39.1 HIT it - 1
Если ты айдол, живущий в мире шоу-бизнеса, то наверняка хоть раз мечтал попасть на шоу «HIT it!» - невероятно популярное реалити-шоу, которое выходит сезонами и славится своей репутацией. Говорят, что даже только что дебютировавшие новички готовы на всё, чтобы заполучить съёмки в этом проекте, не говоря уже о звёздах с именем. Программа, возглавляемая известным в индустрии продюсером Ин Сындоком, которого считают настоящим магнатом, и командой сценаристов, чей стаж фанаты оценивают как минимум в «n» лет, обрела такую славу, что в шутку говорят: «Хочешь взлететь - попади на HIT it!» Выступление в шоу гарантирует не только рост популярности, но и значительное расширение фанбазы. Однако есть загвоздка: это реалити-шоу, а значит, круглосуточная съёмка и полное раскрытие личной жизни всех участников.
- «HIT it» - это же то шоу, где за твою личную жизнь можно попрощаться? Они там, мать их, как сталкеры! - возмутился Ыхён.
- Ну, слова немного резкие, Ыхён. Но всё же это популярное шоу, и попасть туда сложно... - попытался возразить кто-то.
- Да плевать! Это сейчас важно? Мы что, правда будем в этом участвовать? Ты вообще в своём уме? - продолжал он.
- Да, ситуация, конечно, непростая... Особенно для Шихёна, - добавил другой голос.
- Я против! Если это раскроется, что тогда? И без того слухов полно! - воскликнул ещё один участник.
Успокоившийся после слёз менеджер только что объявил группе название реалити-шоу, в котором им предстоит участвовать, и реакция участников была в основном негативной. Их группа, Лемегетон, уже не была новичками, нуждающимися в раскрутке. Их имя прочно закрепилось в сознании публики, каждый из участников активно работал в своей сфере, и рисковать, участвуя в таком шоу, они не видели смысла.
Менеджер, который, казалось, лучше всех понимал ситуацию, молча выслушал возражения участников. После долгой паузы он наконец заговорил:
- Я всё понимаю. Но отказаться от участия невозможно.
- Почему? - спросил кто-то.
- Это решение директора. И я, в общем-то, с ним согласен, - ответил менеджер.
- Хён, - Ыхён посмотрел на него с выражением полного непонимания.
Менеджер, с опухшими от слёз глазами, глубоко вздохнул. Его серьёзный вид заставил даже Шихёна, который до этого отвлекался, обратить на него внимание.
- Вы же знаете, что слухи о ваших разногласиях не утихают уже давно. Были моменты, когда из-за этого всё висело на волоске. Сейчас вроде бы потише, но они не исчезли полностью. Вы и сами понимаете, что отсутствие совместных появлений на шоу или программах после дебюта выглядело странно. Тогда совместные выступления могли бы навредить, и директор сознательно разделял ваши активности, принимая на себя все риски. Но сейчас, когда Шихён в центре внимания, так больше нельзя.
- Но всё же... - начал кто-то.
- После выхода дорамы с Шихёном посыпались предложения об интервью и съёмках. Я как мог их блокировал, ссылаясь на скорый камбэк, но это больше не работает. Тем более что «HIT it» сами вышли с предложением. Для нас, у кого есть что скрывать, это риск, но для директора, который не в курсе, это идеальная возможность. К тому же, после твоей последней личной трансляции, Шихён, кажется, что ты отлично ладишь с остальными.
- ... - участники молчали.
- И, честно говоря, если уж участвовать, то реалити-шоу, где вы только вдвоём, лучше, чем программы, где нужно подстраиваться под других участников. Поэтому я согласился, - закончил менеджер.
Его слова, лившиеся как горный поток, похоже, убедили участников, что спорить бесполезно. Они замолчали, а Шихён, который всё ещё переживал, не начнёт ли менеджер опять рыдать, был просто ошарашен. «Кто этот человек? Куда делся тот плакса?» - думал он. Шихён привык видеть менеджера вечно на грани слёз, и эта его неожиданно интеллигентная речь казалась почти обманом. Хотя, наверное, именно поэтому он до сих пор оставался их менеджером.
Наконец, молчавший до этого Саню заговорил:
- Понял. Если всё решено, когда начинаются съёмки?
- Скорее всего, через две недели. Предложение поступило давно, но из-за графика Шихёна мы не могли дать точный ответ. Перед этим мы встретимся с продюсером, обсудим детали программы и согласуем всё.
- Ладно, выбора нет, понял. Но это же не просто разовая съёмка. Камеры будут работать 24/7. Что, если кто-то заметит состояние Шихёна? Нам придётся следить за каждым словом, за каждым движением. Если это раскроется, будет настоящий ад, хён, ты же знаешь! - воскликнул Ыхён.
- Это... - начал менеджер, но замолчал.
Его красноречие, до этого лившееся без остановки, внезапно иссякло. Ыхён, осознав, что перегнул, изменился в лице, а Саню, покачав головой, тяжело вздохнул. И в этот момент голос менеджера, только что спокойный и уверенный, снова задрожал, как будто слёзы были готовы хлынуть в любой момент.
- Я знаю... Я сам не хочу отправлять вас на это реалити, поверьте! Хотелось перевернуть весь офис вверх дном! Но что я могу сделать? Предложения сыплются, сверху давят, журналисты распространяют сплетни, а комментарии - просто мусор! И за что Шихёну всё это достаётся, что он такого сделал, эти... эти... - менеджер, мгновенно превратив всех антифанатов в «кучку дерьма», продолжил сыпать ругательствами уровня младшеклассника. В итоге он дошёл до невнятного вывода: «Ну и что, что он немного высокомерный? Зато такой красавчик!»
- Хён... - начал кто-то. - Это не комплимент...
Но менеджер, уже изливающий эмоции, словно дешёвое вино, не слушал. Шихён, будто предвидя такой поворот, уткнулся лицом в стол и принялся успокаивать менеджера, похлопывая его по голове. Ыхён, качая головой, буркнул: «Хён, завязывай с менеджерством, иди в рэперы. Ты так лихо всех разнёс, это ж талант!» - за что тут же получил подзатыльник от Саню.
Наконец, спустя время, менеджер успокоился. С красными, как у ребёнка, глазами он заснул, словно в обмороке, пока Чан прикладывал к его лицу холодный компресс. Только тогда участники смогли разойтись по комнатам.
Через несколько дней, когда слово «реалити-шоу» начало обретать реальные очертания, группа, закончив съёмки для журнала, отправилась в ресторанчик с мясом неподалёку от телестудии. Продюсер Ин Сындок предложил поужинать вместе и обсудить дела, и участники, пропустившие обед, были в восторге от перспективы «жирного» ужина. Работа работой, а еда - это святое.
Менеджер, единственный, кто нервничал, напоминал о возможных скрытых камерах и о том, что сегодняшние съёмки могут попасть в эфир. Он снова и снова повторял: «Следите за языком и поведением!» Участники кивали, но напряжение, которое было в начале, уже заметно спало.
- Пройдёмте в забронированную комнату, - сказал сотрудник ресторана.
Как только Шихён, который из-за недавних событий чувствовал себя на грани, вошёл последним, в зале начался лёгкий переполох. Несмотря на довольно дорогой вид ресторана, место оставалось людным, и вскоре послышались шёпоты и щёлканье камер. К счастью, расторопный сотрудник быстро провёл группу в отдельную комнату на втором этаже, избежав лишнего шума.
- Шихён, сядь в дальний угол и старайся не разговаривать с продюсером. Он такой, если зацепится - не отстанет, - прошептал менеджер, усаживая Шихёна подальше от центра. Он повторял это ещё в машине, и сейчас снова начал свою мантру.
В этот момент послышались шаги на лестнице, и дверь с шумом отворилась. В комнату вошёл худощавый мужчина в сопровождении двух или трёх женщин. Увидев группу, он извинился за опоздание, объяснив, что застрял в пробке. Медленно сняв обувь, он вошёл, а менеджер тихо шепнул: «Это и есть Ин Сындок».