«Слепое пятно»
Иван Бессмертных сидел в гостиной квартиры, которую он делил с парнями — командой, собранной вокруг него в Лос-Анджелесе. Солнечный свет пробивался сквозь окна, заливая пространство теплым светом и создавая ощущение уюта. На первый взгляд, жизнь казалась идеальной: он стал звездой американского баскетбола, его имя мелькало в заголовках спортивных новостей, поклонницы заваливали его сообщения, приглашая на свидания, а рекламные контракты сыпались, как дождь. Он был тем, о ком мечтали миллионы. Успех, слава, деньги — у него было всё.
Но даже в этом великолепии Ваня испытывал пустоту. Каждый раз, когда он смотрел в зеркало, он не видел там себя. Глядя на своё отражение, он чувствовал себя как будто вне себя, словно всё это — фасад, созданный для того, чтобы прикрыть настоящие чувства, которые терзали его изнутри. Ему приходило в голову, что популярность и успех — это лишь лужа с дождём, отражающая небо. Но как только ты можешь дотронуться до неё — эта вода ускользает, оставляя только грязный след и пустоту.
Каждый день после тренировок команды он чувствовал себя всё более изолированным. Даже среди своих новых друзей — баскетболистов, которые казались такими радостными и беззаботными, — он не находил личного счастья. Они обсуждали последние матчи, ругали судей, строили планы на вечер, но у него не было желания их поддерживать.
Сегодня они снова обсуждали выигранный матч, когда к ним присоединилась официантка из ближайшего кафе, где они часто обедали. Она предложила им закуски, и Ваня, заметив её, почувствовал, как тошно становится на душе. Она напоминала Элю. Её жизнерадостная улыбка, светлые волосы, хрупкая фигура.
«Что, не вижу вас? Вы все одинаковые!» — резко срывается он на неё, и малознакомая девушка отступает, озадаченная.
«Эй, Ваня, полегче! Она ведь просто работает», — сказал один из парней, Оззи, с которым Ваня чаще всего проводил время.
«Да, и что? Она здесь просто потому, что её всё равно не имели в виду! Ей не интересно, что происходит в моей жизни», — срывался Ваня. Он чувствовал, как в нём нарастает злость. Злость на себя, на свою уязвимость и на мир, который никак не схватывался с его внутренними переживаниями.
«Слушай, не надо так», — вмешался другой игрок, Хантер. «Ты вообще о чем? Это просто официантка. Никаких личных планов не строила. Сам разбирайся, что с тобой происходит, а не на других срывай».
Ваня посмотрел на них. Парни, смеясь и шутя, продолжали обсуждать свои победы. Они не замечали его. Он снова и снова ощущал себя в этом глухом пространстве, где высокие потолки и смех, а его реальность осталась за пределами. «Что со мной не так?» — прошептал он в себя.
Парни не могли понять, насколько он погружён в свои мысли. Ваня покачал головой, отстраняясь от разговора, несмотря на задор и азарт, которые преследовали окружающих.
«Братан, ты чего? Все нормально? Мы же только что одержали победу над Сакраменто! Тебе все равно?» — вскрикнул Оззи. Ваня лишь кивнул.
«Всё нормально», — произнёс он, хотя чувствовал, что это не так.
— Ты просто лыбу нам не давал, когда в камбэке за 3 секунды выиграл. Ты должен быть в восторге! — Хантер продолжал.
— Все норм, всё нормально, правда. Не переживайте, просто хочу побыть в себе на минуту, — тихо ответил Ваня, привычно укрываясь за стеной невидимого барьера.
Несмотря на всё веселье и подбадривания, внутри него просто бушевал ураган — от безразличия к популярности до глубокого одиночества и беспокойства из-за утраты. А в конце дня его душа оставалась пустой, ожидая, когда же, наконец, её заполнит что-то настоящее.
«Слушай, Ваня, если тебе что-то нужно, просто скажи. Мы здесь для тебя», — добавил Оззи на прощание, когда парни начали собираться.
«Да, спасибо», — Ваня встал с дивана и направился в свою комнату. Дверь за ним захлопнулась, оставив его в тишине и безмолвии. Он сел на края постели, вздохнул и, наконец, закрыл глаза.
В этот момент ему стало очень одиноко. Хотелось, чтобы где-то рядом была Эля, чтобы просто вспомнить, как хорошо было с ней. Он глубоко вздохнул, пробуя пробиться сквозь стену своего уныния, и вспомнил, как ловко они смеялись вместе. В его мыслях снова возникали образы — их прогулки, их разговоры, даже простые моменты, когда Эля просто сидела рядом, делая его жизнь ярче.
«Почему я не ценил это?» — на мгновение ему показалось, что он познал истину. Он открыл свои глаза, взглянув на пустую комнату, где было столько места, но так не хватало жизни, смеха и тепла. Всё слипалось: тренировки, победы, слава и одиночество. Все эти громкие аплодисменты на трибунах не приносили никакого удовольствия.
В этой тишине и утреннем одиночестве, заключённым в четыре стены, Ваня ощутил, что с каждым выигранным матчем он всё больше теряет самого себя.