Тьма в сердце

Несколько дней спустя после того, как Эдриан унес Лину, напряжение в отряде стало почти осязаемым. Неприязнь Селены к Эбби сменилась ненавистью. Отряд пытался вести себя как обычно, но каждый взгляд, брошенный на пустующее место, где исчезла девушка, напоминал о случившемся. Лео, чей крик всё ещё звучал в ушах, был мрачен, ощущая тревогу за Лину, которая стала кем-то больше, чем подруга.

Тем временем, в укрытии возле волшебной красоты водопада, где властвовали тени, атмосфера была иной. Эдриан, чьё высокомерие поубавилось, теперь смотрел на девушку с дружелюбием, но с некой дистанцией. Исчезла враждебность, и Лина, избавившись от обиды, впервые почувствовала себя в безопасности рядом с ним.

- Твоя тьма - это не проклятие, Лина, это наследие. Ты - Хранитель, но ты должна научиться ею управлять, а не просто существовать во власти её, - говорил Глас, его голос звучал теперь не как эхо, а как тёплый шёпот древней мудрости.

Он начал открывать ей истинные легенды о Хранителях, о том, как они поддерживали равновесие между мирами, и как её собственная внутренняя тьма была ключом к защите. Эдриан, в свою очередь, сосредоточился на практике. Их тренировки проходили в пещере за водопадом, где свет едва проникал. Парень помогал Лине в принятии себя и своей тьмы. Он заставлял её вызывать тени, сначала маленькие, затем большие, способные поглотить свет факела.

- Чувствуй их, Лина. Они - продолжение твоей воли. Не бойся, что они поглотят тебя. Они ждут твоего приказа, - наставлял он, когда её руки дрожали от напряжения. - Я рядом и смогу тебя остановить, когда это будет необходимо.

Однажды, во время особенно сложного упражнения по призыву Лина неожиданно преуспела. Это застало Эдриана врасплох: его глаза, обычно мерцающие холодным огнём, сощурились, а на губах мелькнуло подобие улыбки.

- Ты почти смогла. Но ты всё ещё сомневаешься в себе. Это сомнение - лазейка для наших врагов.

Лина почувствовала, как её собственная тьма колеблется, словно испуганный зверь. Подойдя к девушке вплотную, он приобнял за плечи и наклонился так, чтобы их глаза были на одном уровне.

- Ты сильная, и ты справишься. Перестань сомневаться в себе. Не зря же я хотел забрать твою силу и обезвредить такого сильного врага, - сказав это, он чуть сжал ее плечи.

Она посмотрела на Эдриана, и в этот момент поняла, что их связь стала глубже, чем просто наставничество. Она доверяла ему больше, чем кому-либо, но это доверие было опасно близко к чему-то большему, и это пугало её саму. Лина вздрогнула от неожиданного, но крепкого объятия, которое не было похоже на дружеское похлопывание. Прикосновение Эдриана было одновременно успокаивающим и обжигающим.

- Я сильная и я справлюсь, - прошептала Лина, её голос был тихим, но твёрдым, не дрожащим, как раньше.

Она не отстранилась сразу, но её взгляд скользнул вниз, не в силах выдержать его пристальное внимание.

- Научи меня её контролировать, но не для того, чтобы стать твоим трофеем.

Глас, который до этого молча наблюдал за уроком, тихо кашлянул из тени:

- Эдриан, дистанция. Ученик должен чувствовать себя в безопасности, а не под давлением.

Эдриан тут же отпустил её плечи, словно обжёгшись. Его лицо вновь приобрело ту самую отстранённую маску, но в его глазах мелькнуло что-то похожее на смущение или, возможно, досаду, что Глас прервал его. Он отошёл на шаг, давая ей пространство.

- Прости. Я лишь хотел тебя приободрить. На сегодня хватит, можешь идти отдыхать, - сказал он, возвращаясь к роли строгого наставника, но теперь между ними осталась невидимая нить, сотканная из тени, доверия и этого внезапного, опасного сближения.

Поклонившись, девушка своей силой раскрыла проход сквозь бурлящий поток воды и покинула пещеру. Эдриан немигающим взглядом смотрел на воду, а на лице проскользнула загадочная улыбка.

- Хм, когда же я видел тебя таким? Точно, никогда! И о чем же ты так мечтаешь? - поинтересовался Глас, поравнявшийся с парнем.

- Что за глупости? Я просто рад, что мои труды приносят успехи, - со скучающим видом ответил Эдриан.

- Ну конечно. Наша темнюшка запала в твое ледяное сердце? - пихнув в бок, решил подразнить его Глас.

- Темнюшка? Это ещё что за прозвище? Звучит отвратительно.

- Темнюшка - это пока рабочее название, дорогой мой. Оно идеально подходит для девушки, которая может вызвать такую бурю, а потом сбежать через водопад, чтобы не признаться, что ей понравилось, когда ты её обнимал, - продолжить шутить Глас.

Эдриан резко повернулся к нему, его глаза вспыхнули.

- Займись своими делами, Змей Мудрости. Я не испытываю таких сентиментальных глупостей. Я рад успеху дела. Её сила - это инструмент, а не повод для твоих басен.

- Инструмент, который заставил тебя краснеть, когда ты думал, что она не видит, - не унимался Глас. - Твоё ледяное сердце дало трещину, Эдриан. И за этим очень интересно наблюдать.

Эдриан промолчал, скрестив руки на груди, и вновь уставился на бурлящий поток воды, за которым скрылась Лина. Он не стал отрицать, что его реакция была необычной, лишь его скучающий вид стал ещё более неестественным.

- Ты стал спокойнее спать, - как бы между прочим заметил Глас.

- О чем ты? - недоумённо спросил Эдриан и повернулся к слуге.

- Твои ночные кошмары больше не тревожат тебя. Это значит, что ты изменил свою судьбу, - серьезно ответил ему Глас. - Возможно, всё и должно было произойти так, чтобы в конечном счёте мы пришли к этому.

- Ты опять говоришь загадками, - раздражённо бросил Эдриан.

- Это твоя пища для размышлений, Владыка Гласиуса, - сказав это Глас со шипением растворился в тенях.

Пока они спорили, Лина, выйдя из водяного потока, оказалась на берегу. Сполоснув лицо водой, она подставила его под легкий ветерок. Холодные капли смыли напряжение тренировки, но не смущение от близости Эдриана. Девушка посмотрела на свои руки, пытаясь вызвать тень, и впервые смогла удержать её в форме крохотного, тёмного цветка. Это был маленький, но личный успех.

- У тебя большие успехи, - услышала Лина голос за спиной.

Цветок испарился, оставив после себя лёгкую дымку.

- Он был прекрасен, не замечал за тобой таких успехов на тренировках, - повернувшись, она увидела Гласа, который с интересом смотрел на нее.

Глас появился так внезапно, что застал Лину врасплох.

- Я стараюсь, но это... тяжело. Я не знаю, почему не могу сосредоточиться и просто сделать. - На выдохе произнесла девушка и поникла.

Глас подошел ближе и ободряюще похлопал по спине.

- Тяжело, потому что ты борешься с собой. Эдриан пытается научить тебя управлять, но ты всё ещё пытаешься подавить и скрыть. Тьма - это не враг, это твоя основа. Ты не должна её удерживать, ты должна ею жить.

Он мягко указал на то место, где только что был тёмный цветок.

- Тот цветок был чистой волей Лины, которая приняла себя. Эдриан не может научить этому. Это твой путь. Когда ты будешь готова, ты поймёшь, что твоя сила не зависит от одобрения или осуждения окружающих.

С этими словами Глас растворился в воздухе, оставляя Лину наедине со своими мыслями. Девушка глубоко вздохнула и отправилась в свою комнату. Комната находилась недалеко от водопада - в укромном домике. Небольшое строение находилось далеко от привычных тропинок. Стены густо укрыты диким плющом, а крыша скрылась в листве деревьев. Вокруг царила особая тишина, нарушаемая лишь мерным шумом падающей воды. Воздух был наполнен свежестью и лёгкой влажностью.

Дверь домика слегка скрипнула, когда девушка вошла внутрь. Внутри было прохладно и сумрачно - свет проникал лишь через окно, частично заслонённое вьющимися растениями. Солнечные лучи рассекали полумрак комнаты, выхватывая из сумрака отдельные детали: пылинки, кружащиеся в воздухе, край покрывала, вспыхивающий тёплым медовым отблеском. Простая мебель, кровать с покрывалом, небольшая тумбочка возле кровати с фолиантом по магии создавали атмосферу уединённого убежища, где можно было спрятаться от всего мира и просто быть собой.

Не переодеваясь, девушка легла на кровать и закрыла глаза рукой. Мерное, тихое дыхание постепенно стало спокойнее, ровнее. Она не заметила, как задремала. Сказалось всё: изнурительные тренировки, неотступный страх за будущее, тревога о друзьях. Мышцы, ещё недавно напряжённые до предела, теперь расслабились, черты лица смягчились. В объятиях Морфея она наконец могла отпустить все тревоги. Сон накрыл её, как тёплое одеяло, отгоняя прочь тяжёлые мысли. Лучи заходящего солнца, пробивавшиеся сквозь листву, медленно скользили по лицу, очерчивая изгиб пухлых губ и длинных ресниц. Где-то вдали шумел водопад, но его ритм сливался с дыханием девушки, становясь частью безмолвного колыбельного напева.