«Утрата»
Прошла неделя после операции. Вроде всё шло на поправку - Хёнджин, хоть и измотанный, уже начал надеяться. Но внезапно всё рухнуло. Минхо снова попал в критическую ситуацию. Врачи метались, никто толком не понимал, в чём причина. Ошибка? Послеоперационные осложнения? Всё выглядело как ужасная случайность - очередной жестокий поворот судьбы.
Через пару дней - кома. Минхо больше не реагировал. Хёнджин приходил к нему каждый день, приносил свежие цветы, рассказывал, как прошёл день, делился воспоминаниями, будто Минхо слышал. Он гладил его руку и улыбался, хоть глаза были красными от бессонных ночей и слёз.
Однажды он вошёл в палату - день казался обычным. Он, как всегда, сел рядом. Минхо лежал спокойно. И вдруг - его пальцы дрогнули. Веки чуть приподнялись. Хёнджин замер.
- Минхо? - прошептал он, вставая ближе. - Минхо, ты слышишь меня?
Глаза открылись. Неуверенно, медленно. Но взгляд был осознанный. Минхо молчал, только смотрел. Долго, глубоко, будто прощался. Хёнджин опустился на колени рядом с кроватью, стиснув его руку.
- Я здесь, Минхо. Я с тобой. Ты справишься, слышишь? Я не отпущу тебя.
Но Минхо продолжал молчать. Он моргнул... один раз. Потом второй. И вдруг - всё.
Один глаз закрылся... и второй. На мониторе - прерывистый сигнал. А затем тишина. Прямая линия. Врачи вбежали, начали слаженно, отчаянно действовать. Но через мгновение остановились. Один из них тихо сказал:
- Соболезную...
Хёнджин остолбенел. Он смотрел, не понимая. Лишь когда увидел, как один из врачей прикрывает лицо Минхо простынёй, что-то внутри оборвалось. Он вырвался, подбежал к кровати, схватил холодеющую руку Минхо, вцепился, будто мог вернуть его обратно.
- Нет... нет, прошу... - он срывался. Голос дрожал, превращался в крик. - Минхо, ты обещал! Ты же сказал, что будешь рядом! Минхо, не смей...
Он упал на колени, уткнулся в его грудь, слёзы текли по лицу, заливая всё. Мир исчез. Осталась только пустота.
Прошло шесть лет. Жизнь продолжалась - без красок, без настоящей радости. Хёнджин не завёл никого. Остался один. Он продолжал учиться, работал... жил. Иногда встречался с Феликсом - тот тоже не оправился. Они стали поддержкой друг для друга, но их объединяла не любовь, а утрата.
Каждую осень Хёнджин приходил на то самое место - с букетом белых цветов. Он стоял в тишине, и в голове звучал тихий голос, который он помнил в мельчайших деталях:
- Хёнджин... я люблю тебя.
И с каждым годом эти слова становились больнее. Но и дороже.
- Феликс, что ты чувствовал... когда потерял отца? Когда потерял нас? Когда потерял всё?
Феликс, не поднимая глаз, медленно выдохнул. Пальцы сцеплены, костяшки побелели.
- Пустоту, - ответил он просто. Голос тихий, почти безжизненный.
Хёнджин закрыл глаза.
- Но почему... та пустота такая болезненная? Почему каждый вдох как нож в груди... Почему время не лечит?..
Они сидели рядом, но каждый в своей бездне. Столько лет прошло, а тишина между ними была полнее, чем раньше. Феликс молчал. А Хёнджин просто... плакал. Он не скрывал этого. Слёзы текли по щекам беззвучно, как будто из самого сердца.
- Мне больно жить, Феликс, - прошептал он, - будто я каждый день просыпаюсь в мире, где всё, что я любил... исчезло. Я не справляюсь. Не могу больше.
Феликс не нашёл слов. Он просто сидел, не зная - обнять ли его или оставить. Было уже поздно.
31 октября 2024 года. Мрачное утро. В новостных сводках - короткое сообщение:
> "Сегодня утром было найдено тело молодого мужчины, возрастом около 24-25 лет, в реке неподалёку от центрального кладбища. Личность установлена - Хван Хёнджин, наследник крупной корпорации, ранее известный артист и модель. Полиция рассматривает инцидент как самоубийство. Близкие от комментариев отказываются."
Фотографии, свечи, фанаты в чёрном у офиса компании. Лишь единицы знали правду. Лишь один человек в толпе рыдал по-настоящему - слабо, беззвучно, сжав в руках письмо, которое было оставлено на подоконнике.
"Я пытался. Правда. Но без него - я будто не существую. Простите."
Феликс хранил это письмо. И каждое утро теперь просыпался с той самой болью, которую так хорошо понимал Хёнджин.
Время не лечит. Оно лишь учит молчать.