XLII.*Давай обсудим.*
- Привет, - еще раз повторил парень, будто здоровался в первый раз, голосом и тоном, которые ему совершенно не свойственны. Даже не знаю, как описать. Наверно, это была смесь грусти, печали, скорби, сожалений и еще чего-то намешенного. Так сразу и не определить.
- Привет, - повторно улыбнулась я, - прости за смех, - смущенно добавила я, - и за нос, - указала я пальцем на его переносицу.
- Ничего, ты мне ничего не сломала, - не решался подойти тот, стоя у двери, - только губа до сих пор слегка кровоточит, - указал парень на свою нижнюю губу и улыбнулся.
- Присаживайся, не стесняйся, - я подвинулась и взглядом указала на место рядом с собой. Парень слегка замялся. - Клянусь, рукоприкладство не повторится, - уверила его я. Он подошел ближе и сел рядом.
- Я не об этом, - он разглядывал что-то на стене.
- А о чем тогда? - не могла понять я. С ним что-то не так. В Нильсе Веркоохене нет такого количества грусти и печали, быть просто этого не может!
- Боюсь, как бы не причинить тебе неудобств и не спугнуть, - ответил тот.
- Что за глупости? - усмехнулась я. Потом затихла. - И поэтому ты даже на меня не смотришь? - парень кивнул, закусывая губу.
- О боже, что за детский сад? - не могла понять я. Но нет, я его не осуждала. Ни в коем случае. Парень ничего мне не ответил. - Посмотри на меня, - попросила его я, он не повернул головы, - посмотри, - шепотом произнесла я, повернув его лицо к моему, крепко взявшись за подбородок. Губы парня были неестественно алыми, все покусаны и изжёваны. Волновался, - подумала я.
Я взглянула в его глаза. Как я и упоминала ранее, все чувства слились в одно, не могу выделить чего-то конкретного. Я провела ладонью по его щеке, затем шее, парень сглотнул, я запустила пальцы в волосы, приблизилась к нему. Запах его мусса для укладки волос и одеколона - такие родные. На секунду мне показалось, что я перенеслась на месяц назад и, ничего не было, ничего из того, что случилось. Его запах напоминал мне мои чувства, мысли и планы тогда, в прошлом. Захотелось поцеловать его, может быть так, я почувствовала бы еще что-то. Медленно приблизившись к его губам, я легким прикосновением заставила себя окунуться в омут, но, к сожалению, не прошлого. Чего-то другого, настоящего. Губы Нильса на вкус напоминали металл, это не удивительно, из губ пошла кровь, видимо небольшое трение с моей стороны содрало тонкую кожу на его ранах. Я заботливо слизала кровь.
- Я знаю, что это не вкусно, - улыбнулся тот, а затем он крепко-крепко обнял меня. На удивление, именно этого мне не хватало. Объятий.... Не поцелуев, нет, не секса, нет...объятий.
- А знаешь, что? - произнесла я с закрытыми глазами.
- Что? - прошептал тот, крепче сжимая меня.
- Теперь можно трахаться без презерватива, - улыбнулась ему я, отстранившись и взглянув в глаза, - забеременеть-то я не могу.
Меня поразила реакция парня. Губы плотно сжаты, глаз подергивается.
- Что? - прошептал тот, будто не расслышал моих слов. - Как ты можешь так говорить?! - повысил голос тот. Я испугалась. Ни разу не слышала, как он кричит.
- Что? - не могла поверить своим ушам я. - Что здесь такого?
- Что?! - возмутился тот, вскочив с места. - Да как....Как ты.... Да как ты вообще можешь думать о таком? - не понимал парень, он все еще говорил громко, но уже, по крайней мере, не кричал. - Это действительно единственное, что тебя интересует в данной ситуации?
Я таращилась на него в оба глаза. О чем он?
- Ты мне все уши прожужжала о том, как сильно ты хочешь ребенка и, что он обязательно должен быть похож на меня, я из-за этого согласился спать с тобой...
- Говори тише, все же услышат, - пыталась успокоить его я, мой голос дрожал.
- А что теперь? - он не слышал моих слов, - ты думаешь о такой нелепой фигне? Да как вообще можно было найти в этом что-то хорошее? - он закончил, грудь парня вздымалась от нехватки воздуха в легких, его волосы напоминали гнездо птиц поздней осенью.
На моих глазах выступили слезы, я подошла к парню и влепила ему звонкую пощечину.
- По-твоему я должна до конца своей жизни страдать оттого, что не могу иметь детей? Прости, что принудила тебя переспать со мной, - я говорила сквозь слезы, - и, прости, что такая плохая, что пытаюсь найти хоть что-то хорошее и светлое в той жопе, в которую меня закинула моя никчёмная жизнь! - я просто не могла понять тех упреков, что он мне только что высказал.
Мне даже показалось, что меня перекинула на стадию назад. Я вновь не хотела никого видеть и слышать, Веркоохена в особенности.
- Ава, - в палату заглянула Николь.
- Не сейчас, - я доковыляла до кровати, - не хочу никого видеть.
- Прости, родная, но тут какой-то мужчина, говорит, что ты знаешь его, - Николь осуждающе посмотрела
на Нильса и, схватив его за рукав, притянула к себе. Она, конечно, слышала. Все слышали.
- Я же сказала, что никого не хочу видеть, - я начинала раздражаться.
- Ава, простите, - в палату ворвался мужчина. Я оглянулась.
- Алексей? - мои глаза округлились. Что? Зачем он тут? Мужчина запыхался, видно, бежал. Но для бега он не в подходящем костюме.
- Там, там, на крыше, - с придыханием выдал тот, - моя сестра и Ева, - он поднял на меня взгляд. - Ева собирается прыгать, помогите мне.