Петля

Несмотря на желание отправиться всё-таки домой, трое из группы оставшихся живых направились в лес — к особняку, принадлежавшему древнему клану магов, клану Норои; остальные же отправились в Токийский магический колледж — место, обусловленное для следующей встречи. Признаться, такой выбор девушки не удивил никого, зато вот её следующие действия подвергли Годжо и Фушигуро в лёгкий шок.

Рёмен сняла барьер, окружающий особняк, и сделала лишь шаг за него, устремив взгляд на здание. Недолго думая, проклятие тяжело выдохнуло, после чего приняло стойку лучника и создало из пламени, как когда-то, во время недавних сражений в Сибуи, делал Король проклятий, лук и стрелу.

— Ты уверена? — спросил «сильнейший».

— Да.

— Но почему?..

— Доделаю то, что тысячи лет назад не сделал Сукуна.

И, договорив эту фразу, девушка выпустила стрелу. За ней — вторую, третью и ещё две. Здание заполыхало, его полностью поглотил огонь, своими языками пламени тянувшись к небу.

Рёмен, Годжо и Фушигуро стояли до последнего и наблюдали за тем, как достояние древнего клана магов исчезает в огне. Все книги были отнесены ещё несколько лет назад в дом мужчины, а это — всего лишь здание, даже если и содержащие в себе память клана Норои, в том числе и семейное дерево, на которое проклятие так часто приходило посмотреть. Больше от этого клана не осталось ничего, кроме книг и знаний, что несла в себе девушка. И сама Рёмен Эрида. Но больше — ничего.

Сколько прошло времени — никто не знал. Да никто за часами и не следил, лишь за пылающим пламенем — не более. Когда же от здания остались лишь догорающие угли, девушка отозвала огонь и развернулась, устремив взгляд в любимые небесно-голубые очи.

— Место встречи — колледж, — верно?

— Да, — он кивнул, не в силах оторвать глаз от возлюбленной.

— Тогда... пойдёмте, — и проклятие первым сделало шаг в сторону, противоположную от воспоминаний, не принадлежавших Рёмен.

Добраться от бывшего особняка клана Норои до Токийского магического колледжа не заняло так уж много времени. Все расположились на тренировочной площадке, чудом уцелевшей за эти недели войны магов против проклятий и проклятых духов. На этой же тренировочной площадке царила тишина. Никто не подал голоса даже в тот момент, когда отлучившаяся троица подошла на место встречи.

Первым тишину развеял «сильнейший».

— Эрида, — он дождался, когда та обратит на него своё зрительное внимание, и продолжил: — У меня есть кое-что для тебя, — и посмотрел на одного из своих учеников, Оккоцу.

Парень вздрогнул, однако прекрасно понял, что от него хотел учитель, поэтому и полез в скрытый карман своей кофты, доставая какой-то магический свёрток. От него не исходила проклятая энергия, но по сильным печатям было понятно, что именно там закрыто. Рёмен, увидев этот свёрток, не поверила своим глазам. Однако память, в которой хранился момент, где «сильнейший» отдаёт Оккоцу последний палец Двуликого, прекрасно подтвердил догадки проклятия.

— Это...

Оккоцу подошёл к девушке и протянул свёрток ей.

— Он принадлежит по праву тебе, — проговорил парень, тепло и с лёгким смущением улыбнувшись.

— И ты в праве решать, что с ним делать, — подтвердил его слова директор Токийского магического колледжа.

Рёмен сглотнула ком, появившийся у неё в горле, и под любопытные взгляды товарищей, дрожащими руками, приняла свёрток, тут же разрушая магическую печать и раскрывая его. Перед её взором возник последний и единственный теперь в своём роде палец Короля проклятий. Девушка с нежностью провела по нему подушечками указательного и среднего пальцев, не в силах сдержать слёзы. Резко прижав к себе проклятый предмет к груди, Рёмен присела на корточки, прикрыла глаза и заплакала — вновь. Слёзы лились, не желая останавливаться. В этом теле слишком долго хранилось огромное количество эмоций и чувств, которые девушка не могла выпустить наружу. Сейчас же... ситуация позволяла.

Годжо сдержал тяжёлый вздох, подошёл к возлюбленной и, присев рядом, обнял её, поцеловав в чёрную, словно вороного крыло, макушку. С другой стороны, почти сразу же, оказался Фушигуро. Почувствовав его руку на своём плече, девушка посмотрела на сына и обняла его, прислонившись лбом к лбу юноши.

— Мама...

— Ты жив... и свободен... — прошептали женские губы. — Это главное, Мегуми...

Что было дальше, Рёмен не особо помнила. Казалось, она попала в небытие, как только очутилась в уже родном доме, принадлежавшем Годжо. Как только её голова коснулась подушки, девушка погрузилась в сон, причём в достаточно долгий сон — она проспала дней пять, не шевелясь и не выпуская из правой руки последний палец, принадлежащий её брату.

За эти пятеро суток ничего особо не изменилось: маги и проклятия, что сражались на их стороне в войне, начали медленно, но верно, отстраивать Токийский магический колледж и помогать людям, что остались живы, а также и самому городу. Дом всё время, кроме ночи, пустовал. Собственно, девушка этого и не замечала, видя во снах воспоминания, вызывающие даже в таком состоянии слёзы. Годжо же, возвращающийся вместе с Фушигуро домой достаточно поздно, ещё некоторое время просто сидел рядом со спящей возлюбленной, осторожно вытирал слёзы и наблюдал за её плачущим лицом.

По прошествии пяти дней Рёмен Эрида проснулась. Она медленно приняла сидячее положение, огляделась. Всё это не было сном. Девушка действительно убила старшего брата, и всё, что от него осталось, — это палец, продолжающий лежать в её правой ладони.

Сделав глубокий вдох и медленно выдохнув, она свесила ноги с кровати и аккуратно встала. Первым дело, проклятие направилось в ванную, при этом ни на секунду не расставаясь с проклятым предметов — лишь пока та принимала душ, палец лежал на краю ванны, в поле зрения девушки. Закончив с водными процедурами, Рёмен направилась на задний двор — место, откуда доносились голоса. Она медленно спускалась по лестнице, прислушиваясь к разговору, как и медленно шла по коридору, ведущему к нужной двери, открытой настежь.

— Думаете, ей понравится? — с волнением спросила Кугисаки.

— Конечно! — уверенно ответил Итадори, кивнув. — За столь долгое время тут всё заросло и даже начало погибать. Мы вернули саду, за которым Эрида так упорно следила, жизнь!

— Вот только в этом году точно не будет урожая, — заметила Дзенин. — Спасти-то мы всё спасли, однако подействовать на урожай не можем.

— Это мелочи, — по-доброму посмеялся Оккоцу. — Сам вид сада вызывает лёгкий трепет в груди...

— Да-а, — согласился Панда. — У Эриды — просто волшебные руки! Правда, сад всё равно выглядит не так, как раньше...

— Лосось, лосось, — кивнул Инумаки.

— Естественно, дурак, — хмыкнула Дзенин. — Во-первых, тут несколько недель никто не приглядывал за садом. Во-вторых, как ты и сказал, у Эриды — волшебные руки, да и в садоводстве она разбирается лучше любого из нас. Что, к слову, удивительно.

— Всё, что связано с мамой, удивительно, — заметил Фушигуро.

— Кстати, Мегуми, — «сильнейший» потрепал паренька по его чёрным волосам. — С каких пор ты Эриду называешь мамой?

— Вот-вот! — кивнула Кугисаки. — Всегда только по имени звал.

— После её возвращения из заточения... — чуть тише ответил молодой маг. — Я спросил, могу ли так её называть наедине... она не отказала. А потом... — он поводил взглядом по местности, вздохнув. — А потом произошло слишком много всего. Думаю, мама будет не против, если я начну называть её так при всех.

— Собственно, ты уже это начал, — усмехнулся мужчина. — М?.. — Годжо посмотрел через плечо назад и, встретившись со взглядом любимых тёмно-алых глаз, тепло улыбнулся. — Выспалась, Эрида?

Все тут же обратили зрительное внимание на девушку, дожидаясь от неё ответа.

— Наверное... — достаточно тихо, но слышно для всех, ответила та. — Не могу понять...

Первым в её сторону двинулся Фушигуро. Без лишних слов он обнял свою мать, прошептав лишь одними губами:

— Я люблю тебя, мам...

Это вызвало тёплую улыбку на устах проклятия. И, казалось, каждый понял, какие именно слова сказал молодой маг.

— И я тебя, сынок... — проговорила девушка, обняв парня одной рукой, после чего, поцеловав его в щёку, отпрянула и оглянулась. — Что вы здесь делаете?

— А разве не видно? — по-доброму усмехнулась Дзенин, скрестив руки на груди. — Восстанавливаем великолепие, созданное твоими руками. Правда, — она тяжело вздохнула, — до уровня «великолепно» тут ещё далеко, но хоть что-то. Верно? — девушка смотрела в тёмно-алые глаза с улыбкой на устах.

— У вас тоже очень хорошо получается, — заметило проклятие, проходя вперёд и повнимательнее рассматривая растительность. — Учитывая, какой тут был хаос... сад поистине красив. Спасибо вам, — она сделала лёгкий поклон.

— Не надо этого! — тут же отозвался Итадори, оказавшись по правое плечо девушки. — Никаких поклонов, Эрида, ну, ты чего?!

— Вот-вот! — согласилась Кугисаки, обняв наставницу за левую руку и прижавшись щекой к её щеке. — Это такая мелочь по сравнению с тем, что тебе пришлось пережить и сделать. Восстановить сад... ну, или хотя бы помочь это сделать, нам только в радость, Эрида!

— Вот как... — она кивнула. — И всё же... огромное вас спасибо.

— Ты уже поблагодарила, Эрида! — подняв лапы вверх, заявил Панда. — Не нужно больше слов.

— Лосось, лосось, — Инумаки показал класс и, улыбнувшись, достаточно весело сказал: — Острая искра трески!

— Я не откажусь от помощи, Тогэ, не волнуйся.

— Значит, Эрида вышла из спячки? — за спиной проклятия прозвучал знакомый мужской голос. — Думал, ты проспишь ещё пару дней, а мы успеем тут всё привести в порядок.

— Масамичи...

— Извиняйте, ребят, — с улыбкой проговорила Иэйри, помахав всем, — немного задержались. А тебе, Эрида, привет, — она подошла к подруге и похлопала ту по лопаткам. — Как себя чувствуешь?

— Относительно нормально.

— Ну хорошо, — женщина кивнула. — Ты несколько дней спала. Тебе бы перекусить.

— Это подождёт, — проклятие помотало головой. — Сначала я хочу кое-что сделать, — и посмотрела на палец брата, до сих пор лежащий у неё в правой руке.

— И что же? — уточнил Годжо.

Рёмен посмотрела в любимые небесно-голубые глаза и тепло улыбнулась.

— Хочу... устроить похороны. Здесь, в саду.

«Сильнейший» подошёл ближе, поцеловал девушку в лоб и сказал:

— Всё, что желает твоё сердце.

— Тогда давайте приниматься за работу! — отозвался Итадори, подняв вверх лопату. — Мегуми, пойдём, выкопаем могилку для Двуликого.

— Ага, — Фушигуро кивнул, взяв в руки свободную из лопат. — Мам, где будем копать?

Проклятие осмотрелось, ища подходящее местечко, пока взгляд её тёмно-алых глаз не остановился в глубине сада, по середине забора, где росли два дерева сакуры.

— В самом сердце, — проговорила Рёмен, ступая в ту сторону. — Копать можно несильно глубоко.

— Может, положить его в какую-нибудь коробку? — поинтересовался Яга. — Что-то вроде маленького гроба. Без всяких печатей.

— Можно, — девушка кивнула. — Хорошая идея.

В итоге в следующий час занимались выкапыванием, упокоением и облагораживанием могилы Короля проклятий. Никто не сказал против, собственно, никто и слова не проронил, однако каждый вознёс молитву, сложив ладони вместе перед грудью и прикрыв глаза. Этот жест льстил Рёмен, однако она считала это всё же лишним — в конце концов, для всех её старший брат был врагом и самым настоящим бедствием. В какой-то момент он стал им же и для неё, вот только все обиды, вся злость и весь гнев, что пылали в её груди во время битвы, исчезли в тот же миг, как победа оказалась в руках девушки. Несмотря на это, она всё же поблагодарила своих друзей, возложила цветы на могилу и, повернувшись ко всем, сказала:

— Не хотите... выпить чая?

ххх

Прошёл год с инцидента в Сибуи. Жизнь в стране медленно, но верно возвращалась в своё русло. Маги и примкнувшие к ним проклятия, включая и «Адовы пяты», возрождали прежнюю жизнь и уничтожали проклятых духов, всё ещё блуждающих по Токио и всей стране.

Каждым поздним вечером, перед самым сном, Рёмен Эрида приходила на могилу своего старшего брата и рассказывала ему о том, как прошёл её день. Зачастую на её лице играла спокойная, тёплая, наполненная любовью улыбка. Порой, по щекам девушки стекали одинокие слёзы. Однако она всегда ведала ему абсолютно обо всём, надеясь, что тот её слышит и слушает. Главное — слушает.

Спустя год после «Смертельной миграции» Годжо Сатору созрел и сделал своей возлюбленной предложение. Проклятие сначала удивлённо на него посмотрело, после чего, посмеявшись и тепло улыбнувшись, согласилось. Собственно, никто отказа и не ожидал, в том числе и сам мужчина. В конце концов, для чего всё год назад было сделано и стольким пожертвовано?

Через полгода сыграли свадьбу. Для «сильнейшего» его возлюбленная ещё никогда не представала такой красивой, как в белом свадебном платье, украшенном алыми, напоминающие кровь каплями (идея Иэйри Сёко, от которой невеста не смогла отказаться (её просто заставили и поставили перед фактом)). И этот день, безусловно, запомнится каждому до конца их дней.

Во время празднования была навещена могила Фушигуро Цумики, у которой Эрида и Мегуми достаточно долго рассказывали своей дочери и сестре в одном лице о прошедших днях, поскольку из-за подготовки к свадьбе забежать сюда возможности не было.

После свадьбы, когда праздник отгуляли, а гости разошлись по домам (в тот вечер Фушигуро Мегуми ночевал в отстроенным общежитии (однако только ту ночь)), Рёмен, ныне Годжо, вышла на задний двор, прошла вглубь сада и, подправив платье, чтобы не порвать, уселась на корточки.

— Привет, Сукуна, — заговорила девушка, тепло улыбаясь. — Не знаю, смотрел ли ты на меня в этот день, да и наблюдаешь ли ты за мной в априори... но всё же... Представляешь, я вышла замуж. Да-да, за того неотёсанного, глупого и жалкого мага из клана Годжо. Удивлён ли ты? Навряд ли. Но вот думал ли о том, что подобное может когда-то произойти?.. Тоже навряд ли. Я вот никогда не думала... До дня, когда тебя не стало, — она сделала глубокий вдох, медленно и тяжело выдохнув. — Последние полгода я была невестой, сегодня стала женой. У тебя появился зять. Жаль, ты его ненавидишь. Тору, вроде как, за эти полтора года всё же смягчился и даже сам расспрашивает, как проходила наша с тобой жизнь до того, как тебя запечатали. Надеюсь, когда-нибудь и ты сможешь его принять, — Годжо возложила очередной букет на могилу, предварительно поцеловав каждый бутон. — Я приду завтра вечером, Сукуна, как это делаю каждый день на протяжении последних полутора лет. А сейчас... мне пора. Спокойной ночи, братишка.

Эрида поднялась, несколько секунд ещё посмотрела на могилу брата, после чего развернулась и вернулась в дом, где около лестницы её дожидался муж. Подойдя к нему, она пала в его объятия, тепло улыбаясь.

— Поговорила? — Годжо поцеловал её в чёрную макушку.

— Да...

— Всё хорошо?

— Угум... — она кивнула. — Как думаешь, Тору... он... слушает меня?..

— Уверен, да, — мужчина нежно взял жену за руку и повёл её по лестнице вверх, в спальню. — Не накручивай себя. Сукуна ведь в самом конце принял твой выбор и сказал, чтобы ты жила без сожалений. Где бы он сейчас ни был, уверен, твой брат с наслаждением слушает, как протекает твоя жизнь, даже если она сложилась не так, как того хотел он сам. Всё-таки... это твоя жизнь, и она должна складываться так, как того желаешь ты сама.

Девушка никак на это не ответила, лишь улыбнулась чуть шире, следуя за мужем.

Что ж... наверное, полтора года назад это был действительно правильный выбор, о котором Годжо Эрида не пожалела ни на секунду, даже если с братом она имеет теперь только одностороннюю связь. Её всё устраивало. И, надеялась девушка, её старшего брата — тоже.

ххх

После свадьбы, через девять месяц, на свет родилась милая девочка по имени Годжо Кумико, тут же полюбившаяся всем и вся. А через три года — мальчик по имени Годжо Кэзухиро.

Куми и Хиро стали любимцами абсолютно всех, особенно своего старшего брата, Фушигуро Мегуми. Порой парень насильно забирал своих младших, чтобы погулять с ними, и даже не разрешал родителям идти вместе, на что «сильнейший» негодовал, а проклятие громко и заливисто смеялось. С детками любили сидеть и все друзья их родителей, начиная от старших и заканчивая младшими, теми магами, что уже закончили своё обучение, но всё равно относились к старшим, как к учителям и наставникам.

Годжо Кумико была самой настоящей копией своего отца — как внешностью, так и характером. Да, в ней протекала кровь проклятия, однако признаков так таковых никогда не было, что не могло не радовать её мать. Собственно, девушка даже была не против, что её дочь была копией её мужа (несмотря на тот факт, что получали зачастую всегда оба, причём вместе — в одно время и за одну проказу).

Годжо Кэзухиро — копия своей матери, однако глаза цвета ясного неба унаследовал от отца. Что не скажешь про сестру, мальчишка был спокойным, зачастую улетал в собственные мысли. И именно в нём больше ощущалось проклятой энергии, причём от проклятия, нежели мага, чем в Кумико, да и способности, которые открылись уже на четвёртом году жизни, сильно походили на те, коими обладала «Адовы пяты», и во время которых небесно-голубой цвет сменялся тёмно-красным. К тому же, в отличие от своей сестры, Кэзухиро был более расположен к проклятой энергии. Ещё с самого рождения, когда даже мальчик не умел ходить самостоятельно, его неотрывно тянуло в сад на заднем дворе, в самую глубь, туда, где был похоронен Король проклятий.

Его мать не понимала, по какой именно причине это происходит. Да, дети прекрасно знали историю своих родителей, однако Годжо Эрида ещё ни разу не показывала им свои воспоминания, рассчитывая это сделать позже, когда они подрастут. А узнать у сына, что именно тянет его к могиле дяди, девушка не могла: мальчишка зачастую отмалчивался (Хиро сам по себе был тихими и разговаривал достаточно мало) и прижимался в объятия к матери, качая головой из стороны в сторону.

Всё изменилось на пятый день рождения мальчика. Праздник проходил дома, и в гостях собрались абсолютно все. В такой суматохе Годжо Эрида не сразу заметила, что её младший сын пропал. Нет, он был на территории дома, и она это прекрасно ощущала. Однако его отсутствие в гостиной она заметила не сразу же.

— Хиро?.. — девушка обеспокоенно поводила взглядом по гостиной.

— Эрида? — к ней подошёл муж. — Ты чего?

— Хиро нет, — однако в то же мгновение, прикрыв глаза, она сосредоточилась, чтобы узнать точное месторасположение сына. — Он в саду, — и, не объясняя ничего и никому, Годжо направилась на задний двор.

Как и думало проклятие, Кэзухиро сидел в позе лотоса перед могилой Двуликого.

Выдохнув, она подошла к сыну и спросила:

— Хиро, ты почему ушёл, ничего не сказав?

Заметив настороженное поведение хозяйки дома, все вышли вслед за ней, желая посмотреть, что же всё-таки случилось. Поэтому на Эриду и Кэзухиро в данный момент были уставлены взгляды абсолютно всех. Кумико, прижавшись к отцу, с непониманием переводила взгляд с него на мать с младшим братом и обратно.

— Меня позвал дядя, — спустя некоторое время обдумывания ответил мальчик, посмотрев в глаза матери.

— Позвал?.. — переспросила Годжо. — Как это... позвал?..

— Просто, — он пожал плечами. — Я услышал голос дяди Сукуны и направился сюда. Дядя поздравил меня с днём рождения и спросил, как ты поживаешь. Мы очень часто говорим о тебе, мам.

«Адовы пяты» посмотрела через плечо на мужа, в её глазах читалось беспокойство, после чего вновь посмотрела в небесно-голубые глаза сына и спросила:

— Как именно ты с ним разговариваешь, Хиро?..

— Ты его не видишь, да? — с грустной ноткой в голосе поинтересовался мальчик. — А я вижу и слышу, — он перевёл взгляд на мужчину, сидящего в позе лотоса, перед собой. — Дядя, может, всё-таки дать маме взглянуть на тебя?

— Хиро, что ты...

Но договорить девушка не успела. Мальчик взял её за руку, покрепче ту сжав, и кивнул в сторону могилы. Годжо нахмурилась, нервно выдохнула и посмотрела на могилу. Взгляд её тёмно-красных глаз тут же метнулся выше, а с корточек девушка упала на колени, не веря тому, что только что увидела. Точнее, кого. Перед ней, словно живой, сидел старший брат и с тёплой улыбкой на устах смотрел ей в глаза.

— Привет, Малютка. Прошло десять лет, а я уже успел соскучиться. Несмотря на то, что каждый день с удовольствием слушал твои рассказы, — это были первые слова, наполненные любовью, Короля проклятий.

— Су-куна... — прошептала Годжо, и её шёпот был слышен абсолютно всем; по щекам проклятия тут же потекли слёзы. — Это... но... как?..

— У твоего младшего сына удивительный дар. Ты умеешь показывать свои воспоминания с помощью касания, он же может видеть умерших и показывать их через такое же касание. Когда я это понял, решил с ним разговаривать.

— Он мне о многом рассказал, — подтвердил Годжо-младший. — В том числе, о том, как вы жили раньше, и о том, какой тебе десять лет назад пришлось сделать тяжёлый выбор. Но дядя Сукуна рад, что ты делала именно такой выбор. Ведь так, дядя Сукуна?

— Всё верно, — мужчина кивнул. — Хиро абсолютно прав.

— Однако я не понимаю, дядя Сукуна, — мальчик нахмурился, насупив носик, становясь ещё больше похожим на свою мать, — почему ты не разрешал мне показать тебя маме.

— Думаю, она была ещё не готова.

— А сейчас?

— Ты преподнёс ей отличный подарок несмотря на то, что сегодня твой день рождения.

— Мама, ты счастлива? — Годжо-младший посмотрел на родителя.

— Да... — она кивнула, слегка наклонив голову набок. — Да...

В этот момент Король проклятий посмотрел за их спины, на свою племянницу. Мальчик уловил этот взгляд и развернулся, кивком головы позвав сестрёнку сюда. Девочка не сразу же рискнула идти. Она сделала первые шаги только после того, как отец взял её за руку и пошёл вместе с ней. Когда они оказались рядом, Кэзухиро взял руку сестрёнки и вновь посмотрел на дядю. Тогда перед небесно-голубыми глазами Годжо-младшей тоже предстал Двуликий.

— Дядя?.. — на выдохе сказала она.

— Сукуна... — прошептал «сильнейший», видя своего зятя благодаря прикосновению к дочери.

— И тебе привет, — хмыкнул мужчина, посмотрев на племянницу. — Куми, надеюсь, ты не боишься меня?

— Нет... — девочка покачала головой. — Однако не верю в то, что вижу... точнее, кого вижу...

— Я рад, — он кивнул. — Спасибо, — и перевёл взгляд на сестру. — И спасибо тебе, Малютка, за то, что подарила мне таких чудных племянников, — его зрительное внимание метнулось снова за спину, на Фушигуро. — За троих чудных племянников. Передай ему мои извинения за то, что я с ним сделал десять лет назад.

— Ты можешь сделать это сам! — выпалил Годжо-младший. — Братик Мегуми! Подойди и ты!

— Что?! Нет, Хиро, погоди!

Однако, когда Фушигуро подошёл и, присев на корточки за спиной брата и положил ладони на его надплечья, посмотрел прямо в глаза Короля проклятий.

— Дядя Сукуна назвал тебя своим племянником, — повторил часть слов мужчины мальчик, переведя взгляд с брата на Двуликого. — Дядя, повтори последние свои слова.

— Хиро...

— Давай! Всё уже в прошлом, разве нет? Почему ты не можешь повторить те слова, дядя?

Король проклятий сделал глубокий вдох, медленно выдохнул, эти секунды пребывая с закрытыми глазами. Затем, распахнув веки, он посмотрел прямо в глаза Фушигуро.

— Прости меня, Мегуми, за то, что я сделал с тобой десять лет назад, — проговорил мужчина, — в том числе и смерть твоей сестры, — Двуликий заметил, как дрогнули двое: сам парень и «Адовы пяты»; с силой, но он смог сдержать вздох. — Ты имеешь права меня не прощать, Мегуми, однако... скажем так: я дорос до того, чтобы понять, к кому по отношению и когда я был неправ.

Фушигуро заглотнул ком, появившийся в его горле, при этом не отводя взгляд от лица Короля проклятий. Дяди. Да, своего дяди несмотря на то, что он делал в прошлом, даже по отношению к самому парню.

— Всё нормально, — спустя несколько секунд ответил молодой маг. — Точнее... ничего нормального или хорошего, конечно, но я тебя прощаю. Как и сказал Хиро: «Всё уже в прошлом».

Мужчина тепло улыбнулся, кивнув и поблагодарив Фушигуро тихим «спасибо».

В конечном итоге Годжо предложил всем вернуться в гостиную, оставив лишь Эриду и Кэзухиро (и то только для того, чтобы девушка могла поговорить со своим старшим братом, хоть и в присутствии младшего сына). Отказаться никто не мог, поскольку каждый понимал, что для Годжо Эриды это просто необходимо.

«Адовы пяты» поудобнее устроилась на земле, взяв сына к себе на руки и приобняв его, после чего вновь посмотрела в глаза брату и сказала:

— Значит, ты действительно все эти годы наблюдал за мной и слушал мой трепет? — на её лице играла лёгкая, любящая улыбка. — А я боялась, что это может оказаться неправдой.

— Разве я мог поступить иначе?

— Десять лет назад ещё мог.

— Нет, — он покачал головой. — Навряд ли.

— Ты так уверен?..

— Да.

— Что ж... — девушка тяжело вздохнула. — Я рада, что ты рядом со мной... с нами хотя бы так, Сукуна. И, если честно, — она по-доброму посмеялась, — я теперь спокойна, поскольку знаю, почему Хиро всё время тянет к твоей могиле, — Годжо поцеловала сына в макушку, покрепче его обняв. — Но ты мог бы и рассказать, Хиро.

— Дядя попросил не рассказывать... — пробубнил мальчик.

— Ох уж этот твой дядя, — усмехнулось проклятие, слегка наклонив голову набок. — Дядя не хочет объяснить причину такой просьбы?

— Дядя, дядя... — со вздохов передразнил сестру Двуликий. — Даже как-то непривычно слышать подобное слово в свою сторону.

— А ты тему-то не переводи, дя-дя!

— И в кого ты такая язва, Малютка?.. — фыркнул мужчина.

— У меня просто замечательный и самый лучший старший брат! — она вновь усмехнулась.

— Ну, тут и не поспоришь, — уверенно и гордо сказал Рёмен.

Это вызвало всеобщий смех.

— Я просто боялся посмотреть тебе в глаза, — прервал эту весёлую ноту Король проклятий. — Не знал, как ты отреагируешь, и боялся увидеть в твоих глаз боль.

— И что ты... видишь в моих глазах сейчас?..

— Счастье, — он кивнул, улыбнувшись чуть шире. — Действительно огромное счастье, которое ты, безусловно, заслужила.

— Думаю, будь ты рядом, дядя, мама была бы ещё в разы счастливее.

— Я рядом, — возразил мужчина. — Всегда наблюдаю за ней и слушаю её. Просто твоя мама не всегда может видеть и слышать меня.

— Но теперь всё изменится? — осторожно поинтересовался мальчик, слегка наклонив голову набок, тем самым став ещё больше похожим на свою мать.

— Да, — Двуликий кивнул. — Думаю, да.

Годжо-старшая тепло, с любовью улыбнулась, одними губами прошептав «Спасибо».

— Вам пора возвращаться на праздник, — сказал мужчина. — Я бы пожелал провести с вами побольше времени, однако день рождение Хиро никто не отменял, — он усмехнулся. — Ещё раз с днём рождения, малец!

— Спасибо, дядя! — мальчик кивнул. — Мы придём с мамой завтра вечером, ты не против? И Куми с собой возьмём! И папу с братиком Мегуми, если те захотят.

На это «Адовы пяты» посмеялась.

— Что смешного, мама?..

— Ничего, ничего. Всё хорошо, милый, — она поцеловала его в лобик.

— Давай обойдёмся пока тобой, Куми и вашей мамой, ладно, Хиро? А дальше... — он хмыкнул. — Время покажет.

На том и порешили.

Ещё раз попрощавшись с дядей, Хиро поднялся с места и первым побежал в сторону дома. Эрида же стояла и до последнего наблюдала за тем, как силуэт её старшего брата растворяется. Несмотря на это, девушка знала, что Король проклятий продолжал восседать тут, в глубине сада её дома, наблюдать за ней, слушать её истории, любить её, как все эти тысячи лет. А она... а Годжо Эрида будет вечность, до самого своего последнего вдоха, благодарна старшему брату за то, что когда-то не прошёл мимо, приютил её, сделал проклятием и подарил такую насыщенную, хоть и до невероятности долгую жизнь, в которой девушка действительно обрела огромное счастье, которым будет дорожить до самого конца.

Улыбнувшись своим мыслям, Эрида сделала глубокий вдох, медленно выдохнула и прошептала:

— До завтра, братишка.

После чего развернулась и направилась в сторону веранды, через которую можно было пройти в дом, где её дожидался младший сын, с глубоким вниманием и огромной любовью в небесно-голубых глазах наблюдая за своей матерью.

— Пойдём, — проговорила девушка, поцеловав ребёнка в макушку. — Все заждались.

— Да, — мальчик кивнул. — Пойдём.

Взявшись за руки, мать и сын направились внутрь дома, как можно тише обсуждая темы, на которые можно будет поговорить завтрашним вечером со своим умершим десять лет назад родственником. И несмотря на то, что сам по себе факт этот печален, на их лицах сияли улыбки, понять смысл которых несложно, однако проникнуться ими сможет далеко не каждый.

«Всё будет хорошо, — подумал мальчик, усаживаясь на руки к отцу, при этом смотря в глаза своей матери. — У нас много друзей, большая крепкая семья... и дядя — в том числе. Теперь всё будет хорошо. И мама будет счастлива... — он широко улыбнулся, тихо хихикнув. — Да... всё будет просто замечательно».

_____

тг - https://t.me/bookworms112501чатик в тг!! - https://t.me/+YPt0nog-BbhmNThiвк - https://vk.com/public140974045