. На кухню, откуда доносились звуки. А когда заметил, что этот ублюдок тянет руки к моей сестре, почти сорвался. Но не успел – та рывком взяла кухонный нож и ловко развернула отца над столом. А глаза Ренаты горели безумием. Она его сейчас зарежет. И я буду не против.
Отец был испуганным. А вот Рената бешенная. Она готова была зарезать собственного отца. А я просто стоял в кухонном проеме и ждал развития события. На моем месте наверно Руслан бы разнял их, выслушал отца и отправил бы его домой. Но я не он.
Все же я подошел к Ренате сзади и забрал у нее нож. Она дернулась, но не смогла врезать мне – поняла, что это я. Отец выпрямился и поправил свою синюю рубашку. Он, в отличие от нас выглядел более-менее прилично. Брюки, рубашка. На Ренате была домашняя одежда – штаны в клетку и мятая футболка Дерила. Я же был в обычной худи и джинсах. Конечно, у нас в школе был дресс-код, но кому как не мне было на него плевать? Я оглядел кухню. Белые ромашки валялись на полу. Был небольшой беспорядок. Рената не смогла все же держать себя в руках перед этим ублюдком.
Я оглядел сестру в поисках повреждений, но она была цела. Рената себя точно в обиду не дала бы.
— Влад? Спасибо, может, хоть ты меня поймешь, сынок.
В следующую секунду я дал ему в челюсть. Всю жизнь хотел это сделать. Отец почти упал, но вовремя задержался за угол стола. А когда поднялся, то его губа была разбита. Следом последовал второй удар. И меня было уже не остановить.
— Грязный ублюдок, как ты только посмел придти в этот дом?! — Сказал я и еще раз врезал ему.
Я, было, хотел еще раз ударить отца, но краем глаза заметил слезы на лице сестры и остановился. А потом отстранился. Никогда не выносил слез Ренаты. И в принципе слез своих близких. У меня не получалось держать себя в руках.
Отойдя от отца, я взял лицо сестры в руки. По ее щекам скатывались слезы, а она еле слышно прошептала мне:
— За что он так со мной?
Этого хватило, чтобы я взял отца за шиворот и повел в сторону выхода. Отец еле на ногах стоял. Я бил его не расценивая свою силу. И полностью имел на это право.
На проходе Ангелина бегом отошла в сторону, пока я, как ураган, пронесся и вышвырнул родного отца на лестничную клетку. Он бы упал, если бы его сзади кто-то внезапно не словил. Когда я поднял глаза, то увидел чертова Дерила. И я ему точно сломаю какую-нибудь конечность, если он встанет на сторону папы.
Дерил удивленно посмотрел на отца, затем на нас с Ренатой и на перепуганную Ангелину. Его взгляд задержался на Ренате. А точнее на ее опухшем от слез лице. Он сначала указал глазами на отца и после еле заметного кивка сестры швырнул его вниз по лестнице. Теперь ярость передалась и ему. Но он не успел ничего сделать, как в одно мгновение Рената оказалась рядом с ним и обняла. Крепко. Руки Дерила, до этого сжатые в кулаки, разжались. А сам Дерил начал что-то шептать Ренате.
Внезапно на мое плечо легла рука и я вздрогнул. Моя голова моментально повернулась и заметила Ангелину. Она пыталась меня успокоить. И у нее действительно получалось.
— Это твой отец? — тихо прошептала девушка.
Я кивнул и посмотрел в сторону, где пытался подняться папа. Мне даже его папой называть не хотелось. Слишком плохой он человек для этого слова.
Сердце бешено колотилось. Но спокойные омуты Ангелины меня успокаивали. Я сплел ее руку со своей и прошел мимо обнимающейся пары. Сейчас мне было конкретно плевать на Дерила и на отца. Сейчас мне нужно было увести от сюда Ангелину. Остальное потом.
Мы вышли из подъезда. Ангелина сказала:
— Иди к сестре. Ты ей нужен.
— С ней сейчас Дерил. А рядом с ним ей никто не нужен. Даже родной брат. — Горько сказал я.
— Не говори так. Она тебя любит, и я это вижу.
— Может и любит, но точно не больше, чем своего парня. Она над ним постоянно трясется, как над хрустальной вазой.
Ангелина внезапно положила мне руку на щеку. Я снова вздрогнул, но руку ее не убрал.
— Ты ревнуешь сестру?
— Я просто хочу, чтобы все было как раньше.
Сейчас, именно перед ней, я был таким уязвимым. Таким голым. Она могла сделать со мной все, что захочет, и я не стал бы сопротивляться. Я был ее марионеткой. И мне было плевать.
Ангелина притянула меня к себе и обняла. Я даже сначала не понял, что произошло, но все же обнял в ответ. А потом расслабился. С Ангелиной было так комфортно. Я точно понимал – ей можно доверять. И она не сделает мне больно. Никогда. Она не такая.
— Прости меня за этот цирк. Сделаем проект в другой раз. — Сказал я, не разнимая объятий.
— Можем завтра у меня.
Мы так и стояли. Обнимаясь и вдыхая запах друг друга. От Ангелины исходил запах сирени. И он заменил мне воздух.