"Долгое время"
× От лица Банчана ×
Война длилась уже больше года. Сколько раз мы были на грани поражения, сколько раз нам приходилось отступать, перегруппировываться и снова бросаться в бой... Но теперь, наконец, мы были в шаге от победы. Однако тело моё уже с трудом выдерживало это испытание.
Утро началось не с боевых кличей и звона оружия, а с визита гонца. Тот вручил мне письмо. Я сразу узнал почерк Минхо. Развернув свиток, я почувствовал, как в груди что-то сжалось.
"Ваше Высочество,
Императрица продолжает править с твёрдостью, но её силы на исходе. Недавно она едва не упала в обморок, у неё жар, но она отказывается отдыхать. Врачи обеспокоены. Считаю нужным сообщить Вам.
Минхо."
Я сжал письмо в кулаке, разрывая его край. Чёрт возьми, я должен быть рядом с ней! Но у меня нет выбора, кроме как довести это дело до конца.
День битвы настал. Вражеская армия ослабла, их боевой дух был подорван. Мы уже почти загнали их в угол, но последний бой всегда самый опасный. И я это понимал слишком поздно.
Я сражался бок о бок с моими солдатами, холодный клинок раз за разом пронзал врагов. Крики, звон мечей, кровь на земле — всё смешалось в хаосе.
Именно в этом хаосе меня и настигла предательская атака. Я услышал приглушённый свист, и прежде чем успел среагировать, резкая боль пронзила левое плечо.
Стрела. Ядовитая. Чёрт.
Не раздумывая, я вырвал её, но уже знал — яд в крови.
— Ваше Высочество! — крикнул один из солдат, подбегая ко мне, — Вы ранены!
— Не сейчас, — рыкнул я, сжимая плечо, но ноги уже начинали подкашиваться.
Мы победили. Я знал это, когда вражеский генерал пал на колени, бросая оружие.
Мы выиграли войну.
Но мой организм уже сдавался.
Врачи пытались стабилизировать моё состояние. Рана на груди ещё не зажила, теперь яд разъедал меня изнутри. Они делали всё возможное, но улучшений не было.
Неделя прошла в мучениях, жар сменялся ознобом. Я не мог оставаться здесь дольше.
— Мы отправляемся домой, — сказал я, когда смог хоть немного прийти в себя, — В столице больше возможностей спасти меня.
Дорога была длинной.
Я сидел на спине коня, и почти ничего не помнил из дороги. Плечо болело, раны кровоточили, я потел, всё перед глазами расплывалось но я должен был держаться.
Ради неё.
Ради Лекси.
Девушка уже получила письмо от Ёнбока, где он написал, что мы выиграли, и что возвращаемся.
Единственное, что держался меня в строю, в сознании — это она.
Её голосок, что я совсем скоро услышу.
Её касание, что я почувствую в ближайшее время.
Она.
Она моя жизнь.
Когда мы добрались до дворца, сил у меня почти не осталось. Но я всё ещё держался. Пока не увидел её.
Лекси выбежала мне навстречу, её глаза были полны слёз. Улыбка светилась на её лице, светлые волосы сияли под солнечными лучами.
Ангел.
Она мой ангелочек.
Я спрыгнул с коня, но ноги не выдержали, и я опустился на колени. Она бросилась ко мне, поддерживая, её улыбка моментально пропала сменились на панику.
— Чан... — её голос дрожал.
Я хотел сказать ей, что всё в порядке. Что я вернулся. Но слова застряли в горле, и сознание медленно покидало меня...
Сознание возвращалось медленно, словно пробираясь сквозь густой туман. Голова тяжёлая, тело ломит, в груди будто огонь полыхает, а левое плечо немеет от странной, тянущей боли. Я попытался пошевелиться, но каждое движение отзывалось агонией.
Чьи-то тёплые пальцы сжимали мою руку. Её пальцы.
Я открыл глаза и увидел Лекси. Она сидела рядом, измождённая, с усталыми тенями под глазами, но её взгляд был полон решимости.
— Ты не умрёшь, Чан, — тихо сказала она, словно давала клятву, — Я разберусь с этим ядом.
Я слабо улыбнулся, собрав остатки сил.
— Я знал, что ты справишься…
Она аккуратно снимала с меня верхнюю одежду, когда в помещение ворвались её советники.
— Ваше Высочество, покиньте комнату! — один из них выступил вперёд.
Лекси замерла, её руки сжали мою окровавленную ткань.
— Что? — голос её был опасно спокоен.
— Вы тоже можете заболеть, — поспешно продолжил другой. — Или… передадите Его Высочеству другие болезни.
Она сжала ткань сильнее, побелевшими пальцами. Я почувствовал, как внутри неё нарастает буря, и, подняв руку, слабо прикоснулся к её запястью.
— Милая… — прошептал я едва слышно, — Всё хорошо…
Но для неё — нет.
Лекси резко встала, её взгляд вспыхнул гневом, в голосе появилась сталь.
— Сначала… — тихо начала она, — Сначала вы пытались свергнуть меня. Потом убить. Вы устроили переворот. Подкупали людей, чтобы они выходили с бунтами против меня.
Советники переглянулись, но она не дала им и слова вставить.
— А теперь, когда ваш император ранен, подстрелен и медленно умирает от яда, вы не в силах даже помочь?! — её голос дрожал от ярости, — Его рана кровоточит! Яд разливается по телу! Каждая секунда решает его жизнь! А всё, о чём вы думаете — это как отстранить меня!
Она сделала шаг вперёд, и я впервые увидел в ней не просто жену, не просто правительницу.
Я увидел в ней Императрицу.
— Я никогда в жизни не встречала таких двуличных, бессовестных, гнилых людей! — её голос грянул, словно гром. — ПОШЛИ ВОН С ГЛАЗ МОИХ!
В комнате повисла мёртвая тишина. Советники побледнели. Никто не осмеливался пошевелиться.
Я собрал последние силы и прохрипел:
— Не слышали свою Императрицу?
Это их привело в движение.
Они поклонились и поспешно покинули комнату.
Лекси закрыла глаза, пытаясь взять себя в руки, и тяжело выдохнула. Затем повернулась ко мне, её взгляд вновь стал мягким, полным боли и любви.
— Чани… Всё будет хорошо. Я вылечу тебя.
Она осторожно стянула с меня одежду, и в тот же миг её дыхание перехватило.
Кровь.
Засохшие бурые пятна на бинтах, новые алые потёки, проступающие на свежих повязках. Она смотрела на меня с ужасом, будто только сейчас осознала, насколько всё плохо.
Я хотел сказать ей что-то, успокоить, но не смог. Сил больше не было.
Всё, что я смог сделать — это уткнуться в её плечо, вдыхая её аромат, чувствуя тепло её рук.
И отключиться, доверяя ей свою жизнь.